Исторические ступени развития пространств взаимодействия цивилизаций

Количество пространств взаимодействия цивилизаций, их гео­графические границы и интенсивность функционирования меня­лись на различных стадиях исторического процесса, особенно при смене мировых и поколений локальных цивилизаций.

1.3.1. Поля взаимодействия цивилизаций первых поколений

Возникли такие пространства более пяти тысяч лет назад, одно­временно с первым поколением локальных цивилизаций, которые занимали тогда сравнительно небольшую часть ойкумены и были сконцентрированы в трех сравнительно изолированных геогра­фических районах:

• в долине Нила, Двуречье, Средиземноморье и на Иранском нагорье, где развивались древнеегипетская, шумерская, аккадская, эламская, ассирийско-вавилонская, минойская цивилизации. Они были довольно близки по своему характеру и географическому по­ложению и постоянно взаимодействовали — воевали, вели торгов­лю, взаимно обогащаясь технологиями, военным искусством. Ярким примером плодотворности такого взаимодействия является расцвет загадочной минойской цивилизации на сравнительно небольшом острове Крит, затем крито-микенской цивилизации — прямой пред­шественницы всех последующих цивилизаций в Европе;

• сравнительно изолированные, отделенные друг от друга гор­ными цепями и пустынями цивилизации Индии (хараппская и др.) и Китая, которые, однако, имели определенные контакты как между собой, так и с первым, древнейшим цивилизационным центром;

Фреска из Кносского дворца (крито-микенская эпоха)

• полностью изолированные древнеамериканские цивилиза­ции — мезоамериканские и андские, которые взаимодействовали только между собой.

У. Мак-Нил отмечает, что уже в Древнем мире существовал активный обмен товарами, технологиями и идеями как между цивилизациями, так и с соседними народами. «Древние цивилиза­ции окружали себя торговыми партнерами, потребность которых в продукции мастерских цивилизованного мира была столь же велика, как и потребность последнего в сырье и колониальных товарах...

Ю.В. Павленко полагает, что само возникновение древних циви­лизаций в конце 4-го — начале 3-го тыс. до н.э. происходило при их взаимодействии: «Цивилизации.., начиная с рубежа IV-III тыс. до н.э., складываются в поймах великих рек сухих субтропиков — в Египте, Нижней Месопотамии и Эламе, а потом (не без некоторого влияния со стороны шумерско-эламского центра) и в долине Инда» [6. C. 111]. Лидирующие центры определяли тенденции цивилизационной ди­намики: «Ведущие центры предлагали свои стандарты, соседние формирующиеся цивилизации обычно по-разному реагировали на исходящие от них импульсы и зачастую не просто заимствовали те или иные их достижения и эталоны, но и предлагали собственные формы творческого синтеза своего и воспринимаемого» [Там же. С. 114]. Иначе говоря, когда речь идет о заимствованиях передового цивилизационного опыта, то под этим понимается не простое копи­рование, а творческая переработка применительно к иным условиям жизни и развития, о синтезе разных начал при сохранении циви­лизационного разнообразия и его трансформации, модификации в новых условиях. Появляется новое качество и продолжается про­цесс взаимного обогащения, чему немало примеров в исторических центрах Северного Причерноморья, Средиземноморья, в истории восточнославянской, а затем североевразийской цивилизаций.

В период с 3-го до начала 1-го тыс. до н.э. пространств взаимо­действия цивилизаций было сравнительно немного, в основном это были поля контактов древних цивилизаций между собой и с ок­рестными народами, находившимися на ранних стадиях цивили­зационного развития. Конфигурация этих полей была подвижной, часто менялась вместе с неустойчивыми границами цивилизаций. Во взаимодействии преобладали военные столкновения, главным образом завоевательного характера, но были и мирные, взаи-

Древние цивилизации окружали себя торговыми партнерами, потребность которых в продукции мастерских цивилизованного мира была столь же велика, как и потребность последнего в сырье и колониальных товарах. Наряду с товарообменом происходил и обмен идеями и технологиями. В древности на Среднем Востоке культурное взаимообогащение народов, живших в разных географических зонах, говорящих на разных языках и имевших иные явные признаки культурных различий, привело к возникновению в период с 1700 до 500 г. до н.э. транснациональной системы космополитического типа.

Клинописная табличка

Резонатор арфы из Урских гробниц, оформленный головой быка (около 2500 г. до н.э.)

Существование торговых отношений между Месопотамией и долиной Инда с 2500 г. до н.э. предполагает, что шумеры, вероятно, играли определенную роль на ранних стадиях индской цивилизации, аналогичную той, которую они играли в Египте.

мовыгодные культурно-экономические формы взаимодействия, способствующие обоюдному прогрессу. Таких примеров немало в истории цивилизаций морского типа (минойской, крито-микен- ской, финикийской, древнегреческой).

Берег Таманского полуострова

Взаимные контакты и заимствования между древними цивили­зациями имели место не только в области экономики и полити­ческой организации общества, но и в области культуры.

Для цивилизаций второго поколения (первая половина 1 -го тыс. н.э.) характерны более обширные поля взаимодействия и более интен­сивные формы контактов. Основными пространствами взаимодей­ствия стали побережья Средиземного, Черного и Азовского морей. Морские путешествия были основой создания обширной сети колоний греческих городов, а также финикийских колоний, самой знаменитой из которых был Карфаген. Колонисты увозили с со­бой не только средства материальной культуры (земледельческие и ремесленные орудия и технологии), но и заимствовали научные и культурные достижения, религиозные взгляды, систему цивили­зационных культурных ценностей.

Другой формой взаимодействия цивилизаций были караванные пути, которые вели из Китая и Индии к цивилизациям Средиземно­морья и Черноморья, где они дополнялись морскими и речными путями. Причем главной формой взаимодействий были не войны, хотя и они велись довольно часто, а торговый и культурный обмен. О войнах в Древней Греции и Древнем Риме можно судить по дан­ным, приведенным Питиримом Сорокиным [7. С. 627, 632].

Максимальное распространение и взаимодействие с другими на­родами и цивилизациями греко-римская цивилизация получила в пе­риод формирования империи Александра Македонского (356-323 гг. до н.э.) и в период расцвета Римской империи при Цезаре (343-385 гг. до н.э.), а затем при императоре Диоклетиане. В эти периоды многие пространства межцивилизационных взаимодействий вошли в состав империй, приобрели внутригосударственный характер. Однако на стыках империи с другими цивилизациями и раннецивилизационны­ми племенами и народами, а также протоцивилизациями (кельты, ски­фы, франки, германцы), такие пространства остались и были весьма обширными. К их числу относилось и Северное Причерноморье. Пе­риодически усиливавшиеся переселения народов (скифов, сарматов, готов, гуннов и др.) расширяли и меняли контуры пространств взаи­модействия. В Центральной и Южной Америке интенсифицировались взаимодействия между мезоамериканскими и андскими цивилизация­ми, однако их контакты с цивилизациями Старого Света имели чисто случайный, эпизодический характер и не оказывали сколько-нибудь заметного влияния на судьбы этих цивилизаций.

Фрагмент Колонны Антонина.

Казнь германских вождей в присутствии войска

Другой формой взаимодействия цивилизаций были караванные пути, которые вели из Китая и Индии к цивилизациям Средиземноморья и Черноморья, где они дополнялись морскими и речными путями.

Терракотовое войско из гробницы китайского императора Шихуанди

Глобус Мартина Бехайма. 1492 г. (до открытия Америки)

Глобус Ленокса. 1510-1512 гг. (после открытия Америки)

1.3.2. Взаимодействие цивилизаций третьего поколения

В период преобладания локальных цивилизаций третьего по­коления(VI-XIV вв.), ареал которых существенно расширился, охватив преобладающую часть ойкумены, взаимодействие меж­ду цивилизациями значительно усилилось. Конфигурацию про­странств взаимодействия цивилизаций изменило возникновение и стремительное распространение в VII-IX вв. активной мусуль­манской цивилизации, которая поглотила древние цивилизации Египта, Двуречья, Персии, Северной Африки, часть индийской, часть западноевропейской (Пиренейский полуостров) цивилиза­ций, Малую Азию, Закавказье, часть Поволжья.

Взаимодействие цивилизаций дополнилось Великим пересе­лением народов, которое выразилось в нашествиях гуннов, мадь­яр, тюрков, хазар. Максимум был достигнут во время нашествия в XIII-XIV вв. Чингисхана и чингисидов на Восточную Европу, Ки­тай, Среднюю Азию, Средний Восток. Монгольская империя охва­тила большую часть евразийского континента, подчинив несколь­ко цивилизаций (китайскую, восточнославянскую, значительную часть индийской, мусульманской, восточноевропейской), включив в свой состав ряд прежних пространств взаимодействия цивили­заций и сформировав новые контактные поля. Прежние торговые связи — Великий Волжский путь, путь «из варяг в греки», Великий шелковый путь — во многом были нарушены, затем восстанавли­вались (например, в границах Золотой Орды).

Для цивилизаций третьего поколения характерно перемещение цивилизационного лидерства: сначала на Восток — в Индию, мусуль­манский мир, Китай, а затем обратно — на Запад, в Европу. У. Мак-Нил полагает, что в 200-600 гг. н.э. мировое цивилизационное лидерство принадлежало Индии, в 600-1000 гг. — реинтегрированному исла­мом Среднему Востоку, а с 1000 по 1500 г. — находившейся в периоде расцвета и гегемонии китайской цивилизации, которая на следую­щие пять столетий передала гегемонию европейской цивилизации Запада [5. C. 19]. Такая смена лидерства опиралась на передачу насле­дия предшествующих цивилизаций через контактные пространства. Арабский мир (вместе с Византией) воспринял, сохранил, развил и передал далее наследие греко-римской цивилизации. Китай, особен­но в период династии Юань, когда он входил в состав обширнейшей монгольской империи, позаимствовал немало достижений арабского мира. В свою очередь западноевропейская цивилизация в своих до­стижениях во многом опиралась на опыт и изобретения Китая (по­рох, огнестрельное оружие, компас, бумажные деньги и т.п.). Золотая Орда жадно впитывала наследие завоеванных ею народов и цивили­заций. На многочисленных заимствованиях строилась технология и духовный мир восточнославянской цивилизации. «В 988 г. принятие киевским князем христианства открыло обширные пространства к северу от Черного моря для проникновения в них всех достижений византийской цивилизации» [Там же. С. 671]. Стоило бы добавить мощные потоки заимствований с Северо-Восточной Европы (через Великий Новгород), а затем с Востока, из Золотой Орды.

В результате завоевания западноевропейской цивилизацией Северной и Южной Америки, Африки, Австралии, Юго-Восточной Азии существовавшие там цивилизации и находившиеся на доцивилизационной или раннецивилизационной стадии развития племена и народы были либо истреблены и остатки загнаны в резервации, либо превращены в колонии и деградировали, а господствующие позиции в политике, экономике, духовной сфере заняли переселенцы из Западной Европы.

Топографическая карта мира. 1606 г.

Взаимодействие цивилизаций Средневековья во многом было связано с распространением и противоборством мировых рели­гий — христианства, ислама, индуизма, буддизма, которые ста­ли господствующими, государственными в ряде цивилизаций и определяли динамику всех сторон жизни общества, сохраняли и передавали из поколения в поколение системы цивилизацион­ных ценностей, а нередко инициировали затяжные межцивилиза­ционные и внутрицивилизационные войны.

1.3.3. Пространства взаимодействия цивилизаций четвертого поколения

Модернизация пространств и форм взаимодействия цивилиза­ций произошла в период преобладания локальных цивилизаций четвертого поколения с XV по ХХ в., в периоды раннеиндустри­альной и индустриальной мировых цивилизаций. После Великих географических открытий, освоения западноевропейской цивили­зацией Америки и Австралии пространство, занятое цивилизаци­ями и полями их взаимодействия, впервые приобрело всемирный характер, охватив почти всю ойкумену.

В результате завоевания западноевропейской цивилизацией Северной и Южной Америки, Африки, Австралии, Юго-Восточ­ной Азии существовавшие там цивилизации и находившиеся на доцивилизационной или раннецивилизационной стадии развития племена и народы были либо истреблены и остатки загнаны в ре­зервации, либо превращены в колонии и деградировали, а господс­твующие позиции в политике, экономике, духовной сфере заняли переселенцы из Западной Европы. Это имело двоякие последствия. С одной стороны, было преодолено технологическое отставание Америки, Австралии и Новой Зеландии, Южной Африки, там по-

Византийская капитель

с изображением лошадей. VI в.

Михраб медресе в Исфахане. 1354 г.

Богоявленский собор в Казанском кремле

Мечеть в Казанском кремле

лучили распространение передовые технологии и экономичес­кие способы производства, демократические институты, новые достижения в области образования и культуры, распространилась католическая или протестантская религия. С начала XX в. к США перешло мировое экономическое и технологическое лидерство. С другой стороны, были уничтожены древние цивилизации Амери­ки; на время возродился рецидив рабства, миллионы африканцев были уничтожены или проданы в рабство; произошла экономи­ческая и технологическая деградация некоторых древних циви­лизаций (индийской, китайской). Взаимодействие цивилизаций приобрело форму господства западной цивилизации, раздираемой противоречиями, которые породили две самые кровопролитные в истории мировые войны и поставили человечество перед реаль­ной угрозой самоуничтожения в пламени мировой термоядерной войны. Лишь к концу ХХ в. эта угроза стала ослабевать.

Сформировались континентальные империи — вначале испанс­кая и португальская, затем британская и французская, которые разде­лили между собой почти всю ойкумену. Усилилось противоборство между российской и турецкой (Османской) империями. Гегемония перешла к западноевропейской цивилизации, которая переносила свои ценности на пространства иных цивилизаций. Этому могу­чему потоку смогли противостоять, сохранив свою самобытность, лишь евразийская и японская цивилизации, но и они после реформ Петра I и революции Мэйдзи многократно расширили контакты и взаимный обмен с западной цивилизацией. Контуры глобального цивилизационного пространства, включавшего иерархизирован- ную систему локальных цивилизаций и поля интенсивного взаи­модействия между ними, стали вырисовываться более четко. Эта система взаимодействий и колониального господства Запада рух­нула после Второй мировой войны, когда сформировалась мировая система социализма во главе с СССР и распалась под мощными уда­рами национально-освободительных революций (которые нередко носили цивилизационный характер) колониальная система.

Географические очертания пространств взаимодействия цивили­заций четвертого поколения менялись вместе с изменением границ цивилизаций. В Европе это прежде всего Балканы, сохранившие роль «порохового погреба» и поля взаимодействия и противо­борства западноевропейской, восточноевропейской, евразийской и мусульманской цивилизаций. Эти же цивилизации встречались и противоборствовали в Северном Причерноморье. Не прекраща­лось взаимодействие и противостояние западной, мусульманской и евразийской цивилизаций на Ближнем и Среднем Востоке — от Ливана до Афганистана, а также в Закавказье. В Непале, Кашмире, Бангладеш, Бирме, Вьетнаме, Корее пересекались интересы индий­ской, буддийской, китайской, японской, мусульманской и западноев­ропейской цивилизаций, к чему иногда подключалась евразийская цивилизация (например, в войнах с Японией, в Корее и Вьетнаме).

Если посмотреть на карту, то отчетливо вырисовываются конту­ры пояса взаимодействия цивилизаций, простирающегося к северу и югу от экватора — от Северной Африки через Балканы, Ближний

и Средний Восток, Закавказье и Центральную Азию, Кашмир, Не­пал, Бирму, Вьетнам, Южную Корею, Карибский бассейн.

От этого глобального пояса тянутся ответвления через Цент­ральную Европу и Прибалтику — взаимодействия западноевро­пейской и восточноевропейской цивилизаций с евразийской; в Азию — через Корею, Тайвань, часть Филиппин, Индокитай и Индонезию — взаимодействие китайской, мусульманской, запад­ной и евразийской цивилизаций; в Центральной Африке — взаи­модействие африканской и мусульманской цивилизаций; в Мекси­ке — взаимодействие североамериканской и латиноамериканской цивилизаций. Формы и интенсивность взаимодействия цивили­заций в этом поясе меняются во времени. Возрастает неустойчи­вость и хаотичность динамики и обостряются противоречия в периоды смены мировых цивилизаций (цивилизационных цик­лов) и фаз жизненного цикла (Кондратьевских циклов).

Рассмотрим более детально пространства взаимодействия цивилизаций четвертого поколения в том виде, в каком эти про­странства сложились во второй половине XX в. Пойдем в направ­лении с Запада на Восток (рис. 14).

Контакты между североамериканской и латиноамериканской цивилизациями осуществляются через границу между США и Мек­сикой, особенно в южных штатах США, где трудятся миллионы мексиканцев и других выходцев из Латинской Америки, как легаль­ных, так и нелегальных. По данным Всемирного банка, численность иммигрантов в США выросла с 5,2 млн человек в 1990-1995 гг. до

С конца XIX в. к США перешло мировое экономическое и технологическое лидерство. С другой стороны, были уничтожены древние цивилизации Америки; на время возродился рецидив рабства, миллионы африканцев были уничтожены или проданы в рабство; произошла экономическая и технологическая деградация некоторых древних цивилизаций (индийской, китайской). Взаимодействие цивилизаций приобрело форму господства западной цивилизации, раздираемой противоречиями, которые породили две самые кровопролитные в истории мировые войны и поставили человечество перед реальной угрозой самоуничтожения в пламени мировой термоядерной войны. Лишь к концу ХХ в. эта угроза стала ослабевать.

Рисунок 1.4.

Локальные цивилизации четвертого поколения

Башкир в национальной одежде.

Рисунок XVIII в.

Евразийская цивилизация имеет пространства взаимодействия с восточноевропейской, мусульманской (Крым, Северный Кавказ и Закавказье, Казахстан, Таджикистан, Кыргызстан), китайской (Амурская область, Хабаровский и Приморский края), японской (Курильские острова) цивилизациями. В стране имеются анклавы и иных цивилизаций: мусульманской (Татарстан, Башкортостан), буддийской (Бурятия, Калмыкия, Тува).

Отроги Северного Кавказа

6.2 млн в 1995-2000 гг., не считая миллионов нелегальных им­мигрантов [8. С. 364]. Многоцивилизационным мегаполисом, ин­тенсивным полем взаимодействия цивилизаций стал крупнейший город мира Нью-Йорк.

Западноевропейская цивилизация имеет поля соприкосновения с мусульманской (юг Испании и расположенные неподалеку побе­режье Северной Африки, юг Франции; Албания, Босния и Герцего­вина) и с восточноевропейской цивилизацией (Чехия, Словакия, Хорватия, Македония, Словения). Непрерывно увеличивается приток иммигрантов в западноевропейские страны (в основном за счет выходцев из мусульманского мира): с 1990 по 2000 г. в Германии их численность выросла с 5,2 до 7,3 млн человек, а доля в общей числен­ности населения с 6,6 до 8,9%; во Франции — соответственно с 5,9 до

6.3 млн и с 10,4 до 10,7%; в Великобритании — с 3,8 до 4 млн и с 6,4 до 6,8% [Там же. С. 362, 364]. В ряде стран Западной Европы формируются анклавы иных цивилизаций (прежде всего мусульманской).

Евразийская цивилизация имеет пространства взаимодействия с восточноевропейской (Балтия, Польша, Молдова), мусульманской (Крым, Северный Кавказ и Закавказье, Казахстан, Таджикистан, Кыр­гызстан), китайской (Амурская область, Хабаровский и Приморский края), японской (Курильские острова) цивилизациями. Общая чис­ленность зарегистрированных иммигрантов выросла с 11,7 млн че­ловек в 1990 г. (7,9% населения) до 13,3 млн в 2000 г. (9,1 % населения) [Там же. С. 364]. Однако с учетом нелегальных иммигрантов эта доля значительно выше, особенно в Москве, которая превратилась в многоцивилизационный мегаполис. В стране имеются анклавы и иных цивилизаций: мусульманской (Татарстан, Башкортостан), буддийской (Бурятия, Калмыкия, Тува).

Мусульманская цивилизация имеет поля взаимодействия, кроме тех, что перечислены выше, с африканской (особенно Нигерия, Су­дан, Африканский Рог), индийской (штат Джамму и Кашмир), буд­дийской (Вьетнам), китайской (Малайзия) цивилизациями. Следует выделить также такие пространства взаимодействия, как Израиль, Пакистан, Ливан, Сингапур, Корея, Вьетнам, Филиппины.

Результатом функционирования пространств взаимодействия ци­вилизаций являются перетоки рабочей силы преимущественно в раз­витые страны (общее число иммигрантов в мире возросло с 153,7 млн человек в 1990 г. до 174,5 млн в 2000 г., в том числе в странах с высоким уровнем среднедушевых доходов — с 65,9 до 83,5 млн человек) и поток денежных переводов преимущественно в обратном направлении — с 69,8 млрд долл. в 1990 г. до 173,1 млрд в 2003 г., в том числе в страны с низким уровнем доходов с 8,1 до 36,7 млрд долл. Следовательно, пространства взаимодействия цивилизаций играют позитивную роль, способствуя сокращению безработицы и росту доходов в бедных странах и удовлетворению потребностей в дешевой рабочей силе в богатых странах, то есть несколько смягчая геоэкономическую поля­ризацию стран и цивилизаций. В то же время на этих пространствах нередко возникают вооруженные межцивилизационные конфликты (Ливан, бывшая Югославия, Афганистан, Приднестровье, Таджикис­тан, Сомали, в свое время — Корея и Индокитай), отсюда исходят

Глава 41

волны терроризма. Негативные последствия концентрируются на этих пространствах в переломные эпохи, в периоды смены мировых цивилизаций и поколений локальных цивилизаций, когда происходит болезненная перестройка геоцивилизационного пространства.

1.3.4. Перспективы пространств взаимодействия цивилизаций в XXI веке

Становление пятого поколения локальных цивилизаций с кон­ца XX в. характеризуется увеличением их числа, расширением пространств взаимодействия и усилением межцивилизационных конфликтов на этих пространствах (рис. 1.5).Это связано с пере­кройкой геоцивилизационной карты, формированием пятого по­коления локальных цивилизаций и изменением их географических конфигураций. Вооруженные конфликты возникли на территории распавшейся Югославии, в Приднестровье, Карабахе, Таджикистане, Афганистане, Чечне, периодически вспыхивали между Индией и Па­кистаном, на границах Израиля. На начало XXI в. просматриваются три сценария будущего пространств взаимодействия цивилизаций в зависимости от характера отношений между цивилизациями пятого поколения в перспективе.

Рисунок 1.5.

Локальные цивилизации пятого поколения

Террористическая атака на Всемирный торговый центр 11 сентября 2001 г.

1. Модель неолиберальной глобализации, унификации ци­вилизаций в однополярном мире. Если возобладает тенден­ция формирования однополярного мира при гегемонии единс­твенной сверхдержавы — США, а процессы глобализации будут развиваться по ныне доминирующей неолиберальной модели в интересах транснациональных корпораций (ТНК), пространства взаимодействия цивилизаций могут использоваться как каналы их унификации по западному образцу, стирания цивилизационного разнообразия, захвата новых рынков ТНК под эгидой Всемирной торговой организации и Международного валютного фонда. При этом сохранится геоцивилизационная поляризация, отстающие цивилизации (в том числе и находящиеся в кризисе евразийская и африканская) будут выступать в качестве источников сырья и дешевой рабочей силы, рынков сбыта готовой продукции для цивилизаций «золотого миллиарда».

В этом случае реализуется модель «расколотой цивилизации», предложенная В.Л. Иноземцевым [9]: цивилизации постиндустри­альные (североамериканская, западноевропейская); цивилизации второго эшелона, которые останутся на индустриальной стадии развития (Япония, Австралия, Россия, Китай, Восточная Европа); цивилизации третьего эшелона, в которых будут преобладать смешанные индустриальные и доиндустриальные уклады (лати­ноамериканская, индийская); страны и цивилизации четвертого эшелона, которые не в состоянии самостоятельно обеспечить свое

существование и развитие и в отношении которых цивилизации первого эшелона будут проводить политику неоколониализма,

военной оккупации (ряд стран африканской и мусульманской цивилизаций). При всей парадоксальности такой модели она уже фактически проводится в отношении Афганистана и Ирака (хотя последний не относился к числу беднейших стран).

Однако эта модель и связанный с нею сценарий будущего про­странств взаимодействия цивилизаций имеет мало шансов на реа­лизацию. Цивилизационные различия, складывавшиеся тысячеле­тиями, не так легко стереть. Их продление в будущее гарантируется законами социогенетики, и прежде всего основным законом сохра­нения рода человеческого — биологической и социальной наследс­твенностью и наследственной изменчивостью, способностью циви­лизаций, народов, семей адаптироваться к меняющимся условиям развития, обогатив свой генотип. Устремление к монополярному миру — опасная утопия, попытка ее реализовать на практике может вызвать новый взрыв противоречий и вооруженных конфликтов, прежде всего в пространствах взаимодействий цивилизаций, в циви­лизационных разломах. При таком сценарии возрастает опасность реализации предсказанной С. Хантингтоном угрозы столкновения цивилизаций, что при глобальном характере такого столкновения и использовании оружия массового поражения может привести к самоуничтожению самих цивилизаций [10].

2. Сценарии исламизации и китаизации мира и ослабления цивилизаций Запада. Этот сценарий рассмотрен в недавно опуб­ликованной книге Патрика Бьюкенена «Смерть Запада» [11] и в одном из сценариев опубликованного в 2005 г. доклада Национального раз­ведывательного совета США «Контуры мирового будущего» [12].

Террористическая атака на Всемирный торговый центр 11 сентября 2001 г.

Флаг ООН

Североамериканская цивилизация, которая практически целиком сложилась из иммигрантов, Западная Европа и Россия имеют большой исторический опыт восприятия и включения в свою систему цивилизационных ценностей пришельцев из иных цивилизаций. Нет сомнений, что этот опыт будет

адаптироваться и использоваться в будущем. Поэтому нет оснований для катастрофических прогнозов гибели Запада.

В основе сценария П. Бьюкенена лежат данные о депопуляции за­падной цивилизации: «В 1961 году люди европейского происхожде­ния составляли четверть мирового населения; в 2000-м — уже одну шестую; в 2050 году они будут составлять всего лишь одну девятую. Такова печальная статистика исчезающей расы» [11. C. 25]. Это вызывает поток иммигрантов, трансформирующих США и другие западные страны: «Неуправляемая миграция грозит уничтожить страну, в которой мы выросли, и превратить Америку в хаотичес­кое скопление народов, не имеющих фактически ничего общего между собой — ни истории, ни фольклора, ни языка, ни культуры, ни веры, ни предков. Своего рода новая балканизация» [Там же. С. 14]. «Свершается новая революция, которая восторжествует не только в Америке, — нет, она победит на всем Западе. Цивилизация, основанная на вере, а с нею культура и мораль, отходят в прошлое и повсеместно заменяются новой верой, новой моралью, новой культурой и новой цивилизацией» [Там же. С. 21]. Отсюда делается мрачный прогноз о гибели западной цивилизации: «Запад умирает. Народы Запада перестали воспроизводить себя, население запад­ных стран стремительно сокращается. С самой черной Смерти в четырнадцатом столетии мы не сталкивались с опасностью серь­езнее. Нынешний кризис грозит уничтожить западную цивилиза­цию.... Католики, протестанты, православные — все они участвуют в грандиозной похоронной процессии западной цивилизации» [Там же. С. 22].

Прогноз до 2020 г. Национального разведывательного совета США [12] более оптимистичен. Он допускает сценарий Pax Ameri­cana, когда США останутся лидером в мировой экономике и поли­тике, возвышаясь как скала на страже мирового порядка. Но и здесь отмечается растущее влияние миграции: «Усилятся миграционные потоки в ряде регионов мира: из Северной Африки и Ближнего

Черная Африка

Востока в Европу, из Латинской Америки и Карибского бассейна

В докладе рассматривается и сценарий «Новый халифат». На основе всемирного исламского движения создается новая сверхдержава — Ха­лифат, который объединяет мусульманские страны и достигает успехов в борьбе с цивилизациями США, Европы, России, Китая [Там же. С. 117].

При обоих сценариях пространства взаимодействия цивили­заций служат каналами распространения населения и ценностей цивилизаций Востока и Юга на Запад и Север, где формируются смешанные цивилизации с возрастающим влиянием мусульман­ского, латиноамериканского и китайского элементов.

Однако и против этого сценария можно выдвинуть серьезные возражения.

Во-первых, тенденции депопуляции и снижения темпов роста на­селения наблюдаются не только в западноевропейской, российской и японской, но и в других цивилизациях. Согласно демографическо­му прогнозу ООН, среднегодовые темпы прироста населения в целом по миру снизятся с 1,8% в 1950-1955 гг., 2,04% в 1965-1970 гг. и 1,2% в 2000-2005 гг. до 0,38% в 2050 г. [13. С. 20], а к концу XXI в., при сохранении этой тенденции, могут и вовсе уменьшиться до нуля, с преобладанием депопуляции в следующем столетии.

Во-вторых, темпы прироста населения снижаются и в ныне страда­ющих от перенаселения регионах мира: в менее развитых регионах — с 2,51% в 1965-1970 гг., 1,43 % в 2000-2005 гг. до 0,45% в 2045-2050 гг., в том числе в Африке — с 2,86% в 1980-1985 гг. и 2,08% в 2000-2005 гг. до 1,21% в 2045-2050 гг., в Азии — с 2,41% в 1965-1970 гг. и 1,5% в 2000­2005 гг. до 0,20% в 2045-2050 гг. [Там же. С. 24, 34, 46]. Соответственно будет ослабевать миграционное давление со стороны этих стран.

В-третьих, североамериканская цивилизация, которая практи­чески целиком сложилась из иммигрантов, Западная Европа и Рос­сия имеют большой исторический опыт восприятия и включения в свою систему цивилизационных ценностей пришельцев из иных цивилизаций. Нет сомнений, что этот опыт будет адаптироваться и использоваться в будущем. Поэтому нет оснований для катаст­рофических прогнозов гибели Запада.

3. Пространства взаимодействия цивилизаций как важный инструмент формирования многополярного мира, механизма диалога и партнерства цивилизаций в решении глобальных проблем XXI в. Этот сценарий деталь­но аргументирован в книге Н.Н. Моисеева «Судьба цивилизации. Путь разума» [3], в наших монографиях «Глобализация и взаи­модействие цивилизаций» [14], «Цивилизации: теория, история, диалог, будущее» [15], в разработанной Международным институ­том Питирима Сорокина — Николая Кондратьева и одобренной IV Международной Кондратьевской конференцией Концепции становления многополярного мира на началах диалога и парт­нерства цивилизаций» [15. С. 37-67].

Н.Н. Моисеев отводил ключевую роль в будущем человечест­ва конструктивному взаимодействию цивилизаций: «Цивилиза­ционным особенностям предстоит сыграть важнейшую, решаю­щую роль в трансформации общепланетарной ситуации... Толь­ко совместные, хорошо скоординированные действия различ-

Н.Н. Моисеев отводил ключевую роль в будущем человечества конструктивному взаимодействию цивилизаций: «Цивилизационным особенностям предстоит сыграть важнейшую, решающую роль в трансформации общепланетарной ситуации... Только совместные, хорошо скоординированные действия различных цивилизаций, способные выработать необходимые универсалии во взаимоотношениях природы и человека, дают надежду на благоприятный исход наступающего экологического кризиса».

Белый дом. США

Вавилонская башня.

Фрагмент картины Питера Брейгеля

Перед локальными цивилизациями стоят общие угрозы, определяющие судьбу этой общности, — экологические, технологические, демографические, техногенные катастрофы, военные конфликты, угрожающие самоуничтожением человечества.

Они восприняли накопленное за тысячелетия цивилизационное наследие и теперь должны трансформировать его перед вызовами нового века и передать в усовершенствованном виде следующим поколениям.

ных цивилизаций, способные выработать необходимые универ­салии во взаимоотношениях природы и человека, дают надежду на благоприятный исход наступающего экологического кризиса» [3. C. 123]. Это не означает преодоления цивилизационных различий, но ведет к изменению их направленности, к совместным действиям: «Логика взаимодействия цивилизаций, основанная не на их стандар­тизации, а на учете их различий, — это очередная страница мировой истории. И она отвечает логике природы. Но это не означает, что ци­вилизационных разломов «по Хантингтону» не будет. Более того, на­иболее естественный сценарий развития общепланетарной ситуации как раз и есть сценарий «по Хантингтону» с его разломами, приводя­щими к противосостояниям. Они чреваты конфликтами, которые при нынешнем уровне средств уничтожения грозят самому факту сущес­твования человечества. Планетарное гражданское общество, которо­му еще предстоит сформироваться, ожидает немалый труд — при­вести цивилизационные разломы из состояния «по Хантингтону» в состояние «по Моисееву»!» [Там же. С. 184].

Подобный подход выражен и в Концепции становления много­полярного мира на началах диалога и партнерства цивилизаций.. Эта концепция исходит из того, что при всем разнообразии ха­рактеров, целей, интересов, системы ценностей локальные циви­лизации являются необходимыми элементами всего человечества, глобальной цивилизации. Перед ними стоят общие угрозы, опреде­ляющие судьбу этой общности, — экологические, технологические, демографические, техногенные катастрофы, военные конфликты, угрожающие самоуничтожением человечества. Они восприняли накопленное за тысячелетия цивилизационное наследие и теперь должны трансформировать его перед вызовами нового века и пе­редать в усовершенствованном виде следующим поколениям. Ци­вилизациям предстоит объединить усилия для решения острейших глобальных проблем XXI в., которые не под силу каждой цивили­зации в отдельности: демографические кризисы в одних регионах и кризисы перенаселения в других; предстоящее истощение до­ступных и сравнительно дешевых запасов органического топлива и других полезных ископаемых; ведущее к опасным изменениям климата загрязнение окружающей среды; достигшая чрезмерных размеров разница в уровнях технологического и экономического развития богатого меньшинства и бедного большинства стран и цивилизаций; ослабление угрозы столкновения цивилизаций и формирование многополярного мира на основе равенства, диа­лога и партнерства цивилизаций и государств; становление ин­тегрального социокультурного строя, освоение революционных достижений в науке и образовании, возрождение гуманистической этики, толерантности и веротерпимости.

Решение этих задач потребует новых механизмов сотрудни­чества государств и цивилизаций, повышения роли ООН и ее ор­ганизаций в координации деятельности по решению глобальных проблем, наделение этих наднациональных органов некоторыми властными функциями, а также достаточными и устойчивыми ре­сурсами для выполнения этих функций.

При реализации этого сценария возрастает и меняется роль пространств взаимодействия цивилизаций в выборе и реализации общих проектов, направленных на решение глобальных проблем в предотвращении угрозы столкновения цивилизаций, согласова­нии их интересов и нахождении компромиссов при выявлении противоречивости этих интересов.

С нашей точки зрения, третий сценарий — реалистический и вместе с тем единственный, открывающий дорогу для транс­формации и развития совокупности локальных цивилизаций и глобальной цивилизации в целом в чрезвычайно усложнивших­ся условиях наступившего века. Только объединив цели, усилия и ресурсы (сохранив при этом свои особенности, наследие, иден­тичность), цивилизации пятого поколения смогут дать достойный ответ на вызовы XXI в. В противном случае им грозит прекращение существования.

Цивилизациям предстоит объединить усилия для решения острейших глобальных проблем XXI в., которые не под силу каждой цивилизации в отдельности: демографические кризисы в одних регионах и кризисы перенаселения в других; предстоящее истощение доступных и сравнительно дешевых запасов органического топлива и других полезных ископаемых; ведущее к опасным изменениям климата загрязнение окружающей среды; достигшая чрезмерных размеров разница в уровнях технологического и экономического развития богатого меньшинства и бедного большинства стран и цивилизаций.

Таким образом, исследование теоретических основ, функций и этапов развития пространств взаимодействия цивилизаций приводит к выводу: эти пространства являются неотъемлемой составной частью геоцивилизационной системы и фактором ее прогресса, распространения накопленных авангардными ци­вилизациями технологических, экономических, политических и социокультурных достижений и инноваций. Исследование этих проблем является необходимой предпосылкой для выработки эффективного механизма диалога и партнерства цивилизаций в решении глобальных проблем XXI столетия.

Тайпэй. Тайвань. Сплав традиции и современности