СВИДЕТЕЛЬСТВА О РЕМЕСЛЕ В НОВГОРОДСКИХ БЕРЕСТЯНЫХ ГРАМОТАХ

Е.А. Рыбина (Москва)

Берестяные грамоты давно стали полноценным письменным источником по многим аспектам средневековой жизни: устройства общества, торговле, семейным отношениям, и т.д.

Среди найденных к настоящему времени в Новгороде грамотах (961 экз.) можно указать лишь несколько экземпляров, непосредственно свидетельствующих о ювелирном и ткацком ремесле в Новгороде. Вместе с тем в ряде грамот содержатся косвенные указания на существование того или иного ремесла в Новгороде.

Ювелирное ремесло. Самым информативным документом о ювелирном ремесле является грамота № 644, найденная в слое первой четверти XII в. Это прекрасно сохранившееся целиком письмо Нежки к своим братьям¹. Она обращается к одному из них с упреком, что не исполнен ее заказ на изготовление золотых колтков (женские височные подвески). При этом сказано, что для их изготовления Нежка отдала два золотых кольца. Судя по контексту письма, его адресат Завид и упоминаемый брат Нежата сами не были ювелирами. Они были владельцами усадеб, на территории которой жили зависимые от них ремесленники. Грамота № 644, несомненно, является надежным свидетельством изготовления дорогих золотых украшений непосредственно в Новгороде.

Золотые колтки упоминаются еще раз в грамоте № 335 (60-70 гг. XII в.). Начало и конец этого письма были утрачены, а в сохранившемся тексте содержится просьба выменять четыре золотых колтка, каждый из которых стоил по полгривны². Очевидно, и в этом случае речь идет о драгоценных украшениях местных ювелиров.

Автор сохранившегося полностью письма № 723 (40-70 гг.

Об изготовление каких-то ювелирных украшений идет речь в двусторонней грамоте № 809 (60-80 гг. XII в.), в которой сказано: «....прикажи кому-нибудь, чтобы сделали жемчужные украшения наподобие стрелок»⁴.

Косвенным свидетельством развития в Новгороде ювелирно-литейного производства является интереснейшая грамота № 439 (рубеж XII-XIII вв.), повествующая о торговле цветными металлами⁵. Ее автор сообщает своему адресату о том, что он распродал олово, свинец и весь кованый товар и просит привезти еще олова и меди. Данный документ, несомненно, является перепиской новгородских купцов-складников, торговавших с иноземными купцами. В обмен на цветные металлы, которые поставляли в Новгород из Европы, они продавали им воск. Замечу, что усадьба, где была найдена грамота № 439, несомненно, принадлежала купцу, о чем свидетельствуют и тексты остальных найденных здесь семи грамот и разнообразные импортные находки: в огромных количествах янтарь (более 1000 кусочков различного размера), многочисленные шиферные пряслица из розового шифера, поступавшие в Новгород с юга. Замечательно, что на этой же усадьбе обнаружены разнообразные свидетельства ювелирно-литейного ремесла в виде сырья (проволока и обрезки цветных металлов), предметов производства (литейная форма, обломки тиглей), ювелирных весов. Анализ всей совокупности обнаруженных на данной усадьбе древностей позволяет говорить о ее владельце как о крупном торговце, занимавшемся наряду с различными торговыми операциями и организацией ювелирного ремесла. Вероятно, и свою торговую деятельность он в какой-то степени подчинял интересам ювелирного производства⁶.

Ткацкое ремесло и упоминания тканей. Непосредственно об изготовлении тканей, а именно холста, идет речь в грамоте № 21 (первая четверть XV в.)⁷. Текст письма (за исключением начала) сохранился полностью; оно обращено к ткачихе, которая должна была выткать холстину и послать ее заказчику. Здесь же говорится о том, что изготовленный холст следует дополнительно обработать (избелить). Таким образом, стало известно о нескольких этапах изготовления холста.

В грамоте № 536 (вторая половина XIV в.) после перечисления разных сортов сукна, сказано, что это сукно необходимо еще дополнительно обработать по образцу, который автор письма посылает своему адресату. Буквально сказано: «замочи и пристриги». Кроме того, автор, очевидно, связан с сапожным ремеслом, поскольку просит прислать сапожных гвоздей.

Косвенным образом о ткачестве не только в Новгороде, но и в Новгородской земле свидетельствуют грамоты, содержащие список податей или перечень разных тканей явно местного производства. Так в грамоте № 718 (рубеж XII-XIII вв.)⁹ в перечне погородья (погородье - подать, которая взималась с городов) наряду с деньгами, продуктами и животными упоминается клетчатина, обозначающая домашний грубый холст, который изготавливался изо льна или конопли. При этом под данным термином подразумевается холстина определенного размера, которая, видимо, и включалась в список податей. Другой список домотканого сукна, которое новгородцы собирали в качестве дани или покупали у карел, содержится в грамоте № 130 (последняя четверть XIV в.)¹⁰.

Целые грамоты № 609 и 722, датированные концом 12 - началом 13 вв., представляет собой описи имущества, где среди прочего также фигурируют домотканые сукна¹¹.

О портняжномремесле узнаемизграмоты№ 638(втораяполовинаXII в.). Сохранившийся текст, несмотря на обрывочность, содержит рассказ о том, что автор письма сшил по заказу плащ (корзно') и собирается выкрасить его в синий цвет¹². Автор эмоционального по форме и содержанию письма № 765 (середина XIII в.) обращается к своему брату с просьбой прислать ему буро-красный плащ и обещает вернуть ему сукно¹³.

Скорняжное ремесло. О существовании этого ремесла можно судить по сохранившимся в разных грамотах названиям шкур домашних и диких животных. Неоднократны упоминания оленьих и медвежьих шкур, дважды - овчин, один раз - лосиной шкуры. Судя по контекстам грамот, шкуры животных высоко ценились и стоили недешево.

Автор грамоты № 681 (вторая половина XII в.) просит (или советует) продать оленью шкуру и устроить монашеское погребение¹⁵. Адресат грамоты № 275/266 (вторая половина XIV в.) получает инструкции по сохранению имущества автора письма, в котором среди прочего сказано: «оленьи шкуры, которые лежат в подклете, отдай сторожу в церковь»¹⁶.

Судя по грамоте № 722 (первое десятилетие XII в.), содержащей опись имущества с указанием его стоимости, медвежьи шкуры в XII веке стоили 2 гривны, что составляло около 400 грамм серебра. В двух других случаях авторы писем (№ 65 - начало XIV в. и № 354 - вторая половина XIV в.) просили прислать им медвежьи шкуры. Отмечу при этом, что действующими лицами в обеих грамотах были люди, хорошо известные по летописям: адресат грамоты № 65 Есиф Давыдович был боярином, автор большого письма № 354 - знаменитый посадник-реформатор Онцифор Лукинич¹⁷.

Автор грамоты № 153 (рубеж XII-XIII вв.) просит купить ему лосиную шкуру и даже называет потенциального продавца по имени Федор и указывает его адрес: «а живет он в Славне... отыщи (его там)»¹⁸. Возможно, этот Федор был скорняком, который и выделывал шкуры животных.

Что касается шкур домашних животных, то в берестяных текстах дважды встречаются овчины. Кроме вышеприведенной грамоты № 129, интересен документ № 500 (первая треть XIV в.), представляющий собой длинный и весьма разнообразный список имущества, в котором кроме всего прочего имеется 5 овчин¹⁹.

Кожевенное и сапожное ремесла.

В цитированной выше грамоте № 500 наряду с шубами, овчинами и другим имуществом перечислены: «кожа выделанная., 2 невыделанных кожи...», 5 телянъ, те. 5 телячьих шкур²¹. В грамоте № 445 (первая половина XIV в.) в числе предметов, которые необходимо было прислать, упоминаются три кожи⁷⁷. Приведенные примеры указывают на то, что, очевидно, существовал какой-то стандартный размер куска кожи, коль скоро в текстах он ни разу не назван. Наряду с обобщенным понятием кожи в грамотах № 261-264 (вторая половина XIV в.), представляющих собой единый комплекс, в числе свадебных подарков в большом количестве фигурирует сафьян (тим) - выделанная козловая кожа²³.

Наконец в грамоте № 438 (конец XII в.), содержащей список товаров с указанием их стоимости, перечислены готовые изделия новгородских сапожников: подошвы и головки (передняя часть сапога)²⁴.

Кузнечное ремесло. Хорошей иллюстрацией существования в Новгороде кузнечного ремесла является целиком сохранившаяся двусторонняя грамота № 750 (начало XIV в.). Судя по контексту, ее автор Степан, хотя его профессия в данной грамоте не называется, был, очевидно, мастером по изготовлению доспехов и других железных изделий, в том числе ножей²⁵. Однако специальность кузнеца обозначена в двух других берестяных документах, которые сохранились полностью. Один из них (№ 630 - вторая четверть XII в.) содержит длинный список должников, среди которых упомянут кузнец по имени Месток²⁶. В целой грамоте № 318 (середина XIVb.) речь идет о покупке деревень, названия которых пере­числяются в тексте, а на первом месте в списке продаж назван кузнец по имени Адреян²⁷.

Что касается самих изделий новгородских кузнецов, то они постоянно встречаются при раскопках Новгорода, а некоторые из них изредка упоминаются и в берестяных грамотах, иногда даже с указанием стоимости. В цитированной выше грамоте № 438, содержащей перечень различных товаров, названы также 50 ножей общей стоимостью полгривны. Ножи перечислены в списках предметов в грамотах №№ 384 (вторая половина XII в.) и 660 (рубеж XII-XIII вв.). В целиком сохранившемся документе № 138 (первая четверть XIV в.) наряду с денежными суммами и прочим имуществом, которые завещал автор, названы доспехи (брони) ценою в две гривны серебра. О воинском снаряжении идет речь и в грамоте № 332 (вторая половина XII в.), автор которой просит прислать ему шлем, доспехи, щит и копье²⁸.

Кроме того, в грамотах упоминаются и другие кузнечные изделия: оковы (№ 725 - рубеж XII-XIII вв.); сковороды (№№ 586, 500); котел, узда кованая, цепь для котла (№ 500); таганы и коракуль (железный инструмент) (№ 354); замок (№ 358).

Гончарное дело. Несмотря на огромное количество обломков керамической посуды, которые ежегодно находят при раскопках, сведения о гончарном ремесле в берестяных грамотах практически отсутствуют. В существующем фонде новгородских берестяных грамот имеется лишь два свидетельства, связанных с гончарным ремеслом. В упоминавшейся ранее грамоте № 445 в качестве должника автора письма назван гончар²⁹. В обрывочном письме № 379 (вторая половина XII в.) сохранилась просьба автора к своему адресату: «выправи ми корчагу»³⁰. В данном контексте глагол выправи может быть переведен, как изготовь (или сделай) корчагу (особой формы керамический сосуд).

Списки вещей. Более десяти грамот содержат разного рода списки предметов, среди которых упоминается немало ремесленных изделий, несомненно, новгородского производства: деревянный сосуд (№ 500), гребни (№ 438), горшок (№ 220), украшения (№№ 429, 500, 660), разнообразная одежда (№№ 429, 586, 659/648, 141). Перечень ремесленных изделий (2 ложки, 2 ножа, точильный камень, вожжи полотняные и вожжи оленьи) содержится в грамоте № 384 (вторая половина XII в.)³¹.

Иконописное дело. При раскопках Людина конца (Троицкий раскоп) Новгорода в 1977-1983 гг. в слоях второй половины 12 в., впервые была открыта мастерская художника- иконописца³². Его имя, Олисей Гречин, стало известно из берестяных грамот. На усадьбе художника были найдены две целых грамоты (№ 549 и 558), авторами которых были попы, которые обращались к Гречину с просьбой об изготовлении икон. В грамоте 549 буквально сказано: «...напиши для меня двух шестокрылых ангелов на двух иконках наверх деисуса». Заказанные иконы, следовательно, предназначались для иконостаса, очевидно, той церкви, где служил автор письма. Кроме этих писем здесь же было найдено 15 документов, содержащих перечни имен. Данные грамоты являются ничем иным как заказами на изготовление икон или небольших домашних иконок. На одном из берестяных листов (№ 553) имена расположены в определенном порядке, обозначающем запись иконной композиции. В ее центре помещен Христос, по сторонам которого находятся патрональные святые, то-есть, патроны заказчика иконы и членов его семьи. Замечу, что на этой же усадьбе было обнаружено несколько экземпляров небольшого размера деревянных киотов для написания на них икон. Кроме того, был найден бронзовый оклад подобной иконки с надписью: святой Николай. Открытие иконописной мастерской стало сенсацией своего времени, ведь берестяные грамоты впервые в истории древнерусского искусства донесли до нас имя художника, жившего и творившего в XII в. Тем самым была хотя бы частично разрушена анонимность древнерусского искусства.

Отсутствие сколько-нибудь значительных сведений о ремесле в новгородских берестяных грамотах представляется неслучайным. Оно отражает систему хозяйствования Новгорода и приоритетные заботы его жителей - землевладение и торговля, специфика которых требовала обширной постоянной переписки. Что касается ремесла, то археологи­ческие свидетельства его высокого уровня и профессиональной специализации несомненны. Однако организация ремесла в средневековом Новгороде была такова, что ремесленники не испытывали необходимости в переписке. Ремесленные мастерские располагались главным образом на боярских усадьбах, владельцы, которых обеспечивали мастеров необходимым сырьем для изготовления тех или иных изделий. За прошедшие 75 лет археологического изучения Новгорода до сих пор не зафиксировано ни одной самостоятельной усадьбы ремесленника³³.

¹ Зализняк А.А. Древненовгородский диалект. 2-ое изд. - М., 2004. - С. 267.

² Там же. - С. 372.

³ Там же. - С. 355.

⁴ Там же. - С. 371.

⁵ Там же. - С. 436.

⁶ Рыбина. Е.А. Торговля средневекового Новгорода. Историко-археологические очерки. - Великий Новгород, 2001. - С. 271.

⁷ Зализняк А.А. Древненовгородский диалект. - С. 650.

⁸ Там же. - С. 629.

⁹ Там же. - С. 468-469.

¹⁰ Там же. - С. 597.

¹¹ Там же. - С. 426.

¹² Там же. - С. 386-387.

¹³ Там же. - С. 480.

¹⁴ Там же. - С. 643.

¹⁵ Там же. - С. 386.

¹⁶ Там же. - С. 603.

¹⁷ Там же. - С. 536, 550.

¹⁸ Там же. - С. 434.

¹⁹ Там же. - С. 543.

²⁰ Там же. - С. 566.

²¹ Там же. - С. 543.

²² Там же. - С. 542.

²³ Там же. - С. 609.

²⁴ Там же. - С. 435.

²⁵ Там же. - С. 531.

²⁶ Там же. - С. 295.

²⁷ Там же. - С. 611, 612.

²⁸ Там же. - С. 431.

²⁹ Там же. - С. 542.

³⁰ Там же. - С. 453.

³¹ Там же. - С. 358.

³² Колчин Б.А., Хорошев А.С., Янин В.Л. Усадьба новгородского художника XII в. - М., 1981.

³³ Там же.