Наследственность: социальный генотип цивилизаций

Любая система в живой природе и обществе существует и эффек­тивно функционирует до тех пор, пока сохраняется ее наследствен­ное ядро, генотип, выражающий ее сущность, характерные черты, пропорциональность и взаимодействие образующих генотип эле­ментов.

Нужно признать, что до сих пор раскрытию генотипа цивилиза­ций (как мировых, так и локальных) в научной литературе не уде­лялось внимания. Сделаем первую попытку исследования этой сложнейшей проблемы, не претендуя на ее окончательное решение.

По нашему мнению, в структуре цивилизационного генотипа (если вести речь о локальных цивилизациях) можно выделить во­семь основных элементов (своеобразных социальных хромосом).

1. Природно-экологическая среда, в которой формируется и функционирует цивилизация. Эта среда включает:

климатические условия на территории, где возникает и разви­вается цивилизация, — жаркий, холодный или умеренный климат, уровень и сезонные колебания температуры, обильность или недо­статок осадков и т. п. Не случайно возникновение первого поколе­ния локальных цивилизаций в IV—III тыс. до н.э. произошло в обла­стях с теплым климатом, наиболее благоприятных для жизни. А.Л. Чижевский отмечал: «Если мы проследим условия возникно­вения и развития цивилизаций, то ясно увидим, что величайшие центры умственной жизни человечества первоначально локализу­ются в местах с оптимумом температуры. Это распространяется на культуры китайскую, вавилонскую, египетскую, индийскую, антич­ную, арабскую» [57. С. 21]. Лишь через тысячелетия ареал цивили­заций распространился к северу и югу, охватив почти всю сушу;

обилие, достаточный уровень или недостаток природных ресурсов, необходимых для обеспечения жизнедеятельности об­щества.

уровень экологической безопасности, подверженность терри­торий стихийным бедствиям — наводнениям, землетрясениям, тайфунам, извержениям вулканов, засухам и т.п.;

степень воздействия человека на природную среду, способ­ность последней к самовоспроизводству и преодолению отрица­тельных последствий этого воздействия.

Природно-экологический фактор во многом определяет харак­терные черты цивилизации, но он не является ведущим мотивом в формировании ее генотипа.

2. Демографическая составляющая генотипа цивилизации во многом связана с природно-экологической, находится на стыке природы и общества, носит в силу этого двойственный характер, но имеет самостоятельное значение. Основные ее элементы:

численность населения и темпы его динамики, его критиче­ский минимум, без которого невозможно формирование крупно­масштабного, сложного общества; необходимый уровень плотности населения, его концентрации в городах и т.п. Низкая плотность и невысокие темпы роста населения на тысячелетия задержали нача­ло формирования цивилизаций в северо-восточной части Евразии;

расовый состав общества (преобладание той или иной расы во многом зависит от природных факторов);

условия воспроизводства населения, его половозрастной со­став, характер и состав семей;

национальный и этнический состав общества, языковая общ­ность, наличие лидирующей (преобладающей) нации (этноса), уровень национальных и этнических связей;

миграционные характеристики населения — его сравни­тельная однородность и устойчивость (например, нынешние

японская, китайская или индийская цивилизации) либо, напро­тив, формирование за счет притока иммигрантов.

Влияние демографической составляющей генотипа возрастало со временем, по мере роста численности и плотности населения и его дифференциации по цивилизациям. Согласно расчетам А. Мэддисона, в I тыс. н.э. среднегодовые темпы прироста населе­ния составляли всего 0,01% и колебались от 0,09% в Японии, 0,07% в Африке и Латинской Америке, 0,06% в США и СССР до 0% в Западной Европе, Китае и Индии. В следующие же 500 лет (1000-1500 гг.) темпы прироста возросли в 10 раз — до 0,10% в мире в целом (0,17% — в СССР, 0,16% — в Западной и 0,15% — в Восточной Европе, 0,07% — в Африке и 0,08% — в Индии). Даль­ше темпы прироста мирового населения эпоха за эпохой возраста­ли (0,27% — в 1500-1820 гг., 0,40% — в 1820-1870 гг., 0,80% — в 1870-1913 гг., 0,93% — в 1913-1950 гг.). Пик был достигнут в 1950-1973 годах, когда среднегодовой темп прироста достиг 1,93%, а дифференциация — от 2,73% в Латинской Америке, 2,37% в Африке до 0,71% в Западной Европе. С последней четверти XX века в кривой демографической динамики произошел пере­лом: мировой прирост населения составил 1,62% (2,69% — Афри­ка, 2,05% — Индия, 1,96% — Латинская Америка, 0,32% — Запад­ная и Восточная Европа, 0,54% — СССР) [67. С. 257]. В XXI столетии эта ситуация закрепится: по среднему варианту демографического прогноза ООН, темпы прироста населения в целом по миру снизятся в 2045-2050 годах до 0,33% (чуть выше темпов 1500-1820 гг.). Дифференциация составит от 1,08% в Аф­рике, 0,41% в США, 0,26% в Индии, 0,2% в Латинской Америке до 0,86% в России, 0,56% — в Японии, 0,15% — в Германии, 0,37% — в Китае [70]. При сохранении подобной тенденции, по нашим оценкам, общая численность населения в мире вернется к концу XXII века к 6 млрд человек — уровню 2000 года. Демографическая динамика, рост или депопуляция населения будут играть все боль­шую роль в судьбе как локальных цивилизаций, так и всего чело­вечества.

3. Технологическая составляющая генотипа цивилизации предполагает определенный технологический уровень (меняю­щийся от эпохи к эпохе, с переходом к очередному технологи­

ческому способу производства и технологическому укладу в его рамках) развития производительных сил цивилизаций и всех их элементов: наборов средств производства и технологий их функ­ционирования, энергетических и сырьевых источников, форм организации производства, уровня квалификации работников. Технологический уровень цивилизации определяет конкуренто­способность продукции, уровень производительности труда, каче­ство жизни населения, место цивилизации в мировом технологи­ческом пространстве — будет ли она находиться в авангарде или отставать. Это не означает технологической однородности всех от­раслей и регионов цивилизации. Напротив, налицо технологиче­ский разрыв между отраслями и регионами, технологическая мно- гоукладность экономики. Но этот разрыв имеет свои пределы, ли­дирующие отрасли и регионы играют роль локомотива, тянущего за собой отстающих. Можно определить средний технологический уровень каждой цивилизации, его динамику по эпохам, ранжиро­вать цивилизации по этому показателю. В переходные эпохи неред­ко происходит смена технологических лидеров. В начале XXI века технологическими лидерами являются североамериканская, за­падноевропейская, японская и океаническая (ее часть — Австра­лия) цивилизации, отстающими — африканская, мусульманская (кроме нефтеэкспортирующих стран Ближнего Востока), осталь­ные занимают промежуточное положение.

4. Экономическая составляющая цивилизационного геноти­па включает несколько элементов, меняющихся от эпохи к эпохе вместе с экономическими способами производства:

уровень экономического развития, что находит выражение в производстве ВВП на душу населения;

преобладающая форма собственности на природные ресур­сы, другие средства производства (государственная, частная в той или иной форме, общинная или общественная и т.п.), формы ее реализации;

преобладающие формы обмена, уровень товарности произ­водства и развитость рыночных механизмов, товарно-денежных отношений, соотношение рыночных и нерыночных секторов эко­номики;

характер и формы распределения произведенного продукта, уровень экономической стратификации социальных слоев (эконо­мической поляризации);

роль государства в функционировании и развитии экономи­ки, в присвоении средств производства, ренты и других составля­

ющих чистого дохода, в регулировании внутренней экономики, межгосударственных и межцивилизационных связей, в выработке и реализации долгосрочной стратегии и степени планомерности в развитии экономики.

К богатым, развитым в экономическом отношении, относятся се­вероамериканская, японская, западноевропейская, океаническая (в части Австралии и Новой Зеландии) цивилизации. К бедным, с низким уровнем среднедушевого дохода, — африканская (южнее Са­хары, кроме Южной Африки), индийская, буддийская (кроме Южной Кореи, Сингапура и Таиланда), мусульманская (за исключением Сау­довской Аравии и других нефтеэкспортирующих стран). Остальные цивилизации можно отнести к среднему уровню развития.

В каждой цивилизации наблюдаются экономическая неодно­родность, взаимодействие разных форм собственности и экономи­ческих укладов, разное соотношение рыночного и нерыночного секторов, разрыв между богатыми и бедными слоями населения. Все эти соотношения меняются от эпохи к эпохе, при смене миро­вых цивилизаций и кондратьевских циклов.

Цивилизационный прогресс находит выражение в ускорении темпов экономического роста и изменении доли цивилизации в мировом ВВП, особенно в индустриальную эпоху (табл. 3.1).

Меняется и доля цивилизаций в мировом ВВП. Если в доинду- стриальную эпоху лидерами были Китай и Индия (на их долю в 1 г. н.э. приходилось 57% мирового ВВП, в 1000 г. — 51,6%, в 1500 г. — 29,3% и в 1700 г. — 46,7%), то уже к 1913 году их доля упала до 14,3%, а к 1973 году — до 7,7%. Первенство перешло к за­падноевропейской (с 21,9% в 1700 г. до 33% в 1913 г.), а затем к се­вероамериканской (доля США выросла с 0,1% в 1700 г. до 18,9% в 1913 г. и 27,3% в 1950 г.) и к японской цивилизациям (с 2,9% в 1600 г. до 7,8% в 1973 г.) [67. Р. 261]. Экономическая составляю­щая генотипа локальных цивилизаций меняется на разных фазах их жизненного цикла, периоды подъема уступают место временам застоя и кризиса; их доля во всемирном экономическом простран­стве то увеличивается, то уменьшается. Евразийская цивилизация (бывший СССР) в 90-е годы XX века вообще совершила беспре­цедентный скачок назад — катастрофа стала результатом неолибе­ральных рыночных реформ и распада СССР.

5. Социальная структура цивилизации не менее важна.

Таблица 3.1.

Динамика темпов роста ВВП

Источник:[67. Р. 260, 261, 263].

¹а — темпы роста ВВП, %, в сопоставимых ценах;

²б — темп роста ВВП на душу населения.

цивилизации (с IV—III тыс. до н.э.) можно выделить несколько различных для каждой цивилизации социальных страт:

правящий слой — правители государств и представители знатных родов, высшее духовенство, военачальники, крупные биз­несмены;

средний слой — чиновники, офицеры, промышленники, уче­ные, деятели культуры, земледельцы, представители среднего и малого бизнеса, служители культа;

основной слой — крестьяне, ремесленники, рабочие, мелкие торговцы, низшие чиновники, солдаты;

низший слой — рабы, крепостные, каста неприкасаемых, лю­ди, лишенные гражданских прав и лично зависимые, нищие.

Социальная структура цивилизации трансформировалась вме­сте с экономической и политической ее составляющими. С отме­ной рабства в Северной и Южной Америке, а затем кастового строя в Индии низший слой общества практически исчез. В совре­менную эпоху все цивилизации имеют трехслойную социальную структуру, хотя кое-где встречаются реликты и рецидивы личной зависимости. Но каждая цивилизация имеет особенности, традици­онные характерные черты социальной составляющей своего геноти­па. Так, североамериканская, западноевропейская и океаническая (в части Австралии и Новой Зеландии) цивилизации по социаль­ной структуре существенно отличаются от китайской, индийской, мусульманской или африканской; социальная структура евразий­ской цивилизации дважды принципиально менялась — в начале и в конце ХХ века.

6. Государственно-политическая составляющая цивилиза­ционного генотипа включает следующие основные элементы: государственное устройство, форма политической власти (монархия, парламентская или президентская республика, тира­ния, тоталитарный строй и т.п.);

уровень демократии, участия граждан в решении основных вопросов, формы самоуправления и т.п.;

правовое устройство, регулирование законодательством различных сторон жизни общества, степень независимости судеб­ной системы;

политическое устройство, количество партий, представля­ющих интересы разных социальных слоев, и острота борьбы меж­ду ними;

наличие гражданского общества, его институтов, уровень его контроля над государственным аппаратом.

Государственно-политическая составляющая — наиболее сложный и быстро меняющийся элемент цивилизационного гено­типа. Еще в «Государстве» Платона показана смена форм государ­ственного устройства. Историческим трендом в динамике цивили­заций является нарастание демократических начал, вовлечение все более широких слоев населения в решение политических во­просов. Однако и здесь наблюдаются резкие колебания в периоды политических переворотов и революций. И если в одних цивили­

зациях и странах политическая составляющая не меняется в тече­ние длительного времени (например, североамериканская цивили­зация), то в других (евразийская, западноевропейская) она под­вержена частым трансформациям, неустойчива. С конца XX века наблюдается тенденция сближения государственно-политическо­го устройства в разных цивилизациях, хотя существенные разли­чия сохраняются.

7. Социокультурная составляющая (сфера духовной жизни) является важнейшим компонентом наследственного ядра любой цивилизации. Она включает следующие основные элементы:

уровень и характер научного познания, состав и развитие сменяющих друг друга научных школ, своеобразие философского мышления, цивилизационные особенности в обновлении научных парадигм;

разнообразие культур — как в сравнении цивилизаций, так и в их внутреннем строении (национальное и этническое разнооб­разие), различия художественных и архитектурных стилей, лите­ратурного и музыкального наследия, эстетических оценок;

сложившаяся система передачи знаний и культуры следу­ющим поколениям через систему образования, обучения и пере­подготовки кадров, сложившиеся педагогические школы и тра­диции;

система этических ценностей, критерии оценки деятельно­сти и поступков людей в семье и обществе, частично закрепленная в правовых нормах, но носящая более широкий характер и тесно связанная с преобладающей религией;

религиозное мировоззрение, господствующая или преоблада­ющая конфессия и проводящие ее в жизнь религиозные институ­ты. Некоторые современные цивилизации моноконфессиональны (мусульманская), другие допускают наличие нескольких религий, сотрудничающих и противоборствующих (западноевропейская, североамериканская, евразийская, африканская), третьи безраз­личны к религиозным верованиям (японская, китайская).

А. Тойнби считал принадлежность к той или иной религии конституирующим признаком цивилизации, выделяя на его осно­ве западно-христианскую, православно-христианскую, мусуль­манскую и индуистскую цивилизации [50. С. 133]. Иной точки зрения придерживался Н.Н. Моисеев, который утверждал, что цивилизация сама выбирает адекватную ее духовному строю ре­лигию: «В отличие от Тойнби, я полагаю, что не религия форми­рует цивилизации, а цивилизации усваивают те нравственные

принципы и то религиозное миропонимание, которое в наиболь­шей степени отвечает цивилизационным традициям народа. То есть цивилизация «выбирает» религию и приспосабливает под свои потребности и идеалы» [39. С. 105].

Такой подход основан на следующих аргументах. Во-первых, локальные цивилизации возникли за три тысячелетия до станов­ления монотеистических мировых религий; первоначально циви­лизации прошли через стадию политеизма. Во-вторых, формиро­вание монотеистических мировых религий в «осевое время», по Карлу Ясперсу, было связано с кризисной стадией развития ци­вилизаций 2-го поколения и стало одним из факторов становле­ния 3-го поколения. В-третьих, формирование 5-го их поколения на рубеже третьего тысячелетия связано с появлением все больше­го числа разнообразных верований и расширением межконфес­сионального диалога.

8. Историческая составляющая генотипа каждой локальной цивилизации выражает тот исторический опыт, который накоплен как в понимании единства коренных интересов народов и этносов, из которых она складывается, так и во взаимоотношениях с други­ми цивилизациями. Формы этих взаимоотношений могут быть со­вершенно различными — от диалога и сотрудничества до противо­стояния и столкновения, которое иной раз завершается гибелью или поглощением более слабой цивилизации. Исторический опыт служит цементирующей силой, кристаллизирующей значимость и взаимодействие всех элементов генотипа локальной цивилиза­ции, обеспечивающей его сохранение и обогащение на разных эта­пах жизненного цикла цивилизации.

Структура генотипа локальной цивилизации представлена на рис. 3.4.

Несколько иной состав имеет генотип мировой цивилизации как крупного этапа в истории развития глобальной цивилизации — всего человечества на определенной фазе развертывания его жиз­ненного цикла. Отсчет истории глобальной цивилизации мы ве­дем, как и Н.Н. Моисеев, с неолитической революции, со времени зарождения производящего хозяйства и начала социального рас­слоения общества (на базе общественного разделения труда). Про­изошло это около 10 тыс. лет назад, после глубочайшего экологи­ческого кризиса в позднем мезолите, поставившего вид Homo sapi­ens перед угрозой вымирания и вынудившего его пойти на эпо­хальные инновации — освоить животноводство, земледелие, а затем ремесла и строительство.

Рисунок 3.4.

Структура генотипа локальной цивилизации

За время существования первой из мировых цивилизаций — неолитической — генотип их только складывался. Он включал природно-климатическую, демографическую, технологическую, частично экономическую и социокультурную составляющие, но отсутствовали такие элементы, как социальное расслоение, госу­дарство и право; не сформировались еще локальные цивилизации. Поэтому первые тысячелетия истории можно рассматривать как фазу зарождения глобальной цивилизации, двух ее частей — ми­ровых и локальных цивилизаций, их генотипов.

Полностью эти генотипы развились в период раннеклассовой мировой цивилизации (примерно с середины IV до начала I тыс. до н.э.). Началось социальное расслоение общества, развивались то­варно-денежные отношения, возникли государство и право, произо­шли качественные перемены в социокультурной сфере (совершена революция этических норм, подкрепленная религиями; создана письменность, заложены основы научного познания и образова­ния), накапливался исторический опыт. Возникло и прошло ста­дии своего жизненного цикла 1-е поколение локальных цивилиза­ций, опиравшихся на сеть городов («городская революция»). Эта эпоха наиболее богата на революционные перемены в жизни об­щества, на судьбоносные инновации, заложившие основы разви­тия общества на многие тысячелетия. Используя терминологию К. Ясперса, можно сказать, что это было первое «осевое время». Именно тогда окончательно сформировался генотип как мировых, так и локальных цивилизаций, образующих матричную структуру динамически развивающейся глобальной цивилизации.

В течение последующих мировых цивилизаций — античной (начало I тыс. до н.э. — середина I тыс. н.э.), средневековой (VI—XIII вв.), раннеиндустриальной (XIV — середина XVII в.), индустриальной (середина XVIII — конец XX в.) и складываю­щейся на наших глазах постиндустриальной (начало XXI — конец XXII в.) — эти генотипы развивались, обновлялись и обогащались, сплетаясь в едином потоке движения человечества от ступени к ступени, через циклы разной длительности и кризисы различной глубины.

В чем же состоит кардинальное различие генотипов мировой и локальной цивилизаций? И тот, и другой состоят из восьми сходных элементов, но в генотипе мировой цивилизации эти эле­менты рассматриваются применительно к определенному этапу развития человеческого общества, что дает возможность более четко определить качественные и количественные показатели

каждого из них. Кроме того, в генотипе мировой цивилизации возни­кает еще два элемента, две составляющие. Первый — это определен­ный набор локальных цивилизаций, выражающих цивилизационное разнообразие на данном этапе исторического прогресса. Второй — геоцивилизационное пространство, все возрастающая с развитием человечества часть ойкумены, занятой цивилизациями (цивилиза­ционный пояс). Оно коренным образом отличается от пространства, где цивилизации еще не сложились либо находятся в зачаточном состоянии. При этом следует учитывать многослойный характер геоцивилизационного пространства: в нем одновременно сосущест­вуют и преобладающая мировая цивилизация; и уходящие, вы­тесняемые; и реликтовые, время которых давно прошло; и новая, только зарождающаяся, идущая на смену преобладающей.

Многослойный характер носит и сообщество локальных циви­лизаций. Одни из них являются лидерами в освоении и распрост­ранении основ преобладающей мировой цивилизации.

Другие догоняют, постепенно осваивая ее достижения. Третьи, представляющие отжившие свое историческое время мировые ци­вилизации, оказываются в арьергарде. В одно и то же время живут локальные цивилизации, относящиеся к разным поколениям.

Столь же неоднородна и каждая отдельно взятая из локальных цивилизаций, в развитии которых иногда наблюдаются причудли­вые сочетания и зигзаги. Например, в Северной Америке до граж­данской войны середины XIX века господствующий индустриаль­ный строй сочетался с реликтами рабовладельческого строя. Рази­тельную противоположность представляют составные части совре­менной океанической цивилизации. С одной стороны, Австралия и Новая Зеландия находятся в стадии перехода к постиндустри­альной мировой цивилизации; с другой — в Полинезии, Микроне­зии, Меланезии еще сохранились реликты первобытно-общинного строя, свойственного неолитической цивилизации.

Однако не следует понимать глобальное цивилизационное пространство как набор изолированных элементов. Это единая, развивающаяся система, между отдельными составляющими ко­торой с каждой исторической эпохой связь становится теснее. На этом пространстве действуют все более синхронизирующиеся глобальные циклы (хотя каждое звено этой системы имеет собст­венную цикличную ритмику), ее периодически потрясают кризи­сы, охватывающие большую или меньшую часть геоцивилизаци- онного пространства (хотя в каждой части этого пространства они проявляются по-своему).

Следовательно, социогенетическая закономерность наследст­венности действует в многомерном геоцивилизационном прост­ранстве путем передачи в видоизмененном и обогащенном виде наследственных генотипов трех уровней: глобальной цивилиза­ции, переходящей через определенные стадии своего историческо­го развития; мировых цивилизаций, выражающих сущность каж­дой из этих стадий; локальных цивилизаций, отражающих разно­образие отдельных звеньев единого человечества и специфику своей динамики, единство через многообразие. Образно это можно представить как огромную спираль сложнейшей структуры, от­дельные витки которой состоят из взаимопереплетающихся нитей локальных цивилизаций. Направленность данной спирали выра­жает общий тренд исторического развития человечества (глобаль­ной цивилизации), движущегося со все большим ускорением от этапа к этапу своего жизненного цикла.

3.3.