ВОССТАНОВЛЕННАЯ АНТИКВАРНАЯ ВОИНСКАЯ РЕДКОСТЬ. НОВЫЕ НАБЛЮДЕНИЯ О РАННЕСРЕДНЕВЕКОВЫХ ЗОЛОЧЕНЫХ ШЛЕМАХ
А.Н. Кирпичников (Санкт-Петербург)
Оказавшись на выставке военного антиквариата и Первом Всероссийском нумизматическом форуме «Архаика-2007», которую в Центральном выставочном зале «Манеж» в Москве организовала компания «Кордон», я неожиданно увидел в витрине Галереи авторского оружия «Русские палаты» среди оружия нынешнего времени прекрасного вида, несомненно подлинный раннесредневековый шлем одного из типов, известных по древнерусским находкам.
Генеральный директор галереи С.В. Бутов и эксперт Е.В. Тихомирова рассказали, что вещь в виде смятого бесформенного комка металла была куплена на Измайловском рынке в Москве у т.н. «черного археолога» (или его агента). Место находки продавец предпочел не называть. Четыре года (в 2004-2007 гг.) шла кропотливая, осторожная, профессиональная и, в тоже время, достоверная реставрация вещи. Раскрылась богатая декоративная отделка шлема и техника его изготовления. Удалось восстановить форму тулова, прежнее место заняло оторвавшееся навершие с втульчатым отверстием у верхнего среза, даже спекшаяся бармица обрела подвижность своих колец.Мои информаторы попросили меня дать историческую оценку шлема. Они любезно предоставили снимки, рисунки и заключение о реставрации шлема, проделанное сотрудниками Научно-исследовательского института реставрации1. Выполняю данную просьбу, используя, в том числе, и упомянутое выше заключение.
Как упоминалось выше, шлем дошел до нас в разрушенном, можно сказать, изуродованном виде (рис. 1). По наблюдениям реставраторов, он побывал в огне. В результате, изделие во многом лишилось своей декоративной отделки. Наряду с окалиной, на его пластинах установлены известковые наслоения. Не исключено, что шлем происходит из трупосожжения, при этом он был преднамеренно испорчен, и в таком виде оказался на огнище. Было ли это одиночное погребение или оно входило в состав какого-то могильника, утверждать невозможно.
В зону места находки без риска ошибки можно включать просторы Восточной Европы. Склоняюсь к тому, что предложенную «широкую» географию» можно осторожно конкретизировать. Независимо от того, кто и где был похоронен с данным шлемом, адрес вещи скорее всего указывает, как будет показано ниже, на Южную Русь.Тщательность реставрации позволяет описать шлем в его доподлинном виде (рис. 2). Общая высота наголовья 26,3 см, диаметр по ободу 19,8 см. Тулово состоит из четырех пластин, соединенных внахлест заклепками таким образом, что передняя и задняя находят на боковые. Края передней и задней пластин имеют волютообразный обрез, при этом передняя и боковые сохранили медно-бронзовую обтяжку, некогда позолоченную. На задней пластине медно-бронзовое покрытие отсутствует. Существовало ли оно первоначально,
Рис. 1. Тулово шлема и навершие до реставрации. Собственность и фото Галереи «Русские палаты».
Рис. 2. Шлем после реставрации. Слева - лицевая сторона, справа - задняя сторона. Собственность и фото Галереи «Русские палаты».
сказать затруднительно. Выступы на боковых пластинах служили своеобразными умбонами, парирующими сабельный (или мечевой) удар, если он, соскользнув с тулова, мог бы повредить бармицу или налобную часть шлема. Спектральный анализ обтяжки выявил в сплаве следы золота, что можно объяснить его диффузией из слоя позолоты в подоснову во время пребывания шлема в огне. Края соединения пластин корпуса проложены некогда позолоченной лентой из медного сплава с чередой двойных выпуклостей. На боковых частях наголовья имелись четырехугольные бляхи в центре увенчанные выступающими штырями. Сохранились контурные отпечатки этих накладок и один из штырей, с остатком продетого через него колечка. Налобная часть шлема, судя по слабым отпечаткам и заклепкам, а также сохранившейся полоске края, была украшена трилистником, при этом центральный стебель был выше боковых.
По венцу шлема протянут обод шириной 1,8 см (рис. 3) с прямоугольными в сечении петлями для пропуска стержня-держателя бармицы, свисающей на 12 см от края наголовья. Кольца бармицы, восстановленной с утратами, диаметром 0,6 см, попеременно склепаны и сварены. Корпус увенчивает свернутое из одного листа, спаянного медью, навершие, высотой 9 см (рис. 4). Его мысообразные выступы снабжены заклепками, которыми навершие скреплялось с туловом. Верхушка навершия диаметром 1,6 см имела отверстие для султана, скорее всего, флажка-яловца. Обод, трилистник и навершие, судя по насечке в металле, некогда были плакированы серебром. Распознаются волнообразные извивы на венце и сердцевидные фигуры у подножия навершия, дополненные чешуеобразными врезными линиями. Представление об орнаменте не полное. Его начертание располагались на поверхности плакировки, но она, как упоминалось, полностью утрачена в огне. Сердцевидные фигуры на навершии имели вид лотоса, а на венечном ободе, как можно предположить, находилась растительная ветвь. Извивы узора, которые выделяются отсутствием насечки, возможно, были позолочены и эффектно выделялись на серебрёном фоне. В целом, шлем
Рис. 3. Венечный обод шлема. Фрагменты. Видны петли для подвешивания бармицы. Собственность и фото Галереи «Русские палаты».
отличался исключительно богатой сверкающей золотом и серебром отделкой, он несомненно был изготовлен высококвалифицированным мастером. Носил такую принадлежность, без сомнения, не рядовой, а знатный воин. Подчеркнем, что перед нами не парадное, а боевое, скорее всего, командирское наголовье.
Хронологию, распространение, происхождение и функцию шлемов, аналогичных рассмотренному, лучше рассмотреть с учетом всей совокупности имеющихся находок. Наголовье, приобретенное на московском рынке, входит в число 14 объединенных типологическим сходством золоченых шлемов второй половины Х - начала XI века. По сравнению с данными моей публикации 1958 г.2, их список увеличился.
Приведем его в кратком виде с указанием новых дополнений3. На Руси такие образцы обнаружены в хорошо известных черниговских Черной могиле (дважды) и Гульбище; в местечке Мокрое у Дубно. Недавняя находка «из Десны» в Черниговской области - это пластина размерами 22 х 16 см, с покрытием медным листом и умбоновидной бляхой со штырем; местами сохранились следы золочения; передана из частной коллекции в Центральный музей Вооруженных сил Украины в Киеве (рис. 5). Налобный трилистник с частью венца, из слоя 1150-1170 гг., найден в 1994 г. в Новгороде Великом на Троицком раскопе, участок Х-Г, пласт 15, ярус 26, квадрат 11494. Отметим, что недалеко от этого предмета обнаружено втульчатое навершие шлема с остатками орнамента5. В Польше интересующие наголовья найдены у д. Гожуха и д. Димитрово в Калишской земле, также в местечке Гич и Гнезно. Все четыре экземпляра оказались в центральном регионе страны на территории Великопольши6. Из погребений бывшей Восточной Пруссии происходят два образца. Это, по их местонахождению, Фридрихсберг и Экриттен7. Третий шлем приобретен в середине XIX в. Юлиусом Мейером в Восточной Пруссии или в Польше. Найден он будто бы на месте Вальрицкой битвы8. Попытка отыскать место Walric оказалась безуспешной, что дало повод А. Надольскому предположить, что вещь происходит с территории Польши9. Какое-то время шлем находился в музее Ливерпуля, а ныне экспонируется в музее г. Лидса (Англия)10.Судя по комплексам, в которых оказались некоторые из перечисленных выше шлемов, они уверенно датируются второй половиной Х - началом XI столетия, но, по-видимому, такие образцы, но несколько измененные, могли использоваться на Руси вплоть до середины XIII в. и дольше. Таков, к примеру, шлем из Райковецкого городища, погибшего около 1240 г. Последний сходен с отмеченными выше «золочеными экземплярами»: передняя и задняя пластины наклепаны на боковые и имеют волнистый изгиб по краю; на каждом выступе заклепка с шаровидной шляпкой (всего их пять-шесть), по краю стягивающий обруч с прямоугольными пластинками для прикрепления бармицы, имеется длинная кованная стрелка-наносник.
Четыре пластины шлема собраны под навершие (оно не сохранилось); на двух боковых частях шлема медно-золоченная набивка11. В отделке шлема есть черты, говорящие об отличии от классических более ранних форм. Золоченой медью не покрыта передняя и задняя пластины, отсутствуют квадратные умбоновидные выступы, нет налобного трилистника и лентообразных прокладок в местах склепки частей тулова.Насколько популярны были в средней Европе золоченые шлемы, показывают некоторые венгерские шлемы. Таков образец из г. Печ; он без позолоты, но имеет характерные волнистые края склепанных пластин и заметную медную прокладку вдоль их волнистого края12. Полностью аналогичен ему второй шлем также из Венгрии, продававшийся в 2006 г. на аукционе в Германии (рис. 6)13. Венгерские образцы можно считать репликами классических черниговских образцов. К таким же репликам отно сится еще один шлем, происходящий из разрушенного в 1973 г. погребения знатного воина IX-X вв. у с. Манвеловки (Васильковский район Днепропетровской области). Захоронение считают древнемадьярским. Наголовье склепано из четырех пластин. По краю волнообразного шва между пластинами корпуса пущена медная прокладка. На лобной части фигура в виде трезубца, к которой крепился наносник. Основание шлема скреплено обручем. На макушке крепилась четырехугольная пластина, служившая для втулки султана. Золоченые и посеребренные украшения отсутствовали14.
Рис. 4. Навершие шлема после реставрации. Собственность и фото Галереи «Русские палаты».
Рис. 5. Пластина золоченого шлема. Черниговская область. Собрание Центрального музея Вооруженных сил Украины.
Рис. 6. Шлем. Венгрия. Фото предоставлено Д. С. Коровкиным.
Всей группе золоченых шлемов типа черниговских, включая и тот, что куплен в Москве, присуще бросающееся в глаза стилистическое сходство. Их форма сфероконическая, корпус покрыт золоченой медно-бронзовой оболочкой, передняя и задняя пластины тулова находят на боковые и имеют волнообразный край, подчеркнутый декоративной лентой; на боковых сторонах характерны умбоновидные штыри, обрамленные фигурной подложкой, наносник отсутствует, венец, навершие, начелье, (состоящие из трех листовидных полос) плакированы серебром с растительным орнаментом. Навершие снабжено отверстием для султана, с помощью прута, пропущенного сквозь петли венца крепилась бармица. Лицо воина оставалось открытым (рис. 7) или полуприкрытым бармицей.
В целом, богато отделанные золоченые шлемы - образцы высокого оружейного искусства. Судя по всему, они изготавливались в немногих мастерских. После дискуссии оружиеведы пришли к солидарным заключениям о том, что наголовья данного типа, скорее всего, изготовлялись в Киевском государстве и торговыми путями или как трофеи распространялись к западным соседям Руси, где могли вызывать местные подражания, например, в Польше. По мнению А. Надольского, скопление сразу четырех или пяти шлемов, найденных на территории пястовской Польши, не случайно. В течении короткого времени их могли здесь изготовлять. В этом процессе, не исключено, участвовали мастера из Руси или приезжие, или попавшие в плен, например, во время захвата Киева в 1018 г. войском Болеслава Храброго15. М.В. Горелик, сконструировав (близко к построениям О. Прицака) мифическое государство кабаров (ответвление хазар), угров и скандинавов с центром в Киеве, отнес к этим «мужам-воинам» и золоченые шлемы16. Конечно, в Киевском государстве, кроме своих, использовались боевые средства соседей, как привозные, так и сделанные по импортным образцам. Оружиеведческая наука обсуждает этапы, рамки и особенности этого процесса. Однако, тенденциозное умолчание Горелика в его сочинениях о самом существовании и становлении древнерусской культуры и техники граничит с полной нелепостью. Здесь уместно процитировать П.П. Толочко, который справедливо пишет о том, что «добытые почти 200-летними раскопками материалы убедительно демонстрируют принадлежность киевских древностей VI-Х вв. к кругу славяно-русских»17.
Золоченые шлемы отвечали тактической необходимости. Они выделяли готовящегося к сражению военачальника. Для бойцов в сражении блестящий шлем полководца служил при
Рис. 7. Воин в золоченом шлеме. Рисунок-реконструкция П. Васина.
их передвижении своеобразным маяком и ориентиром. Свечение шлема помогало воинам, находившимся в зрительной связи со своим предводителем, держать строй и осуществлять маневр. В схватках «золотоносный» командир символизировал нерушимость построения и готовность к твердому руководству. Сверкающие шлем и доспехи оказывали на противника психологическое воздействие, они столетиями были присущи русскому воинству, что неоднократно подчеркивали письменные источники эпохи средневековья18.
Пластину с трилистником на челе шлемов связывали с прикреплением маски-забрала или держателем наносника. Это, однако, не подтвердилось. Думаю, что налобная накладка в виде трезубца служила не только украшением, но и носила некий эмблематический знаковый смысл. По-моему, это не тамга, можно высказать иное предположение. До середины XII в. типичным было разделение войска во время битвы на три полка: чело и два крыла по бокам. В центральном полку находился воевода, руководивший построением и боем. Не эта ли триада запечатлена на челе шлемов? Не отражает ли трилистник своеобразным символическим образом принятое утроенное членение войска, а центральная высокая листовидная фигура налобника - главное ранговое положение командира по отношению к двум подчиненным ему подразделениям, обозначенным более низкими накладками?
Шлемы рассматриваемой формы были явно приспособлены для сабельного боя. Даже отвесный удар, нанесенный по сфероконической поверхности, безвредно скользил вниз по плоскости тульи, а умбоновидные выступы препятствовали повреждению бармицы. Следует заметить, что у западных соседей конный сабельный бой был не столь популярен, как на Руси. В Средней Европе золоченые шлемы могли привлечь своей богатой отделкой, но в тактическом отношении в определенной мере оказались чужеродными. Там они использовались, видимо, спорадически, теснились более привычными коническими наголовьями, в конечном итоге не прижились и не позже ІІ пол. XII в., если не раньше, вышли из употребления19. На Руси золоченые шлемы, видоизменяясь по своему устройству, сохранялись в течении большей части средневековья.
Лидерство Руси в изготовлении и распространении золоченых шлемов не снимает вопроса об их происхождении. Корни этого процесса простираются на азиатский Восток. Не буду повторять уже высказанные ранее наблюдения о происхождении древнерусских золоченых шлемов20. Плавно изогнутые, вытянутые с волнообразными краями составляющих корпус пластин образцы известны по центральноазиатским памятникам не позже раннего средневековья. Вырезной край пластин возможно ведет свое происхождение от неметаллических кожаных наголовий. И форма шлема, и волнистый край составляющих его частей, столетиями стойко держались. Имеются такого рода аналогии, предшествующие выработке золотых шлемов черниговского типа. Сохранившиеся элементы орнамента нашего шлема, включающие мотив лотоса, свойственный восточному ювелирному искусству (например, произведениям салтово-маяцкой культуры), также намекают на восточные пути проникновения определенных моделей защиты головы на Русь. Речь, к примеру, идет о шлеме из погребения VIII в. на р. Оскол, на территории бывшей Воронежской губернии, имеющего по венцу прямоугольные петли для подвешивания бармицы, как у рассматриваемых нами образцов21. Укажем далее шлем IX в. с волнистым обрезом краев скрепляющих пластин из погребения IX в. в долине реки Дюрсо у Новороссийска22. Речь может идти о евразийской по масштабам технической интеграции в конструкциях сфероконических наголовий, господствующих на Востоке в течении всего средневековья. Этому способствовала сама тактика быстротечного конного боя, изобиловавшего схватками с применением лука, стрел, копий и, особенно, сабель, которым стремились противопоставить противоударные преграды, в том числе и с отбрасывающим скользящим эффектом. Знакомство русских мастеров и воинов с далекими и близкими образцами воинских наголовий настраивало на эксперименты по выработке более рациональных в военном и социальном смысле принадлежностей защиты головы. Следует отметить, что шлемы, украшенные золочеными и посеребренными деталями, боковыми умбоновидными выступами, налобной накладной трилистной эмблематикой, пока не встречены к востоку от Руси. Возможно, речь идет о выработке на основе азиатских протомоделей национального типа вооружения, воспринятого затем в ряде европейских стран. Поиски такого ряда новаций для Х столетия улавливаются на примере мечей, теперь к ним можно добавить и золоченые шлемы. Удивительного в этом нет. Шло строительство крупнейшей империи Европы - Древнерусского Киевского государства, выдвинувшего многоэтничную армию. В IX-X вв. спрос, как на привозное, так и на собственное вооружение, резко подскочил. Ведущее место изготовителей здесь занимали города, не в последнюю очередь южнорусские во главе с Киевом. Дружинники и ремесленники в тот период освоили приемы боя степных кочевников и создали адекватный арсенал. Тогда, скорее всего, в Южной Руси и был отработан особый шлем, новый символ военачальников государственной армии.
При всей специфике в вооружении юга и севера Руси, связанной с борьбой на «два фронта» против степняков и железных когорт немцев и шведов, военные средства Руси отличались единством технического развития. В частности, налобный трилистник шлема из Новгорода свидетельствует о распространении золоченых шлемов не только на юге, но и на севере страны. В первые века своей истории Русь была едина по языку, вере, культуре, экономическому пространству. Эти фундаментальные ценности истории России и Украины всегда справедливо, верно и бесстрашно отстаивает Петр Петрович Толочко. Независимо от того, в какой стране мы живем, будем солидарны в оценке нашего великого корневого прошлого, а оно будет дарить нам все новые желанные общеславянские открытия.
1 Реставрацию шлема осуществили М.С. Шемаханская, М.В. Нацкий, спектральный анализ провел А.Ф. Дубровин.
2 Кирпичников А. Н. Русские шлемы X-XIII вв. // СА. - 1958. - № 4. - С. 47.
3 Признателен П.А. Васину, Д.С. Коровкину, А.Н. Гончару, С.Ю. Каинову за ряд ценных сведений о новых находках
4 Консультация М.И. Петрова и С.Ю. Каинова, рисунок предоставлен Д.С. Коровкиным. По сообщению П.Г. Гайдукова, налобник датируется в рамках 1150-1170 гг.
5 Rybina E.A. Gefunde als Spiegel des Lebens Alltag im mittelalterlichen Novgorod // Novgorod. Das mittelalterlichen Zentrum und sein Umland im Norden Russland. - Neumϋnster, 2001. - Abb. 3:3 auf Seite 202.
6 Кирпичников А. Н. Русские шлемы X-XIII вв. - С. 54-55, Рис. 4-5.
7 Там же. - С. 55-56.
8 C. R. B. Ein Helm des 11 Jarhunderts vom Schlachtfeld zu Walric // Zeitschrift fur historische Waffen- und Kostomkunde. Alte Folge. 9. 1921-1922. - S. 217.
9 NadolskiA. Studia nad uzbrojeniem polskim w X; XI; XII wieku. - Lodz, 1954. - S. 72, Ris. 8.
10 D. Edge J. M. Paddock Arms end Armour of the Medieval Knight. - London, 1996. - P. 19.
11 Гончаров В.К. Райковецкое городище. - К., 1950. - Табл. XV.
12 Kdlmar Jdnos. Regi magyar fegyverek. - Budapest, 1971. - Р. 264, 18 kep.
13 Hermann-historica. Internationales Auktionshaus fur Antiken, alte Waffen, Orden, Online-Cataloge Auction 50, April 2006.
14 Чурилова Л.Н. Погребение с серебренной маской у села Манвеловки на Днепропетровщине // СА. - 1986. - № 4. - С. 265. Также данные А. Гречухина Интернет портал http://south-rus.narod.ru/man- velovka.html
15 Nadolski A. Broh i stroj rucerstwa polskiego w Sredniowieczu. - Wroclaw-Warszawa-Krakow- Gdansk, 1979. - S. 46-47.
16 ГореликМ.В. Образ мужа воина в Кабарии-Угрии-Руси // Культуры Евразийских степей второй пол. I тыс. н. э. (из истории костюма). - Самара, 2001. - Т 1. - С. 173, рис. 2.
17 Толочко П.П. Миф о хазарско-иудейском основании Киева // РА. - 2001 - № 2. - С. 42.
18 Кирпичников А.Н. Древнерусское вооружение. Вып. 3. Доспех, комплекс боевых средств IXXIII вв. - Л., 1971. - С. 32.
19 Nadolski A. Studia nad uzbrojeniem polskim w X; XI; XII wieku. - Str. 73.
20 Кирпичников А. Н. Русские шлемы X-XIII вв. - С. 48 и след.
21 Ленц Э. Предметы вооружения и конского убора близ села Демьяновка, Мелитопольского у. // ИАК. - СПб., 1902. - Вып. 2. - С. 89. - Рис. 11 и 12.
22 Крым, Северо-Восточное Причерноморье и Закавказье в эпоху средневековья IV-XIII века. - М., 2003. - С. 204. - Табл. 89, 51.