Позитивистская теория цивилизаций и марксизм

Такой этнологический подход к понятию цивилизации, восходящий п конечном счете к теории А. Фергюсона, отразился в философии истории марксизма, в книге Ф. Энгельса (1820-1895) «Происхождение семьи, ча стной собственности и государства» (1884), являющейся осмыслением и интерпретацией исследований Л.

«Связующей силой цивилизованного общества, — пишет Энгельс, — служит государство, которое во все типичные периоды является государ­ством исключительно господствующего класса и во всех случаях остает­ся, по существу, машиной для подавления угнетенного, эксплуатируемого класса». Поэтому история цивилизации у марксистов сводится к истории классовых противоречий и их силового разрешения господствующими классами. Центральную роль в описании Энгельсом процесса становле­ния цивилизации играют не культурные, а социальные и политические факторы: развитие государственных отношений в Древних Афинах, Риме

и у германцев как формы преодоления родового начала и попытки разре­шения непримиримых социальных противоречий. В семье цивилизация утверждает себя как моногамия, господство мужчины над женщиной, а также в форме введения завещаний, взрывающих родовой строй и позво­ляющих собственнику и после смерти распоряжаться своей собственно­стью. В конечном счете все сводится к экономическим предпосылкам со­циально-политических трансформаций.

Поэтому цивилизация, развивая производительные силы общества, отчуждает человека от процесса его деятельности, от производимого им продукта, человека от человека, превращая производителя в раба, «при­водит в движение самые низменные побуждения и страсти людей», ее ос­новой «служит эксплуатация одного класса другим». Лишая человека со­знательного контроля над своей деятельностью, эпоха цивилизации навя­зывает человечеству незыблемые внутренние законы, пробивающие себе дорогу с естественной необходимостью. Эти слепые законы приводят к разбазариванию гигантских богатств в бурях периодических экономичес­ких кризисов и судорогах неразрешимых противоречий, венчаемых ре­волюцией. «Три великие эпохи цивилизации» Конта Энгельс характери­зует в противоположность основателю позитивизма как «три великие формы порабощения», соответствующие рабовладельческой, феодальной и капиталистической формациям^[603]

В итоге умеренная критика идеала цивилизации у Фергюсона и Мор­гана превращается в марксизме в последовательную и непримиримую кри­тику этого идеала. Цивилизация (как и модернизация) оказывается ли­шенной собственной ценности и имеет значение лишь постольку, посколь­ку ведет к самопреодолению в пролетарской революции и конкурирующем с ней общественном идеале «социалистической (или коммунистической) формации».

Однако нельзя не отметить внутреннее, органическое родство пози­тивистской теории цивилизаций и марксистской теории социально-эко­номических формаций. Последняя явилась, в сущности, одним из ответ­влений теории цивилизаций, обобщившим различные подходы к филосо­фии истории, характерные как для первого этапа развития этой теории (XVIII — первая половина XIX в.) с его ярко выраженным историческим оптимизмом, рационализмом, телеологичностью и экономическим детерми­

низмом, так и для второго этапа этого развития (вторая половина XIX м ) для которого более характерен анализ внешних, географических факти ров в истории цивилизаций, переход от однолинейных к двух- и мной» линейным схемам исторического процесса, повышенное внимание к роли культуры в истории.

Вместе с тем в России она до конца не исчерпала еще в 1990-е гг сво его позитивного потенциала. Необходимо отметить, что для современны* отечественных философов и историков, пытающихся синтезировать дос тижения теории формаций и теории цивилизаций, научную ценность ими ют те черты марксизма, которые роднят его с боклевским и спенсеров ским позитивизмом (концепция «азиатского способа производства»), а нс ригидные телеологические схемы, которые легли в основу «научного ком мунизма»1

Однако во второй половине XIX в. влияние марксизма на развитие те ории истории было еще невелико. Большинство известных сейчас работ' классиков этого направления собираются и публикуются только в конце века в связи с развитием рабочего и социал-демократического движения, воспринявшего марксистскую теорию как свою революционную идеоло­гию. На рубеже XlX и XX вв. марксизм оказал глубокое влияние, на взгля • ды великого немецкого социолога М. Вебера, который реинтерпретировал их в социал-либеральном духе, сменил естественноисторический подход на культурно-исторический, однолинейную модель истории на многоли нейную и вскрыл культурные предпосылки процессов, которые марксис

ты считали зависимыми главным образом от состояния экономических от­ношений (например, капиталистической модернизации). Таким образом, опосредованно марксизм сумел оказать воздействие на великие теории цивилизаций XX в., многие из которых возникли в русле веберовской со­циологии культуры.