СЕГУНАТ ТОКУГАВА

Сёгунат — правительство сёгунов.

Сёгун — титул военного правителя Японии в 1192—1867 гг. при которых императорская династия была лишена реальной власти. Всего было три дина­стии сёгунов: Минамото (1192—1333), Асикага (1335—1573), Токугава (1603—1867).

Титул сёгуна был присвоен Токугава Иэясу толь­ко спустя два с лишним года после битвы при Сэкига­хара, в марте 1603 года. Однако эти два года Иэясу распоряжался в стране как верховный правитель и устранил все препятствия к установлению сёгуната дома Токугава.

С этой целью им были произведены крупные пере­становки среди высшей феодальной знати (дайме), которая обладала той военной силой, которая могла помешать Иэясу стать верховным правителем.

Мероприятия Иэясу, осуществленные в 1600— 1602 годах, сводились к конфискации земельных вла­дений у значительной части даймё, которые выступа­ли против Токугава в битве при Сэкигахара и впо­следствии получили наименование тодзама-даймё.

Конфискованные владения Токугава либо забирал себе, либо назначал в них новых даймё из числа своих вассалов — фу дай-даймё или хатамото — самураев, находившися в непосредственном подчинении у сё­гуна, часть которых также превратилась в даймё.

Конфискация и перераспределение земель проис­ходило преимущественно при первых трех сёгунах Токугава. В последующее время, такие меры стали применяться значительно реже (затем они вовсе пре­кратились). В широких масштабах перераспределе­ние по большей части производилось в течение года или двух после каких-либо решающих событий в меж­феодальной борьбе (сражение при Сэкигахара, Осак­ские кампании 1614—1615 годов).

Первое большое перераспределение земельных владений имело место в 1600—1602 годах. Владения 72 даймё к 1602 году были полностью конфискованы, пятеро из них в последующие годы получили земли в другом месте. Число даймё, переброшенных из од­ного района в другой с увеличением владений, соста­вило 61.

Таким образом, за короткий период в два года (с конца 1600 по 1602 года) больше половины кня­жеств Японии переменили своих владельцев. Все но­вые даймё, а также даймё, получившие взамен преж­них владений новые, больших размеров, были обяза­ны своим возвышением правителю Иэясу, и, есте­ственно, большинство из них стало прочной опорой центральной власти.

Центральная власть, производя такое массовое пе­ремещение князей, не решилась или не захотела по­сягнуть ни в эти годы, ни в последующие, вплоть до середины XIX столетия, на самый принцип сохране­ния отдельных княжеств. Они продолжали оставать­ся основой административно-политического устройст­ва страны. Это является косвенным подтверждением того, что Япония не достигла еще такой ступени эко-

йомического и политического развития, когда полное уничтожение политической раздробленности было за­вершено.

В условиях традиций, сложившихся в Японии, перераспределение земельных владений означало не только замену одного даймё другим. Согласно этим традициям, вассалы (самураи — буси) любого князя при конфискации его владения превращались в рони­нов (бродячих самураев), т. е. лишались земельных владений или жалования рисом, которое стала полу­чать часть этих вассалов в XV—XVI веках взамен отчужденных земель.

Перевод даймё из одного владения в другое сопро­вождался обычно переводом и его вассалов.

Таким образом, мероприятия Иэясу по укрепле­нию своей власти над страной отразились на положе­нии не только сотни даймё, но и нескольких сотен тысяч самураев, и в той или иной мере затронули интересы значительной части всего населения страны.

Часть самурайства, лишенная материального обес­печения (рисовые пайки, земельные владения) неиз­бежно превращалась в оппозиционную правительству группировку дворян.

В хрониках упоминается несколько случаев воору­женных столкновений, происшедших вследствие сме­ны даймё. Некоторые из самураев оставались на ста­рых местах и тогда, когда даймё переводился в дру­гой район, даже с увеличением владения, и тогда, когда его владения конфисковывались. Во всех слу­чаях, приводимых в хрониках, мятежное самурайство поддерживалось крестьянством, что свидетельствует О его тяжелом положении и большом недовольстве.

Например, в октябре 1603 года в провинции Дэва (уезд Сэмбоку) прежние вассалы даймё Рокуго, пере­веденного в другую провинцию с увеличением владе­ний, подняли восстание против нового даймё Сатакэ, назначенного в этот район.

Восставшие напали на замок, перешедший к Сата­кэ, к ним примкнули крестьяне (около тысячи). Это

восстание именуется в хрониках хякусе икки (кресть­янское восстание).

Такого же порядка конфликт в ноябре 1602 года произошел в другом районе, на юге Японии, в провин­ции Тоса, где были конфискованы владения тодзама- даймё Тесокабэ, противника Токугава в битве при Сэкигахара. В эту провинцию был переведен Яманоу- ти, тоже тодзама-даймё. Прежний вассал Тесокабэ — Такаиси Саманоскэ, исполнявший обязанности сёя (сельский староста), владевший землями с доходом в 80 коку риса, отказался выплачивать новому даймё налоги (очевидно, с крестьян). Было посажено в тюрь­му 33 крестьянина. Такаси с другими крестьянами поднял восстание на горе Такияма. Восстание было подавлено, крестьяне, посаженные в тюрьму, там и погибли. Такаиси и некоторые другие вассалы, возгла­вившие восстание, бежали в соседнюю провинцию Сануки и превратились в ронинов.

Таким образом, очевидно, не всегда все самураи — вассалы даймё следовали за своим сюзереном, когда его перебрасывали из одного района в другой, и не все самураи превращались в ронинов, когда владение даймё конфисковалось. Известны отдельные факты, когда вассалы враждебных Токугава даймё потом становились самураями дома Токугава.

Как бы то ни было, хотя перераспределение зе­мельных владений несомненно способствовало укреп­лению центральной власти, оно порождало и новые острые конфликты, в которые были вовлечены в пер­вую очередь разные группы феодалов, а наряду с ни­ми и крестьянство.

Эти конфликты представляли тем большую опас­ность для сегуната, что Токугава не решились сразу после битвы при Сэкигахара ликвидировать дом Тоё- томи, малолетний глава которого Хидэёри, живший по-прежнему в Осака, получил от Иэясу крупные земельные владения с доходом в 657 тыс. коку риса в провинциях Оми, Сэтцу и Кавати. Недовольные властью Токугава, самурайство, естественно, стека­лось в этот центральный район страны.