ЗАПАДНАЯ АЗИЯ в конце среднего палеолита до начала производства пищи

Офер Бар-Йосеф

ДАТИРОВКА ЗАПАДНОАЗИАТСКИХ НЕАНДЕРТАЛЬЦЕВ

Произведенные раскопки в пещерах горы Кармель уже в 1930-е гг. показали присутствие людей, современ­ных нам по своей анатомии, в археологических слоях, от­носящихся к мустьерской культуре Западной Азии.

Антропологические данные указывают, что в течение первой части верхнего плейстоцена существовало два типа гоминидов. Один из этих типов часто называют «ар­хаическим человекам разумным* или «протокроманьон­цем», а другой тип известен как «неандерталец» или «раз­витой неандерталец» (человек разумный неандерталь­ский).

Определение и датировка мустьерцев Западной Азии - это проблемы, неразрывно связанные с теми, которые воз­никают в Европе с неандертальцами и появлением чело­века разумного современного типа. И если многие ученые считают, что первые современные люди произошли от ев­ропейских неандертальцев в результате местной филоге­нетической эволюции (Wolpoff, 1981), то другие иначе ин­терпретируют археологические и палеонтологические данные и находят признаки, подтверждающие приход человека разумного современного типа на смену клас­сическим неандертальцам (Stringer et al., 1984). Хотя не­андертальцы появились в изотопную фазу 6 (по фран­цузской терминологии - рисе III), их присутствие или биологические следы их присутствия отмечаются в За­падной Азии в гораздо более позднее время.

Эта биоантропологическая проблема усложняется не­уверенностью в определении возраста мустьерского отрез­ка в данном регионе. Однако в последние годы ситуация немного улучшилась благодаря новым раскопкам, деталь­ной биостратиграфии и первым датировкам термолюми- нисцентным методом (Jelinek,1981; Bar-Yosef &Vandermeerscb,1981; Tcbemov,1981; Ria,1983; Bar-Yosef et al., 1986).

Присутствие мустьерских скоплений на трансгрес­сивном побережье Ливана вместе с раковинами Strombus buboniusявляется хорошо известным фактом (Sanlaville, 1981). Это побережье было датировано довольно неточ­но как «последнее межледниковое», т.е. временем около 130-120 тыс. лет назад. Радиометрический возраст од­ного обнажения - около 93-90 тыс. лет, но возможно, что оно более раннее. Эти даты соответствуют датам, по­лученным методом изучения уранового ряда: для травер­тина, известкового туфа мустьерской эпохи, найденно­го в пещере Зуттиех (Галилея) и Эйн-Ажев (горная мест­ность и пустыня Негев), возраст определен в 97-90 тыс. лет (Schwarz et al., 1980). Предыдущая ашельско-ябруд- ская последовательность, которую называют также «тра­дицией Мугарам» и которая содержала фрагменты чере­па архаического человека разумного, вписывается в бо­лее ранний период (Gisis &Bar-Yosef, 1974) и может от­носиться к 150-140 тыс. лет назад (Copeland &Hours, 1983). Вероятно, мустьерский период начался около 115-110 тыс. лет назад.

Основной проблемой остается датировка различ­ных фаз мустьерского времени, продлившегося до 40 тыс. лет назад. Хроностратиграфия микрофауны ука­зывает, что мустьерские уровни пещеры Кафзех, в ко­торых обнаружены захоронения людей современного типа, более ранние, чем слой С пещеры Табун, где были найдены остатки неандертальской женщины (или амуд- ского человека). Это означает, что неандертальцы, раз­вивавшиеся в Европе и никогда не достигавшие Север­ной Африки, проникли в Западную Азию в мустьерскую эпоху.

Вероятно, эта миграция (или генетический поток) была вызвана началом изотопной фазы 4 (около 75-70 тыс. лет назад) в то время, когда материковые ледники быстро рас­пространились на юг. В результате экологического нару­шения сложившегося животного мира неандертальцы были вынуждены изменить образ жизни и искать новые территории. Западная Азия с ее обширными озерами и умеренным климатом стала для них идеальным регионом. Если эта гипотеза подтверждается археологически, то по­явление неандертальцев в Западной Азии надо отнести к концу мустьерского периода.

ПЕРЕХОД ОТ СРЕДНЕГО К ВЕРХНЕМУ ПАЛЕОЛИТУ

Обычно пытаются понять характер перехода от сред­него палеолита к верхнему, сравнивая различные аспекты культуры. Прежде чем описать этот переход, мы тоже про­ведем такое сравнение.

Разница, существующая между культурными дости­жениями людей среднего палеолита и достижениями их потомков из верхнего палеолита в Западной Азии не так впечатляюща, как в Европе. Верхнепалеолитические культурные слои в Юго-Западной Азии не содержат боль­шого количества произведений искусства, сравнимых с произведениями искусства франко-кантабрийского ре­гиона или декоративно-прикладного искусства Цент­ральной и Восточной Европы. Такая бедность частично объясняется условиями, в которых сохранялись эти про­изведения, а также сравнительно небольшим числом раскопанных в данном регионе стоянок верхнего палео­лита. Недавнее обнаружение некоторых следов искусст­ва - резного изображения животного (лошади?), най­денного в пещере Хайоним (Западная Галилея, Израиль) (Belfer-Cohen &Bar-Yosef 1981), а также предметов деко­ративно-прикладного искусства, относящихся к нату- фийской культуре (культуре позднего плейстоцена), по­казывает, что новые раскопки могли бы изменить общую картину.

Археологи провели раскопки только в ограниченном числе стоянок верхнего палеолита. Недавно изученные сто­янки расположены большей частью в полуаридных райо­нах пустыни Негев и Синайского п-ва или по краю арабско- сирийской пустыни (Marks. 19^∏,1983«; Bar-Yosef &Phillips, 1977; Gilead,1983; Goring-Morris, 1985; Garrard et al., 1986). Скелеты хорошо сохранились только в нескольких ред­ких случаях. Чаще всего раскопки определили только тех­нические и типологические характеристики каменных скоплений.

Создается впечатление, что мустьерские пещерные сто­янки занимали большую площадь, чем стоянки верхнего палеолита, и что в полуаридной зоне мустьерские стоян­ки были заселены плотнее, чем стоянки верхнего палео­лита, хотя это может быть следствием разных процессов развития и упадка культур. Данное явление отражает очень мобильную стратегию использования ресурсов (Marks, 1981).

Многие стоянки Западной Азии содержат мустьер­ские захоронения, которые свидетельствуют о практи­ке намеренного и хорошо организованного погребения, тогда как могилы верхнего палеолита редки, и только могила Нагал-Айн-Гев I в Израиле явилась предметом подробного описания (Arensburg, 1977). Частичные ос­танки людей были найдены в таких пещерных поселе­ниях, как Эль-Вад, Хайоним и Ксар-Акил, но ни на одной из этих стоянок не нашлось доказательств намеренных захоронений.

Использование красной охры наблюдается как в мус- тьерских, так и в верхнепалеолитических контекстах (Wreschner, 1983). Однако только на стоянках верхнего па­леолита, в частности открытого типа, обнаруженных в поч­вах типа «розовая земля», были найдены костяные орудия (Newcomer,1974; Goring-Morris,1980; Belfer-Cohen &Bar- Yosef 1981). Хотя полагают, что морскими раковинами на­чали пользоваться в верхнем палеолите, мустьерские слои пещер Схул и Кафзех содержали несколько раковин вида Glycymeris.Количество морских раковин, найденных на до­исторических стоянках, значительно увеличивается с 25- 20 тыс. лет назад. Если не все, то большинство этих рако­вин использовались для украшения, а не в пиіцу.

Таким образом, можно считать, что разница культур между средним и верхним палеолитом гораздо менее ощу­тима в Западной Азии, чем в Европе, и это впечатление под­тверждается при изучении начала верхнего палеолита. Действительно, археологические данные свидетельствуют о непрерывной эволюции, в которой наблюдается изме­нение тенденций в технологии и типологии изделий.

Реальный переход от среднего к верхнему палеолиту был изучен в двух местах: Ксар-Акила (сухом русле Антелья в Ливане) и Бокер-Таштите (горной местности Негев, Из­раиль) (Copeland,1975; Copeland &Bergman, in Azoury, 1986; Marks, 1983«, 1983½^,)∙

Последовательность, обнаруженная в Ксар-Акиле, мо­жет рассматриваться как репрезентативная для централь­ного средиземноморского Леванта.

В Ксар-Акиле, в русле Антельи и в пещере Абу-Халка на стоянках, расположенных на расстоянии не менее 60 км друг от друга, самым распространенным орудием было орудие со скошенным резцовым сколом. Это была плас­тина или отщеп, у которых периферийный конец был уда­лен путем поперечной оббивки от рабочей части, получен­ной путем боковой ретуши, или от ретушированной вы­емки. Поперечный рубец виден на лицевой стороне, а из­ношенность лезвия показывает, что орудия служили скреб­ками (Newcomer, 1970). Израильские и иорданские стоян­ки не дали подобных орудий, но они нашлись на Кирена- ике в аналогичном хроностратиграфическом положении (МсВитеу,1967).

Подобная же эволюция отмечается в Бокер-Таштите на юге Леванта, но здесь нуклеусы, из которых получали ле- валлуазские пластины и остроконечники, - двухплоща­дочные. Ударная площадка в основном многогранна в ниж­нем уровне (1) стоянки - особенность, полностью исче­зающая в верхнем уровне (Volkman, 1983).

Отретушированные образцы свидетельствуют о сходной эволюции. В уровне 1 леваллуазские остроко­нечники получены двусторонним скалыванием, а в уров­не 4 - односторонним. Концевые скребки и резцы пре­обладают, а боковые скребки редки. Остроконечники из пещеры Эмирех, появление которых отмечает, по мне­нию Еэррода (Garrod)и Невилля (Neuville),начало верх­него палеолита, часто встречаются в нижних слоях, но пол­ностью исчезают в уровне 4 (Marks &Kaufman, 198YMarks, 1983b; Volkman, 1983).

После раскопок, проведенных в 1930-е гг., стало очевид­но, что остроконечники типа Эмирех встречались как в скоплениях позднего мустье, так и в скоплениях верхнего палеолита, хотя их присутствие интерпретировалось как результат смешения.

Радиометрические анализы относят стоянку Бокер- Таштит к 43-40 тыс. лет назад. Если принять без измене­ний радиоуглеродные даты, определенные для таких мус­тьерских скоплений, как Дуарах, Ксар-Акил, Гёла и др., то переход от среднего палеолита к верхнему должен был со­вершиться около 40 тыс. лет назад. Можно надеяться, что через несколько лет новые методы радиоуглеродного масс-спектрометрического анализа позволят установить более точное время.

Большинство других стоянок и скоплений, относя­щихся к переходному периоду, включая самые поздние (до 30 тыс. лет), не подвергались радиометрическим дати-

Карта 21.Расположение основных стоянок верхнего палеолита в Западной Азии: 1 - Шанидар; 2 - Ябруд; 3 - Абу-Халка; 4 - Ксар-Акил; 5 - Хайоним; 6 - Эмирех; 7 - Сефуним, Эль-Вад, Кабара; 8 - Фазаэль ΙΧ-Χ; 9 - Зекель-Ахмар, Эль-Хиам; 10 - Бокер-Таштит, Бокср; 11 - Кадеш-Барнеа; 12 - Гебель-Лагам; 13 - Тарфат Кидрейн

ровкам. Их хронологическое положение определяли толь­ко по стратиграфической позиции. Так, в Ксар-Акиле пе­реходные скопления находятся на уровнях 25-21; в Абу­Халке - стой ΓVF и IVE; в Антелье - слои VII-V; в пещере Эмирех и Табун - слой Сив Эль-Ваде - слой F (Garrod &Bate,1937; Neuville,1951; Copeland, 1975).

Мы не знаем точно, каковы были размеры стоянок, де­лились ли они, например, в зависимости от сезонной дея­тельности. Если в 1930-е гг. археологи стремились изучить всю площадь поверхности стоянки, то позже оставляли большую часть без раскопок Сопоставляя число найден­ных предметов с массой отложений, из которых они были извлечены, можно заметить, что стоянки полуаридной зоны менее богаты, чем стоянки зон со средиземномор­ской растительностью. Повторные заселения одних и тех же пещер и укрытий можно в какой-то мере объяснить предпочтением этих мест или определенными топографи­ческими факторами. В полуаридной зоне поселения мог­ли устраиваться на широких пространствах вдоль вади - пересыхающих русел рек, но с тех пор из-за эрозии они исчезли.

ДРЕВНИЕ ПРОИЗВОДСТВА ПЛАСТИН (карта 21)

Производство пластин и пластинок вышло непосред­ственно из переходной фазы. Археологические следы об­разуют непрерывную последовательность, но ее часть, предшествующая 30 тыс. лет назад, не имеет, к сожалению, точной датировки.

Этот период, который согласно радиоуглеродной да­тировке длился 10 тыс. лет, предшествует появлению ориньякских скоплений Леванта. Описание техники и других аспектов культуры данного периода основывает­ся на изучении слоев 20-15/14 (Copeland,1975;Bergman,

1981) , а также слоев 13-9 в Ксар-Акиле; уровней 9-7 в Кафзехе (Ronen &Vandermeersch,1972); слоев 7-2 в Яб- руде II (Rust,1950; Bakdach,1982); уровней F,D в Эрк-эль- Ахмаре (Neuville,1951); слоя D в Масрак-эн-Надже (Gilead,1981); уровня А в Бокере (Jones et al., 1983), а так­же стоянки Лагаман на севере Синая (Bar-Yosef &Belfer, 1977; Gilead, 1983). Зона распространения производства пластин включает также долину Нила (Vermeersch et al.,

1982) .

Стоянки этого периода в пустынной зоне Леванта были раскопаны лучше, чем пещеры, расположенные в среди­земноморском поясе. Исследование пустынной зоны дало комплексные сведения о площади стоянок и о присутствии очагов. Площадь стоянок - в среднем от 10 до 100 кв. м; многие из них содержат очаги, по которым в отдельных случаях можно определить, что одно и то же место заселя­лось несколько раз.

Возможно, что все стоянки Лагаман, расположенные в одной и той же экологической нише, населялись одновре­менно многими семьями или группами, занимающимися определенной деятельностью (Gilead, 1983). Послетого как люди покидали такую лагерную стоянку, расположенную на обширной террасе, можно было ожидать, что природ­ные факторы, такие, как дефляция (развевание) из-за вет­ра и речные волны, превратят все в единую «стоянку» в не­сколько тысяч квадратных метров.

Использование красной охры подтверждается обнару­жением либо ее маленьких кусочков, либо изделий, окра­шенных охрой, а иногда наличием обширных площадок с пятнами охры в границах зоны заселения. На большинстве стоянок пустынной зоны скелеты не сохранились; кроме скорлупы страусовых яиц (возможно, они служили сосу­дами для воды) не сохранилось и следов, доказывающих занятия собирательством.

Скопления остатков фауны, найденные в пещерах и ук­рытиях Ксар-Акил, Эль-Вад, Ябруд II, Кафзех и др., указыва­ют на то, что их обитатели потребляли мясо животных. В покрытых лесами горах около Ксар-Акила обитали лани, дикие козы и каменные бараны, а в экотоне, образующем долину Кафзех, водились в основном лани, дикие быки и газели (Hooijer, 1961; Bouchud, 1974). В Эль-Ваде (гора Кар­мель) ланей было больше, чем газелей. В Ябруде II (восточ­ный склон хребта Ливан) обитали лишь дикий осел и ка­менный баран - те животные, чьи остатки удалось иденти­фицировать (Garrard,1982; Lehmann, 1970).

Кости животных иногда использовались для производ­ства орудий (Newcomer,1974; Newcomer &Watson,1984); чаще всего из них делали шилья. Единственные известные отложения морских раковин - в Ксар-Акиле (Inizian &Gaillard, 1978) и на одной из стоянок северного Синая, древность которой остается неуточненной.

Стратиграфия каменных скоплений Ксар-Акила выяв­ляет количественные изменения в этот период. Скребки из пластин встречаются еще чаще, чем резцы - за исключени­ем уровней 13-12. Орудия со спинкой - скребки и резцы - появляются в уровне 12. Остроконечники делались из пла­стин, и предшественники наконечников Эль-Вада (сначала называемые наконечниками типа Фонт-Ив или Креме) об­наруживаются в уровне 17; их называют остроконечника­ми Ксар-Акила. Их плоский профиль в уровнях 20-15 ста­новится изогнутым в слоях 13-9 (Bergman, 1981).

Открытие относящихся к такой ранней дате скоплений пластин, среди которых иногда было до 40% ретуширован­ных пластинок, стало одним из знаменательных событий 1970-х гг. До тех пор считалось, что производство пластин и пластинок предшествовало кебарскому комплексу (ко­нец верхнего палеолита или эпипалеолит), но теперь ста­ло очевидно, что техника производства пластин началась в этот переходный период. Обнаружение в пещерных по­селениях, отнесенных к ориньякской культуре Леванта, скоплений с преобладанием отщепов и подобных (с точ­ки зрения техники, а не типологии) скоплений в аридной зоне привело археологов к заключению, что в Леванте в одно и то же время получили развитие две различные тра­диции производства орудий (Bar-Yosef, 1980; Marks,1981; Gilead, 1981). Каждая получила свое название: традиция производства пластин и пластинок - ахмарская (по назва­нию грота Эрк-эль-Ахмар в пустыне Иудеи), в то время как название «ориньяк» часто относят к скоплениям с преоб­ладанием отщепов.

Надо, однако, отметить, что первоначальное определение ориньякской культуры изменилось со времен I эррода (Gar- rod &Bate, 1937). В 1970-х гг. Л. Копеланд (L Copeland)уточ­нил определение ориньякской левантийской культуры и раз­делил ее на три фазы. Таким образом, в ориньякеЛ и оринья- ке В, какими они представлены в типичной последователь­ности Ксар-Акила в уровнях 13-9, преобладает производство пластин и пластинок, сопровождаемых орудиями типично­го ориньяка, такими как скребки со спинкой (Copeland, 1975, Copeland &Bergman, 1987). Только в уровнях 8-6 преоблада­ют отщепы, кромкам которых ретушью придана форма спинки. Эти последние скопления сопровождаются предме­тами из кости и оленьих рогов, которых гораздо больше, чем в предыдущих и последующих производствах.

Одновременность двух культурных традиций явилась предметом многочисленных дискуссий в археологиче­ской литературе. Этот вопрос, несомненно, требует серьез­ного хронологического уточнения. Если рассматривать всю Западную Азию, то очевидно, что классический ориньяк отсутствует в южных пустынных районах. Продолжение исследований местности по краю арабо-сирийской пус­тыни могло бы, вероятно, определить границу, которая отделяет эту культуру от других современных ей культур. Надо, однако, объяснить присутствие ориньякской куль­туры Леванта в зоне средиземноморской растительности, особенно в гряде береговых холмов. Если следовать гипо­тезе об иммиграции, выдвинутой Ізрродом (1957), то ха­рактерные орудия, такие, как скребки со спинкой, скреб­ки с рыльцем, ориньякские пластины или многочислен­ные орудия из кости и оленьих рогов, были принесены в Левант охотниками-собирателями, проникшими из Евро­пы через Анатолию. Не отрицая возможности такого об­мена между удаленными районами, можно считать, что ле­вантийский ориньяк и культуры, которые из него произош­ли, являются результатом «краткой» адаптации (углерод­ным методом определена длительность этого периода приблизительно в 5 тыс. лет) в условиях, преобладавших в гряде береговых холмов Леванта. Несмотря на небольшое число датировок этим методом, если внимательно рас­смотреть ахмарскую и ориньякскую традиции, то период, в течение которого они были повсеместно одновремен­ны, кажется действительно «коротким» по сравнению со всем верхним палеолитом, протяженность которого око­ло 30 тыс. лет. В то время весь «ахмарский» набор пластин и пластинок использовался, вероятно, большинством охотников-собирателей Юго-Западной Азии.

ОРИНЬЯКСКАЯ КУЛЬТУРА ЛЕВАНТА (карта 21)

Для того чтобы выделить археологический феномен, который представляет собой ориньякская культура Леван­та в узком смысле слова (Gilead, 1981), мы рассмотрим только скопления, обладающие следующими характерис­тиками (рис. 67): более 50% орудий и других продуктов рас­щепления камня - это сколы; присутствует очень большое количество скребков со спинкой и скребков с рыльцем; имеются ориньякские пластины и, когда костяные изделия хорошо сохраняются, много орудий из кости и оленьих рогов. Другие скопления, состоящие в основном из скреб­ков и резцов на отщепах, могли бы считаться продолже­нием ориньякской традиции. Данный вопрос, однако, ос­тается открытым, и эти коллекции из отщепов не будут здесь рассматриваться как «ориньякские».

Хроностратиграфическое распространение местона­хождений вдоль оси «север - юг» свидетельствует о том, что в настоящее время ориньякская культура Леванта из­вестна только в ограниченной зоне - в прибрежных лесах центрального Леванта. Несколько стоянок на юге Турции могут быть тоже отнесены к этой культуре, и тогда логич­но предположить, что она распространялась до Балкан.

Рис. 67.Артефакты ориньякской культуры Леванта из пещеры Хайоним (Израиль): 1-7 - тонко ретушированные пластинки; 8, 9,

14 - скребки с рыльцем; 10 - пластина с ретушью; 11 - двойное скребло; 12 - разбитая ориньякская пластина; 13-скребок со спинкой;

15 - резец вогнутого профиля; 16 - двойной двугранный резец

Большинство обнаруженных стоянок ориньякской культуры Леванта являются пещерами или скальными ук­рытиями. В двух стоянках - Ксар-Акиле и пещере Хайо­ним - найдены многочисленные орудия из кости и оленье­го рога (Newcomer,1974; Newcomer &Watson,1984; Belfer- Cohen &Bar-Yosef, 1981). Несмотря на все усилия, археоло­ги не обнаружили ориньякских стоянок открытого типа на прибрежной равнине Израиля; предположение, что все такие стоянки были поглощены морем во время постлед­никовой трансгрессии, является лишь механистическим объяснением проблемы. Очень мало ориньякских скопле­ний обнаружено в Бекаа, в рифтовой долине р. Иордан и на сирийско-иорданских плато. На восточном склоне хребта Ливан известны только скопления в скальном ук­рытии Ябруд II. Ни на Синае, ни в арабско-сирийской пус­тыне не обнаружено никаких ориньякских скоплений.

Каменные скопления центрального Леванта свиде­тельствуют о сочетании двух способов раскалывания кам­ней. Преобладающая техника - это производство тол­стых отщепов и толстых пластин. Большая часть этих заготовок затем превращалась в концевые скребки, скреб­ки со спинкой и скребки с рыльцем, резцы и ориньякские пластины. Другая техника, хотя и более редко применяе­мая, состояла в том, чтобы отколоть тонкие пластины или пластинки, многие из которых затем ретушировались для получения остроконечников типа Эль-Вад. Страти­графический анализ показал, что острия: Эль-Вада встре­чаются реже в позднюю фазу ориньякской культуры Ле­ванта (Garrod, 1957). Эти острия, служившие, вероятно, наконечниками для дротиков или другого метательного оружия (Bergman,1981; Bergman &Newcomer, 1983), были, по-видимому, заменены на двойные остроконечники из оленьих рогов. Скребки с рыльцем прошли ту же эволю­цию, и их количество постепенно уменьшалось. Хотя это­му традиционно придается культурное значение, присут­ствие (или отсутствие) таких орудий в различных скоп­лениях может также объясняться проблемами примене­ния рукоятки. В периоды, характеризующиеся отсутстви­ем сырья или уменьшением числа цельных заготовок, скребки со спинкой ретушировали много раз, не отделяя от основы, что придавало им форму рыльца. Когда, наобо­рот, сырья было много, скребки со спинкой постоянно за­менялись новыми инструментами. Нехватка подходящих заготовок часто приводила к тому, что (как в пещере Хайо­ним) увеличивалось число патинированных от долгого употребления орудий (Belfer-Coben &Bar- Yosef, 1981). В гор­ной местности Негев, где места охоты, собирательства и проживания находились вблизи кремневых залежей, были найдены только грубые концевые: скребки, без их варианта с рыльцем.

Скопления сколов, которые с точки зрения стратигра­фии, находятся выше типичных следов ориньяка Леванта, часто характеризуются обилием усеченных резцов, выпол­ненных на укороченных сколах, как показывают количе­ственные исследования уровней Ксар-Акил 6, Наал-Айн- Гев I, Фазаэль IX, Эль-Киям 10-11 и других местонахождений (Newcomer,1971; Goring-Morris, (980∙, Ecbegaray 1964/6). Од­нако датировать эти скопления сложно, иногда невозмож­но даже определить хронологические и культурные отно­шения, существующие между местонахождениями оринья­ка Леванта и поздними поселениями открытого типа. Дру­гие скопления, обнаруженные на плато Негев, в местах, под­верженных ветровой эрозии (Marks &Perring, 1977), обра­зуют комплекс, который иногда называют «группой Арков- Дившон» (Gilead, 1981). Были также найдены скопления в Кадеш-Барнеа и на западе Синая (Gilead, 1983).

Таким образом, типичная ориньякская кулыура Леван­та лучше представлена в центральном Леванте. Так как большинство коллекций собраны в пещерах или скальных укрытиях, то сохранилось много предметов из кости и оленьего рога. Европейская техника «прорезей и вставок» нигде не проявилась в этом районе. Орудия, вырезанные кремневым инструментом, часто носят следы «дребезжа­ния инструмента» (Newcomer, 1974). Эти орудия - шилья, простые или двойные остроконечники (часто сделанные из оленьих рогов), лопатки и др.

Почти во всех скоплениях есть каменные плитки, ко­торыми пользовались для смешивания красного и черно­го красителей. Две тонко выгравированные плитки из из­вестняка обнаружены в пещере Хайоним и представляют собой результаты редкостной художественной деятельно­сти. На одной из них (лучше сохранившейся) изображено животное, похожее на лошадь (Belfer &Bar-Yosef, 1981).

Человеческие окаменелые остатки, непохожие на наме- реі и юе захорої іеі іие, і іайденьї в Эль-Ваде, Хайониме и Кеба- ре. Единственная могила обнаружена в Наал-Айн-Геве І в кон­тексте, относящемся к производству, в котором преоблада­ли резцы. Был найден скелет женщины 30-35 лет, лежащей в согнутом положении на правом боку; в заполнителе могилы обнаружено несколько роговых стержней газелей. Физи­ческие характеристики этой женщины очень напомина­ют морфологию европейцев верхнего палеолита и более поздних протожителей Средиземноморского побережья Юго-Западной Азии (Arensburg, 1977).

Кости животных хорошо сохранились в пещерных по­селениях и на открытых стоянках, расположенных в поя­се средиземноморской растительности (Hooijer,1961; Da­vis, 1982). Они, по-видимому, принадлежат тем видам жи­вотных, на которых охотились в конкретном районе. В лесистых горах района Ксар-Акил водились в основном лани, козы и каменные бараны, тогда как обитатели пеще­ры Хайоним охотились в основном на газелей. В районе Айн-Гев, на востоке Тивериадского озера, были лани и особенно много газелей; в местонахождении Фазаэль IX (в долине в нижнем течении р. Иордан) преобладающими видами животных были газели и лани.

Учитывая изменения окружающей среды в течение это­го периода, а также незначительное число опубликован­ных подробных исследований, трудно определить, какие культурные факторы влияли на выбор дичи охотниками из имеющегося разнообразия. Проводимые в Израиле, Иордании и Сирии раскопки должны предоставить в бу­дущем более убедительные данные.

ПРОИЗВОДСТВО ПЛАСТИН И ПЛАСТИНОК И ПЕРЕХОД К ЭПИПАЛЕОЛИТУ

Некоторые стратиграфические данные из Ксар-Акила, Ябруда III и других стоянок показывают, что посториньяк- ское производство отщепов в Леванте сменилось производ­ством пластин и пластинок, характеризующим позднюю фазу ахмарской традиции (Gilead, 1981, Marks, 1981). Хотя продолжалось производство отщепов (которое во всех ка­менных производствах остается одним из основных спо­собов раскалывания камня), по большинству' скоплений видно, что именно пластины были выбраны основой для вторичной отделки. Например, в разных местах на стоянке Айн-Акев (радиометрический возраст которой 17 тыс. лет) преобладает инвентарь из отщепов, но в целом наблюдает­ся тенденция к увеличению количества орудий из пластин и пластинок.

На самых древних стоянках, отнесенных к этой фазе, еще находят острия типа Эль-Вад. Однако большинство орудий - это пластины или пластинки со спинкой, с кру­той, полукрутой и тонкой регушью. В некоторых скопле­ниях нуклеусы со спинкой или резцы со спинкой, от кото­рых отделяли изогнутые пластинки, могут рассматривать­ся как следы ориньякской технологической традиции.

Костяные орудия редки и относятся в основном к кате­гории остроконечников. В Ксар-Акиле было найдено осо­бое острие с пятью рядами коротких поперечных надре­зов (Tixier, 1974). Похожий предмет с резным зигзагообраз­ным рисунком обнаружен в уровне II в Джайте II, современ­ном комплексу Ксар-Акила (Copeland&Hours, 1977). На раз­ных стоянках найдено много жерновов, часто с пятнами красной охры.

Распространение стоянок и их размеры не отличают­ся от предыдущего периода. Стоянки продолжают подраз­деляться на две категории: одни имеют площадь менее 100 кв. м, другие занимают сотни квадратных метров. Судя по скоплениям костей животных, охота также не изме­нилась.

Переход от палеолита к периоду, называемому в Юго- Западной Азии эпипалеолитом, определен на теоретиче­ской основе. Микролитические производства Северной Аф­рики исторически считались эпипалеолитическими, до того как определили их возраст радиометрическим спосо­бом. Затем Перро (Perrot, 1968) предложил распространить данное назваї іие на микролитические производства Леван­та. Это казалось логичным в то время, когда определили, что верная дтя Европы формула «мезолит - микролиты - пост­ледниковый период» неприменима к Западной Азии. Кро­ме того, в 1960-е гг. еще не было известно, что некоторые левантийские производства верхнего палеолита содержа­ли большую долю ретушированных пластинок Кебарское производство микролитов, которое Гэррод и Невилль опи­сали в 1930-е гг., рассматривалось как древний эпипалео­лит. И только в 1970-е гг. заметили, что кебарская кулыура (рис. 68) на самом деле включала два комплекса микроли­тов. Название «Кебара» оставили за более ранним из этих комплексов, который дал очень мало геометрических мик­ролитов. Другой комплекс был назван «геометрическим Ке­бара», потому что микролиты имели в основном геометри­ческие формы: трапеции, прямоугольники, реже треуголь­ники или криволинейные сегменты (Bar-Yosef, 1975).

Если использовать некоторые радиоуглеродные даты, к которым относили культуру Кебара, то по этой периодиза­ции эпипалеолит начался около 19 тыс. лет назад с культу­ры Кебара, на смену которой к 1114,5 тыс. лет назад при­шла геометрическая кулыура Кебара и современные ей про­изводства, а закончился появлением натуфийской культу­ры к 12,5 тыс. лет назад (Bar-Yosef, 1975, 1981; Henry, 1983). Было предложено изменить название основных фаз на эпи­палеолит I (с 19 до 12,5 тыс. лет назад) и эпипалеолит II (с 12,5 до 10,5 тыс. лет і іазад), или на натуфийскую и современ­ные ей культуры (Moore, 1985). Другие считали, что эпипа­леолит установился, когда произошли более четкие типо­логические изменения геометрической культуры Кебара (Gilead, 1983). Если оценивать социально-культурные изме­нения, учитывая одновременно условия обитания, площадь стоянок, хозяйственную деятельность, стратегию выжива-

Рис. 68.Артефакты культуры Кебара, геометрической культуры Кебара и мушабийской культуры; культура Кебара: 1 - остроконечник Фалита; 2-5 - изогнутые и укороченные пластинки со спинкой (остроконечники Кебара); 6 - пластинка с изломами, частично со спинкой; 7 — острие микрогравегтийского типа с изломами и малый изоітгугьій микронаконечник; 8 - микрорезец; геометрическая культура Кебара: 9 - резец Круковского; 10-12 - треугольники; 13 - прямоугольник (с изломами); 14, 16, 17 - трапеции-прямоугольники; 15 - ассимет- ричная трапеция; мушабийская культура: 18 - острие Ла-Муйа; 19-21 - пластинки с выгнутой спинкой; общий тип: 22 - концевой скре­бок на пластине; 23 - резец ретушированный зубчатый; 24 - нуклеус для производства пластинок

ния и т.п., то становится ясно, что только с началом нату- фийской культуры левантийские общины действительно отходят от образа жизни, характерного для палеолита, ста­новятся оседлыми и, возможно, начинают обрабатывать землю.

Специалисты Западной Азии продолжают применять термин «эпипалеолит» в его первоначальном значении 1960-х гг. Но преднатуфийский эпипалеолит должен при­ниматься во внимание при рассмотрении всей верхнепа­леолитической последовательности.

КОМПЛЕКС КЕБАРА (рис. 68)

Сначала археологи определили кебарский комплекс по характеристикам его каменного производства, хроно- стратиграфическому положению и географическому рас­пространению в средиземноморском Леванте.

В этом районе известны уже более 30 стоянок, вклю­чая стратифицированные, которые содержат несколько скоплений, и изолированные единичные стоянки. Деталь­ные сведения о более чем 50 обнаруженных на этих сто­янках скоплениях доступны в виде окончательных или предварительных отчетов (см., например,Rust,1950;Hours, 1973, 1976;5