МЕГАЛИТИЧЕСКИЕ ПАМЯТНИКИ ЕВРОПЫ

Лили Кэлас

В трудах европейских археологов термин «мегалит» (от греческого mega - большой и lithos - камень) применяет­ся к ограниченному количеству особых типов доистори­ческих сооружений¹, распределенных на обширных про­сторах атлантических регионов Европы от Западного Сре­диземноморья до Скандинавии.

Значительные размеры этих сооружений, несмотря на то что многие из них на протяжении веков пос традали от разрушений, вызывают восхищение достижениями доис­торических людей, которых иногда считают примитивны­ми. Многие из этих памятников занимают господствую­щие позиции на территории и привлекают тысячи посе­тителей. Другие сооружения, ранее возвышавшиеся посре­ди открытых пастбищ, сегодня скрыты кустарниками и деревьями в результате применения современных методов выращивания скота, позволивших сократить площади па­стбищ.

Из-за размеров каменных глыб мегалиты часто описы­ваются в фольклорных произведениях как творения вели­канов или дьявола. Это отражено и в их народных названи­ях: «могила великанов», «замок великанов», «постель вели­кана» (применительно к курганам), «камни дьявола» и тд.

Слова «мегалит» и «мегалитический» являются научны­ми терминами. Прилагательное впервые было применено в 1830 г. Гербертом (RAHerbert),деканом Мертонского кол­леджа в Оксфорде, в его статье о памятниках в Англии и Бретани (Франция). Существительное «мегалит» в 1853 г. применил д-р Лукис (ЕС- Lukis)с о. Гернси. Затем термин был принят Международным конгрессом по доисториче­ской антропологии и археологии, который проходил в Па­риже в 1867 г., и с тех пор он стал общеупотребительным по отношению к доисторическим памятникам, построен­ным из крупных каменных глыб.

Памятники из крупных камней, которые впервые были научно исследованы в Европе, находят по всему миру. Кро­ме Европы сооружения из крупных глыб встречаются в Африке (в основном на севере, в Эфиопии и Централь­ной Африке), на Аравийском п-ве и на Мадагаскаре. Есть мегалиты в Западной Азии, на Кавказе, в Индии, Индоне­зии (на о. Суматра) и даже в Меланезии (о. Маликула в ар­хипелаге Новые Гебриды) и в Южной Америке (Колумбия). В пределах этих огромных территорий типы, формы и воз­раст мегалитов сильно различаются. Самые недавние из них были возведены на пороге нашей эры, однако терми­нологически спорно, можно ли рассматривать эти позд­ние сооружения как мегалиты.

Настоящая глава посвящена исключительно мегалитам Европы. Чтобы обеспечить приемлемую научную класси­фикацию, мегалиты обычно делятся на следующие типы:

1. Могилы с камерами, стены и крыши которых стро­ились из мегалитических камней, и мегалиты со сводча­тыми крышами.

2. Постройки апсидного типа, которые назывались «храмами», на Мальте (и о. Гозо). Из-за ограниченного ре­гионального распространения в этой главе они не рас­сматриваются (см. гл. 49).

3. Отдельные вертикально стоящие камни, или «менги­ры» (бретонск. mean - камень и bir - длинный).

4· Группы в виде рядов вертикально стоящих камней, самыми известными из которых являются называемые в археологической литературе аллеи или линии; примером служит комплекс мегалитов Карнак в южной Бретани (Франция).

5. Установленные по кругу вертикально стоящие ог­ромные глыбы, расположенные через равные промежут­ки или являющиеся составной частью монументального ансамбля с валами и рвами, например, хорошо известный Стонхендж недалеко от Солсбери в Южной Англии.

Такая классификация, основанная на выделении типов европейских мегалитов, содержит, как и любая классифи­кация, элемент упрощения, однако имеет практическое значение для научных дискуссий. Основные типы мегали­тов представлены на иллюстрациях и рисунках к этой гла­ве, показывающих специально отобранные примеры хо­рошо известных и легко доступных памятников, располо­женных в разных регионах.

Можно оценить лишь приблизительно число таких памятников. Современные обзоры, стремящиеся за регист­рировать все мегалиты или их следы, выполнены не для всех территорий.

Совремеї щые полные оценки количеств захоронений по ст ранам распределяются следующим образом: в Дании - от 5,5 до 6 тыс.: в Швеции - от 700 до 800; в Норвегии - неболь­шое количество; в Германии - от 1,3 до 1,4 тыс.; в Нидерлан­дах - 55 (к ним следует добавить 30 разрушенных сооруже­ний); несколько могил - в Бельгии и Швейцарии; во Фран­ции - от 6 до 6,5 тыс.; в Ирландии - от 1,2 до 1,5 тыс.; в Веди-

кобритании, включая о-ва, расположенные в проливе Ла- Манш, - от 1,5 до 2 тыс.; на Пиренейском п-ве (Португалия, Испания и Балеарские острова) - от 6 до 7 тыс.; в Италии и на о-вах Западного Средиземноморья - около 1 тыс.

Цифры, касающиеся других категорий сооружений, - отдельно стоящих вертикально врытых камней (менги­ров), рядов (линий) из камней и кольцевых памятников (открытых колец различных форм, окруженных валами и рвами), - еще более расплывчатые, чем данные о захоро­нениях. Только в Центральной Европе (в Германии, Швей­царии и бывшей Чехословакии) известно точное количе­ство менгиров (Kirchner, 1955) - около 80 сохранившихся менгиров (к которым следует добавить 30 уже исчезнув­ших). В более ранних источниках упоминается о еще 40 возможных дополнительных сооружениях, так что в сум­ме имеется информация о 150 менгирах.

В атлантических регионах Европы число менгиров, аллей из менгиров и колец из камней достигает несколь­ких тысяч. Только в Бретани (Франция) насчитывается бо­лее 100 аллей менгиров, состоящих из более чем 3 тыс. вер­тикально врытых камней; при этом число сохранившихся менгиров - от 1 тыс. до 1,2 тыс., и из них 180 вошли в пере­чень сооружений, охраняемых Законом о памятниках. Однако аллеи менгиров встречаются также и в других час­тях Франции, а менгиры имеются почти во всех департа­ментах. В Бельгии известно около 15 менгиров. По оцен­кам, в Португалии существует 150 менгиров, а в Испании гораздо больше; в обеих этих странах постоянно находят новые менгиры. Насколько известно, кольцевые сооруже­ния из камней здесь редки. Встречаются и аллеи менгиров, но их количество в публикациях не указано.

Особенно большое количество колец из вертикально врытых камней и хенджес (henges)(см. гл. 53) встречается в Великобритании и Ирландии, однако имеющиеся циф­ры относятся лишь к некоторым территориям. В графствах Корк и Керри на юго-востоке Ирландии и на севере цент­ральной части Ольстера имеется замечательное скопление свободно стоящих памятников. По информации, полу­ченной от ирландского ученого О’Нуэллена (C)'Nuallam), там более 600 менгиров, около 150 рядов из 2-6 менгиров и почти 100 колец из камней (из них лишь несколько henges).В Британии имеется множество подобных соору­жений, их общее количество составляет около 1 тыс. (из них примерно 800 колец из камней и 80-90 henges).Мен­гиры и аллеи менгиров часто встречаются в южных и за­падных частях страны, а кольца из камней - в западной и северной частях (с концентрацией колец на северо-запа­де Шотландии, на Гебридских (внутренних) островах, в на­циональном парке Лейк-Дистрикт и на п-ве Корнуолл). Hengesможно увидеть повсюду в Британии, но чаще все­го - в зоне восточной низменности.

Внутри различных регионов мегалитические сооруже­ния распределяются неравномерно. Можно выделить центральные зоны с большой концентрацией сооружений и окраинные зоны с немногими памятниками. Дает ли по­добная картина представление о доисторическом перио­де? Это один из вопросов, с которым сталкиваются архео­логи, когда пытаются воссоздать историю поселений, основываясь на доисторических развалинах. Три приме­ра могут проиллюстрировать эту общую проблему. В зем­ле Юльзен (0lzeri)на севере Германии сохранились остат­ки 13 мегалитических захоронений. В середине XIX в. там было зарегистрировано 250 таких могил. В 1938 г. на о. Рюген в Балтийском море было 38 захоронений, а в 1827 г. - 229. Из 5 тыс. мегалитических захоронений, опи­санных в Дании, сохранились лишь 1,8 тыс. (чаще всего в лесных зонах). Это типичные примеры, они показывают, что имеющиеся в настоящее время цифры не позволяют сделать достоверный вывод о первоначальном распреде­лении мегалитических памятников в доисторические времена.

Исчезновение сооружений во многих местах являет­ся следствием разрушения окружающей среды, частично в результате земельных реформ XIX в. В XX в. многие тер­ритории, на которых находились мегалиты, были опус­тошены не только из-за механизации сельского хозяй­ства, но также из-за карьерных разработок, строительства домов, прокладки дорог и т.д. В некоторых урбанизиро­ванных регионах, плотно населенных с давних пор, се­годня можно найти лишь несколько разбросанных мега­литов, но в доисторические времена в них могло быть не меньше сооружений, чем сегодня в не так плотно насе­ленных местах. Это следует из детального исследования топонимики некоторых территорий, на которых суще­ствовавшие ранее мегалиты дали названия деревням и полям.

Внутри захоронений или поблизости от них часто на­ходили различные предметы (гончарные изделия, орудия, фигурки идолов, украшения). Они играли важную роль при определении возраста памятников, особенно до изобрете­ния метода радиоуглеродного анализа. Проблемы, касающи­еся этих изделий, не будут рассматриваться в данной главе. Есть, несомненно, проблемы, связанные с взаимоотноше­ниями между мегалитическими сооружениями и сопутству­ющим археологическим материалом. Даже если мегалити­ческие сооружения в двух разных местах имеют одинаковые признаки, то найденные вблизи от них предаеты могут быть очень разными. Если, например, сравнить предметы из скан­динавской зоны с находками, связанными с мегалитами в Испании, Португалии или во Франции, то окажется, что эти предметы совершенно различные, даже если могилы устро­ены по одному и тому же принципу.

Археологи обычно отдают себе отчет в том, что, изучая изолированно один тип культурных остатков и не рассмат­ривая весь комплекс, частью которого эти предметы явля­ются, они рискуют ошибиться. Тем не менее мегалиты пред­ставляют для них особые проблемы. Как и римские церкви, мегалиты можно изучать сами по себе в качестве архитек­турных творений, культовых мест и престижных символов.

Естественно, при исследованиях национальных и ре­гиональных мегалитических памятников рассматрива­ются все типы сооружений, имеющихся в пределах дан­ной территории. Но в настоящем обзоре, который охва­тывает всю Европу, мы должны ограничиться описани­ем основных принципов строительства сооружений и тех их особенностей, которые являются общими для раз­личных регионов. Необходимо, однако, добавить, что вследствие большого разнообразия памятников, особен­но видов захоронений, существует возможность выде­лить мегалитические области, имеющие свои особые ха­рактеристики (см. гл. 53). Учитывая это, все сооружения можно отнести к основным, широко рас пространенным типам, даже если сооружения географически удалены одно от другого.

Рис. 166.Типы мегалитических захоронений с камерами (дольменов) в Европе

МЕГАЛИТИЧЕСКИЕ СООРУЖЕНИЯ: ОСНОВНЫЕ ТИПЫ, АРХИТЕКТУРА, ПРИНЦИПЫ И МЕТОДЫ СТРОИТЕЛЬСТВА

Захоронения

Типология

Среди мегалитов могилы с камерами являются самы­ми многочисленными и наиболее полно изученными. Пос­ле опубликования работ ведущего шведского археолога Оскара Монтелиуса (O.Montelius, 1843-1921) вошло в пра­вило классифицировать эти мегалитические захоронения по трем типам: дольмены (рис. 166), могилы с проходами (рис. 167) и галерейные могилы (рис. 168).

Согласно теории Монтелиуса, который принял эволю­ционную теорию естественной истории и применил ее методы к изучению археологических материалов с целью разработки хронологической системы, процесс развития шел от самых простейших до более сложных форм и кон­струкций. Предложенная Монтелиусом классификация за­хоронений подразумевала эволюционную последователь­ность и позволяла установить хронологический ряд. Тру­ды Монтелиуса были переведены на другие языки, его идеи широко распространились и одно время были приняты международным научным сообществом. От его теории, согласно которой три типа захоронений развивались пос­ледовательно, так, что второй тип появился из первого, третий - из второго, сегодня отказались, однако состав­ленная им классификация по трем типам в основном ос­тается актуальной, и мы ей далее следуем.

Как было указано, памятники отличаются от региона к региону. Кроме местных особенностей развития, различия возникали из-за использования местных пород камней различных типов. Сооружение, для возведения которого были использованы эрратические валуны (перенесенные ледниками на большие расстояния и состоящие из пород, отсутствующих в местах их нахождения), отличается от сооружения, построенного из плит песчаника или извест­няка. Эти разновидности могут вызвать путаницу, и поэто­му классификация не всегда оказывается простой. Тем не менее классификация остается таксономически удобной при рассмотрении многоплановой действительности. Когда нужно составить общую картину, упрощения необ­ходимы.

Чтобы сделать обсуждение феномена появления мега­литов в Европе более понятным, дадим краткое описание могил трех категорий, следуя классификации Монтелиуса. Это описание будет касаться только самых распространен­ных типов. Читатели, которые интересуются описанием местных разновидностей, смогут обратиться к региональ­ным исследованиям, указанным в списке литературы.

Далъмены (рис. 166, карта 66)

Термин «дольмен» (по-французски «dolmen simple» - простой дольмен) происходит от бретонских слов dol(ка­мень) и теп (стол) (если смотреть на эти сооружения с некоторого расстояния, то они действительно напомина­ют каменные столы).

Дольмены встречаются от Пиренейского п-ва (илл. 125) до Скандинавии, главным образом в прибрежных районах, а во внутренних районах - вблизи озер и рек

Дольмены представляют собой закрытые каменные ка­меры умеренной высоты (до 2 м), в плане многоугольные (илл. 126) (включая квадратные) или прямоугольные, по­крытые одной или двумя плитами, часто выступающими над стенами, как крышка стола. Сами стены сделаны из ка­менных глыб, поставленных на ребро (их археологи на­зывают «ортостатами» - вертикальными опорными кам­нями) и углубленных в траншеи. Промежутки между дву-

Рис./67. Типы мегалитических могил с проходом в Европе мя глыбами иногда заполнялись мелкими камнями или плитками способом сухой кладки.

Внутренние размеры небольших погребальных камер составляли примерно 0,8 м на 1,5-1,8 мили от 1,5-2 м в диа­метре и 0,8-2 м в высоту. В этих могилах находилось лишь одно захоронение. Размеры больших дольменов пример­но в два раза больше указанных (за исключением высоты, которая в этих случаях составляет 1,5-2 м), такое простран­ство позволяло хоронить несколько тел. Если имелся спе­циальный вход в камеру, то он мог обозначаться одной или двумя парами камней, которые обычно были ниже, чем ка­менные глыбы стен. В большинстве своем дольмены стоят изолированно, однако иногда составляют группы или на­ходятся на кладбищах среди могил с проходами.

В наши дни большая часть дольменов представляет со­бой «голые» каменные сооружения на местности. Роман­тический вид этих глыб привлекает внимание туристов, художников и фотографов. Но на самом деле доисториче­ские люди так видегь дольмены никогда не могли, разве что во время строительства. Они были покрыты кургана­ми (земляными насыпями или пирамидами из камней), так что была видна только верхняя часть плиты перекрытия. Найденные или различимые курганы были в плане круг­лыми или продолговатыми (более или менее прямоуголь­ные или трапецеидальные) (илл. 127). Последняя форма преобладала в Дании, однако за пределами северной тер­ритории круглые курганы и пирамиды были самыми мно­гочисленными.

Наиболее впечатляющим из двух типов курганов яв­ляется продолговатый курган. Его обычные размеры со­ставляли 20-30 м на 6-8 м, но длина многих достигала более 100 м, а ширина -10 м. Самый вытянутый курган в Дании имеет длину'170 м. Их высота была довольно уме­ренной. Монументальность курганов подчеркивалась ок­ружающими холм бордюрами из каменных глыб, обыч­но более высокими вдоль коротких сторон. В круглых курганах обычно находился один дольмен, в продолго­ватых - более одного (иногда до пяти).

Размеры курганов превышали размеры самих камен­ных камер во много раз, в особых случаях были, возмож­но, в тысячу раз больше, как можно видеть в том случае, если курган сохранился. С точки зрения архитектоники эти сооружения представляли собой большие укрытия со спрятанными внутри, тщательно построенными мегали­тическими камерами - домами для умерших людей.

Могилы с проходами (рис. 167, карта 66)

Термин «могила с проходом» (по-французски «dolmen a couloir-)применяется для обозначения каменных камер, в которые можно было войти через проход - длиной от 3 до 10 м, а иногда и более, ориентированный обычно в на­правлении с юга на восток. В большинстве эти сооружения расі юлагались в тех же местах, что и дольмеї іьі,т.е. і ιa бере­гах морей или у рек и озер (илл. 128, 129).

Могилы с проходами предст авляют собой прочные и т я­желые мегалитические сооружения и. подобно простым дольменам, построены так, чтобы выдерживать давление кур­ганов, которые их закрывают. Преобладают курганы круг­лой формы, однако в некоторых местах встречаются курга­ны более или менее прямоугольной формы. Круглые курга­ны, как правило, содержат лишь оді ιy могилу, размещенную не в середине. Прямоугольные курганы имеют в основном две или более могил, а в Нормандии и Бретани - до двенад­цати могил. Камеры были многоугольные или квадратные, овальные или прямоугольные в плане с явно выраженным проходом (илл. 130 и 131). Если камера была продолгова­той, то проход выполнялся либо посередине длинной сто­роны, либо рядом с одной из боковых сторон, и тогда все сооружение получалось Т-, Р- или q-образным. Были также могилы с проходом совершенно другого типа: в них каме-

Карта 66.Распределение мегалитических захоронений в Европе: а - мегалитические могилы; b - зоны с многоугольными дольме­нами и могилами с проходом, одинаковыми по планам и строе­нию; с - основные местонахождения: 1 - Маэс-Хоув; 2 - Нью- грэндж, Наут и Даут; 3 - Варне; іез: 4 - Антскуэра; 5 - Лос-Милларес

ра получалась при постепенном расширении прохода без четкого разграничения двух этих частей и напоминала по форме букву V. Все эти разновидности широко распрост­ранены на территории от Пиренейского п-ва до Сканди­навии.

Площади в основании могил с проходом обычно были больше, чем в дольменах. Самые малые многоуголь­ные камеры имели в диаметре 1,5-2,5 м, продолговатые камеры - 3-4 м в длину и 2 м в ширину, однако имеется множество значительно больших камер. На юго-западе Германии и в Нидерландах прямоугольная камера может быть весьма длинной - до 40 м в длину, но ее ширина - всего около 2 м, а проход - короткий. Как правило, вы­сота камер в дольменах с проходом не превышала 2,2 м.

Тот факт, что общины, сооружавшие могилы с прохо­дом, применяли различные типы и формы могил, часто в одном регионе, ставил перед археологами множество вопросов. Устраивались ли могилы разных типов в одно и то же время или последовательно один за другим во вре­мени? Строители изменяли базовые типы разными спосо­бами. В некоторых местах они делили камеры поперечны­ми стенами на секции или отсеки, иногда с разными пола­ми (илл. 132). В других местах они пристраивали боковые камеры или ячейки к основной камере или к проходу - подобно тому, как много позднее строители средневеко­вых церквей пристраивали приделы или боковые часов­ни к нефу. В результате получались захоронения с прохо­дом, имеющие в плане форму креста или даже двойного креста, которые были найдены на территории от запада Пиренейского п-ва до Франции, востока Ирландии и юго- запада Британии.

Проблема проникновения массы земли в камеру под действием силы тяжести земляного слоя была решена пу­тем сухой кладки камней в промежутках между каменны­ми глыбами. Точно так же строились дольмены. В могилах с проходом с установленными над ними пирамидами сте­ны иногда ставились в виде системы опорных террас, при этом преследовалась нс только функциональная цель, но и достигалась архитектурная выразительность и пре­стижность.

Крыши-перекрытия камер и проходов делались по-раз­ному. Иногда они покрывались большими каменными пли­тами, просто укладывавшимися на ортостаты. Когда орто­статы поддерживались стенками сухой кладки, камни-кры­ши лежали на этих стенах, которые были выше ортоста­тов. Крыша могла также быть сделана в виде примитивно­го свода: более или менее плоские камни размещались один над другим так, что каждая следующая плита лишь частично перекрывала нижнюю, а верхнее отверстие зак­рывалось одним камнем.

В наши дни можно обычно легко войти в камеру через проход. Однако изначально, после того как камера и про­ход закрывшись плотно подогнанными камнями-дверьми и покрывались курганом, доступ в камеру был практиче­ски невозможен без разрушения входа. Та сторона кургана,

Рас. 168.Типы мегалитических галерейных могил в Европе

Рис. 169.Восстановленное мегалитическое захоронение (Сканди­навия) с вазами-приношениями перед входом

где находился вход, была всегда тщательно оформлена. Находки со стороны входа показывают, что в этом месте происходили культовые церемонии (рис. 169). Иногда в Западной Европе курганы над могилами с проходами, как и окружавшие их каменные бордюры, служившие для удер­жания курганов, опоясывались свободно стоящими боль­шими камнями, образуя перистили. Самым великолепным примером может служить сооружение в Ньюгрэндже (Ир­ландия) (рис. 163; илл. 133, 134).

В этом описании могил с проходом основное внима­ние обращено на конструкцию камер и проходов; именно их изучением и таксономией занимаются археологи. Од­нако по архитектурному замыслу основными элементами являются курган или каменная пирамида как символы пре­стижа и общественного статуса.

Эти курганы, внушавшие уважение, могли расширять­ся и увеличиваться в объеме путем достройки новых ка­мер, подобно средневековым храмам, которые расши­рялись и никогда полностью не завершались. В некото­рых регионах могилы с проходом были разбросаны по территории, в других они концентрировались в могиль­никах.

Чтобы дать представление о крупнейших памятниках, которые еще существуют в достаточно большом количе­стве, опишем два различных типа. Первым является вну­шительная пирамида из камней в Барненезе, которая се­годня тщательно реставрирована. Она находится на самом высоком месте на п-ве Кернелен, в Бретани (департамент Финистер), длина ее - 75 м, ширина - от 20-25 м, высо­та - 6-8 м. Она опоясана несколькими стенами, располо­женными уступами. В пирамиде находятся 11 могил с длинными проходами, расположенные бок о бок, причем каждая могила немного отличается от следующей за ней. Девять камер построены способом сухой кладки каменных стен и накрыты «куполом» с уступами, который местами опирается на подпорки.

Стены проходов в эти камеры выполнены из плоских каменных плит или выложены из камней сухой кладкой, но всегда накрыты сверху плитами. Два других прохода имеют иную конструкцию. Один построен полностью из плоских камней. Другой проход перед камерой заканчи­вается прихожей, камера и проход построены из плит, а прихожая имеет крышу, выполненную уступами и опира­ющуюся на подпорки. Эта камера является самой крупной в пирамиде; ее стены украшены линиями в виде зигзагов, изображениями топоров, луков и т.д.

Пирамида служит примером двухступенчатого строи­тельства, о котором говорилось в гл. 53; она строилась в два приема на протяжении 200-309 лет. Кроме того, она показывает, что две технологии строи тельства - возведе­ние стен из мегалитических глыб и сухая кладка каменных стен - применялись одновременно.

Вторым великолепным мегалитическим памятником является захоронение с проходом в Ньюгрэндже в долине р. Бойн (Восточная Ирландия), которое возвышается над могильником и над долиной. Ныогрэндж является одним из высших достижений доисторической Европы (рис. 163; илл. 133, 1 34).

Памятник состоит из круглой пирамиды диаметром от 78 до 85 м и высотой 11-13 м. Основание пирамиды окружено бордюрами из ортостатов, многие из которых украшены различными изображениями и рисунками (илл. 1.34). Между этим бордюром и собственно пирами­дой стоит опорная стена, первоначальная высота которой но некоторым оценкам была на 3 м выше, чем бордюр. Пи­рамида закрывает захоронение с проходом, имеющее в плане форму креста, построенное из оргостатов. Основ­ная камера достигает 6 м в высоту и имеет стутгенчатый (в виде уступов) свод, который сверху закрывается одной ка­менной плитой. Проход открыт в направлении на юго-во­сток. Над перекрытием входа устроена ниша или ящик, об­ращенная в направлении восхода Солнца в период зимне­го солнцестояния. На пли тах, составляющих крышу, выре­заны канавки, чтобы дождевая вода, проникшая в пирами­ду, могла вытекать за пределы прохода. Памятник богато украшен внутри. Пирамида опоясана по окружности диа­метром 104 м вертикалы ю врытыми в землю камнями; пло­щадь всего крута составляет примерно 1 га.

Галерейные могилы (рис. 168, карта 67)

Галерейные могилы представляют собой прямоуголь­ные мегалитические камеры с прямыми параллельными стенами, которые образуют узкие прямоугольные комна­ты (галереи). Камеры имеют размеры от 3 до 30 м в длину, от 1,5 до 5 м в ширину и до 2 м в высоту'. По сравнению с могилами с проходом галерейные могилы более однород­ны по своему устройству. Но они представляют абсолют­но иную «архитектурную» идею. В дольменах и могилах с проходом ведущим элементом являлся курган, который часто располагался на командной высоте в окрестности, и камеры были полностью скрыты под курганом. Однако курган над галерейными могилами, имевший продолгова­тое или круглое основание, являлся лишь легким «покры­тием», добавленным к камере.

Как следствие, эти курганы не доминировали над ок­рестностями. Легкий курган не вызывал тех проблем при строительстве камеры, что тяжелый курган. Следователь­но, стены камеры можно было строить из относительно тонких плит. Имеются даже галерейные могилы, относи­тельно которых нельзя уверенно считать, что они были закрыты в курганах. Это особенно справедливо в отноше­нии галерейных могил в районе Сомюра и Анжу' (Фран­ция) - мегалитов так называемого анжуйского типа (изве­стных также в археологической литераіуре как о алсрсйныс могилы луарского типа»). Среди этих памятников имеются такие, которые относя тся к самым впечатляющим мегалити­ческим камерам во Франции. Например, галерейная могила в [ганке, недалеко от Сомюра, имеет 17 м в длину и 4-5 м в ширину, что примерно соответствует внутренней площади 85 кв. м, т.е. размерам современной 3-4 комнатной кварти­ры. Друтим замечательным сооружением является «Скала фей» (Ла-Рош-о-Фэ) в Эссе, к юго-востоку от г. Ренн; площадь внутри камеры - 14x4 кв. м, ее высота - более 2 м.

Камера в галерейных могилах часто разделялась попе­речными пли тами на две или три части. Вход, как прави­ло, устраивался с одной из коротких сторон, перед ним располагалась прихожая или портик, обычно уже и ниже, чем «галерея». В галерейных могилах неко торых групп де­лались круглые или квадратные окошки («иллюминато-

Карта 67.Мегалитические могилы-галереи в Европе: а - терри­тории с местонахождениями могил-галерей; b - местонахождения могил-галерей типа Сена-Уаза-Марна

ры») в поперечной плите, разделяющей портик и камеру, а иногда в поперечных плитах, разделяющих камеру на ча­сти. Такие окошки встречаются и в могилах с камерами, от­носящихся к другим категориям.

В Северной Франции, в долинах Сены, Уазы и Марны (парижский регион) жили сообщества, которые обычно выкапывали галерейные могилы в земле, часто на скло­нах холмов. Удивительно, что захрронения этого типа су­ществуют также в двух других удаленных районах: в зем­лях Северная Вестфалия и Гессен (на западе Германии) и на юго-западе Швеции (скопление галерейных могил на­ходится на территории между оз. Венерн и Веттерн). Од- HaκQ, как правило, шведские галерейные могилы короче (в основном 4-8 м), чем в Западной Европе. Мнения уче­ных о возможных связях между этими различными гео­графическими зонами весьма различаются.

Кроме уже описанных типов, существовали также га­лерейные могилы, состоящие только из одной камеры, до­ступ в которую открывался либо с боковой стороны (меж­ду каменных глыб, образующих стену), либо с короткой стороны. Они появились в тех же природных условиях, что и большинство более сложных сооружений.

Галерейные могилы встречаются как на побережье, так и в глубине территорий, но в противоположность дольме­нам и могилам с проходами они более часто встречаются вдали от морских побережий - обычно вблизи рек. В ос­новном они располагаются на Пиренейском п-ве, во Фран­ции, Германии и Западной Швеции; их мало в Бельгии и Швейцарии.

Оси галерейных могил, как правило, располагались по направлению с юга на север, однако в некоторых регио­нах практически все они располагались с востока на за­пад. Это могло бы свидетельствовать о новых космологи­ческих концепциях у тех, кто принимал решение об ори­ентации захоронений.

Галерейные могилы явились новшеством как в архитек­турном отношении, так и по технологии их возведения, следовательно, переход к ним от традиций строительства простых дольменов и могил с проходами был прерывис­тым, а не «эволюционным», как считал Монтелиус.

Другие типы древних захоронений

Встречаются также вытянутые курганы, внешне похо­жие на те, которые покрывают дольмеї гы, но без каменных камер внутри. Такие курганы тоже часто рассматриваются как мегалитические памятники из-за бордюров из круп­ных глыб, которыми опоясаны их основания.

Во Франции и в других частях Западного Средиземно­морья встречаются захоронения типа искусственных пе­щер (подземелий), вырубленных в мягких скальных поро­дах. Многие ученые считают их также мегалитическими сооружениями, однако их строительство не требовало об­работки крупных каменных блоков, и потому сооружения этого типа здесь не рассматриваются (о них см. гл. 49, 53)·

Какова древность захоронений?

Как и все захоронения, мегалитические могилы могут быть датированы либо путем изучения предметов, кото­рые были в них обнаружены, либо радиоуглеродным ана­лизом образцов, относящихся к конструкциям самих мо­гил. Первые радиоуглеродные датировки, опубликованные в конце 1950-х гг., вызвали настоящую сенсацию, посколь­ку неожиданно обнаружилось, что могилы на тысячу' лет старше, чем полагали ранее.

В настоящее время имеется много радиоуглеродных датировок мегалитов. Однако эти даты неодинаково рас­пределены по всем «мегалитическим областям». На сегод­няшний день во Франции имеется больше сведений о да­тах, чем где-либо. В соответствии с датировками выявле­но, что самыми древними сооружениями являются про­стые дольмены и могилы с проходами и с многоугольны­ми камерами; памятники этой категории широко распро­странены в прибрежных зонах. Такие памятники возво­дились во Франции уже 7 тыс. лет назад.

Такие древние мегалиты возводились на территории от Нормандии до департамента Шаранта. Оба типа захоро­нений закрывались пирамидами, содержащими одну или несколько камер. Однако во времени возведения не суще- ствуег хронологического различия между' первыми доль­менами и первыми могилами с проходами. Это опровер­гает старую идею Монтелиуса о развитии могил с прохо­дами из дольменов.

Расцвет мегалитического строительства приходится на конец седьмого и шестое тысячелетие до наст, в., т.е. он продолжался примерно 1000 лет. В течение этого пе­риода повсюду' были воздвигнуты могилы с проходами, имевшие прямоугольные и квадратные камеры, а также их разновидности с боковыми камерами или ячейками. Строительство могил с проходами продолжалось и в пя­том тысячелетии до наст. в.

В Ирландии сделано немного радиоуглеродных дати­ровок мегалитических могил. Самыми древними могила­ми здесь являются простые сооружения на кладбище Кэр- роумор на западном побережье около г. Слайго. Соглас­но датировке радиоуглеродным методом, одна камера (код № 7) с остатками прохода может быть отнесена к началу шестого тысячелетия до наст. в. и, следовательно, была сооружена позднее, чем самые ранние мегалиты во Франции. Несколько веков спустя появились более слож­ные формы, например, крестообразные (в плане) могилы. Одна из них - великолепное сооружение в Ньюгрэндже (илл. 133, 134; рис. 163) относится ко второй половине шестого тысячелетия до наст. в.. Тем не менее оді ювремен- но с этими постройками сложных форм продолжалось строительство простых могил с проходом. Об этом, в частности, свидетельствуют могилы на кладбище в доли­не р. Бойн, где недавно были открыты захоронения в Ньюгрэндже и Ноуте. Таким образом, существовала, оче­видно, иерархия между типами могил в этих местах.

Некоторые радиоуглеродные датировки могил с про­ходом в Великобритании вполне соответствуют данным, полученным в Ирландии.

Согласно радиоуглеродным анализам, в Испании и Португалии дольмены и могилы с проходами появились почти на тысячу лет позже, чем во Франции. Согласно опубликованным данным, самыми древними захоронени­ями на п-ве являются захоронения в Бейра-Альта на севе­ре Португалии (местонахождения Орка-душ-Кастенай- руш, Карапиту I, Орка-де-Сеиксас), которые были постро­ены к концу седьмого тысячелетия до наст. в. Немногие да­тировки мегалитов в Испании соответствуют данным, по­лученным в Португалии. Однако эти датировки пиреней­ских сооружений были оспорены (Kalb.1981); согласно традиционным археологическим датировкам, основан­ным на сравнении обнаруженных артефактов и образцов наскальных изображений, выясняется, что могилы в Ис­пании и Португалии являются, видимо, современными французским памятникам. То же подтверждают и послед­ние, хотя и немногочисленные радиоуглеродные датиров­ки в Португалии.

Какова ситуация в Северной Европе? Все радиоуглерод­ные датировки дольменов и могил с проходами свидетель­ствуют о том, что эти сооружения появились позднее, чем Самые древние мегалитические захоронения во Франции. Датировки мегалитических захоронений в Мекленбурге (Германия) показывают, что их начали возводить с конца шестого тысячелетия до наст. в. По-видимому, в Скандина­вии, для которой имеется очень мало радиоуглеродных да­тировок, самые древние дольмены появились немного раньше, чем в Мекленбурге, т.е. некоторое время после се­редины шестого тысячелетия до наст. в. В Северной Евро­пе первые дольмены старше самых древних могил с про­ходами. Последние появились в начале северного средне­го неолита (около 5000 лет тому назад). Тем не менее не­которое время дольмены и могилы с проходом продолжа­ли сооружаться одновременно. В Скандинавии не удалось установить различий во времени сооружения могил с про­ходами, выполненных в наземном плане в виде букв Т, Р, q или V. Здесь находки, связанные с могилами, показывают, что различия между этими типами заключается скорее в их географическом распространении, чем во времени со­оружения.

Датировки с помощью радиоуглеродного анализа не дают возможности определить, как долго продолжали строить могилы с проходами в Северной Европе. Если су­дить по находкам в захоронениях, то этот период длился примерно два века. Повторное использование мегалити­ческих могил, включая дольмены, продолжалось здесь, как и в других регионах, далеко за пределами неолита.

Галерейные могилы появились позднее, чем дольме­ны и могилы с проходами и в культурном отношении они принадлежат позднему неолиту. Это подтверждено радиоуглеродными датировками, хотя прямые доказа­тельства относятся только к Франции. На западе Фран­ции галерейные могилы в Лискюисе (уЛаниската) и Кс- риваэлене (недалеко от Плелоффа) в Бретани датирова­ны первой половиной пятого тысячелетия до наст. в. Гале­рейные могилы на севере были датированы только по связанным с ними скоплениям предметов; они могли быть построены примерно 3800-3500 лет назад, т.е. во времена позднего северного неолита. Таким образом, они строились одновременно с группой галерейных могил подобного типа в районе Сена-Уаза-Марна во Франции (вырытых в земле и имевших поперечную пли­ту⁷ с отверстием). Последние, однако, не были датирова­ны радиоуглеродным методом, ио в них были найдены артефакты, похожие на те, что обнаружены в скальном захоронении Мениль-сюр-Оже, которая с помощью ра­диоуглеродного анализа отнесена к началу четвертого тысячелетия до наст. в.

Возникает вопрос, прекратилось ли строительство мо­гил с проходами в Западной Европе до появления галерей­ных могил или оба типа захоронений строились одновре­менно? Радиоуглеродные датировки не позволяют сделать заключение об этом. Похоже, однако, что в Западной Ев­ропе данные процессы по времени частично совпали. Было высказано предположение, что во Франции строи­лись галерейные могилы, моделью которых являлись V-o6- разные могилы с проходом (см. гл. 53). Однако археоло­гические данные о Скандинавии явно указывают на пере­рыв во времени между периодом возведения могил с про­ходами и появлением галерейных могил. Культурные ха­рактеристики среднего и позднего неолита в Северной Ев­ропе совершенно различные.

Из приведенного анализа следует, что мегалитичес­кие способы строительства захоронений и культовых со­оружений в Европе применялись удивительно долго - примерно 2500-3000 лет. Продолжительность этого пе­риода не была одинаковой во всех регионах, однако ар­хитектурная последовательность в типах могил везде идентична. Объяснений этому по-прежнему нет. В брон­зовом веке в большинстве регионов мегалитические со­оружения были заменены индивидуальными могилами под курганами.

Отдельно стоящие памятники (карта 68)

Отдельно стоящие памятники - менгиры, ряды (аллеи) менгиров, каменные кольца ихенджес (henges)встречают­ся в большом количестве, как уже упоминалось, главным образом на западе Европы - во Франции, Португалии, Ис­пании, Ирландии и Британии. Много менгиров и несколь­ко аллей из менгиров известны в Центральной Европе. Из- за отсутствия детальных исследований (за исключением некоторых регионов) нам плохо известны характеристи-

Ксфта 68.Мегалитические памятники в Европе: а - территории с местонахождениями менгиров и рядами (аллеями) менгиров; b - так как кольца камней и памятники типа хендж встречаются в основном в Британии и Ирландии, то указаны только несколь­ко их важных местонахождений: 1 - кольцо Бродгара, 2 — кам­ни из Степнеса, 3 - Каслриг в Кесвике, 4 - Эвбсри, 5 - Стон­хендж, 6 - большие аллеи менгиров в Карнаке

ки этих сооружений и те цели, для которых они ставились. Поскольку свободно стоящие памятники находятся под от­крытым небом, то их часто использовали как источники для добычи камня. Вследствие разрушений, древних и со­временных, сохранилась только малая часть этих соору­жений, которые изначально, вероятно, были сложными комплексами. Поскольку все они представляют собой изо­лированно стоящие мегалитические объекты, их рассмот­рение дано в одном разделе главы.

Менгиры (илл. 106)

Как уже было указано, менгиры часто встречаются в Бретани, и археологи с конца XVIII в. используют это бре­тонское слово для их обозначения. Некоторые ученые под э тим термином подразумевают как отдельно стоящие вер­тикальные каменные монолиты, так и ансамбли свободно стоящих камней, образующих ряды, пересекающиеся ряды или другие конфигурации, но здесь мы будем его приме­нять исключительно для обозначения отдельно стоящих вертикально врытых камней. Следует, однако, обратить biіимание і ιa то, что менгир может быть единственным, ос­тавшимся от некогда существовавшего ансамбля, как это і іеоднократі ю выявлялось при раскопках. Кроме того, мі ю- гочисленные наблюдения указывают на то, что менгиры ставились в определенной связи с другими мегалитиче­скими памятниками, например галерейными могилами или кольцами камней.

Для получения менгиров использовались как природ­ные каменные глыбы, так и блоки, вырубленные из скаль­ных пород. Во втором случае можно видеть сравнитель­но свежие щели в блоках. Большинство менгиров кажет­ся необработанными или только слегка обтесанными. Вы­сота и масса этих монолитов крайне разнообразные: их высота может быть от 1 до 12 м, масса до 100 т. Как прави­ло, менгиры закопаны в землю примерно на одну пятую часть их высоты. Уникальный (ныне расколотый) менгир из Локмариакера в Бретани достигал в высоту'20 м и имел массу'350 т.

Можно упомянуть также о некоторых примечательных и легко доступных менгирах: о широко известном камне из местечка Керлоаса, расположенного в общине Плуар- зель (департамент Финистер), и о камне из местечка Шан- Долан около г. Доль (департамент Иль и Вилен) (илл. 106).

Как правило, менгиры были сделаны из местного кам­ня, однако геологические анализы показали, что некото­рые камни могли быть перевезены на расстояние до 1 км. Большие усилия, которые требовались для добычи, пере­возки и установки этих глыб, свидетельствуют о важном значении, которое им придавали. Они являются также частью «мегалитизма» — культурных амбиций, выраженных в возведении огромных каменных блоков. Они встречают­ся в тех же частях атлантической и Центральной Европы, где находятся мегалитические захоронения, за исключе­нием Северной Европы. Но они распространены шире, чем эти захоронения, и их чаще всего находят в местах, где нет могил с камерами. Таким образом, распределение менги­ров дает основание счита ть, что по своей природе менги­ры явно отличались от захоронений, даже если иногда в Бретани имели отношение к галерейным могилам. Здесь они, видимо, служили указателями захоронений. Чаще все­го их устанавливали на пологих склонах, а не на холмах или в ложбинах.

Поскольку' функции менгиров остаются неизвестны­ми, о них можно лишь догадываться. Были ли они погре­бальными монументами или мемориалами? Или они были связаны с культом плодородия? (Отдельные ученые усматривают в некоторых обработанных камнях фалли­ческие символы.) Или они обозначают центр территории общины?

Предметы, найденные при раскопках менгиров, не включали каких-либо престижных изделий. Это были лишь предметы повседневной жизни, по своим характе­ристикам связанные с культурными общностями, относя­щимися к неолиту или к началу бронзового века. Впрочем, связь этих предметов с памятниками не всегда бесспорна, т.к. менгиры могли быть установлены на месте покинуто­го более древнего жилого помещения.

Аллеименгиров (илл. 108)

В археологической литературе «аллеями менгиров» на­зываются памятники, состоящие из рядов вертикально по­ставленных камней, - одного, двух, трех или более рядов, рядов, расположенных параллельно или под прямыми уг­лами, или даже более сложные сочетания рядов, например, при веерном расположении.

Сохранившиеся аллеи менгиров различны по длине, которая, в частности, зависит от степени их разрушения. Обычно невозможно определить начальную длину ряда, не проводя раскопки. Высота камней изменяется от не­большой (0,5-1 м) до соответствутощей мегалитическим масштабам (2-4 м). Направление аллей менгиров также бывает различным. То, что было сказано о происхождении каменных глыб для менгиров, применимо также и к алле­ям менгиров. В результате раскопок было выявлено, что кроме камней для этих памятников использовали также де­ревянные столбы. Трудно оценить значение различного числа рядов в этих памятниках, так как фуі ікі іии аллей мен­гиров неизвестны. Возможным объяснением является то, что аллея менгиров, состоящая из одного ряда, была воз­веди ιa за один прием, тогда как те, которые состоят из двух, трех и тд. рядов, строились поэтапно, а число рядов и их длина указывают на продолжи тельность деятельности каж­дого поселения. При разнообразии конфиіураций общим признаком всех аллей менгиров является то, что их ряды - всегда прямые.

Недостаток детальных исследований географических групп, за исключением некоторых территорий, делает почти невозможным рассмотрение сохранившихся до настоящего времени региональных признаков, включая выбор места и его связи с другими «ритуальными» соору­жениями.

В целом можно видеть, что аллеи менгиров встреча­ются во всех местах, где есть менгиры. Как и менгиры, ал­леи из них сооружались на различных типах местности. Однако следует подчеркнуть, что особенно в Ирландии и Британии аллеи менгиров часто находятся на низкой бо­лотистой местности, даже сегодня покрытой торфом.

В некоторых местах аллеи менгиров определенно яв­лялись частью многофазных комплексов, воздвигнутых в несколько этапов, и были связаны с другими «ритуальны­ми» сооружениями, например с кольцами из камней и хен- джес в Карнаке (Бретань) и Эвбери (Уилтшир), тогда как в других местах такая связь не всегда прослеживается. Ал­леи менгиров у' Карнака (илл. 108), в Бретани, являются од­ними из самых выдающихся и привлекательных для ши­рокой публики. Аллея менгиров в Менекс, сохранившаяся лучше всех, состоит из 1169 камней, из которых 1099 кам­ней выстроены в 12 рядов, занимающих 100 м в ширину и 1167 м в длину. Эти ряды ведут к овальному сооружению из вертикально поставленных плотно друг к другу камней (это сооружение ошибочно называется кромлехом·, слово заимствовано из бретонского языка).

В Кермарио 1029 камней собрано в 10 линий, ширина которых в сумме примерно равна ширине аллей менгиров в Менеке; их длина - 1120 м. Здесь «кромлех» исчез, однако пустая площадка указывает на его положение. В Керлеска- не из 594 сохранившихся камней 555 выстроены в 13 ря­дов длиной 880 м, а остальные 39 образуют овал. Эти три

поля с аллеями менгиров чередуются с интервалом около 250 и 400 м, но их направление меняется. Но все же большин­ство аллей менгиров состоят из коротких рядов камней.

Наиболее изученными аллеями менгиров в Велико­британии являются аллеи в Дартмуре (графство Девон). Из многих аллей менгиров в форме «веера» в Шотландии од­ной из самых известных является аллея в Мид-Клайте, ко­торая часто рассматривается в археологической и астро­номической литературе.

Хенджес и кольца из валунов

Английское слово henge (хендж) является производ­ным от названия Stonehenge - крупного мегалитического памятника, известного во всем мире и расположеі п юго не­далеко от г. Солсбери (Уилтшир). Археологи используют этот термин для обозначения круга из вертикально сто­ящих камней, окруженного снаружи кольцевым рвом и земляным валом (рис. 164). Тот же термин применяется для обозначения крупных земляных кольцевых сооружений, состоящих из рва и наружного земляного вала, но без кам­ней. Вместо камней во многих местах для устройства коль­цевых сооружений использовались деревянные столбы, о чем свидетельствуют ямы, обнаруженные при раскопках в Британии и в Центральной Европе. Основным и наиболее изученным регионом с хенджес является Британия.

Среди всех подобных комплексов Стонхендж (илл. 111) занимает наиболее выдающееся место. Как об этом уже упоминал П.-Р. Жио (гл. 53), первый период его постройки относится к середине пятого тысячелетия до наст. в. Тогда он состоял из внешнего рва (диаметром примерно 115 м), вала, кольца с 36 отверстиями в земле (весьма возможно, для установки деревянных столбов) и, наконец, одного вер­тикально стоящего камня, «Heel Slone»,расположенного в 30 м к северо-востоку от входа, ориентированного на вос­ход Солнца в период зимнего солнцестояния. Позднее, в бронзовом веке, началось сооружение двух концентриче­ских колец из вертикально стоящих камней («bluestones» - «голубых камней»), однако эта работа не была завершена, поскольку началось возведение внушительного памятника, представляющего собой внешнее кольцо (диаметром 31м), составленное из 30 реликтовых песчаниковых глыб высо­той около 4 м, связанных между·’ собой перемычками; это кольцо окружало еще более впечатляющий комплекс из пяти блоков, каждый из которых состоял из трех верти­кально стоящих камней. Все камни были тщательно обте­саны и соединены посредством пазов-выступов и шипов- гнезд. Расположение «голубых камней» было изменено, они были поставлены свободно по кругу между кольцом реликтовых песчаниковых глыб и «тройными камнями». Дополнительные «голубые камни», поставленные в виде подковы, опоясывали «алтарный камень», помещенный в центре сооружения. Этот «алтарный камень» и «Heel Stone» продолжали использоваться для отметки восхода Солнца в период зимнего солнцестояния.

Памятные сооружения, состоящие только из располо­женных по кругу' вертикально стоящих валунов, встре­чаются часто, главным образом на западе Франции, в Ир­ландии и Британии. Как и аллеи менгиров, они имеют мно­жество разновидностей (круглые или овальные кольца, вертикально стоящие или наклоненные камни). Большин­ство из них состоит из нечеті юго количества камней. Коль­ца среднего размера насчитывают от 9 до 19 камней и име­ют в диаметре от 20 до 30 м, тогда как самые большие коль­ца могут достигать в диаметре более 100 м и состоять из глыб высотой от 5 до 6 м, как например, в графстве Камб­рия (Англия) и, в особенности, в национальном парке Лейк-Дистрикт, где существует поразительное скопление этих каменных колец. Одним из самых прекрасных явля­ется Каслриг в Кесвике.

Древность менгиров, аллей менгиров, хенджес

и колец из валунов

Следует подчеркнуть, что время начала строительства менгиров, аллей менгиров, хенджес и колец из камней оп­ределить трудно. Раскопки современными методами про­водились редко.

По находкам во Франции можно определить, что не­которые менгиры относятся к достаточно ранней ста­дии строительства могил с проходами; об этом свиде­тельствует находка трех могил, для верхних перекрытий (столов) которых были использованы части одного мен­гира (см. гл. 53). Тем не менее предметы, найденные у оснований некоторых менгиров, показывают, что часть этих сооружений относится к позднему' неолиту или к началу бронзового века.

Эти оценки применимы и к некоторым аллеям менгиров. Недавние раскопки в г. Любри (Швейцария) показали, что одно из этих сооружений точно относится к началу бронзо­вого века, а найденные в этом поселении гончарные изде­лия данного периода, бесспорно, связаны с памятниками.

Некоторые памятники типа хенджесз Британии были воздвигнуты в течение позднего неолита или раннего бронзового века. Например, комплекс в Стонхендже при­обрел современный вид в результате двух основных строи­тельных периодов: в позднем неолите, примерно 4500 лет назад, и в начале бронзового века. Вторая оценка основы­вается на изображении на одной из каменных глыб рез­ных изображений .50 бронзовых топоров и кинжала, ти­пичных для бронзового века.

Некоторые колы ιa из валунов, раскопанные в графстве Корк (Ирландия), также дали немногочисленные предме­ты, относящиеся к позднему неолиту и началу бронзового века. Они показали, что некоторые кольца из валунов были связаны с захоронениями после кремирования. Кольца из валунов на северо-западе Шотландии тоже содержат захо­ронения кремированных тел, однако в западных и южных районах Англии (за исключением национального парка Дартмур), как правило, такой связи нс было. Что касается больших колец камней в графстве Камбрия, то полагают, что они являются оді іими из древнейших сооружений э то­го типа в Британии и Ирландии и могут иметь возраст при­мерно 5500 лег.

На многих территориях отмечено совпадение в геогра­фическом распространении колец камней и аллей менги­ров, которые иногда образуют' комплексы с пирамидами или курганами, менгирами и захоронениями.

Выводы

Можно выделить две крупные категории мегалитиче­ских памятников: с одной стороны, каменные камеры (так называемые могилы), с другой стороны, отдельно стоящие памятники - менгиры, аллеи менгиров и т.д. Наблюдают­ся большие различия в распространении этих двух ка­тегорий.

Могилы в камерах соответст вующих форм строились на территории от Пиренейского п-ва вдоль берегов Атлан­тики, Северного моря и южного побережья Балтийского моря на север вплоть до Скандинавского п-ва. Однако сво­бодно стоящие монументы нс строились севернее Цент­ральной Европы; это - явление, присущее только Запад­ной Европе.

Такое распределение вызывает вопросы. Почему' идеи и технология строительства могил в камерах распростра­нялись до Северной Европы, а отдельно с тоящие монумен­ты не получили такого распространения ‘ Этот вопрос ос­тается без ответа. Неясно, связана ли эта проблема с дати­ровкой или с различными социальными и обрядовыми традициями?

Организация работ и строительства

Как уже отмечалось, мегалитические сооружения вы­зывают удивление, если учитывать те усилия, которые пришлось приложить для сбора и установки этих огром­ных каменных глыб. Вероятно, что большинство камней, использованных для строительства этих сооружений, было обнаружено на местах. Многочисленные сооруже­ния сделаны из найденных неподалеку эрратических ва­лунов ледникового периода, по крайней мере на боль­шой Балтийской равнине, включая Скандинавию. Дру­гие были вырублены из местных скальных пород, выхо­дящих на поверхность вблизи от места, которое было выбрано для возведения монумента. Строители мегали­тов умели успешно отделять глыбы и плиты от массив­ных скальных пород; очень большие плиты незначитель­ной толщины, которые часто использовали для строи­тельства галерейных могил, требовали особенно хоро­ших знаний свойств скального материала и технологии его добычи.

Однако не всегда камни имелись на месте. Некоторые камни перемещали на короткие расстояния, не превыша­ющие 1-4 км, другие привозились издалека. Иногда кам­ни на месте приходилось поді шмать в гору. Несколько при­меров дают представление о возникавших трудностях. Глыбы, составляющие могильную камеру' в Мулене, рядом с Шатору в центре Франции, были перевезены на расстоя­ние около 30 км.

Наиболее примечательным достижением в перевозке камней до сих пор остается Стонхендж. Здесь строители использовали различные виды камней: «голубые камни», из которых было составлено малое кольцо и малая под­кова, находящиеся внутри сооружения, были вырублены из скал на восточной оконечности гор Пресли в Дайфеде (Уэльс) на расстоянии 225 км по прямой от Стонхенджа. «Алтарный камень» был привезен или из района Глемор- гана, или из Милфорд-Хэвена, расположенных при­мерно на таком же расстоянии, тогда как другие глыбы (включая самые большие) найдены ближе, в северном Уилтшире.

Каким бы ни был избранный маршрут, транспортиров­ка этих камней представляла собой замечательное дости­жение. Независимо от расстояния, используемые транс­портные средства были одинаковыми: наклонные плоско­сти, рычаги, расколотые стволы деревьев, используемые в качестве дорожного покрытия, веревки из шкур и, вероят­но, тягловые животные (быки). В некоторых районах мира такая техника продолжала использоваться вплоть до на­ших дней в тех частях мира, где монументы из больших камией строились без применения современных средств, например в Азии и Африке. Опыты подтвердили, что та­кое перемещение возможно, если используется только че­ловеческий труд.

Другие вопросы, которые приходилось разрешать: как строители ставили стены камер из вертикальных камней? каким образом клалась верхняя плита на стены из камней? сколько должно было быть рабочих и сколько времени занимало строительство памятника?

В 1979 г. в Бутоне (департамент Дё-Севр, Франция) был снят фильм об эксперименте по перемещению бетонной копии верхней плиты массой 32 т. За два дня моноли т был обвязан льняной веревкой, его гладкая с торона повернута вниз, к нему привязали четыре веревки длиной 100 м каж­дая. Плиту' волокли по направляющим из стволов деревьев 200 человек: 170 человек тянули камень, 30 человек управ­ляли рычагами. За один день мегалит был перемещен на 40 м. По оценкам, чтобы переместить подобный камень на 4 км, требовалось полтора месяца (см. гл. 53). Если осво­бодить траг гспортных рабочих от таких необходимых дел, как обеспечение питанием и т.п. работ, которые выполня­лись во французском эксперименте, требовалось в общем от 2 до 3 тыс. человек, включая детей. Эти цифры пример­но соответствуют численности населения средневеково­го города. Следовательно, для возведения самых крупных памятников необходимо было привлекать многие группы населения, рассеянные по большой территории, и объе­динять их для постройки сооружения, важного для всех как предмет поклонения.

Однако сооружения больших размеров состоят из множества больших глыб. Например, большие аллеи мен­гиров в Карнаке (илл. 108) состоят примерно из 3000 сто­ящих камней. Бордюр сооружения в Ньюгрэндже состо­ит из 97 плит, каждая из которых весит не меньше 1 т, а многие значительно тяжелее. Конструкция самой моги­лы включает 450 валунов - ортостатов и элементов сво­да. Ни один из этих камней не добыт в карьере: их повер­хности имеют следы геологического выветривания, кро­ме тех мест, где они были специально оббиты. Видимо, эти камни были найдены там, где они лежали с конца лед­никового периода. Они были собраны вблизи или на уда­лении от места расположения могил. Эти камни были подняты высоко, так как памятник находится на гребне холма. Кроме того, камни для пирамиды, общая масса ко­торых по подсчетам составляла около 200 тыс. т, также должны были быть собраны и перевезены на туже высо- ιy {O'Kelly, 1982). Какими бы ни были расчеты, ясно, что для обеспечения строительства и его организации один лишь сбор каменного материала требовал колоссальных затрат труда, что предполагало наличие значительных людских ресурсов.

В условиях нынешней всесторонней механизации труда, легкой доступности бульдозеров, подъемных кра­нов, лесов и другого современного оборудования трудно представить себе строительство мегалитических мону­ментов и подъем громадных валунов без подобных технических средств. Археологи, однако, провели множе­ство экспериментов по подобному' строительству, осо­бенно в последние годы, применяя методы и технику, до­ступную доисторическим людям. Такой подход оказался наиболее плодотворным для понимания доисторических практических способностей и умений.

В Швеции в 1983 г. был проведен и заснят на пленку эксперимент по восстановлению открытого при раскоп­ках дольмена в парке музея. Монумент имел средние раз­меры, и перед началом работ все составляющие его камни были собраны на расстоянии 50 м от их нового места. Ка­мера, состоявшая из шести камней, образующих ее стены, каждый из которых массой от 3 до 5 т, и верхней плиты массой 5-8 т, была закрыта прямоугольным курганом, об­рамленным 26 блоками высотой 1-1,3 м и массой 1,7-Зт каждая. В основании кургана лежал слой камней объемом около 50 куб. м; объем земли в кургане составлял пример­но 170 куб. м. Вся работа проводилась с использованием исключительно труда людей и потребовала около 620 че­ловекочасов без сооружения кургана, который не восста­навливался. При этом работали 10 человек. Полагают, что работа такого масштаба могла быть выполнена общиной из 15-25 взрослых людей.

Мегалиты умеренных размеров могли быть построены за один сезон, однако очевидно, что более значительные сооружения требовали больше рабочей силы и что рабо­та выполнялась поэтапно в течение более длительного времени.

Помимо значительного количества рабочей силы, необходимой для строительства, возведение мегалитов бесспорно, требовало серьезных практических способ­ностей и умений, а также координации работ, заранее спланированных. Для этого был необходим и некото­рый общий технический уровень. В каждом обществе любая ветвь технического ноу-хау является лишь со­ставной частью сложного комплекса знаний и техни­ческого опыта.

МЕГАЛИТИЧЕСКОЕ ИСКУССТВО

Под мегалитическим искусством понимают орнамен­ты, выдолбленные, вырезанные или нарисованные на кам­нях мегалитических захоронений и на менгирах. Эти ор­наменты рассматриваются не просто как эстетство, а как выражение духовной жизни неолитических людей.

Лишь небольшая часть из многих тысяч известных мегалитов имеет орнаменты. Такие мегалиты известны: 50 мест - Пиренейский п-ов (север Португалии и северо- запад Испании), 62 - Бретань, 19 - центр и запад Фран­ции, Парижский бассейн и Нормандские о-ва, 6 - Брита­ния, 81 - восток Ирландии и небольшое количество - центр Германии (только галерейные могилы). Кроме того, несколько рисунков в красных и черных тонах сохрани­лись в Португалии (округ Визеу, Беира-Алта). Некоторые следы рисунков были также обнаружены в склепах, выре­занных в скалах, в Парижском бассейне; они являются со­временниками галерейных могил. Украшения не встреча­ются в мегалитах к северу от Центральной Европы.

Несмотря на небольшое количество мегалитических сооружений с орнаментами, они часто привлекали внима­ние археологов и историков религии. Основная часть предметов этого искусства была обнаружена и в неболь­ших, и в крупных могилах с проходами. Как правило, круп­ные памятники были украшены намного богаче. Вопрос, важный с социологической точки зрения, о соотношении числа захоронений с орнаментами и без украшений, на­ходящихся в определенном месте, еще не рассматривал­ся. Предназначались ли украшенные захоронения опреде­ленному культу или особым лицам либо избранным чле­нам общины? Оба предположения допустимы.

Виды украшений можно объединить в две большие группы: с абстрактными (или геомет рическими) сюжета­ми и изобразительными сюжетами. Геометрические орна­менты состоят из кругов (простых или точечных), зигза­гов, ромбов, спиралей, дуг, U-образных знаков, лучей и т.д., расположенных отдельно или группами. Эти абстрактные сюжеты появляются на всей территории Атлантики, но особенно характерны для погребального искусства Ирлан­дии, а также Уэльса, о. Англси и Оркнейских островов. Вы­бор сюжетов для каждой могилы разный; по-видимому, у каждой могилы был собственный мастер по обработке камня. Шедевры геометрического искусства представлены в могилах с проходами в Ньюгрэндже (илл. 134), Ноуте (илл. 135), Дауте (илл. 136) и на о. Гавринис (у южного по­бережья Бретани).

Изобразительные сюжеты являются особенной чертой мегалитического искусства на Пиренейском п-ве и во Фран­ции. Типичными сюжетами в искусстве Пиренейского п-ва являются стилизованные человеческие лица (изображения в виде глаза или напоминающие голову совы). Изображе­ние глаза распространено также на юге Франции; дважды оно встречается в восточной Ирландии и один раз - на Оркнейских о-вах (о. Папа-Уэстрей). На юге Испании те же изображения глаза имеются на гончарных изделиях и на пе­реносных изделиях (рис. 143, 144), найденных в захороне­ниях с камерами, но в этом регионе нет изображений на стенах. Тот же сюжет появляется на гончарных изделиях, от­носящихся к культуре воронковидных кубков, обнаружен­ных в могилах с проходами в Нидерландах, на северо-запа­де Германии и на юге Скандинавии (илл. 123). На стенах этих захоронений также отсутствуют орнаменты.

В Западной Франции могилы с проходами, украшен­ные орнаментами, встречаются от Бретани до Шарапты, но особенно богатой ими является южная часть департа­мента Морбиан; основной элемент изобразительного ме­галитического искусства здесь - стилизованное изображе­ние человеческих фигур, часто изображается голова в фор­ме горшка с торчащими волосами и утпами в форме ручек сосудов.

В галерейных могилах стены тоже украшались орна­ментами, но они относятся к художественной «школе», от­личающейся от традиционной для могил с проходами: за редким исключением она является полностью изобрази­тельной. Ее самая поразительная черта - изображение явно женских признаков, что контрастирует с прежним «бесполым» искусством. Центральным сюжетом является очень стилизованное изображение женской груди в виде рельефа. Груди изображались иногда в виде одной пары, в виде двух архитектурных завитков, в каждый из которых были включены по две пары грудей, или же они повторя­лись на трех камнях, образующих стену к стоящих рядом, или, наконец, в виде девяти пар, расположенных рядом. Иногда встречается выгравированное изображение оже­релья под грудью. Имеются также изображения оружия, металлических кинжалов или топоров, прямоугольных щитов (илл. 107) и горшков. Все эти сюжеты типичны для галерейных могил Бретани и Парижского бассейна.

Весьма похожие произведения встречаются в галерей­ных могилах в германских землях Вестфалия и Гессен, од­нако дополнительно встречаются зооморфные сюжеты (быки, быки, запряженные в двухколесную повозку) и гео­метрические мотивы (линии в форме зигзага).

Выше уже было показано, что галерейные могилы пред­ставляли собой новую архитектурную концепцию по срав­нению с дольменами и могилами с проходами. Даже ис­кусство стало новым с его сексуальными и зооморфными символами. Недавно было высказано предположение (Dehn, 1980), что влияния с Западного Кавказа послужили причиной появления галерейных могил: и зооморфных изображении в Центральной Европе. Это означает, что культурные идеи, пришедшие со юго-востока, повлияли на концепции западных архитекторов, строителей и камен­щиков. Эта идея противоречит традиционной теории, со­гласно которой галерейные могилы имеют западное про­исхождение. Хотя свидетельства о восточном влиянии представляются довольно расплывчатыми, они заслужива­ют дальнейшего изучения.

Среди ученых ведутся оживленные дебаты о значении, которое имели эти орнаменты. Все украшения являются средством коммуникации, имеют идеологическое или иное значение. Были ли эти украшения только сигнала­ми, обращенными к живущим людям и обществу, или они являлись средством общения с умершими или с магиче­скими силами, будучи, например, колдовскими знаками? В ходе раскопок, в частности в Ньюгрэндже, было выяв­лено, что боковые поверхности камней украшались ор­наментами, невидимыми в собранном сооружении, что, безусловно, свидетельствует в пользу идеи о магических знаках.

В некоторых могилах с проходами были также обна­ружены невидимые снаружи резные рисунки, которые, очевидно, изначально не принадлежат построенному па­мятнику. Например, одна такая резная гравюра была об­наружена на плите, перекрывающей сверху могилу с про­ходом на о. Гавринис (департамент Морбиан), при восста­новлении памятника. На верхней поверхности верхней плиты, закрытой пирамидой, было изображение двух длиннорогих быков. Часть резного изображения отсут­ствовала и была найдена на верхней плите другой могилы с проходом и камерой, называемой «Стол Торговцев», в Локмариакере, департамент Морбиаі і, в 4 км от первого за­хоронения. Оказалось, ч то две огромные плиты были фрагментами одного менгира, начальная высота которо­го была оценена в 14 м и который был (возможно, пред­намеренно) разбит по крайней мере на три части (третий фрагмент покрывал могилу в местечке Эр-Вингле, в непо­средственной близости от «Стола Торговцев») (илл. 155). Этот и другие примеры свидетельствует о том, что не все невидимые резные изображения были спрятаны умышлен­но и что некоторые из них ранее украшали разрушенные

памятники, камни из которых были повторно исполь­зованы. Это - новый аспект, который необходимо учи­тывать при изучении так называемого мегалитического искусства.

МАТЕМАТИЧЕСКИЕ И АСТРОНОМИЧЕСКИЕ ЗНАНИЯ

Некоторая соразмерность в мегалитических построй­ках и их ориентация по отношению к странам света вы­зывали многочисленные научные споры в течение послед­них ста лет относительно возможных знаний строителей мегалитов в метрологии, геометрии и астрономии. Обна­ружение общей ориентации входов в могилы с прохода­ми между югом и востоком привело к возникновению дис­куссии о ритуальном значении, которое придавалось вос­ходу Солнца, особенно во время зимнего солнцестояния.

Что касается метрологии, то А. Том (Alexander Thom), который измерил очень много колец из камней в Шотлан­дии и Англии, попытался показать, что диаметры колец все­гда были кратными единице измерения, равной 2,72 фута (т.е. 0,829 м), - единице, которую он назвал «мегалитиче­ским ярдом». В результате своих энергичных исследований он сделал вывод, что «мегалитический ярд» служил стандартной мерой не только в Британии, но и в Карнаке при возведении больших аллей менгиров.

Другие специалисты подвергли основательной крити­ке его теорию. Не вызывает никакого сомнения, что точ­ные единицы измерений были использованы для распо­ложения колец из камней, хенджес и аллей менгиров. Од­нако статистические исследования показывают, что эти единицы измерений были различными в разных регионах. Вполне вероятно, что для измерения брали размеры чело­веческого тела, строя расчеты, например, на основе дли­ны шага, роста человека и т.д. Возможно, единицей изме­рения, равной 2J1фута, пользовались в Шотландии, где А Том впервые выполнил измерения. Тот факт, что единицы измерений были разными в разных регионах, больше со­ответствует историческому опыту, который свидетельству­ет, что системы мер сохранились различными даже до на­ших дней в разных странах.

Идея о том, что строители мегалитов стремились к точности, получила, однако, новый стимул после сенса­ционного наблюдения, сделанного в 1969 г. в Ньюгрэн- дже Майклом О’Келли (O’Kelly, 1982). В окрестностях этого большого памятника, который в ирландском фоль­клоре считается жилищем бога, существовало тради­ционное верование, что восходящее Солнце в давние времена освещало камень, украшенный тремя резными спиралями и находящийся в основной камере. Однако ни один рассказчик не был сам свидетелем этого явле­ния. О’Келли решил изучить ориентацию прохода в мо­гиле по отношению к восходу Солнца в момент зимнего солнцестояния. И действительно, к своему большому удивлению, 21 декабря 1969 г. он записал, что лучи вос­ходящего солнца на 17 минут проникли непосредствен­но в проход через щель (0,9 м высотой, 1 м шириной и 1,2 м длиной), специально устроенную под креплением, которое было расположено над входом, соединяющим проход с камерой. До того времени О’Келли считал это устройство нишей, не понимая его назначения. Тонкий луч Солнца расширялся, превращался в пучок шириной 17 см и скользил по полу камеры, при этом могила и две боковых камеры ярко освещались. С тех пор повторные наблюдения подтвердили, что прямой солнечный свет проникал прямо в камеру на протяжении примерно одной недели до и одной недели после момента зимне­го солнцестояния. Было бесспорно доказано, что моги­ла намеренно ориентирована на положение зимнего солнцестояния. Однако точное значение этого располо­жения остается неизвестным. Конечно, Солнце занима­ло выдающееся место в космологии строителей мегали­тов, о чем, вероятно, свидетельствуют различные другие признаки.

Возникает вопрос, каким образом строители могилы могли определить эту ориентацию. Насколько можно су­дить, им не требовались никакие особые научные знания. О’Келли полагает, что достаточно было провести некото­рые наблюдения перед началом строительства. Один или несколько наблюдателей должны были расположиться на предполагаемом для строительстве месте за некоторое время до солнцестояния, чтобы определить, в какой точке местного горизонта встает Солнце, и отметить его пере­мещение к югу до той точки, когда оно снова начнет уда­ляться от него. Определив таким образом самую южную точку солнцестояния, наблюдатели должны были выстро­ить на земле ряд камней, чтобы обозначить ось будущего прохода и камеры.

Начиная с 1960-х гг. было издано множество книг и статей на астрономические темы; среди них серьезные работы (например, Heggie, 1981) соседствуют со спорны­ми публикациями, в которых научные наблюдения сосед­ствуют с фантастическими теориями. Все теории исходят из того, что люди эпохи неолита должны были иметь и имели знания по геодезии и астрономии, необходимые для того, чтобы определять ориентацию сооружений и вести наблюдения. Такие идеи кажутся вполне разумными совре­менным ученым. Тем не менее этнографические наблюде­ния показывают, что подобные проблемы моїут быть ре­шены без логических научных теорий.

По одной из теорий, без энтузиазма встреченной ар­хеологами, аллеи менгиров в Бретани были ориентирова­ны по отношению к Солнцу, Луне и звездам. К сожалению, мало известно об изначальном расположении камней. За­писи, выполненные в течение последнего века, указывают на то, что большое количество камней в этих сооружени­ях оказывалось лежащими на земле, и многие монументы были восстановлены грубо.

Следовательно, основа для предположений о сложной математике, уравнениях и астрономической ориентации оказывается слабой. Данные никоим образом не доказы­вают, что строители мегалитов использовали астрономи­ческую теорию. Аргументы, выдвигаемые до настоящего времени так называемыми архсоастрономами, не дали ключи к объяснению расположения камней как астроно­мического фактора. Подобные теории, выстроенные в от­ношении памятника Стонхендж, в результате привели к тому, что он был возведен в ранг астрономической обсер­ватории. Согласно взглядам археологов, эти сооружения являлись обрядовыми монументами, построенными на ос­нове наблюдений, а не теоретических знаний.

МЕГАЛИТИЧЕСКИЕ СООРУЖЕНИЯ

И ОБЩЕСТВО

Использование могил и погребальных обрядов

Основываясь на устройстве могил и на находках, сде­ланных в них, археологи попытались понять идеи мегали­тических погребальных обрядов и на этой основе полу­чить более общее представление о религиозных и идео­логических концепциях соответствующих культур.

Сначала рассмотрим некоторые заключения, относя­щиеся к погребальным обрядам. Поскольку основная цель обзора состоит в том, чтобы выделить черты, общие для всей Западной Европы, включая Скандинавию, здесь не будут рассматриваться региональные и местные различия (различия вполне естественные, поскольку сообщение между разными регионами было менее интенсивным, чем в последующие времена).

В течение длительного времени археологи рассматри­вали дольмены, могилы с проходом и галерейные могилы как могилы в европейском понимании этого слова. Поэто­му вполне естественно, что на взгляды археологов в отно­шении мегалитов оказали воздействие погребальные об­ряды современной эпохи. Камеры мегалитических соору­жений рассматривались как склепы или гробницы, в ко­торые помещали тела умерших. Объектом дискуссий час­то являлось то положение, в котором тела умерших поме­щаясь в камере: на спине (как в наше время в гробу), сидя на корточках или в согнутом положении.

Как мы уже видели, из-за ограниченного пространства внутри камер небольших дольменов предполагалось, что в них хоронился лишь один умерший, но это наблюдалось лишь в немногих случаях. Как правило, остатки скелетов, которые были найдены как в дольменах, так и в могилах с проходом, принадлежат нескольким индивидуумам.

Кости, і іайденньїе в камерах, как правило, не были обож­женными. Следы кремации тел встречаются редко, за ис­ключением Ирландии и Шотландии, где она была обще­принятой.

Проблема, которая вызвала множество дискуссий, ос­новывается на наблюдении, сделанном во время раскопок, что скелеты (главным образом их фрагменты) находились в камерах в большом беспорядке, как попало. Только чере­па иногда были собраны и положены отдельно. Эта карти­на наблюдалась даже в хорошо сохранившихся сооруже­ниях, не подвергавшихся нападению охотников за сокро­вищами. Другими словами, беспорядок внутри погребаль­ных камер - это нормальное явление, которое резко кон­трастирует с той тщательностью, с которой планировался и строился памятник.

Беспорядок, в котором находились костные остатки, можно объяснить двумя способами. Согласно одной из теорий, могилы были использованы для нескольких пос­ледовательных погребений обществами, которые возводи­ли эти памятники. При этом останки предыдущих захоро­нений убирались, чтобы освободить место для новых тел. Именно поэтому в могиле с проходом, находящейся в Лос- Милларесе на юге Испании, было найдено 20 сложенных в кучу черепов (довольно часто наблюдаемое явление во многих регионах), и это рассматривалось как доказатель­ство последовательных захоронений. Такое предположе­ние подкреплялось находкой перед проходом, ведущим в камеру, черепков глиняной посуды, которые, как полага­ли, были удалены из камеры.

Согласно второй теории, выдвинутой уже более века назад, в могилы никогда не помещались тела умерших, а только скелеты, после того как тела полностью раз­ложились. Вероятно, сначала трупы временно помеща­лись либо в убежища, либо на открытых площадках или сжигались. Большое количество наблюдений, часть из которых была сделана в ходе недавних раскопок, пока­зывает, что скелеты в могилах никогда не были целы­ми, а были разобраны по частям, когда их клали в моги­лу. Следовательно, это, вероятно, подтверждает вторую теорию о том, что могилы на самом деле являлись скле­пами.

Остается ответить на вопрос: были ли найденные кости положены в камеры при одном захоронении или они по­явились в результате нескольких последовательных захо­ронений. Использование погребальных камер для не­скольких последовательных захоронений оспаривалось из-за трудностей проникновения в камеры, после того как захоронение было закрыто и накрыто курганом. В разных регионах известно множество примеров, показывающих, что захоронения все же были одноразовыми.

Ньюгрэндж является одним из тех памятников, кото­рый никогда не открывался, после того как в первый раз был закрыт. В этой могиле были найдены обожженные и необожженные человеческие кости и костные остатки жи­вотных (включая кости собак). Среди человеческих кос­тей преобладали необожженные костные остатки. Их изу­чение показало, что они могли принадлежать двум непол­ным скелетам (не хватало крупных частей), разбитым на мелкие части. Сожженные костные остатки могли принад­лежать по меньшей мере трем индивидуум ам. Наибольшая часть остатков человеческих скелетов, перемешанных с ос­татками представителей фауны, была разбросана по всей основной камере и трем боковым камерам. Даже в пира­миде не было обнаружено никаких следов последующих вмешательств (O’Kelly, 1982). Следовательно, весь набор костных остатков был положен одновременно.

В ходе раскопок камеры одной из могил в Форноксе (Восточная Ирландия, недалеко от Ньюгрэнджа), кресто­образной могилы с проходом, в трех ее боковых камерах обі іаруженьї кости 24 человек, трупы которых были в боль­шинстве кремированы. Обстоятельства, при которых они были найдены, наводят на мысль, что в каждой из трех ка­мер были три различных коллективных могилы, и после захоронения каждая из них была закрыта сверху плитой. После этого доступ в камеры стал невозможен, поскольку после третьего захоронения крыша обрушилась, закрыв доступ (O’Kelly, 1982).

Однако в Ноуте, в долине р. Бойн, неподалеку от Нью­грэнджа, где гигантский курган окружен 17 более мелкими холмами, было выявлено, что под некоторыми из после­дних были проведены по несколько последовательных за­хоронений, а в других имелось лишь одне: (Eogan, 1984).

Как упоминалось ранее, в некоторых регионах пло­щадь пола камеры в могиле с проходом иногда делилась на несколько секций или отсеков, от 6 до 10 в одной моги­ле, а в исключительных случаях - до 20 секций (илл. 132). Такие отсеки часто встречаются в Северной Европе, осо­бенно в Швеции и в Мекленбурге (Германия), однако изве­стны и во многих других местах. Секции образованы низ­кими вертикальными плитами или небольшими камнями. Их размеры бывают различными: иногда соразмерными с ростом человека, иногда - совсем небольшими в виде ниш размерами 0,5x0,5 м. В Северной Европе такое деление на секции встречается также в больших дольменах.

Согласно старым работам скандинавских и немецких ученых, тело умершего помещалось в отсек в положении сидя или на корточках. Находки груд костей с черепом, аккуратно положенным на них сверху, обнаруженные при современных раскопках, подтвердили старые тол­кования. Однако наблюдения, сделанные в Мекленбурге в 1960-е гг., когда шло изучение многочисленных нахо­док из более чем 100 дольменов и могил с проходами, показали, что в эти секции никогда не помещали тела це­ликом в положении лежа или на корточках. Действитель­но, кости частей скелетов в такой секции часто принад­лежали нескольким лицам (но никогда более чем двад­цати). Иногда в секции находилась груда костей с чере­пом наверху, причем это были кости одного или не­скольких индивидуумов, что заставляет предполагать, что с самого начала костные остатки были положены в секцию именно так. Большое количество наблюдений в Мекленбурге, в том числе изучений очень большого числа нетронутых могил, составляет солидную стати­стическую базу, для того чтобы рассматривать такие со­оружения в качестве склепов. Этот вывод подтверждает мнение о том, что дольмены и могилы с проходами даже в Северной Европе использовались в качестве склепов, которые временно оставлялись открытыми для последу­ющих захоронений, как, например, это было определе­но в Ноуте.

Когда наступало время закрывать камеру, она также за­полнялась. После этого к ней больше не было доступа, за исключением того случая, когда ее ломали, что также иног­да случалось, как свидетельствуют находки погребений, относящихся к другим культурным группам.

Что происходило с телами умерших, прежде чем скелеты помещали в эти склепы? Как уже упоминалось, в некоторых регионах тела сжигались; в других местах они разлагались под действиями погоды и ветра, птиц и насекомых. Конечно, должны были быть места, где со­бирались и хранились костные остатки перед их поме­щением в могилы, однако об этом мы не знаем ничего. Тем не менее на п-ве Ютландия найдены семь похорон­ных домов (склепов) вблизи или недалеко от дольме­нов и могил с проходами. По крайней мере в одном из этих строений, в Туструпе, был обнаружен ящик - цис­та (илл. 137) длиной, равной росту взрослого человека, но он был пуст. Самые древние из этих склепов отно­сятся к началу строительства могил с проходами. Ни в одном из них не были найдены остатки скелетов лю­дей, однако в них обнаружен особый тип гончарных из­делий ритуального назначения (илл. 124). Кроме того, в Вруэ-Хеде, Ютландия, перед могилой с проходом об­наружены следы странных сооружений, относящихся к северному среднему неолиту, возможно, служивших хранилищами.

Дольмены и могилы с проходами были не только скле­пами, но и хранилищами предметов культа, местами по­клонения и настоящими алтарями, как указывают наход­ки гончарных изделий (часто высокого качества) перед входом в захоронения, на большой территории - от Пи­ренейского п-ва до Скандинавии. Хотя некоторые из этих находок могли попасть туда при очистке камеры, боль­шинство из них являлись приношениями, оставленными перед входом. Горшки с приношениями ставились на пол­ки из каменных плит, которые помещались на бордюрных камнях и на земле перед входом.

В регионах, где добывался кремень, обычно можно было обнаружить за пределами захоронения в качестве приношений довольно значительное количество кремня (необработанный материал, пластины и даже обожжен­ный кремень, который также часто покрывал пол в камере). Следы обжига кремня могут свидетельствовать и о некото­рых ритуальных действиях.

Таким образом, помещение костных остатков в могиль­ную камеру было нс похоронами, а перенесением мощей. В общем использование могил следовало одной и той же базовой модели во всей зоне Атлаї пики, что свидетельству­ет о существовании дальних сообщений даже в начале пе­риода строительства мегалитов.

Однако в галерейных могилах встречаются следы не­посредственных захоронений. Уже было показано, что такие галерейные могилы соответствуют разительному изменению в подходах к строительству, украшению и ис­кусству по отношению к могилам с проходами. Они от­личаются от последних и в отношении похоронных обычаев и ритуалов. Перед порталом галерейных могил обычного типа не было обнаружено следов культурной деятельности. Наблюдения, сделанные в ходе раскопок, наводят на мысль, хотя и туманную, что крытые галереи использовались для последовательных захоронений. Число захороненных лиц в каждой галерейной могиле различается и может достигать более ста. Тщательные раскопки галерейных могил в Ла-Шоссэ-Тиранкур (де­партамент Сомма, Франция) выявили, что в ней содер­жались останки 350 человек. Однако трудно определить, принадлежали ли все эти останки той общине, которая возвела этот памятник. Если учитывать площадь пола в сооружении, то подобные цифры по крайней мере под­разумевают, что скелеты должны были быть отодвину­ты к заднему краю камеры, кроме того, нельзя отвергать предположение, что в определенный момент захороне­ние было «расчищено». В старых отчетах не очень точ­но указывается количество захороненных людей. Следу­ет провести новое исследование этого скелетного мате­риала.

Погребальное искусство в галерейных могилах следу­ет теории о восточном влиянии на искусство и образ жиз­ни. В любом случае очевидно, что появились новые идеи и что старая традиция установки священных курганов, ук­рывавших могилы с проходами, исчезла или была на гра­ни исчезновения.

Мегалитический феномен

Происхождение захоронений с камерами

Вопрос о происхождении мегалитической идеи обсуж­дался археологами на протяжении более ста лет. В первое время, когда аксиомой считалось появление мегалитичес­ких технологий от некоторой начальной конструкции, споры касались того, в каком регионе или стране появи­лось это новшество. В настоящее время теоретические спо­ры касаются вопроса о том, имелся ли в Европе единствен­ный источник его происхождения или оно имело каких- то предшественников.

В 1899 г. О. Монтелиус предположил, что появление дольменов и могил с проходами было результатом восточ­ных влияний. Такое предположение соответствовало об­щей тенденции, преобладавшей в то время среди специа­листов по европейскому доисторическому периоду, кото­рые объясняли культурные изменения влияниями более развитых культур Западной Азии на менее развитые куль­туры Европы - «ех oriente 1их» («свет с Востока»). Согласно этой теории, Пиренейский п-в служил проходом из мира Средиземноморья к атлантической Европе, и поэтому именно Пиренейский п-в вызывал большой интерес при мегалитических исследованиях.

Но начиная уже с 1920-х гг. некоторые археологи, ра­ботавшие на Пиренейском п-ве, оставили идею о восточ­ном происхождении и решили, что мегалитические памят­ники имели местное происхождение. Согласно одной точ­ке зрения, все иберийские мегалиты произошли от доль­менов Галисии (Испания) и Северной Португалии и с те­чением времени развились в могилы с проходами, а затем в могилы с проходами и выступающими сводами. Соїлас- но другой теории (1940-1950-е гг.), могилы с проходами и выступающими сводами произошли на юго-востоке Ис­пании от круглых дольменов, в то время как мегалитиче­ские могилы с проходами, построенные из больших ка­менных глыб, имеют корни в виде каменной могилы (цис­ты), которые часто встречались на северо-западе и в цент­ре Испании (Leisner &Leisner, 1943, 1956). Идея об иберий­ском происхождении обычая строить мегалиты получила новую поддержку в конце 1950-х гг., когда были проведе­ны датировки радиоуглеродным методом, которые пока­зали, что мегалитические сооружения на западе Европы старше, чем их предполагаемые восточные предки.

Предполагали, что мегалитические захоронения по­явились во Франции вместе с переселенцами с Пиреней­ского п-ва, которые принесли с собой знание техі шки стро­ительства гробниц способом сухой кладки с выступающи­ми сводами и мегалитических форм (Daniel, I960). То же происхождение приписывают ирландским и британским памятникам. Что касается мегалитических строений в Скандинавии, Германии и Нидерландах, то предполага­лось, что способы их постройки появились с запада. Сле­довательно, считалось, что корни мегалитических соору­жений находились на Пиренейском п-ве, откуда они рас­пространились по всем атлантическим регионам Европы.

В то же время утверждалось и независимое происхож­дение северных мегалитов. Но лишь в 1947 г. датский уче­ный Беккер lfιeck>er, 1947) выдвинул теорию, согласно ко­торой прямоугольные дольмены размером в рост челове­ка, найденные в Дании, были местным использованием идеи каменных цист в создании мегалитических форм.

Этот тезис был положительно встречен научным сообще­ством. Беккер аргументировал свою идею тем, что цисты, т.е. небольшие индивидуальные дольмены, распространи­лись со своей «родины» в другие районы Дании, в сосед­ние районы современной Швеции и даже до Централь­ной Европы. Этот тезис основывался на изучении стилей гончарных изделий, но 40 лет спустя был поставлен под сомнение из-за неуверенности в отношении хронологии стилей гончарных изделий (гл. 54). С другой стороны, скандинавские ученые (включая Беккера) всегда считали, что дольмены с многоугольными камерами и могилы с проходами появились в результате западноевропейских влияний. Этот взгляд подкреплялся анализом зон распро­странения дольменов с многоугольными камерами, кото­рые отличаются от дольменов с прямоугольными каме­рами.

Была выдвинута также новая гипотеза, вероятно, инс­пирированная теорией Беккера. Она исходила из того, что мегалитические захоронения не имеют единого проис­хождения. При этом предполагалось, что они были изоб­ретены в нескольких регионах более или менее одновре­менно. Эту’ идею предложил британский археолог Даниел (Daniel, I960) при обсуждении влияния радиоуглеродно­го метода датировки на всю предысторию в связи с изме­нением прежде полученных дат. Эта идея была развита дру­гим британским ученым Ренфру'(Renfrew, 1976), который изучал структуру мегалитического общества. Эти и другие авторы в различных работах делали акцент на том, что очень спорно на основании предметов повседневной жиз­ни предполагать наличие коммуникаций между мегалити­ческими областями. Опыт антропологии также показыва­ет, что формальное сходство черт не обязательно подра­зумевает наличие общих корней. Природа человека и его потребности достаточны для появления повторных изо­бретений.

Со временем сформировалась оппозиция «диффузион­ной» точке зрения. Обе теории - диффузионизма и «изо­ляционизма» (о множественности корней) - касаются воп­росов, которые не были решены опытным путем. Многие аргументы исходят из логики аналогий или гипотетиче­ских представлений. В действительности теории о проис­хождении мегалитов являются частью широкомасштаб­ных антропологических теорий.

При конструировании мегалитических сооружений в разных регионах не только технические проблемы полу­чали подобные, даже одинаковые решения, но для них ха­рактерны также очень похожие архитектурные и художе­ственные элементы. Эти архитектурные формы связаны с такими культовыми обрядами, как приношения, например, перед входом в захоронения, которые существовали от Пиренейского п-ва до Скандинавии. Возведение могиль­ного памятника было не только технической и архитек­турной проблемой; оно вписывалось в систему проявле­ний культуры, погребальных обычаев и особых культов. Это была проблема плавного развития систем, того, что называют «долгой продолжительностью» (). Не так просто доказать опытным путем, что подобные культурные феномены могли появляться в разных регио­нах. между которыми не существовало связи. Изменения архитектурных форм нельзя объяснить только техниче­ским развитием.

С другой стороны, трудность для сторонников диффу­зионизма состоит втом, как объяснить, каким образом идеи и исполі існие архитектурных замыслов, приї гятых для стро­ительства некоторых культовых сооружений, могли пере­даваться из региона, где был создан соответствующий об­разец, в регионы, которые приняли их, без одновременной передачи предметов повседневного пользования, таких, как гончарные изделия, топоры и другие артефакты.

Гипотеза, в свое время высказанная Гордоном В. Чайл­дом, согласно которой распространение мегалитов было делом активных миссионерских усилий мощной религии, основана на слишком туманной аналогии. Допустимым объяснением могло быть то, что в ту' эпоху' в Европе уже существовала общественная структура с социальным рас­слоением (имеются некоторые доказательства этого) и с культурной элитой, которая могла перенять идеологию и умение возводить такие престижные сооружения, как кур­ганы с каменными камерами, и осуществить подобное строительство; при этом основная масса населения про­должала производить продукты, строить жилища, изго­товлять различные изделия традиционными методами. Подобное явление наблюдалось в Средневековье, когда романский стиль в архитектуре церквей распростра­нился в Европе от Средиземного моря до Скандинавии, тогда как в повседневной утвари, используемой широки­ми массами населения, сохранились различные местные признаки.

Внушительные курганы с каменными камерами были воздвигнуты для меньшинства членов общества, которые, вероятно, как правило, умерших хоронили в земляных могилах. Следовательно, была диспропорция между значительным количеством работавших на сооружении этих памятников и ограниченным числом лиц, которые были захоронены в могилах с камерами. Для доказатель­ства такого расслоения необходимы дальнейшие иссле­дования.

Мегалитическая архитектура - это атлантическое яв­ление, поскольку большинство сооружений расположено в местностях, обращенных к Атлантическому океану и Се­верному морю, проливу Зунд и западной части Балтий­ского моря. Система хозяйствования в этих местах в боль­шой степени зависела от морских перевозок, и морские суда были очень важными средствами и в системе произ­водства пищи, и в системе коммуникаций. Эта морская ак­тивность способствовала распространению знаний о. строительстве каменных камер вдаль западного и север­ного побережья Европы, а также обмену каменщиками и строителями для обслуживания культурной элиты. В отно­шении Северной Европы мы должны быть вполне увере­ны в том, что такое распространение шло с юга на север, а не наоборот.

Сторонники теории диффузионизма рассматривают Пиренейский п-в как колыбель «мегалитизма». Однако, как недавно выяснено, датировки радиоуглеродным методом вызвали некоторые проблемы, поскольку даты, получен­ные на полуострове, оказались ближе к современности, чем даты французских сооружений. Однако, как мы упо­минали, тот способ, которым были получены образцы в Испании и Португалии, вызывает критику, и поэтому не­обходимо ждать результатов новых датировок.

Большая часть указанных дискуссий относилась к доль­менам и могилам с проходами. Происхождение и распре­деление галерейных могил также вызывают споры. Как из­вестно, эти памятники строились общинами, жившими вблизи рек. Следовательно, суда там также были нужны для перевозок, однако рыболовство не являлось основным ис­точником добычи пищи.

Кроме того, архитектура галерейных могил, искусство и ритуалы, которые были характерны для периода крытых галерей, свидетельствуют о разрыве с традицией мегали­тических захоронений с камерой и под курганом.

Согласно мнению, которое еще недавно было обще­принятым, а сегодня от него отказались, галерейные мо­гилы классического типа в парижском регионе появились под влиянием идей, местом происхождения которых яв­ляется Средиземноморье, откуда они распространились через долину Роны до Парижского бассейна. Отсюда но­вая архитектура распространилась в Вестфалию и Гессен (Sprockhoff, 1938).

Однако позднее было установлено, что галерейные могилы в районах Вестфалия-Гессен старше, чем могилы

такого же типа в парижском регионе. Основываясь на этой хронологической ситуации, бельгийский ученый Де Лаат (1976ι⅛ 1981) сделал заключение, что галерейные могилы появились в Вестфалии-Гессене независимо от других регионов. Он счел это явление результатом эволюцион­ного развития местных небольших захоронений к длин­ным галереям, вырытым в земле, и от них - к галереям клас­сического типа с поперечной плитой с отверстием, кото­рая разделяла могилу на саму погребальную камеру и при­хожую. И именно из районов Вестфалии-Гессена этот но­вый тип захоронения распространился через Бельгию вплоть до региона Сены-Уазы-Марны и далее на юго- запад до Бретани, реки Шаранта, а с другой стороны, по долинам рек Мёз (Маас) и Сена, далее по Рейну до Швей­царии.

Что касается эволюции различных типов захоронений в самих районах Вестфалии-Гессена, то следует заметить, что невозможно указать точную временную разницу меж­ду тремя типами захоронений, которые могли строиться одновременно. Соответственно, различные типы могил могут указывать скорее на социальный уровень, чем на эво­люцию во времени.

Недавно для обсуждения была выдвинута новая теория (f)ebn, 1980), согласно которой очаг возникновения новых идей следует искать на Кавказе. Эта точка зрения имеет некоторые основания в сфере мегалитического искусства могил, но кажется достаточно слабой, если рассматривать характеристики самих могил.

Каким образом новые идеи передавались из региона в регион? Ни в Центральной Европе, ни в Парижском бас­сейне не обнаружены археологические свидетельства, ко­торые послужили бы доказательствами существования процессов эмиграции или иммиграции. Археологические остатки указывают на возможные контакты другого вида. В данном контексте надо вспомнить, что характерные для Парижского бассейна галерейные могилы были построе­ны также в позднем неолите (согласно северной хроно­логии) общинами, проживавшими на западе Швеции. Существовали ли связи по водным путям с Парижским бас­сейном, были ли контакты с общинами Центральной Ев­ропы? Эти вопросы пока остаются без ответа. Однако было бы неверно допускать местное происхождение галерей­ных могил в Западной Швеции. Насколько известно, швед­ские галерейные могилы относятся к началу четвертого тысячелетия до наст. в. Следовательно, с хронологической точки зрения они близки к французским типам галерей­ных могил, однако этот критерий не является решающим. Строительство таких могил в Центральной Европе продол­жалось в то же время.

Мегалитические памятники и общество

Мегалитические памятники отражают возможности создавших их обществ. Для их строительства, особенно для возведения крупных памятников, требовалась значитель­ная рабочая сила, однако ее затраты были непродуктивны. Каковы же были экономические предпосылки для возве­дения этих монументов? Одним из условий для осуществ­ления подобных работ, связанных к тому же с проведени­ем церемоний, требующих времени, было наличие допол­нительных продовольственных запасов для прокорма ра­ботавших людей. Каковы были средства для обеспечения пропитания?

Мегалиты, как и захоронения последующих периодов, указывают на размещение поселений. Там, где поселения были обнаружены, они располагались на расстоянии 1 - 5 км от захоронений. Самые древние категории мегалитических захоронений - дольмены и могилы с проходами, - находят­ся в прибрежных районах. Типичным примером такого ме­стонахождения являются kokkenme>ddmger(ставший между­народным датский термин) - большие скопления «кухонных отходов», в основном состоящих из раковин устриц и ми­дий, на берегах залива Слайго на северо-западе Ирландии. Хозяйственные отходы, очаги и кости животных свиде­тельствуют о продолжительном использовании морских пищевых ресурсов. На небольшом расстоянии отсюда, в центре п-ва Нокнария, существует скопление дольменов и могил с проходами. Датировки радиоуглеродным анали­зом показали, что эти мегалиты появились раньше, чем был воспринят сельскохозяйственный способ производства пищи в этом регионе, и, следовательно, они связаны с об­ществом, для которого были характерны присваивающие формы хозяйствования.

Если дольмены и могилы с проходами располагались во внутренних районах, то они возводились вблизи рек, озер и болот. Это в равной степени типично и для галерей­ных могил. Рассматривая такое расположение, следует учи­тывать, что в доисторической окружающей среде всегда было значительно больше воды, чем в наши дни. Сельское хозяйство и урбанизация почти повсюду уничтожили большое количество источников и ручьев.

Устья рек, находящиеся в прибрежных зонах Атланти­ки, подверженных морским приливам и отливам (Порту­галия, запад Франции, Ирландия, Британия), являются очень продуктивными природными зонами. Расположе­ние дольменов и могил с проходами у побережья и устьев рек явно указывает’ на то, что богатые ресурсы (изобилие рыбы, моллюсков, водоплавающих птиц и яиц) были ре­шающим фактором для размещения поселений мегалити­ческих общин. Для некоторых регионов рыболовство дол­жно рассматриваться как причина распространения ме­галитических захоронений вдоль побережья. Во внутрен­них долинах территорий, вдоль рек и их притоков рыб­ная ловля, охота и сбор съедобных растений, несомнен­но, оставались важным источником пропитания еще дол­гое время после появления скотоводства и земледелия. Общество, основанное главным образом на сельском хо­зяйстве, которое требовало больших затрат труда, вряд ли могло располагать резервами рабочей силы, достаточны­ми для возведения огромных памятников. Обществам, жив­шим в ритме сезонов обильной ловли рыбы и богатой охо­ты, было легче выбирать рабочие периоды для строитель­ства мегалитов.

В основном большинство мегалитических поселений были небольшими образованиями, т.е. деревнями или фер­мами, и иногда группировались на одной местности. Толь­ко на юге Испании были более значительные поселения, почти города, как, например, Лос-Милларсс.

По одной из теорий, могилы с проходами определялись как клановые или семейные групповые могилы, в которых хоронили членов этих сообществ. Такие небольшие обра­зования считались координируемыми частями эгалитар­ного разделенного (сегментарного) общества, в котором не удалось обнаружить каких-либо иерархических при­знаков. В разделенном обществе базовой единицей явля­ется семья или деревня, которая составляет автаркическое образование, осуществляющее контроль над своими про- изводствеї шыми ресурсами. Согласно общему' антрополо­гическому определению, части сегментарного общества і ιe подчиняются более эффективной и более крупной поли­тической или экономической единице, иерархический контроль со стороны которой мог уменьшить автономию составляющих ее частей. Далее было высказано предполо­жение, что курган являлся вехой, обозначавшей террито­рию одного из этих небольших образований. Используя карты, на которых было отмечено расположение курганов, некоторые археологи попытались отметить границы территорий крутами или многоугольниками (так называ­емые многоугольники Тиссена), но, естественно, в резуль­тате получилось лишь теоретическое изображение таких сегментарных обществ (см., например, Renfrew, 1976).

Слабым местом этой теории было то, что нам не известно, соответствует ли объем костей, найденных в камере одно­го мегалита, числу членов в поселении. Необходимо так­же знать, не были ли другие члены поселения захоронены в простых могилах, вырытых в земле, - могилах, которые трудно обнаружить.

Согласно другой точке зрения, могилы с проходами должі іьі были рассматриваться как места захоронения эли­ты расслоившегося общества. Эт а точка зрения основана на изучении внушительных мегалитических могил, подоб­ных я рем могилам с проходами в Антекуэра (Испания), на о. Гавринис, в Бутоне, Барненезе (последняя имела уложен­ные способом сухой кладки стены из плит и находилась внутри пирамиды) и в Ныогрэпдже. Подсчет объема работ, который был необходим для транспортировки и построй­ки подобных сооружений, включая курган, показывает, что эти работы должны были выполняться достаточно много­численными и уже расслоившимися сообществами. При возникновении социального расслоения появилась необхо­димость в престижі іьіх символах, чтобы обозначить иерар- хию в этих общностях. Кроме того, имеются комплексы сооружений, в которых намеренная монументальность одного памятника по сравнению с более простым окру­жением отражает наличие расслоения в обществе. Это, в частности, относится к сооружениям в Маэс-Хоув на

o. Мейнленд в составе Оркнейских о-вов, в Доуге, Ньюгрэн- дже и Ноуте: везде большой курган окружен меньшими кур­ганами. Огромные курганы в этих местах занимают доми­нирующее положение над местностью. Действительно, со­оружение в Ньюгрэндже господствует над всей долиной

p. Бойн (сооружения в Ноуте и Доуге уступают Ныогрэид- жу в этом отношении); сооружение в Маэс-Хоув домини­рует над всем о. Мейнленд. Эти большие монументы име­ли важное ритуальное значение. Они играли значительную роль в общественной жизни населения, жившего не в бли­жайших окрестностях. Огромный памятник в Маэс-Хоув имел роль центра всего архипелага Оркнейских островов, а Ньюгрэндж - территории далеко за пределами долины р. Бойн.

Поселение Бугон (департамент Дё-Севр, Франция) представляет собой другой тип культового места. На тер­ритории диаметром 10 км, ограниченной долиной с се­вера и юга, в центре расположено кладбище из 6 больших курганов с 8 мегалитическими могилами. Следы жилых поселений, современников этих сооружений, были обна­ружены на данной территории. На ее периферии было множество могил с камерами, как бы «огораживающих·» ее и в основном изолированных. Раскопки и исследова­ния комплекса, проведенные Моэном (JP. Mohen),указы­вают, что эта площадь использовалось с седьмого до кон­ца пятого тысячелетия до наст, в., т.е. на протяжении при­мерно 2500 лет, со среднего неолита до раннего бронзо­вого века. Были найдены замурованные остатки скелетов и изделия, относящиеся к обществу, строившему памят­ник. В каждой могиле было похоронено примерно по 10 умерших, в целом - около 100 человек в шести курганах. Это - небольшое число по сравнению с впечатляющими размерами курганов, и можно предположить, что моги­лы были зарезервированы для захоронения в будущем ос­танков лишь избранных членов общины, которые пользо­вались особым положением и составляли меньшинство по сравнению с теми, кто приходил сюда на поклонение. Открытия, сделанные вне могил, поддерживают мнение о том, что курганы служили культовыми местами для ок­рестных общин. Не все монументы были сооружены од­новременно, между» ними существует некоторое расхож­дение во времени. Это может означать, что они строились последующими поколениями людей. Могилы использо­вались и в дальнейшем - в позднем неолите и в начале бронзового века, примерно в период между 4500 и 4000 лет назад, но ритуалы и культовые обычаи изменялись.

Тем не менее это место сохраняло роль культового места для 80 поколений.

Бугон является не единственным местом, которым пользовались так долго. Повторное использование мега­литических захоронений продолжалось практически по­всюду последовательными группами культур. Это могло бы свидетельствовать о некоторой непрерывности в исполь­зования поселений, что необязательно подразумевает по­стоянное проживание в одном и том же поселении на про­тяжении веков. Случались перемещения поселений, но внутри территории, «узаконенной·» монументами.

Приведи шые примеры являются наглядным изображе­нием тех обществ, в развитии которых дольмены и моги­лы с проходами сыграли определенную роль. Это действи­тельно такие сооружения, строительство которых подра­зумевает существование своего рода центрального руко­водства, необходимого для координации широкомасштаб­ных работ и для накопления пищевых ресурсов для людей, которые были заняты непроизводительным трудом. Это должно быть некоторое иерархическое общество, в кото­ром роль святилищ состояла в обеспечении социального созидательного консенсуса, может быть, они были чем-то вроде религиозного центра. Иерархический ранг мону­ментов, по-видимому, был отмечен и наличием (или от­сутствием) произведений настенного искусства внутри этих сооружений.

В Северной Европе также известны внушительные па­мятники, различимые в некоторых местах, но ни один из них нельзя сравнить по размерам с теми выдающимися сооружениями, которые описаны выше. Тем не менее и здесь существует явное отличие, особенно восточной Ют­ландии и южных датских островов, котор ые были доволь­но плотно заселены, от центров строительства мегалити­ческих сооружений. Однако в Северной Европе имеется и другой тип культовых мест, расположенных рядом или на небольшом расстоянии от мегалитических захоронений; эти места предназначались для общего сбора более круп­ных групп, чем те, которые жили поблизости (см. гл. 54).

В общинах, строивших галерейные могилы, иерархи­ческое положение могил прежде всего различается по их украшениям. Существующие в некоторых случаях разли­чия в размерах могил не так четко выражены, как показа­но выше.

Не исключено, что менгиры, аллеи менгиров и мону­ментальные кольца из валунов, которые были почти совре­менниками галерейных могил, отражали расслоение об­щества. Крупные памятники этих типов свидетельствуют не только об изменениях в обрядовых системах. Концент­рация аллей менгиров на производящих ілубокое впечат­ление полях, например в Карнаке, и сооружение монумен­тов типа Стонхенджа показывают, где располагались важ­ные центры власти. Они являются также местами празд­ничных сборов, на которых собирались люди для участия в церемониях, отличавшихся от церемоний поминания усопших, вероятно, для проявления лояльности по отно­шению к власти жрецов или других правителей.

Из изложенного выше можно сделать вывод, что мега­литические памятники предназначались для некоторых избранных лиц, людей, которые каким-то образом выде­лялись среди остальных; однако у» нас нет возможности оп­ределить, в чем именно состоял этот особый признак. Исследования поселений не дали сведени й об этом. Одна­ко мегалитические памятники показывают, что общества развивались в направлении установления иерархии. По­хоже, что власть и религия сосуществовали, а функции вождя и жреца исполнялись одним лицом. Иерархия была связана с контролем над обычаями. Появление централь­ных культовых мест также свидетельствует об эволюции в направлении возрастания социального неравенства в са­мых богатых обществах, живших в западных регионах у Атлантического побережья.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Мегалиты являются образцами самой древней монумен­тальной архитектуры в Европе. Г1о сравнению с другими со­оружениями тех же времен, следы которых были обнару­жены, многочисленные захоронения и свободно стоящие монументы воплощают всё подавляющие объемы и могу­щество. Понять их конструкцию и то значение, которое они оказывали на своих современников, можно лишь связав их с физическим окружением в виде небольших хрупких жи­лищ, в которых проходила повседневная жизнь, и поместив их в тот тип общественного устройства и идеологической среды, в которых они были сооружены.

Для того чтобы получить более конкретные ответы на вопросы, поставленные в настоящей главе, следует про­вести множество исследований во всех регионах, где были обнаружены мегалитические памятники. Безуслов­но, желательно провести тщательные раскопки хорошо сохранившихся сооружений, но важно также повторно изучить ранее раскопанные мегалиты, поскольку старые отчеты, сохранившиеся в археологической литературе, часто могут вводить в заблуждение. Однако в настоящее время необходимо сосредоточить исследования на изу­чении жилых поселений и территорий обитания, а так­же природного окружения мегалитических сооружений. Это, несомненно, предполагает тесное сотрудничество ученых в разных областях, таких как география и остео­логия. И наконец, только обстоятельные макростати- ческие данные позволят провести сравнительные иссле­дования различных мегалитических регионов. Тем не ме­нее определение проблем, которые должны быть изуче­ны, все больше будет зависеть не только от археологиче­ских концепций, но и от основных целей и методов со­циальных наук.

ПРИМЕЧАНИЕ

¹Мегалитические памятники являются одной из самых харак­терных особенностей периода неолита в обширных частях Юж­ной, Западной, Центральной и Северной Европы, и проблемы, ко­торые возникают при их изучении, могуг рассматриваться только в общеевропейских рамках. Поэтому было принято решение по­святить этому вопросу отдельную главу. Однако некоторые мега­литы уже были упомянуты в предыдущих региональных главах (1 га- пример, в гл. 49 и 53), поэтому неизбежно появились некоторые повторы и расхождения в их интерпретации. Каждый автор, не­сомненно, имел полную свободу в защите своих собственных идей. Поскольку мегалитические сооружения продолжали использо­ваться и возводиться даже в раннем бронзовом веке, мы просили д-ра Кэлас рассмотреть предмет во всей полноте и, следователь­но, затронуть хронологический период, которому посвящен том И. - Прим. ред. англ. издания.

БИБЛИОГРАФИЯ

ALMAGRO, М; ARRIBAS, А. 1963. El poblado у las necropolis megaliticos de los Millares (Santa Fe de Mondujar, Almeria). Madrid.

BECKER, C. J. 1947. Moscfunde lerkar fra yngre stenalder [Neolithic Pottery' in Danish Bogs]. Aarb. nord. oldkynd. hist. (Copenhagen), pp. 1-138.

BURL, A. 1976. The Stone Circles of the British Isles. London.

CIARK, D. v.; COWIE, T. G.; FOXON, A. 1985. Symbols of Power in the Time of Stonehenge. Edinburgh.

DANIEL, G. E. 1958. The Megalith Builders of Western Europe. London. — 1960. The Prehistoric Chamber Tombs of France: A Geographical,

Morphological and Chronological Survey. London.

DANIEL, G. E.; KJAERUM, P. (eds) 1973- Megalithic Graves and Ritual. Aarhus. (Papers presented at the 3rd Atlantic Colloquium, Moesgaard, 1969.)

DEHN, W. 1980. Hessische Steinkisten und friihes Metall. Fundber. Hess., Vol. 19/20, pp. 162-76.

DE LAET, S. J. (ed.) 1976a. Acculturation and Continuity in Atlantic Europe, Mainly during the Neolithic and the Bronze Age. Bruges.

— 1976b. L’Explication des changements culturels: modeles theoriques et applications concretes. Le cas du S. О. M. In: DE LAET, S. J. (ed.), Acculturation and Continuity in Atlantic Europe, Mainly during the Neolithic and the Bronze Age. Bruges, pp. 67-76.

— 1981. Megalithic Graves in Belgium. A Status Quaestionis. In: EVANS, J. D.; CUNLIFFE, B.; RENFREW, C. (eds), Antiquity and Man. Essays in Honour of Glyn Daniel. London, pp. 155-60. (Reprint in: RENFREW, C. (ed.), 1983, The Megalithic Monuments of Western Europe. London, pp. 91-6.)

EMMETT, D. D. 1979. Stone Rows: The Traditional View Reconsidered. Devon Archaeol. Soc., pp. 94-114.

EOGAN, G. 1984. Excavations at Knowth. Dublin.

EVANS, J. D.; CUNLIFFE, B.; RENFREW, C. (eds) 1981. Antiquity and Man. Essays in Honour of Glyn Daniel. London.

GIOT, P.-R.∙, L’HELGOIJAC’H, J., MONNIER, J. L. 1987. Prehistoire de la Bretagne. 3rd edn. Rennes.

GUILAINE, J. 1976. Premiers Bergers ct paysans de ΓQuest mediterraneen. Paris.

HEGGIE, D. C. 1981. Megalithic Science. London.

HENSHALL, A. S. 1963-1972. The Chambered Tombs of Scotland. Edinburgh. 2 vols.

HERITY, M. 1974. Irish Passage Graves. Dublin.

JOUSSEAUME, R. 1988. Dolmens for the Dead. Megalithic Building throughout the World. London.

KAELAS, L. 1955. Wann sind die ersten Megalithgriiber in Holland entstanden? Palaeohistoria (Groningen), Vol. 4, pp. 47-79.

— 1956. Dolmen und Ganggraber in Schwcden. Offa, Vol. 15, pp. 5-24.

— 1966-7. The Megalithic Tombs in South Scandinavia. Migration of Cultural Influence? Palaeohistoria (Groningen), Vol. 12, pp. 287-321.

— 1981. Megaliths of the Funnel Beaker Culture in Germany and Scandinavia. In: EVANS, J. D ■ CUNLIFFE, B.; RENFREW, C. (cds), Antiquity and Man. Essays in Honour of C>lyn Daniel. London, pp. 77-91. (Reprint in: RENFREW, C. (ed.), 1983. The Megalithic Monuments of Western Europe. London, pp. 77-91.)

KALB, P. 1981. Zur relativen Chronologic portugiesischer Mega- lithgraber. Madrider Mitt., Vol. 22, pp. 56-77.

KIRCHNER, H. 1955. Die Menhire in Mitteleuropa und der Menhirgedanke. Wiesbaden.

LEISNER, G.; LEISNER, V. 194.3. Die Megalithgraber der lberischen Halbinsel. Der Sdden. Berlin. (Reprint 1959 )

1956-65. Die Megalithgraber der Ibcrischen Halbinsel. Der Westen. Berlin. 2 vols.

L’HELGOIJAC’H, J. 1968. Les Sepultures mcgalithiques en Armorique: dolmens a couloir et allees couvertes. Rennes.

MACKIE, E. 1977. The Megalith Builders. Oxford.

MARCOTIC, V. (ed.) 1977. Ancient Europe and the Mediterranean. Warminster.

MEGAW, J. V. S.; SIMPSON, D. D. A. 1979. Introduction to British Prehistory. Leicester.

MOHEN, J. P. 1973. Les Tumulus de Bougon. Bull. Soc. hist. sci. Deux- Sevres, No.2∕.3.

— 1977. Les Tumulus de Bougon. Bull. Soc. hist. sci. Deux-Scvrcs, No. 2.

MONTELIUS, O. 1899· Das Orient und Europa. Stockholm. NORDMAN, C. A. 1935. The Megalithic Culture of Northern Europe. Fin.

Fornm.foren. Tidskr., Vol. 39, pp. 1 ~ 137.

O’KELLY, M. 1982. Newgrange. London.

O’NUALLAIN, S. 1984. A Survey of Stone Circles in Cork and Kerry. Proc. R. Irish Acad., Vol. 84 C No. l.pp. 1-77.

PIGGOTT, S. 1962. The West Kennet Long Barrow. London.

POWELL, T. G. E. (ed.) 1969. Megalithic Enquiries in the West of Britain. Liverpool.

RANDSBORG, K. 1975. Social Dimensions of Early Neolithic. Proc. Prehist. Soc., Vol. 45.

RENFREW, С. (ed.) 1973. The Explanation of Culture Change: Models in Prehistory. London.

— 1976. Megaliths, Territories and Populations. In: DE LAET, S. J. (ed.), Acculturation and Continuity in Atlantic Europe, Mainly during the Neolithic and Bronze Age. Bruges, pp. 128-220.

— I979∙ Investigations in Orkney. London

— 1981. Introduction: The Megalith Builders of Western Europe. In: EVANS, J. D.; CUNLIFFE, B.; RENFREW, C. (eds), Antiquity and Man. Essays in Honour of Glyn Daniel. London, pp. 72-81. (Reprint in: RENFREW, C. (ed.), 1983, The Megalithic Monuments of Western Europe. London, pp. 8-17.)

— (ed.) 1983∙ The Megalithic Monuments of Western Europe. London.

SCHIRNIG, H. (ed.) 1979 Grosssteingraber in Niedersachsen. Hildesheim.

SCHULDT, E. 1972. Die mecklenburgischen Megalithgraber. Berlin.

SHEE TWOHIG, E. 1981. The Megalithic Art of Western Europe. Oxford.

SPROCKHOFF, E. 1938. Die Nordische Megalithkultur. Berlin.

— 1966-75. Atlas der Megalithgraber Deutschlands. Bonn. 3 vols.

STROMBERG, M. 1971. Die Megalithgraber von Hagestad. Lund/Bonn.

VALERA, R. DE; O^,Nl)ALLAIN, S. 1961-72. Survey of the Megalithic Tombs of Ireland. Dublin. 3 vols.

WAALS, J. D. VAN DER (ed.) 1966-7. Neolithic Studies in Atlantic Europe. Groningen. (Palaeohistoria, 12.)

56