ПЕРВЫЙ МГАРСКИЙ КУРГАН

И.Н.Кулатова, А.Б.Супруненко

В 1989 г. Охранной экспедицией Полтавского краеведческого музея были произведены раскопки распаханного кургана (№1) у с.Мгарь «Дубенско­го района Полтавской области¹.

Курган входил в состав могильника скифской поры, известного еще по обследованиям 1920-х гг. лубенского краеведа И.Я.Плескача². C группой кур­ганов у с.Мгарь из 25 насыпей различной высоты (от 0,3 до 3,5 м) и диаметра (16-20 м)³ связывается находка железного кинжала раннескифского времени⁴ и разрушенного подкурганного погребения той же эпохи вблизи хозяйствен­ных сооружений тракторной бригады местного КСП. Наиболее значительные по высоте курганы могильника находятся на территории сельского кладбища, у края плато правого коренного берега р.Сулы (рис.1). Два из них имеют вы­соту 3 и 3,5 м (рис.2,3), характерные просевы массива насыпи в погребаль­ную камеру, весьма крутые склоны; задернованная поверхность большинства курганов повреждена современными захоронениями⁵.

Местонахождение. Исследованный курган располагался в 0,35 км к западу от центра села у края плато правого коренного берега р.Сулы (рис.1). Курган представлял собой сильно оплывшую распаханную насыпь высотой 0,65 м и диаметром 23 м круглой в плане формы (рис.4,5). У вершины, на рас­пахиваемой поверхности, отчетливо проступало пятно суглинкового материко­вого выкида.

Насыпь исследовалась на снос, с оставлением осевой бровки С-Ю, при помощи бульдозера Т-75 (начальный этап), а затем — вручную (по выявлению выкида из погребения). Вся поверхность под насыпью зачищалась с целью вы­явления ровика.

Стратиграфия. Курган возведен в один прием над погребением скифс­кого времени из однородного серо-черного чернозема, с преобладанием вальков дерна размером от 0,2x0,3x0,4 м до 0,2x0,4x0,5 м, взятых в непосредственной близости от кургана, за 10-15 м к западу и югу от него, отчего вокруг насыпи была заметна пологая запаханная выемка глубиной 0,2 м при ширине 5-7 м.

Рис.1.

Расположение кургана и памятники окрестностей (схема).

1 — место расположения исследованного кургана;

2 — поселение эпохи бронзы;

3 — селище середины - третьей четверти I тис. н.э. и XI-XIV вв.

ны участниками погребального обряда. Участок с обильным натоптом (сказа­лась, видимо, влажная погода) зафиксирован в 1,5 м к югу от репера* на пло­щади 2,5x3,4 м тонкой прослойкой примятого ногами суглинка в 2-3 см (рис.5). Тут же встречались отдельные угольки, обильно попадавшиеся на древнем го­ризонте к югу от прохода. Слегка утоптанный юго-восточный край выкида за­вершался круглым в плане пятном кострища диаметром 0,75 м, находившимся в 1,0 м к югу и 4,0 м к востоку от репера на глубине 0,63 м.

Кострище I представляло собой углисто-золотистое пятно мощностью до 3 см, в 0,6-1,6 м к югу от которого обнаружены кости позвоночника, ребра и нижняя челюсть быка, отдельные кости собаки* (рис.5).

* За репер („0”) при исследованиях приня­та наивысшая точка в центре остатков насы­пи; далее в тексте все замеры глубин, кроме случаев, отмеченных особо, даются от „0”.

Рис.2,3. Наиболее крупные курганы группы.

* Определение канд. с-х. наук Н.В.Лысенко (Полтавский сельско­хозяйственный инсти­тут).

Контуры круглой в плане насыпи обрамлял неглубокий кольцевой ровик подтреугольной в сечении формы глубиной 0,35-0,45 м от уровня древней поверхности и шириной до 0,7 м (рис.5). Внешний диаметр ровика составлял 22,5 м.

Кольцо ровика прерывалось с юго-запада — юга узким проходом (шири­на 1,2 м), перекрытым остатками кострища II_i горевшего еще до сооружения насыпи (рис.5). Остатки этого кострища круглой в плане формы диаметром 1,1 м имели мощность золистой прослойки до 3,5 см. В ней попадались мел­кие кости быка, несколько позвонков и чешуек рыбы семейства циприновых — окуня/*

** Определение канд. биол. наук В.Н.Тихо­нова (Институт зооло­гии РАН).

Размеры насыпи в целом совпадали с контурами ровика, лишь немногим перекрывая его. Сохранению насыпи способствовало присутствие среди валь­ков (преимущественно у центра кургана) крупных комков из смятых куриных яиц (до 30)***, выявленных также в заполнении ямы и даже на древнем гори­зонте.

*** Определение канд

с.-х. наук Н.В.Лысен-

ко.

Находки в насыпи. В массиве насыпи и на поверхности выкида обнару­жено 6 обломков лепной посуды (рис.5). Три из них, находившиеся непосред­ственно над ямой на глубине 0,45-1,05 м в 1,2-2,3 м к западу и северу от ре­пера, принадлежали стенкам лепного горшка, три других — в 1,7-3,0 м к юго- западу от репера на глубине O,3-O,5 м в массиве насыпи — стенкам лепной подлощеной миски.

Погребение. Погребальная камера представляла собой подпрямоугольную в плане материковую яму с полуовальным пологим входным сооружением с юго- востока, ориентированную по оси север - северо-запад — юг - юго-запад и распо­ложенную у центра насыпи (рис.5). Она имела размеры 3,40x3,70 и глубину 2,15 м (рис.6,7,8), соответственно 1,50 м от уровня древней поверхности (рис.5).

В заполнении камеры в верхней части залегали обрушившиеся обгоре­лые черноземные вальки насыпи, ниже находилась прослойка смешанного

грунта выкида с редкими уг­лями, у краев ямы — су­глинковые осыпи выкида, ко­торые перекрывали обрушив­шиеся тонкие доски и фраг­ментированные плахи (рис.

Рис.4.

Вид кургана 1 до исследований.

6), куски коры и жерди. Сре­ди вальков попадались.уже упомянутые скопления скорлупы яиц, отдающие характерным запахом серо­водорода.

В заполнении входной ямы преобладали мелкие вальки дерна, уложен­ные утрамбованными слоями, с множеством углей. В заполнении погребаль-. ной камеры, в дереве перекрытия, на глубине 1,9 м найдены три окисливших­ся пережженных трехгранных бронзовых наконечника стрел, поверхность де­рева вокруг и остатки древок которых были сильно обожжены.

Входная яма (дромос) имела в плане форму полуовала размером 2, IOx 2,20 м и опускалась в виде двух пологих уступов ступеней (глубина 1,4 и 1,6 м) от уровня погребенного чернозема до уровня дна погребальной камеры (рис.6). Пологое дно входной ямы сохранило следы устилання травой, места­ми сильно выгоревшей, угли, остатки крепления деревом нижней ступени (2,2 xθ,3 м). Находок в дромосе не выявлено.

Погребальная камера на глубине 1,75 м имела уступ в виде заплечиков, образующий внутреннюю яму размером 2,40x3,70 м и глубиной 2,15 м, соот­ветственно 0,4 м от уровня заплечиков (рис.6,10). Стенки ямы были ровными, отвесными. На поверхности уступа были заметны следы древесного тлена.

Внутренняя яма представляла собой остатки деревянного склепа, имев­шего, видимо, дощатые стены из тонкого ошкура бревен, перекрытие, состояв­шее из несущих плах, жердей, покрытия из коры, закрепленных на опорах не­сущей конструкции из трех рядов вкопанных вдоль продольных стенок ямы и по ее центру деревянных круглых столбов диаметром 16-28 см (рис.6). Крайние ряды опор состояли из четырех столбов, центральный — из пяти, в том числе наибольшего в центре ямы — диаметром до 40 см (рис.6). Столбы вставлялись в отрытые в материке круглые ямки глубиной 0,60-0,75 м от уровня дна или 2,70-2,90 м от репера (рис.6) и трамбовались при помощи кольев. Вероятно, вы­сота рядов столбов могла достигать уровня дневной поверхности, т.е.

Ровное дно ямы сохраняло остатки устилання неошкуренным отесом и выравнивания при помощи кусков коры (рис.6). На большей части площади дна были обнаружены следы кожаного тлена.

Деревянные конструкции погребального сооружения были значительно повреждены огнем; склеп, вероятно, поджигался с ритуальной целью. Пере­крытие конструкции дерновыми вальками способствовало сохранению ком-

321

Рис.5.

Курган 1. План.

плекса в древности, хотя впоследствии привело к просеву насыпи и разруше­нию склепа.

* Определение канд. ист. наук С.П.Сегеды (ИА HAH Украины)

На деревянном настиле в погребении обнаружены остатки скелетов двух погребенных — мужчины старше 45 лет’ и женщины. Кости сохрани­лись плохо и были перемещены землероями и грабителями эпохи позднего средневековья преимущественно к юго-западной стенке ямы (рис.6,9).

На дне ямы и в кротовинах у стенок обнаружен ряд находок, большей частью также перемещенных, исключая наиболее тяжелые металлические пред­меты.

Ближе к юго-западному углу ямы in situ лежали два бронзовых браслета (рис.9,11); у юго-восточной стенки находились еще два ножных бронзовых браслета (рис.9,12); неподалеку располагалась растащенная кротами группа женских украшений: три бронзовые подвески (рис.6; 14,5), золотые бусины (рис.6; 12,3), смятые обрушившейся землей; ожерелье глазчатых стеклопасто­вых бус, подверженных воздействию огня (рис.6; 13,/); между бусами лежали два бронзовых наконечника стрел (рис.6; 14,6,7). Одна из золотых бусин была

Рис.6.

Курган 1. План и разрезы погребальной камеры.

На плане обозначе­ны :

1 — булавки;

2 — кости черепа человека;

3— фрагменты доспеха;

4 — бусы стеклопастовые;

5 — бусины золотые;

6 — подвески;

7— наконечники стрел;

8 —кожаное изделие;

9 — бляшки;

10— серьги;

11— браслеты ножные;

12 — браслеты для рук;

13— реальгар;

14— обломок ножа.

обнаружена в юго-западном углу ямы (рис.6), стеклопастовые — в различ­ных частях погребальной камеры.

У центра камеры найдены отдельные золотые бляшки, стеклопастовая бусина и остатки небольшого кожаного изделия круглой формы, отдельные мелкие обломки железного изделия, а также золотая серьга (рис.6;14,/). Бли­же к северо-западной стенке обнаружено большинство золотых бляшек (рис.

6;14,4), рассредоточенные грабителями и землероями пластины защитного до­спеха (рис.6;18;19;), в кротовине — вторая золотая серьга (рис.6; 14,2) и кусо­чек реальгара (рис.6;19,5). В северо-восточном углу ямы выявлены 7 облом­ков раковин каури среднего размера в плохом состоянии, одна из которых со­хранилась (рис.6; 19,7), а также обломок железного ножа с горбатой спинкой (рис.6;19,4).

Среди аморфных мелких железных обломков, найденных в западной части ямы, видимо, находились фрагменты железных изделий, — воз можно, кинжала или меча, наконечники копий и т.п., — атрибутировать ко торые вследствие плохой сохранности металла не представилось возможным.

Состав находок свидетельствовал о размещении в камере богатого пар­ного захоронения скифского времени.

Следует, также отметить, что в заполнении погребения (нижние слои вальков дерна на перекрытии) выявлены 19 небольших камней — моренных галек из гранита, диорита, туфа и кварцита размером от 1,5x2,0x3,5 до 3,5х 4,0x6,0 см, — возможно, принесенных каждым из участников погребального обряда.

Находки.

Золотые изделия.

/. Серьги в виде опрокинутого конуса на петельчатой неподвижной проволочной дуж ке, украшенные по краю корпуса двумя рядами напаянной тонкой проволочки, между которыми расположены плетенные завитки с зерненными выступами в центре, на вершине конуса — четырьмя шариками зерни (рис.14,/-2;15). Высота 3,8-3,9 см; диаметр: конуса 2,0 см, проволочной дужки 0,15 см; высота конуса 1,9 см. 2 экз⁶

Серьги изготовлены античными ювелирами, подобные изделия известны по на­ходкам в Скифии, преимущественно в курганах V в. до н.э. ромейского Посулья⁷, —

Рис.9.

Погребальная камера: фрагмент юго­восточной части.

насыпях №3 в ур.Стайкин Верх, 4 у с.Волковой и др.⁸

2. Украшения головного убора — бляшки из фольги (вес O,2-O,3 г) в виде профиль­ной фигурки зайца с прижатыми ушами и поджатыми в прыжке ногами, с двумя, ра­сположенными симметрично вдоль длинной оси изделия, отверстиями для нашива­ния на основу из ткани (рис. 14,4). Высота — 0,8-0,9 см; ширина — 1,2-1,3 см; тол­щина (учитывая загиб кромки) — 0,1 см; толщина фольги — 0,02 см; диаметры от­верстий, пробитых иглой, — 0,05 см. 21 экз.

Bjihujkh подобного типа имели распространение в погребальных памятниках Левобережья V-IV вв. до н.э. и являлись, по-видимому, изделиями местных мастеров⁹ Из аналогий назовем продукцию ювелиров из кургана Бабы, насыпи А у с.Басовки, курганов Ромейской группы в По< улье’⁰, кургана №5 в ур.Осняги и насыпи №19 в ур.Скоробор в составе некрополей Бельского городища¹¹ в Поворсклье. Переклика ется по сюжету бляшка с изображением животного из кургана 3 в ур.Галущино у Пастырского городища на Правобережье Днепра, датируемого второй половиной V в. до н.э.¹²

3. Овальные рубчатые бусины от ожерелья, состоящие из двух спаянных штампован­ных половинок из тонкой фольги, украшенные между каннелированными выступами

Рис. 10. Общий вид погребения (с севера).

вдоль длинной оси изделия в углублениях 7-ю поперечными рельефными валиками (рис.14,3). Диаметр (высота) — 1,0 см, длина — 1,4-1,5 см; толщина фольги 0,015­0,02 см, диаметр канала для нити 0,15-0,2 см. Вес 0,3-0,4 г. Бусы примяты под весом грунта. 7 экз.

Аналогичные бусы считаются изделиями античных торевтов V в. до н.э.¹³. Близкие по характеру изготовления и орнаментации украшения ожерелий V-IV вв. до н.э. происходят из курганов №93 у с.Бобрица и №483 у с.Капитановка на Днепровс­ком Правобережье¹⁴, погребения 2 кургана №3 у с.Богдановка на Херсонщине¹⁵, Оле- фирщинского могильника в Среднем Поворсклье'⁶, Яблоновки¹⁷.

Бронзовые изделия.

4. Пара ручных браслетов, изготовленных из круглого в сечении прута со сходящи­мися несомкнутыми концами, украшенными двумя парами неглубоких насечек по ли­цевому краю (рис. 11). Диаметр браслетов 13,1 и 12,6 см; диаметр стержня 0,8-0,9 см. 2 экз. На одной из них обнаружен отпечаток легкой тонкой ткани.

Рис.11.

Браслеты.

Бронза.

5. Пара литых ножных, браслетов со сходящимися несомкнутыми уплощенными концами (рис. 12). украшенных с наружной стороны группами из пяти рубчиков и ок­руглыми гладкими выступами, а также елочными рубчиками у концов, стилизован­ных насечками в виде головок животных. Диаметр браслетов, отлитых в одной фор­ме, — 12,8 см, сечение стержня овальное 0,8x1,4 см. 2 экз. На браслетах при рес­таврации А.В.Григорьевым выявлены отпечатки льняной ткани.

Рис. 12. Ножные браслеты.

Бронза.

Набор браслетов входил в состав своеобразного „гарнитура” женских украше­ний, получившего распространение в Посулье в V в. до н.э.¹⁸ и имеющего многочис­ленные аналогии¹⁹. Еще одним обязательным элементом такого „гарнитура” были круп ные булавки.

6. Пара литых булавок с круглой массивной шляпкой гвоздевидной формы, украшен­ных в верхней части стержня четырьмя группами счетверенных поперечных рубчи- 328 ков (рис. 13,7). Длина булавок 24,5 и 23,8 см; диаметры: шляпок 2,6 и 2,7 см; стерж­

ня 0,8 и 0,7 см. 2 экз.

Рис. 13.

Украшения:

1-6 — бусы;

7 — булавки.

2 — сердолик;

3-6 — стеклопаста;

7 — бронза.

Аналогичные булавки получают распространение в бассейне Сулы в V-IV вв. до н.э.²⁰ Экземпляры из мгарского кургана принадлежат к наиболее богато орнамен­тированным и массивным в области Посулья, имея сходство с деталями украшения костюма из кургана №4 у с.Волковцы и других Роменских курганов²¹.

5. Деталью украшений головного убора являются подвески — кольца с шипами — литые женские украшения в виде кольца с боковой петлей и тремя-пятью группами строенных „шишечек’-шариков на внешней стороне изделия (рис. 14,5). Высота укра­шений 2,8-3,0 см; диаметр стержня кольца O,4-O,5 см; диаметр „шишечек” — до 0,4 см; размеры изделий:

1) 3,0x2,7x0,6 см; 2) 2,8x2,7x0,7 см; 3) 2,8x2,7x0,6 см. 3 экз.

Появление таких украшений в Посулье относится к началу V в. до н.э., а к концу столетия они получают широкое распространение и встречаются в ряде погре­бальных комплексов²². Схожие изделия известны и на Правобережье²³.

6. Трехгранные наконечники стрел. 2 экз.: •

1) треугольной формы, имеющий в нижней части две тонкие вертикальные бороз­дки, подчеркивающие скрытую втулку; один из концов граней заострен в виде шипа (III отдел, 7 тип, 1 вариант по классификации А.И.Мелюковой)²⁴. Длина 2,2 см (рис. 14,7); 1 экз.;

2) треугольный наконечник с гладкими гранями, одна из которых завершается ши­пом (III отдел, 7 тип, 7 вариант по А.И.Мелюковой)²⁵. Длина 2,6 см (рис. 14,6); 1 экз.

7. Трехгранные наконечники стрел, видимо, треугольной формы, с остатками обго­ревших древок, найденные торчащими в остатках деревянного перекрытия. Сильно окислились от пребывания в огне и рассыпались. Длина 2,3-2,5 см. 3 экз. Наконеч­ники стрел из мгарского кургана по аналогиям датируются V в. до н.э.²⁶

Железные изделия.

8. Детали пластинчатого защитного доспеха. Представлены спаянными корро­зией группами пластин, их обломками и чешуйками, сколами. Всего 120 фрагментов.

Выделяются группы пластин двух типов:

а) подпрямоугольные, с одним закругленным краем размером от 2,3x2,3 до 2,1x3,0 см и двумя-тремя отверстиями вверху для закрепления диаметром 0,1 см (рис. 19,1,3). Толщина пластин 0,10-0,15 см. 40 целых и 65 определимых обломков;

б) прямоугольные, с чуть скругленными углами и пятью-шестью аналогичными от­верстиями вдоль двух сторон (рис. 18,3; 19,2) размером 2,7x4,3 см и толщиной до 0,15 см. 5 экз. целых и 10 обломков.

Часть из пластин сохранилась в виде отдельных фрагментов доспеха, спаянных коррозией (рис. 18,/,2). На обратной стороне таких фрагментов заметны следы толс­той кожаной основы (рис. 18,/,3).

Все пластины имеют незначительную профилировку в виде изогнутой нижней части (рис. 19,/-3).

Находки деталей защитного доспеха в Посулье известны более чем в 20 погре­бениях²⁷. Как считают исследователи, большинство из них принадлежало пластич­ным панцирям в виде длинных рубах с рукавами, набранных из разного размера под­прямоугольных пластин²⁸. Видимо, элементами подобных панцирей и являлись обна­руженные в исследованном кургане железные детали.

330 //. Обломок ножа с горбатой спинкой и прямым лезвием. Длина 7,3 см; ширина лез­

вия 1,6 см; толщина 0,3-0,4 см (рис. 19,4).

Рис. 14.

Находки.

1,2 — серьги;

3 — бусы;

4 — нашивные бляшки;

5 — подвески;

6.7 — наконечники стрел.

1-4 — золото;

5-7 — бронза.

Стеклопастовые изделия

12. Бусы. Выявленные остатки ожерелья из бусин четырех типов сильно пострадали по причине пребывания в огне (рис. 13,/). Бусины частично рассыпались и представ-лены в количестве 16 целых экземпляров и 40 фрагментов. Выделяются следующие типы:

1) обломок округлой, поперечно-сжатой бусины из глухого яично-желтого стекла, украшенный глазками, расположенными попарно. Глазки образованы наслоенными друг на друга четырьмя чередующимися дисками из прозрачного темно-синего и глу­хого белого стекла (рис. 13,3). Внутри канала отверстия сохранились следы керами­ческой основы, на которой формировалось ядро (тип 130 по классификации бус из многоцветного стекла Е.М.Алексеевой)²⁹. Известны в комплексах V-IV вв. до н.э., хо­тя выпускались ближе к середине V в. до н.э.³⁰;

2) округлые, поперечно-сжатые бусины из глухого бирюзового стекла с 8-9-тью плоскими слоистыми сине-белыми глазками: синий диск наложен на белый (рис. 13,

Рис. 15. Серьги. Золото.

Рис. 16. Бусы. Золото.

6). Тип 76 (100-?) по указанной классификации³¹. Высота — 0,50-0,75 см; диаметр — 1,10-1,35 см; диаметр канала отверстия — 0,30-0,45 см. 12 целых экземпляров и 10 обломков. Образцы подобных бус бытовали в IV в. до н.э.³²;

3) округлая бусина с белой поперечной полосой, составленная из двух полусфер и белого диска, помещенного между ними (тип 145 по классификации полихромных бус Е.М.Алексеевой)³³. Высота — 0,9 см; диаметр — 12 см; диаметр канала отверс­тия — 0,35 см. 1 экз. (рис. 13,5);

4) округло-бочковидные, поперечно-сжатые бусины из глухого серо-бирюзового стекла (тип 31 по классификации бус из одноцветного стекла Е.М.Алексеевой)³⁴. Вы­сота — 0,6-0,7 см; диаметр — 0,80,9 см; диаметр канала отверстия — 0,350,40 см (рис. 13,4). 3 целых экз. и 29 обломков.

Изделия из камня.

13. Округлая бусина из прозрачного сердолика желто-красноватого тона ( тип 2, ва­риант „Г” по классификации бус из сердолика Е.М.Алексеевой)³⁵. Сверлена с двух сторон. Высота — 1,35 см; диаметр — 1,70 см; диаметр канала отверстия — 0,30 см. 1 экз. (рис. 13,/,2). Бусы этого типа датируются по многочисленным аналогиям кон­цом VI-V вв. до н.э.³⁶

14. Кусочек реальгара розово-алого цвета размером 1,7x1,9x0,7 см. 1 экз. (рис. 19,5).

Изделия из кожи

15. Остатки изделия круглой формы диаметром 4 см и толщиной около 0,35 см (рис. 19, 6), возможно, амулета или элемента украшения одежды.

Раковины.

16. Целая и семь обломков раковин каури (рис. 19,7), являющихся украшениями — деталями ожерелья. Размеры целой раковины — 2,0x3,0x0,8 см.

Рис. 17.

Нашивные бляшки.

Золото.

Керамика.

17. Мелкие фрагменты стенок лепного горшка скифского времени размером 2x3; 3,5x4,0 см; толщина стенок 0,7 см. 3 экз.

18. Обломки стенок лепной миски с подлощен ной поверхностью серо-коричневого цвета размером 1,0x4,0; 2,0x3,7 и 2,6x5,0 см. 3 экз.

Исследованный курган можно отнести к ярким погребальным памятни­кам Посулья, хотя он и не отличается грандиозными размерами и особым бо­гатством сохранившегося инвентаря.

Довольно полно прослеженные особенности устройства склепа, наличие дромоса выделяют мгарский погребальный комплекс среди ряда известных па­мятников бассейна Сулы. Курган, безусловно, принадлежит погребению дале­ко не рядового жителя одного из окрестных селищ, а представителю воинско­го сословия, вероятно дружиннику, о чем свидетельствуют парность захороне­ния, сложность конструкции деревянного склепа, богатство инвентаря, нали­чие в нем предметов вооружения. Видимо, на размеры погребального соору­жения повлияли естественные факторы: погодные условия (поздняя осень или зима, судя по ориентации погребальной камеры). Обращает на себя внимание и довольно сильное воздействие на деревянную конструкцию огня, в результа­те чего значительная часть перекрытия основательно обгорела.

Рис. 18.

Детали доспеха.

Железо.

По типу склепа мгарский курган принадлежит к наиболее сложным из известных в Посулье, имея параллели с конструкциями погребальных соору­жений таких известных аксютинских курганов как курган №2 в ур. Стайкин Верх и курган №5 (1905 г.),³⁷ хотя заметно уступает им по размерам. По ти­пологии подкурганных погребальных сооружений А.А.Моруженко комплекс у с.Мгарь близок к типу 23³⁸, получившему распространение к концу скифского периода³⁹, что вполне согласуется с датировкой предметов из состава погре­бального инвентаря.

Приведем некоторые соображения в отношении конструкции склепа. Его деревянное перекрытие было поперечным (из плах, жердей, горбылей), уложенных на продольные (вдоль длинной оси камеры) плахи, закрепленные на трех рядах столбов. На центральную, наиболее массивную опору, приходи­лась основная тяжесть грунта насыпи. Боковая дощатая обшивка удержива­лась, опираясь на крайние ряды столбов, грунтом выкида, заполнившим про­странство между стенками ямы и отесом на „заплечиках” в процессе соору­жения склепа. Обращает на себя внимание тщательность, с которой заклады­вался вход в погребение: дромос заполнен мелкими вальками дерна, уложен­ными рядами.

После завершения работ по окончательному сооружению склепа, — ри­туальному „отделению” усопших от мира живых, — на перекрытие „обители мертвых” сбрасывали остатки поминального кострища с тлеющими углями, разбитую посуду, использовавшуюся в заупокойной тризне. Интересным мо­ментом привнесения на склеп „очистительного” огня являлось использование зажигательных стрел, что уже было отмечено авторами в синхронном Оле-

Рис. 19.

Находки.

1-4 - железо;

5 - реальгар;

6 - кожа;

7 - раковина.

фирщинском могильнике в Поворсклье⁴⁰. Этот обычай следует рассматривать в контексте развития общей тенденции как в Лесостепи, так и Степи, связан­ной с усилением военной идеологии в V в. до н.э.⁴¹, появлением военно-иерар­хической верхушки и формированием раннеклассовой структуры общества. Окончательным „помещением” погребенных в „микрокосм вечности” было тщательное валькование насыпи и сооружение ровика вокруг.

Приведем некоторые параметры подкурганного погребального сооруже­ния. Площадь склепа составляла до 7,9 кв.м; общая площадь ямы с дромосом — немногим более 17 кв.м; общий объем вынутого при возведении ямы грун­та не превышал 23 куб.м; соотношение сторон ямы составляло 1:1,5. Исполне­ние указанных работ было вполне под силу небольшой группе родственников и дружинников (до 20 чел.) в течение 1-2 дней. Это находится в соответствии с количеством брошенных на перекрытие камней, что отмечалось выше.

Комплекс мгарского кургана датируется V в. до н.э., более узкую дату можно установить предположительно в рамках середины - второй половины V в. до н.э. Именно к этому времени относится и большинство исследованных в Нижнем Посулье погребений скифской эпохи — у Мгарского монастыря (раскопки Ф. И. Ka мине кого 1889 г.)⁴³, Поставмук⁴⁴, Хитцов⁴⁵, насыпи второй курганной группы у Мгарского монастыря, исследованные в 1989-1990 гг.⁴⁶.

Возможна привязка кургана и описанного ранее некрополя скифского времени к конкретному поселению. Таковым может быть городище у с.Оль­шанка Лубенского района, известное по разведкам Ф.Б.Копылова⁴⁷, располо­женное в 2,5 км к северо-западу от с.Мгарь. Отметим, что на территории

Мгарского монастыря, в 1 км к югу от кургана обнаружены остатки еще од­ного укрепления — убежища⁴⁸, культурно-хронологическая атрибуция кото­рого еще требует дополнительных исследований.

В заключение приведем некоторые соображения в отношении времени ограбления кургана. Следов грабительского хода в заполнении камеры и дро- моса выявлено не было. При исследовании заполнения камеры у западной ее стенки было заметно значительное уплотнение грунта, испещренное много­численными затеками. Видимо, сюда приходился просев насыпи после разру­шения перекрытия. Именно через образовавшуюся яму в склеп проникли гра­бители, изрывшие преддонное пространство и переместившие кости и наход­ки в камере. Вероятно, следы этого лаза долго сохранялись и поэтому курган длительное время не привлекал внимания последующих искателей сокровищ, вплоть до распашки насыпи в XIX в. Существуют основания полагать, что ог­рабление произошло в XVI в., когда в запустевших землях Посулья действо­вали группы кладоискателей — грабителей могил⁴⁹, деятельность которых осу­ждалась Люстрацией Каневского староства!552 года⁵⁰ и заключалась в поиске „...оброчей и перстеней”⁵¹ из драгоценных металлов.

Таким образом, первый Мгарский курган является ярким информативным погребальным памятником Нижнего Посулья эпохи расцвета культуры скифско­го времени в бассейне реки и существенно дополняет представление об особен­ностях и закономерностях развития социальных процессов и материальной куль­туры в среде будинского общества Посульского микрорегиона Великой Скифии.

Литература

1. Супруненко А.Б. Отчет о раскопках и разведках на Полтавщине в 1989 году (По- орелье и Посулье) // НА ИА НАНУ. — 1989; НА ЦОИПА. — Ф.э. — №41. — С.44, 46-56; Кулатова И.Н. Новые исследования курганов скифского времени в По­сулье // ТДС первой Сумской обл. научн. истор.-краеведч. конф. (5-6 апреля 1990г.). — Сумы, 1990. — С. 17-18; Супруненко А.Б. Археологические исследования Пол­тавского краеведческого музея: (к 100-летию со дня основания) / / АИП. — Полта­ва, 1990. — С.26.

2. Плескач І.Я. Обстеження округи Лубен: Рукопис / / Архив авторов. — С.2-3.

3. Кулатова И.Н., Супруненко А.Б. Отчет о разведках и раскопках на Полтавщине в 1988 г. // НА ИА НАНУ. — Ф.э. — 1988/136. — С.23-24.

4. Кулатова И.Н. Раннескифский кинжал из Нижнего Посулья / / 100 річчя Пол­тавського краєзнавчого музею: М-ли ювіл. наук. конф. — Археологія Полтавщини. — Полтава, 1991. — 4.2. — С.66-69.

5. Кулатова LM. Мгарська курганна група / / Полтавщина: Енциклопедичний до­відник. — К.: УЕ, 1992. — С.526; Супруненко А.Б. Отчет о раскопках и разведках... в 1989 году. — С.45.

6. Кулатова LM. Археологічні виставки у музеї (1990р.) // 100 річчя Полтавського краєзнавчого музею: М-ли ювіл. наук. конф. — Археологія Полтавщини. — Полтава, 1991. — 4.2. — С. 114,рис.2.

7. Ильинская В.А. Скифы Днепровского лесостепного Левобережья: (Курганы По­сулья). — К.: Наук, думка, 1968. — С. 140.

8. Там же. — С.137, 140, табл.УІІІ,/; XU, 6-10∖ рис.34, 38.

9. Там же. — С.142.

10. Там же. — С.137, 142, рис.38,2; Галанина Л.ІС Скифские древности Подне­

провья: (Эрмитажная коллекция Н.Е.Бранденбурга) / / САИ. — M.: Наука, — Вьіп.ДІ-ЗЗ. — С.51, табл.27, 16..

11. Городцов В.А. Дневник археологических исследований в Зеньковском уезде, Полтавской губернии, в 1906 году / / Tp. XIV АС. — M., 1909. — TJIL — Табл.III, 10\ Ковпаненко Г.Т. Племена скіфського часу на Ворсклі. — К.: Наук, думка, 1967. — С. 106, 135, рис.51, 10\ 53, /22; Шрамко Б.А. Вельское городище скифской эпохи (город Гелон). —■ К.: Наук, думка, 1987. — С. 152, рис.72, /5; Шрамко Б.А. Новые раскопки курганов в могильнике Скоробор / / Древности. — 1994. — Харьков: АО „Бизнес Информ”, 1994. — С. 120, рис. 11,5.

12. Петренко В.Г. Правобережье Среднего Приднепровья в V-III вв. до н.э. / /

САИ. — M.: Наука, 1967. — Вып.ДМ. — С.94, табл. 19, рис.29. •

13. Ильинская В.А. Скифы Днепровского левобережья... — С. 141.

14. Ковпаненко Г.Т., Бессонова C.C._t Скорый CJA Памятники скифской эпохи Днепровского Лесостепного Правобережья: (Киево-Черкасский регион). — К.: Наук, думка, 1989. — С. 130, 132, рис.41.

15. Битковский О.В., Полин С.В. Скифский курган у с.Богдановка на Херсонщине / / Скифы Северного Причерноморья. — К.: Наук, думка, 1987. — С.80-82, рис.9,2.

16. Кулатова И.Н., Луговая Л.Н., Супруненко А.Б. Курганы скифского времени междуречья Ворсклы и Пела. — М.-Полтава, 1993. — С.51, рис. 19,4.

17. Степи Европейской части СССР скифо-сарматское время / Под ред. Мелюко­вой А.И. — M.: Наука, 1989. — С.346, табл.41,46.

18. Ильинская BJA Курганы скифского времени в бассейне р.Сулы: (По раскопкам И.А.Линниченко) // КСИИМК. — M., 1954. — Вып.54. — С.34-36.

19. Ильинская В.А. Скифы Днепровского левобережья... — С. 145-146, рис.40, τa6.XVII, 6; XXV; XXIX; XL, 23,25; наиболее близкая аналогия ножным браслетам: XUI, 1 - курган №4 у с.Волковцы; LIV, 31,32.

20. Там же. — С. 143-144.

21. Там же. — Табл. XUI, 3,5; рис.38,9,10.

22. Там же. — С. 148-149; Галанина Л.К. Скифские древности Поднепровья. — С.50-51, табл.27,23.

23. Петренко В.Г. Правобережье Среднего Поднепровья... — Табл.25,12.

24. Мелюкова А.И. Вооружение скифов / / САИ. — M.: Изд-во АН СССР, 1964. - Вып.Д1-4. — Табл.8.

25. Там же.

26. Полін С.В. Хронологія ранньоскіфських памяток // Археологія. — К., 1987. — №59. — Рис.11.

27. Ильинская BJA Скифы Днепровского левобережья... — С. 100.

28. Черненко Е.В. Скифский доспех. — К.: Наук, думка, 1968. — С.39-59.

29. Алексеева Е.М. Античные бусы Северного Причерноморья / / САИ. — M.: На­ука, 1975. — Вып.П-12. — С.72.

30. Там же. — С.72-73.

31. Там же. — С.68, 70.

32. Там же.

33. Алексеева Е.М. Античные бусы Северного Причерноморья / / САИ. — M.: На­ука, 1978. — Вып.П-12. — С.40.

337

34. Там же. — С.66.

35. Алексеева EJVL Античные бусы Северного Причерноморья / / САИ. — M.: На­ука, 1982. — Вып.П-12. — С. 15-16.

36. Там же. — С. 17.

37. Ильинская В.А., Тереножкин А.И. Скифия VII-IV вв. до н.э. — К.: Наук, дум­ка, 1983. — С.320-323; Ильинская В.Д. Скифы Днепровского лесостепного Левобе­режья... — С.26, рис. 14,35, рис. 17.

38. Моруженко А.А. Историко-культурная общность лесостепных племен между­речья Днепра и Дона в скифское время / / CA. — M., 1989. — №4. — С.27-29.

39. Там же. —- С.28.

40. Кулатова И.Н., Луговая Л.Н., Супруненко А. Б. Курганы скифского времени междуречья Ворскли и Пела. — С.32,92; Кулатова IJVL Поховання кінця V-початку IV ст. до.н.е. з Олефірщинського могильника / / ПАП. — Полтава, J991. — С.62.

41. Бессонова С.С. Конфлікт „воїнів” і „жерців” у Скіфії V ст. до н.е. / / Музейні читання: ТД наук.конф. Музею історичних коштовностей України (грудень 1993р.).

— K., 1995. — С.48-49.

42. Пустовіт Т.П., Супруненко О.Б. Федір Камінський (1845-1891): Наукова та епіс­толярна спадщина. — Полтава, 1992. — С.89-93, рис.34.

43. Сидоренко Г.О. Скіфський курган на р.Удай / / Археологія. — K., 1964. — Т. XVI. — С. 191.

44. Зап. РАО. — СПб., 1896. — Вып.1. — С.178-187.

45. Ильинская В.А. Из неопубликованных раскопок скифских памятников на По- сулье // КСИА АН УССР. — К., 1951 — Вып.З. — С.66-70.

46. Кулатова И.Н. Новые исследования курганов скифского времени в Посулье...

— С.18.

47. Копилов Ф.Б. Посульська експедиція 1945-46pp. // АП УРСР. — К., 1949. — Т.1. — С.246-253; Його ж. Посульська експедиція // АП УРСР. — К., 1952. — Т.З.

— С.307-311.

48. Кулатова I.AL, Супруненко О.Б. Проблематика скіфського часу в археологічних дослідженнях Полтавського обласного центру археології 1994 року / / Проблемы ар­хеологии, древней и средневековой истории Украины. - Харьков, 1995. — С.52-53.

49. Супруненко О.Б. Відомості про пам’ятки археології Полтавщини у джерелах XΓV-XVI ст. / / Дослідження археологічних пам’яток українського козацтва. — K., 1995. — Сер.„Часи козацькі”, вип.4. - С.52-53.

50. Супруненко О.Б. Про початковий етап знайомства з пам’ятками старовини у По- суллі / / Проблеми ранньослов’янської і давньоруської археології Посейм’я. М-ли наук.конф., присвяч. 900-річчю Вира-Білопілля. — Білопілля, 1994. — С.61.

51. Архив Юго-Западной России, издаваемый комиссиею для разбора древних актов // Акты о заселении Юго-Западной России. — К., 1888. — 4.7. — Т.1. — С.ЮЗ.