СКАНДИНАВСКИЙ ИМПОРТ БРОНЗЫ В ЮЖНУЮ РУСЬ

В.Н. Зоценко (Киев)Среди археологических материалов, свидетельствующих о сырьевой базе литейного ремесла древнего Киева, выделяется одна довольно компактная по численности группа

артефактов.

- В-4625/223 (рис.1, 1). Бронзовые стержневые («палачкообразные») слитки были найдены также на Подоле: в 1908 году у подножия Замковой горы (в усадьбе Фроловского монастыря)

- два экземпляра; в начале ХХ в. (до 1914 г.) на углу улиц Нижний Вал и Константиновская

- один экземпляр². Раскопками последнего времени на Подоле выявлено еще два фрагмента таких слитков: в 1989 году, на ул. Оболонская, 1 (слой вблизи развала литейного горна № 3, начало ХІІ в.)³; в 1998 г., на ул. Константиновская, 10, (слой нижней части горизонта 1, вторая половина ХІІ в., рис. 1, 2). Находка фрагмента слитка бронзы такого вида известна и в Надпорожье: Первомайское поселение, подъемный материал (фонды Института археологии НАНУ, сборы В. Бодянского, рис.1, 3). Помимо литых брусков известны кованные вытянутые «прутья» бронзы (рис. 2, 2): северо-западная оконечность киеворусского Подола, раскопки 1982 г. по ул. Щекавицкая, 25-27 «помещение 1», первая половина ХП в., фрагментарный экземпляр⁴. Клад в виде 34-х кованых из двух полос «прутьев» и одного «палочковидного» слитка был обнаружен в конце ХІХ или начале ХХ вв. в бывшем Овручском уезде Волынской губернии (попал к В.В.

Для установления нижней даты бытования в Киеве слитков сырьевой бронзы интересны исследования в 1975 г. на углу ул. Нижний Вал и Константиновская, что в 15 м к югу от находки 1914 г. Здесь была открыта ювелирная мастерская середины - второй половины Х в., в вещевой комплекс которой входили три литейные формочки из овручского шифера для изготовления поясных и уздечных украшений⁵. Вполне вероятно, бронза в виде стержневых слитков из местонахождений у подножья Замковой Горы и на Нижнем Валу, входящих в зону первоначального заселения Киево-Подола (последняя четверть IX в.), могла иметь дату ранее ХІІ в.

По форме сечения среди литых брусков выделяются подтреугольные со сглаженной вершиной (спинкой) и овальные (торцы слитков обеих форм покатые, округленные). Вес полностью сохранившегося экземпляра первой формы сечения (В-4553/86), - 162,3 г; длина 127 мм, сечение 14?8,5 мм; на плоском ребре имеется бороздчатый шов. Фрагмент слитка этой же формы со Старокиевской горы (В 4625/223) весил 25,5 г, имел сечение 15?9 мм при длине 51 мм. Но слиток из раскопок по ул. Оболонская, 1, имевший идентичную форму сечения и близкие размеры (51?12?15 мм), весит 60,2 г. Обрубок подтреугольного в сечении слитка из Надпорожья (14?15?72 мм) весит 3,5 г. Доступные для изучения слитки овального сечения полной сохранности отсутствуют. Фрагмент слитка овального сечения (7?3 мм) из клада в Овручском уезде весит 168,68 г при длине 203 мм. Обрубок слитка из раскопок по ул. Константиновской, 10, практически равный половине вышеописанному, весит 150,8 г при размерах 123?10?7,5 мм. Кованые «прутья» Овручского клада имеют округлое, приближающееся к овалу, сечение 5-5,5?2-3; 6-6,5?2-5;

Рис. 1. 1 - Киев, Старокиевская гора; 2 - Киев, Подол, ул. Константиновская, 10; 3 - Первомайское.

7-7,5?4-7 мм с зауженными концами, при длине в 340, 347, 385; 399-408; 410-418; 420-421; 426, 430 мм.

- Pb); в микропримесях имелось и железо (0,26%). Кованные же экземпляры, за исключением трех образцов, в которых содержалось всего по 0,01% цинка, этот элемент не содержали вовсе (показатели свинца и железа заключались в пределах, соответственно, 0,06 - 0,70 %% и 0,07

- 1,30 %%). Т. е., данное сырье по составу приближалось к химически чистой меди (77,78

- 97,74 %%)⁶.

Цинково-свинцовые бронзы характерны для балтийско-скандинавской зоны цветной металлургии, что хорошо известно по литературе. Что касается состава металла кованых прутьев, то они вполне сопоставимы с готовыми изделиями и сырьем медно-бронзового литья Швеции второй половины I - середины ІІ тыс. н. э. (Эланд, Готланд, Хельгё, Бирка, Сигтуна, Фалун, Гамла Лёдёсе)⁷. Внешнее оформление сырья для бронзолитейного ремесла также находит соответствие в археологическом материале Скандинавии и Западной Прибалтики. Бронза в виде стержневых слитков и кованых прутьев известна по раскопкам готландских памятников IX-XI вв. Здесь же найдены и фрагменты формочек для отливок подобных слитков⁸. Каменная двусторонняя форма для отливок таких же слитков известна из старых раскопок «Черной земли» в Бирке (SHM, 5208:2508). К шведским местонахождениям данных артефактов эпохи викингов тяготеют 7 слитков из горизонта Д (первая половина Х в.) Старой Ладоги. Из них: подтреугольной формы сечения - 3 экз., полуовальной

- 3 экз. и подпрямоугольной - 1 экз. Большинство из ладожских слитков, по результатам качественного анализа, принадлежали к группе металла близкого чистой меди.

Рис. 2. 1 - Овручском уезд; 2 - Киев, Подол, ул. Щекавицкая, 25-27.

Кроме того, исследованиями различных участков в пределах оборонного вала Хайтабу на уровнях середины IX-Х вв., было обнаружено 234 формы из норвежского стеатита («жировика») для изготовления стержневых слитков. По сечению отливаемые в них изделия разделяются на полуовальные, реже - треугольные, еще реже - прямоугольные. Иногда все три разновидности негативов были вырезаны на плоскостях одной и той же формы. В длине отливок также наблюдается значительная разница: от 11 до 110 мм. О том, что данные формы, а следовательно, и отливки, производились именно в Хайтабу, может свидетельствовать тот факт, что из 234 экземпляров 92 были вырезаны на пришедших в негодность фрагментах стеатитовых изделий (в основном котлов и жерновов). Наличествующий материал подтверждает, что в большинстве из этих форм отливались бронзовые слитки. Хотя имело место также литье слитков из серебра и свинца¹¹. По всей вероятности, Хайтабу являлся на протяжении всей эпохи викингов одним из ведущих в Западной Прибалтике экспортеров товарной бронзы. Из других центров указанного региона, маркированных находками подобных литейных форм эпохи викингов, можно назвать Рибе и Фюркат.

В Восточной Европе среди других территорий по количеству обнаруженных стержневых слитков выделяется Юго-Восточная Прибалтика. Более 100 подобных слитков происходит

Рис. 3. 1 - Гарды, Готланд; 2 - Висбю.

Рис. 4. 1-4 - Висбю.

из южной (Курземе, Земгале, Селония), западной (Ливланд) и северо-восточной (Латгале) частей Латвии. Из указанного числа 94 содержалось в четырех кладах ХІІ в.: Яуньелгава (Селония), - 7 экземпляров; Вентспилс (Курземе), - 6 экземпляров; Стиебри (Ливланд, Погауйе), - 30 экземпляров; Эргале (Латгале), - 51 экземпляр. Слитки из кладов имели различную длину: от 85 до 419 мм при весе от 164,4 до 289,15 г. По химическому составу они полностью соответствуют многокомпонентным цинково-свинцовым бронзам с высоким содержанием цинка. Наличие железа в бронзе некоторых слитков клада в Эргале достигало 0,99%, в микропримесях присутствовало и олово¹⁴.

Исходя из сохранения традиции оформления товарно-сырьевой меди (бронзы) в литые и кованные стержни именно шведскими и готландскими мастерами, близкие по типологии и элементарному составу артефакты «послевикинговского времени» конца ХІ-ХІІ вв. из Южной Руси можно признать скандинавским, 'уже шведским, импортом. На Руси, кроме Киева, подобные слитки были обнаружены в Новгороде. Происходили они из слоя с дендродатой 1175-1180 гг.¹⁶. Учитывая то, что наибольшее количество такого вида бронзы в Восточной Европе обнаружено в Юго-Восточной Прибалтике, где она датируются, в целом, ІХ-ХІІ вв., названный регион логично принимать основной транзитной территорией в дальнейшем ее распространении по Восточной Европе, включая южнорусские земли. Исходя из различий в технологии литья художественных бронз на территории Среднего Поднепровья и Скандинавии Х-ХІІ вв., надо полагать, что киевские литейщики, используя шведское сырье-полуфабрикат, добавляли к нему при переплавке традиционные легирующие примеси, увеличивая тем самым долю свинца и олова в готовых изделиях.

Результаты спектрального анализа слитков из клада, обнаруженного в Овручском уезде

¹ Ильин А.А. Топография кладов серебряных и золотых слитков // Труды нумизматической комиссии РАИМК. - Вып. I. - 1921. - № 32; Толочко П.П. Топографія скарбів монетних гривен у Києві // Археологія. - Т ХХ. - 1966. - № 11.

² Толочко П.П. Топографія скарбів монетних гривен у Києві. - С. 131-132. - № 38-39.

³ Полевая инвентарная опись, № 278 - «фрагмент пластинчатого бронзового изделия, покрытого зеленой патиной»

⁴ Ивакин Г.Ю., Степаненко Л.Я. Раскопки в северо-западной части Подола в 1980-1982 гг. // Археологические исследования Киева в 1978-1983 гг. - К., 1985. - С. 82, 101. - Рис. 12.

⁵ Новое в археологии Киева. - Киев, 1981. - С. 302-308.

⁶ Анализы выполнены в отделе спектральных методов исследований Института геохимии и геофизики минералов НАН Украины.

⁷ Forshell H. The inception of copper mining in Falun. - Stockholm, 1992. - Р. 59-65, 99-100.

⁸ De kommo vida... (Vikingars hamm vid Paviken pa Gotland). - Uddevalla, 1981. - S. 85, pl. 7:1; Thunmark Nylen L. Die wikingerzeit Gotland. - Stockholm, 1998. - Bd. II. - Taf. 287; 1, 2, 6 a-b; Thunmark Nylen L. Die wikingerzeit Gotland. - Stockholm, 2000. - Bd. IV: 1-2. - S. 156, 379, 472.

⁹ Давидан О.И. Бронзолитейное дело в Ладоге // АСГЭ. - 1980. - C. 59, 65,66. - Табл. 1:9; 2:1-4, 6, 7, 10, 16; 3:2-4.

¹⁰ ElsnerH. Wikinger Museum Haithabu: Schaufenster einer fruhen Stadt. - Neumunster: 1990. - S. 93; Viking og Hvidekrist. - Kobenhavn, 1993. - S. 252. - № 98.

¹¹ Resi H.G. Die Specksteinfunde aus Haithabu // Berichte uber die Ausgrabungen in Haithabu, 14. -1979. - S. 58-61, 64, Abb.53.

¹² Hall R. Book of Viking Age York. - London, 1994. - P. 95, fig. 79.

¹³ Nordin A.-C. Bronsgjuting // Makt och manniskor i kunges Sigtuna. - Sigtuna, 1989. - S. 74, fig.2.

¹⁴ Urtans V. Senakie depoziti Ltvija. - Riga, 1977. - Lpp. 60-61, 120, att. 119-122.

¹⁵ Kunciene O. Prekybiniai rysiai IX-XIII amzias // Lietuvos gyventojp prekibiniai rysiai I-XIII a. - Vilnius. 1972. - P. 156-157; Vaitkunskiene L., Merkevicius A. Spalvotpjp metalp dirbiniai ir jp gamiba// Lietuvip materialine kultura. - T I. - Vilnius, 1978, p. 93-94, pav. XXIII.

¹⁶ Рындина Н.В. Технология производства новгородских ювелиров X-XV вв. // МИА. - 117. - 1963. - C. 207.