ЦЕНТРАЛЬНАЯ АМЕРИКА, КАРИБСКИЙ БАССЕЙН, СЕВЕРНАЯ ЧАСТЬ ЮЖНОЙ АМЕРИКИ И АМАЗОНИЯ: образ жизни древнейших охотников

Марио Саноха Обедъенте

Человек достиг субконтинента Южной Америки на­земным путем, через центральноамериканский переше­ек. Первые популяции охотников, вероятнее всего при­бывшие из Северной Америки, проникли в Южную Аме­рику, пройдя через территорию современной Республи­ки Колумбия.

Как правило, материалы, оставленные этими первы­ми обитателями, свидетельствуют о большом разнооб­разии артефактов, инструментов, технологических спо­собов и жизненных укладов, что дает основание счи­тать, что здесь не было культурно однородного населе­ния. Действительно, имеются следы как технологических традиций, унаследованных от Азии и от Северной Аме­рики, так и свидетельства культурного прогресса, техно­логических традиций и форм деятельности, возникших уже на месте в процессе адаптации к различным геогра­фическим и климатическим условиям, характерным для Центральной Америки и северной части Южной Амери­ки тех времен.

Сформировавшиеся таким образом формы деятель­ности определили специфический процесс эволюции к все более сложным системам жизнеобеспечения, что за­вершилось возникновением стабильных общин с хозяй­ством, основанным на земледелии и изготовлении гон­чарных изделий.

ФИЗИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ ПЕРВЫХ ОБИТАТЕЛЕЙ

Немногим более века тому' назад Питер У. Лунд (Peter W. Lund)из штата Минас-Жерайс (Бразилия) обратил в своих трудах внимание на остатки человека, найденные в пещерах Соумидоуро (район Лагоа-Санта), с предпо­ложительным возрастом не менее 10 тыс. лет (Hurt &Blazi, 1969). В ту пору Лунд утверждал, что эти остат­ки соотносятся с определенной ископаемой фауной. Сегодня мы не в состоянии судить об этом, так как Лунд пренебрег выяснением стратиграфических дан­ных.

К этим находкам добавляются данные, полученные Корреалом и Ван дер Хамменом (Correal &Van der Hammen, 1977) и Корреалом (1979) в раскопах жи­лых стоянок групп охотников-собирателей в Колум­бии. В скальных укрытиях Текуендама эти авторы об­наружили в четком культурном скоплен ии ряд захоро­нений со скелетами, почти все черепа которых имеют высотно-продольный указатель менее 74,9, что озна­чает их принадлежность к категории долихокефалов. Самые древние из этих скелетов датируются возрас­том 8 тыс. лет, что соответствует возрасту долихокс- фального черепа, найденного Корреалом (Correal, 1979, р. 240) в пещере Суева, который относится к X ты­сячелетию до н.э. Каменное производство, обнаружен­ное в этих убежищах, крайне примитивно: речь идет главным образом об орудиях из отщепов, хотя есть и костяные изделия.

Эти совпадения достойны внимания, поскольку они могут служить признаком присутствия здесь группы ран­них охотничьих популяций, имеющих ряд идентичных антропологических характеристик и пользовавшихся в большинстве случаев одинаковой крайне примитивной техникой обработки камня.

КУЛЬТУРНЫЕ СВИДЕТЕЛЬСТВА

Культурные свидетельства древности присутствия че­ловека в рассматриваемой зоне ставят в целом те же проблемы, которые возникают при анализе остатков древнейших охотничьх популяций Северной Америки. Из обсуждений этой проблемы можно выделить гипоте­зу относительно горизонта недифференцированного ка­менного инвентаря, названного Кригером (Krieger, 1962, рр.

Не обсуждая хронологические аспекты проблемы, мож­но допустить, что человеческие группы с недифференци­рованными видами деятельности и техническими тради­циями действительно сосуществовали с группами, овла­девшими специализированным производством инвентаря, более конкретно приспособленного к той или иной систе­ме жизнеобеспечения охотников-собирателей. В любом случае отсутствие каменных метательных наконечников еще не позволяет сделать вывод об отсутствии предметов аналогичного назначения, сделанных из других материа­лов. Ниже мы увидим, что в Колумбии также существуют стоянки, характерные для традиции недифференцирован­ных производств, однако при этом их население в хроно­логически сравнимые периоды практиковало охоту на жи­вотных плейстоценовой мегафауны (Correal, 1981).

Из изложенного следует, что в интересующем нас регионе могли сосуществовать две крупные техноло­гические традиции: первая характеризуется производ­ством инвентаря широкого профиля, примитивного по своей фактуре и не имеющего каменных метательных наконечников, однако с вероятностью параллельного изготовления специализированных изделий из органи­ческого сырья (кость, дерево и т.д.), а вторая характе­ризуется каменным производством пластиночных би­фасов и метательных наконечников. Фактически эти традиции соответствуют различной хозяйственной практике, основанной на разных стратегиях жизне­обеспечения, осуществляемых в рамках жизненного ук­лада, характерного для первых групп охотников.

ТРАДИЦИИ КАМЕННЫХ ОРУДИЙ

Традиция недифференцированных каменных артефактов в Центральной Америке (табл. 10, карта 31)

Самая северная стоянка, где были обнаружены следы древнейших доисторических охотников Центральной Америки, находится в Эль-Боске, близ Пуэбло-Нуево в округе Эстели на северо-западе Никарагуа (Espinoza, 1986). Стратиграфическое изучение стоянки выявило наличие в нижнем горизонте множества костей крупных млекопитающих, идентифицированных Миллером и Лун- делиусом (Miller &Lιmdelius, 1976) как гигантский лени­вец (Eremotherium), ехидна (Megalonichi)и олень (Odocoiledus~),а также костные остатки представителей семейства черепах (Chelonians)и мелких млекопитаю­щих.

Радиоуглеродный анализ фосфатов из костных скоп­лений, обнаруженных в Эль-Боске, позволил получить датировки от 22,6 тыс. до 3,2 тыс. лет как минимум. Эти датировки были оспорены несколькими авторами, хотя другие измерения, проведенные уже по образцам угле­рода, дали возраст от 10,1 тыс. до 35 тыс. лет (Page, 1978, рр. 252-256).

Традиция каменных артефактов

с двусторонней обработкой

в Центральной Америке (карта 31)

Другим важным признаком существования доисто­рических групп охотников-собирателей в Никарагуа яв­ляются неоднократно обнаруженные отпечатки чело­веческих ступней в отложениях вулканического ила в окрестностях озер Манагуа и Никарагуа, в частности на стоянке Акауалинка (Fint,1885; Manillo Vila, 1977) близ г. Манаїуа.

Раскопки, произведенные на этой стоянке в 1874 г., выявили следы ступней небольшой группы людей, со­стоявшей, видимо, из детей и взрослых. Наличие более глубоких и более сближенных отпечатков ног позволя­ет предположить, что люди, которым они принадлежат, несли на себе тяжелый груз, возможно, к берегам озера.

В других похожих отложениях человеческие сле­ды перемежаются с отпечатками копыт бизонов и других млекопитающих, что может быть признаком охоты на животных, практиковавшейся этими груп­пами людей.

Таблица 10. Хронологическое положение важнейших археологи­ческих стоянок древнейших общин охотников-собирателей: кур­сивный шрифт - недифференцированные производства; прямой шрифт - производства пластиночных бифасов

28000 Эль-Боске

Карта 31.

Некоторые авторы, как, например, Кроуфорд (Crawford, 1891, рр. 160-166), утверждали, что ими были найдены в Акауалинка фрагменты метательных наконеч­ников и каменных топоров, приуроченные к пласту’ вул­канических отложений со следами человеческих ног. К сожалению, эти предметы не сохранились, и сейчас их существование нуждается в подтверждении.

В более близкое нам время А. Брайану (Акт Bryan, 1973) удалось определить абсолютную дату пласта, обнаружен­ного в Акауалинка, с сохранившимися человеческими от­печатками, проведя анализ почвы, лежащей под слоем отложений. Исходя из полученной датировки, можно счи­тать, что по пути к берегам озера через это место прохо­дили группы охотников-собирателей приблизительно 8 тыс. лет назад (Matillo Vila, 1977, рр. 57-58), т.е. в эпоху, когда современные им популяции северной части Колум­бии (речь об этом пойдет ниже) уже жили здесь в очень благоприятных климатических условиях и при изоби­лии дичи, которой они питались.

Несмотря на отсутствие более полной информации, представляется вполне вероятным, что к началу этой эпо­хи на Тихоокеанском побережье Никараіуа существо­вали группы охотников-собирателей, соотносимые с ис­копаемой фауной, и в частности, с бизоном.

Институт культурного наследия Никарагуа имеет кол­лекции пока не изученных каменных предметов, кото­рые свидетельствуют о существовании на стоянке Коф- радиа на побережье Тихого океана производства крем­невых бифасов: это овальные заготовки, оббитые нуклеу­сы, крупные отщепы (некоторые с поперечной ретушью), копьевидные наконечники-бифасы, концевые скребки с односторонней обработкой, треугольные бифасы, при­чем все эти предметы, как правило, изготовлены плоской ретушью отщепов. В целом это собрание предметов на­поминает производство бифасов эль-хобо на северо-за­паде Венесуэлы как по морфологии орудий, так и по тех­нике обработки.

Самые древние известные остатки присутствия чело­века в Коста-Рике имеют возраст всего лишь 13 тыс. лет. Они были обнаружены в Турриальба (восточный склон цен­тральной горной гряды) на стоянке, расположенной на высоте 700 м над зажатым скалами руслом р. Ревентасон.

На этой стоянке найдены 18 целых или разбитых удли­ненных метательных наконечников, а также заготовки, боковые скребки, пластины и резцы. В Никарагуа и Коста- Рике обнаружены каменные артефакты, которые по сво­им типологическим характеристикам могут быть отнесе­ны к более поздним периодам. Таковы предметы керами­ческой фазы стоянки Эль-Боске, где были также найдены нетипичные орудия из кремня. Что касаегся метательных наконечников, как с черешком, так и треугольной формы, то они должны быть характерны для групп собирателей Панамы и для гончаров Коста-Рики (Snarkis, 1984).

Наиболее крупные скопления доисторических ос­татков в Панаме, связанных с ранним присутствием че­ловека, были обнаружены в отложениях озер Алахуэла (или Мадден) (Bird &Cooke, 1977, 1978). Метательный наконечник, видимо, найденный на первоначальном ме­сте, дает основание полагать, что его хозяин загонял свою добычу в воду или к берегу р. Наград. Поскольку нет никаких оснований для того, чтобы приурочить к данным отложениям какой-то отдельный вид мегафау­ны, принято считать, что фауна у этого озера и впадав­ших в него потоков состояла из обычной дичи доисто­рических охотников оз. Алахуэла.

Согласно Берду и Куку, наконечники типа «рыбий хвост» с оз. Мадден морфологически и технологически близки к наконечникам, найденным в Эль-Инга (Эквадор) в пещере Фелла и в Палли-Аике близ Магелланова проли­ва, а также к некоторым наконечникам, найденным в Бра­зилии, Уругвае и Перу. Если это действительно так, то сле­довало бы сделать вывод о наличии связи между данными популяциями охотников и традицией наконечников в форме рыбьего хвоста, которая, по мнению ряда авто­ров, развивалась на южной оконечности Южной Амери­ки независимо от традиций таких далеких регионов, как Северная Америка, т.е. развивалась параллельно (Meyer- Oakes, 1974, 1981). И хотя абсолютная датировка нахо­док с оз. Мадден не установлена, в пользу их большой давности говорит сам факт отсутствия подобных орудий на более поздних археологических стоянках вігутренней части страны, соотносимых с группами собирателей.

Традиция каменных артефактов

с двусторонней обработкой в северной части Южной Америки

Метательные наконечники типа «рыбий хвост» в Колумбии и Венесуэле

Присутствие в Колумбии популяций, связанных с тра­дицией артефактов с двусторонней оббивкой, подтверж­дено только несколькими находками, в частности, мета­тельных наконечников в форме «рыбьих: хвостов», похо­жих на наконечники с оз. Мадден и из Эль-Инга, а также довольно разнообразных наконечников с черешком. На­ходки относятся к нескольким местам территории, про­стирающейся от Эль-Дарьен на Атлантическом побе­режье Колумбии через долину р. Каука до Тихого океана. В 1984 г. М. Гутьеррес (Mendez Gutierrez)описал некото­рые стоянки в округе Кахибио в долине: Каука, которые содержали грубо обработанные наконечники-бифасы с черешком и «рыбьими хвостами». Автор описывает также культурную последовательность, которую можно интер­претировать как период перехода к более: разнообразным формам жизнеобеспечения, основанным на охоте, соби­рательстве и переработке растительного пищевого сырья, причем аналогичный процесс, как это уже доказано, про­исходил и в других регионах Южной Америки.

Что касается Венесуэлы, то сотрудники Археологиче­ского музея г. Кибора также вели раскопки у оз. Йаи в штате Лара с целью изучения групп охотников, связанных

с традицией метательных наконечников в форме «рыбьих хвостов» (Pantel,1983)·

Речь идет о местонахождении Ла-Хундисион, кото­рое находится на высоте 900 м в горах, окружающих долину Кибор и образующих северное предгорье вене­суэльских Анд, отделенных от прибрежной горной гря­ды несколькими долинами и невысокими горами.

Стоянка Ла-Хундисион расположена к западу от го­рода Canape, являющегося административным центром округа Андрес-Элой-Бланко на южной широте 9^o49'10"и на западной долготе 69^o41'30". Она находится в не­большой впадине (разница высот примерно 6 м) у осев­шего берега оз. Йаи.

В целом это отложение выглядит как очень сильно эродированная впадина, в которой древние слои видны из-за действия стекавших потоков воды. Дно впадины бук­вально усыпано галькой, в которой и были найдены в ходе первых раскопок заготовка наконечника «рыбий хвост», скребки с односторонней обработкой, овальные скреб- ки-бифасы и большое коли честно мелких отщепов.

Большинство этих орудий изготовлены из мелкозер­нистого песчаника. Остатки фауны были идентифици­рованы позднее как позвонки и крупные кости гигант­ского ленивца (Eremotberium).

В ходе второй экспедиции в дополнение к раскопкам было проведено зондирование вокруг скопления кост­ных остатков гигантского ленивца, а также там, где ка­менный инвентарь находился на небольшой глубине.

Одной из самых интересных находок оказался фраг­мент основания удлиненного наконечника «рыбий хвост», сделанного из мелкозернистого роговика. Это орудие, видимо, является классическим образцом того типа орудий, которые были ранее обнаружены в Эль­Инга (Эквадор) и в пещере Фелл (Чили). Были найдены также проколка и две заготовки, оббитые с двух сторон.

Из остатков фауны было найдено много ребер, что может указывать на место обитания с очагами. Много­численные крупные осколки того же камня, из которого сделаны наконечники, свидетельствуют о том, что пос­ледние изготавливались именно на этом месте. Топогра­фическое размещение костных скоплений и инвентаря даст основание считать, что здесь производилась и раз­делка туш. Абсолютная датировка этой стоянки пока не проведена, но в Смитсоновском институте в Вашингто­не (США) велось исследование костного коллагена. Дру­гие стоянки в долине Кибор дали остатки плейстоцено­вой фауны и, в частности, мастодонтов и мегатериев. Они датировались по фрагментам растительного угля и имеют возраст приблизительно от 11 до 9 тыс. лет, при­чем очевидно, что между этими стоянками и местона­хождением Ла-Хундисион прямой связи не существует.

ОХОТНИКИ КУЛЬТУРЫ ХОБО

В ВЕНЕСУЭЛЕ

В штате Фалькон на северо-западе Венесуэлы откры­ты самые богатые в Южной Америке скопления камен­ных артефактов, приуроченные к обществам доистори­ческих охотников. Интерпретация этих скоплений выз­вала много разногласий. Речь идет в первую очередь о местонахождении Эль-Хобо, по материалам которой было названо производство или традиция хобо.

Раскопки, проводившиеся с 1956 г. (Royo &Gomez, 1956) с целью проверки гипотезы о пребывании здесь доисторических охотников, позволили открыть на сто­янке Муако крупные ископаемые пласты с костями мно­гих видов животных: мастодонтов, стегомастодонтов, мегатериев (Megatheria),ехидн, глиптодонтов, токсодои- тов (Tohodons),атхоктериев (Athocterium),верблюдовых, волков, ягуаров, рысей, кроликов, куньих и милодонтов

Рис. 87.Бифас из производства хобо, местонахождение Эль-Аль- тико, Венесуэла

(Mylodons).На отдельных костях есть следы огня и уда­ров каменных орудий. Приблизительный возраст в 16,9 тыс. лет, установленный радиоуглеродным методом, был поставлен под сомнение и признан недостаточно достоверным в связи с тем, что стратиграфическая струк­тура местонахождения была явно нарушена процесса­ми смещения под воздействием водных потоков (Royo &Gomez,1960«, 19606; Cruxent, 1961; Lynch, 1978, p. 476).

Целью первоначальных работ было установление од­новременного существования каменного производства Эль-Хобо и местной ископаемой фауны. Дальнейшие ис­следования позволили обнаружить еще в одной залежи в этом районе, близ р. Кукуручу, фрагменты ланцетовидных метательных наконечников типа хобо, которые находи­лись в пласте, содержавшем и костные остатки Haplomastodon guayanensis, Eremotberium rusconiiи Gliptodon clavipedes Owens,которые также были отнесены водными потоками и отложились в слое миоцено-плиоце­новой глины намного более раннего по возрасту, чем сами первые люди. Однако эти особенности не были приняты во внимание, и было заявлено, что данный пласт был по­крыт слоем озерной глины, что якобы является решаю­щим доказательством связи между каменным производ­ством хобо и местной плейстоценовой фауной (Сгихеп, 1970). Противники этой теории настаивали, в свою оче­редь, на том, что в этих условиях можно утверждать толь­ко то, ч’го и кости, и метательные наконечники имеют бо­лее ранний возраст, чем слой озерной глины, но что пет никаких оснований для их взаимосвязи (Bate, 1983, р. 11).

Рис. 88.Рубила из производства хобо из штата Фалькон, Вене­суэла

В ходе дальнейших раскопок в Таима-Таима в этом же штате Фалькон, произведенных такйми компетентными археологами, как А. Брайан (Alan Bryan)и Р. Грюн (R. Grubri) в сотрудничестве с Дж. М. Краксентом (JM. Сгихеп), был найден скелет молодого Ila∣>lomast(>don.Скелет' был час­тично расчленен и носил следы намеренных повреж­дений, нанесенных, видимо, в процессе разделки туши. В полости таза животного находились кварцитовый ме­тательный наконечник типа хобо, а также яшмовый от- щеп и заостренный булыжник. Датировка этих остатков оказалась возможной благодаря растительным побегам, поглощенным животным перед гибелью и сохранившим­ся вследствие специфических почвенных условий. Радиоуглеродным методом был установлен возраст в 13, 13,2 и 13,9 тыс. лет, что на 1,5 тыс. лет раньше датировки североамериканских охотников на мамонтов, пользовав­шихся наконечниками кловиса (Bryan et al., 1978).

Изучение каменного инвентаря, приуроченного к жиз­ненному укладу доисторических охотников штата Фаль­кон, имело также целью разработать модель технологи­ческой эволюции на основе анализа материалов террас у р. Педрегал, проведенного Петцаллом (Cruxent &Rouse, 1963, р. 29; Bryan, 1973, р. 249). Изучение нескольких ιpyππ изделий, собранных на поверхности в различных точках этих террас, и очень скупых данных о расположении это­го инвентаря позволили предположить, что э ти скопления артефактов представляют определенную эволюционную последовательность. Самый ранний ее период может быть представлен изделиями с очень грубой обработкой, к ним относятся бифасы стоянки Эль-Камаре (рис. 87), включа­ющие рубила (рис. 88), а также крупные отщепы, часть из которых выглядят как скребки (рис. 90).

За этим первым периодом следует комплекс Лас-Ла- гунас с более мелкими бифасами. Следующий комплекс, называемый Эль-Хобо, был расположен на самых низ­ких террасах у р. Педрегал и идентифицирован по нали­чию ланцетовидных бифасных наконечников, некото­рые из них имеют прямую или вогнутую пячу, а иногда и зубцы на кромках (рис. 89, 90). На самой низкой терра­се, помимо вышеупомянутого скопления артефактов, были обнаружены также треугольные наконечники с че­решком, предположительно из комплекса Лас-Каситас.

Датировка этих скоплений нисколько не облегчена их поверхностным расположением, так как потоки воды смыли все органические вещества, которые могли по­зволить определить их точный возраст.

Некоторые ученые, например Ч. Александер (Ch. Alexander),занимались сбором и изучением геомор­фологических данных о происхождении, численности и хронологии террас р. Педрегал. Впрочем, вся эта ра­бота может дать только первые ориентиры тем архео­логам, которые стремятся определить культурные ха­рактеристики общин доисторических охотников севе­ро-запада Венесуэлы. Дело в том, что распределение артефактов вдоль террас не может быть достаточным доказательством более раннего возраста скоплений эль- камара и лас-лагунас по отношению к инвентарю эль- хобо и лас-каситас, тем более что формирование реч­ных террас возможно в результате тектонических дви­жений.

Проведенное нами лично изучение материалов из различных комплексов, которые хранятся в различных музеях Соединенных Штатов, коллекций артефактов, собранных в соответствии с логичным технологическим рядом, указывает на процесс усложнения и техническо­го усовершенствования изделий, кульминацией которо­го стал материал эль-хобо и лас-каситас. Но ведь при этом необходимо, чтобы технологическая логика совпа­ла с логикой исторической. До тех пор пока такое со­впадение не установлено, нельзя автоматически делать вывод о реальности технического прогресса, сравнимо­го с эволюционной схемой производств Древнего Мира с подразделением на нижний, средний и верхний палео­лит. Ведь фактически в нашем случае речь может идти об определенных стадиях производства изделий в рам­ках одного и того же производства, начиная с откалыва­ния кусков кремня для заготовок и кончая изготовлени­ем более обработанных орудий: наконечников, ножей, скребел и т.д.

Предметом критики стал также сам способ собира­ния образцов и материалов, обнаруженных в раскопах, поскольку многие из них, кажется, были куплены у мест­ных крестьян без проверки их происхождения и кон­текстных характеристик (Bate, 1983, рр. 1-125).

В работах Бейта (Bate- см. выше), Морганти и Родри­геса (Morganti &Rodriguez, 1983, 1985) было предложено альтернативное объяснение процесса, указанного выше. По их мнению, на этих террасах были оборудованы не только мастерские камнетесов, но и специальные места, где охотники завершали обработку' заготовок наконечни­ков и других изделий и чинили метательные снаряды, по­врежденные па охо те. При такой гипо тезе логично пред­положить, что охотники разбивали свои лагеря на бе­регу водоемов и рек, т.е. в центральной части долины р. Педрегал, куда животные приходили на водопой и где паслись. Это объяснило бы факт, что больше всего мета­тельных наконечников было найдено на нижних терра­сах. Эту гипотезу подтверждают работы Морганти и Род­ригеса (1983) о стоянке Монте-Кано (на п-ове Парагуан в

Рис. 89.Остроконечники с зубцами и ланцевидпые наконечники- бифасы производства хобо, Венесуэла

Рис. 90.Артефакты культуры производства хобо, Венесуэла: А - пластиночный бифас; В - скребок из односторонне обрабо­танной пластины; С - дисковидное скребло с односторонней об­работкой; D - скребок с двусторонней поперечной обработкой

штате Фалькон), которая характеризуется наличием ка­менного производства типа хобо, но только с использова­нием кварца в качестве сырья. Производству монте-кано свойственны также технологические характеристики, ко­торыми отмечены, в частности, различные с морфологи­ческой и фунциональной точки зрения стадии последова­тельности эль-камаре - лас-лагунас - эль-хобо - лас- каситас, с той разницей, что из-за природы используемого материала здесь иная техника обработки нуклеусов.

На местонахождении Монте-Кано скопления могут быть помещены между крупными бифасами типов кама- ре и мансанилло (это местонахождение расположено на северо-западном берегу оз. Маракайбо) и листовидными наконечниками типа хобо. Стоянка Монте-Кано харак­теризуется таким топографическим распределением ар­хеологического материала, которое может соответство­вать различным этапам производства инструментов. Круп­ные бифасы локализованы в секторе D,небольшие заго­товки - в секторе С, а в секторах А и В находятся почти исключительно крупные обломки от обработки камня. Наконец, в секторе Е отложения сконцентрированы ножи или пластины и метательные наконечники.

Все указанное заставляет усомниться в сценарии раз­вития местных технологий, предложенном для обосно­вания тезиса о том, что на террасах р. Педрегал все бо­лее усложнявшиеся в хронологической последователь­ности технологии наслаивались одна на другую. Пра­вильнее было бы говорить о сочетании здесь различ­ных этапов обработки сырья, нежели о наборах орудий для использования природных ресурсов, формы кото­рых постоянно изменялись с изменением социально­исторических условий (Rodriguez, 1985, рр. 47-48).

Интерпретация материалов, оставшихся от групп доисторических охотников «традиции каменных бифа- сов», особенно на территории штата Фалькон, затрудне­на из-за отсутствия глубоких исследований, выходящих за технолого-типологические рамки, которыми ограни­чиваются почти все публикации по этому региону. Впро­чем, можно считать, что первые палеоиндейские охот­ники появились здесь в период влажного климата, обес­печивавшего достаточно растительного корма для пи­тания крупных травоядных, существование которых вплоть до конца плейстоцена вполне доказано. Метатель­ные наконечники, все еще относительно тяжелые и гру­бо сработанные, уже могли оснащаться рукоятками для использования их в качестве оружия на небольших рас­стояниях, а наконечники с черешками могли прикреп­ляться к стрелам и дротикам, запускаемым приспособ­лениями для метания. В некоторых случаях каменные инструменты хобо включают также ряд отщепов с про­резями разного диаметра, которые использовались, воз­можно, для изготовления деревянных рукояток, к кото­рым крепились треугольные пластины, метательные на­конечники и т.д., применявшиеся для охоты и разделки туш. Подобно этому, скребки из отщепов, также присут­ствующие среди каменных инструментов, предназнача­лись, вероятно, для обработки дерева и шкур животных. Следует отметить также наличие камней, которые мог­ли использоваться для дробления, и крупных бифасов, которые можно рассматривать либо как заготовки для более мелких орудий, либо как мотыги для выкапывания клубігей и других съедобных корнеплодов, по всей веро­ятности, входивших в состав пищи местных охотников, как это, по-видимому, имело место в производствах сан- гоан и лупембан в Центральном Конго и в Западной Аф­рике. В связи с этим подчеркнем, что результаты иссле­дований, посвященных различным видам деятельности африканских охотников-собирателей в лесистых регио­нах и в саваннах, должны применяться как справочный материал для понимания комплексов с производствами бифасов в северной части Южной Америки, таких как Эль-Хобо. Как выяснилось, эти последние отражают эво­люцию на местах различных комплексов артефактов, явно связанных с изменениями климата, температуры и режима осадков, произошедшими в рассматриваемом регионе приблизительно 11 тыс. лет назад (Coursey, 1976, р. 399; Sanoja, 1982fc, р. 27).

В целом разнообразные инструменты, характеризую­щие культуру эль-хобо, отражают различные виды дея­тельности, начиная с обработки дерева и кончая сбором съедобных растений и развитием охотничьего промыс­ла, о чем свидетельствуют найденные копья с тяжелыми наконечниками, способными пробить шкуру животного на близком расстоянии, другие метательные снаряды (дро­тики и стрелы), а также резцы с деревянными рукоятками для разделки туш. Это означает, что охотники должны были быть способны адаптировать свой охотничий про­мысел к более разнообразной гамме видов окружающей среды и уметь охотиться на более мелких и более уязви­мых - по сравнению с крупными травоядными - живот­ных, благодаря чему они могли мало-помалу избавляться от зависимости природных факторов, определявших их образ жизни, переходя к более эффективным и надеж­ным методам пользования природой.

Социальная организация и система эксплуатации пи­щевых ресурсов у этих популяций были, вероятно, связа­ны с существованием богатой мегафауны, которая, по-ви­димому, исчезла от 10 до 8 тыс. лет назад. Сухие береговые зоны штата Фалькон, как и полупустынные долины и се­верные подножья Анд в штате Лара, где были открыты почти все археологические залежи, соотносимые с этими популяциями, а также где наиболее высока концентрация палеонтологических остатков - все это могло быть по­

крыто в предыдущие эпохи растительностью, способство­вавшей выживанию крупных травоядных. Эти последние могли исчезнуть из-за охотничьей и собирательской дея­тельности человека и/или климатических изменений, про­исшедших в экваториальной Америке в период голоцена.

Применяя к северо-западу Венесуэлы палеоклима- тические модели, предложенные Линчем (Lynch, 1978, рр. 466-467) для Тихоокеанского побережья Цент­ральной Америки и севера Южной Америки, можно предположить, что снижение уровня моря, имевшее место 15-12 тыс. лет тому назад, привело к образова­нию прибрежных саванн, покрытых злаковыми рас­тениями с вкраплениями галерейных лесов вдоль рек, что способствовало концентрации фауны в этих ре­гионах и создавало тем самым оптимальные возмож­ности для добывания пищи популяциям охотников.

В этом отношении интересно напомнить выводы о палинологических исследованиях Сальгадо-Лабориу (Salgado-Laboriu, 1982, рр. 74-77) в регионе, примыка­ющем к центральному побережью Венесуэлы. Палино­логическое изучение глубоких слоев осадочных пород оз. Валенсия показывает, что к концу плейстоцена, т.е. примерно к 13 тыс. лет назад (согласно радиоуглерод­ным датировкам), воды в этом озере уже не было со­всем, климат был крайне сухим и весь регион характе­ризовался полупустынной растительностью, состояв­шей преимущественно из злаковых растений и травы (Salgado-Laboriu, 1982, fig. 72), в то время как окружаю­щие горы могли быть покрыты сухостойкими лесами. Влажность повысилась приблизительно 10 тыс. лет на­зад, вслед за чем установился период более влажного климата, что привело к наполнению озера водой и одно­временному появлению более богатой растительности в виде кустарников и колючих зарослей.

Климатический сценарий, видимо, соответствовал мо­дели, предложенной Морганти и Родригесом (1983) для объяснения концентрации каменотесных мастерских и скоплений каменных предметов на берегах р. Педрегал (штат Фалькон). Это может также объяснить расселение популяций охотников в более южных долинах штата Лара, о чем свидетельствуют находки Молины (Molina, 1985). На стоянке Лас-Месас, расположенной в долине Карора, этот археолог обнаружил несколько отложений, включав­ших комплекс инструментов, относящихся к традиции би- фасов эль-хобо: листовидные наконечники с выемками или с ретушированными краями, ножи, скребки на отщепах, большое количество осколков от обработки камня. В со­седней долине Кибор Молина нашел также крупные бифа- сы, отбойники, скребла и призматические отщепы, а так­же фрагменты метательных наконечников, напоминаю­щих наконечники со стоянки Ла-Хундисион. Продолжает­ся изучение нескольких стоянок, где имеются материалы, родственные культуре эль-хобо. По-видимому, они могут быть приурочены к костным остаткам ископаемой фау­ны, а также свидетельствовать о наличии некоторых ви­дов сырья (в частности, кварцита), пригодного для изго­товления орудий.

Другие материалы, содержащие информацию об об­разе жизни доисторических охотников, были найдены на стоянке Мансанилло у северо-восточного берега оз. Ма­ракайбо (Cruxent, 1962). Это скопление дало артефакты из окаменевшей древесины, которые, видимо, прошли только первичную обработку, - это бифасы и односто­ронне ретушированные пластины, крупные отщепы и грубо обтесанные скребки, которые, вероятно, являлись заготовками, подлежавшими доводке на месте примене­ния. Если вспомнить модели, предложенные Морганти и Родригесом (1983), эта завершающая обработка могла происходить в поселениях и в мастерских, которые се­годня, возможно, покрыты водами озера или лежат под отложениями впадавших в него рек.

ДРЕВНИЕ ОХОТНИЧЬИ СООБЩЕСТВА СЕВЕРО-ЗАПАДА ВЕНЕСУЭЛЫ

Современное географическое размещение каменных скоплений, приуроченных к первым группам охотни­ков северо-запада Венесуэлы, свидетельствует, по-види­мому, о существовании кочевых групп, передвигавших­ся в пределах более или менее определенных террито­рий, согласно модели «ограниченных кочевых сооб­ществ» (Beardsley et al., 1955). Этот термин обозначает полукочевые группы, передвигавшиеся в пределах до­статочно определенной территории, где: они монополь­но использовали некоторые пищевые ресурсы. Переме­щение внутри этих территорий могло носить случай­ный характер или же подчиняться сезонным циклам, соответствующим объектам охоты и собирательства с целью наилучшего использования сил людей путем пе­редвижения их в наиболее богатые ресурсами районы.

Сообщества, практиковавшие эту форму «ограничен­ного кочевания», обычно были небольшими по числен­ности - в них входило менее ста человек. Группа состо­яла из малых или расширенных семей, совместно коче­вавших с места на место на протяжении всего года или какой-то его части.

Данные, которыми мы располагаем, не позволяют с уверенностью определить срок проживания этих охот­ников на определенных стоянках. Тем не менее наличие большого количества (временами - до одной тонны) на­копившихся артефактов и крупных каменных осколков от обработки на некоторых больших стоянках со всей очевидностью связано с постоянным пребыванием или регулярным посещением каждой такой стоянки в тече­ние длительного периода. Именно так обстоит дело в случае стоянок-мастерских и стоянок, которые находи­лись в зонах, через которые обязательно проходили не­которые виды животных (Sonoja &Vargas, 1979, р. 94).

Учитывая образ жизни и потребности охотников, взрослые индивиды должны были, вероятно, участво­вать в обучении младшего поколения всем хитростям одиночной и групповой охоты. Для этого необходимо было сохранение связей по крови и по родству, по мень­шей мере до того момента, когда молодежь признается взрослой. Обучение охоте требовало длительной тре­нировки в овладении оружием и другими предметами, связанными с этим видом деятельности, ознакомления с повадками и поведением дичи, а также с тактикой приближения к животному и его добычи. Наконец, охот­ник должен был иметь некоторое представление об ана­томии для успешного поражения наиболее уязвимых частей тела животных, а также для умелой разделки туш, чтобы как можно полнее использовать мясо, кости и шкуры.

ТРАДИЦИЯ КАМЕННЫХ БИФАСОВ И ДРЕВНЕЕ НАСЕЛЕНИЕ АМЕРИКИ

Материалы, собранные на северо-западной части Ве­несуэлы, и особенно в штате Фалькон, стали поводом для различных интерпретаций в общих рамках гипотез, пы­тающихся объяснить древнее заселение Нового Света.

По мнению Брайана (1978), производства каменных бифасов Южной Америки, и в частности, культура эль- хобо, являются результатом независимого развития. Их далеких предшественников следует искать не в мустьер- ской традиции, которая могла появиться на севере Си­бири в промежутке 30-10 тыс. лет тому назад, а в при­митивной технологии групп людей, прибывших в Аме­рику намного раньше, которые и были создателями пер­воначального производства грубых бифасов, постепен­но эволюционировавшего к более специализированным

и усовершенствованным формам, включая метательные наконечники.

В подкрепление своего мнения Брайан ссылается на изделия из кости таких стоянок, как Олд-Кроу-Флэтс и на очаги в укрытии Мидоукроф в США, возраст которых дол­жен составлять соответственно 27 и 19 тыс. лет (и даже, может быть, от 37 до 21,5 тыс. лет для второй стоянки). Эти достоверные памятники подтверждают существова­ние 12 тыс. лет назад человеческих поселений к югу от ледниковой шапки, покрывавшей крайний северо-запад Американского континента. Такой вывод представляется совместимым с теорией Кригера о существовании гори­зонта «дометательных наконечников» в Новом Свете (Krieger, 1962, 1964). Впрочем, Брайан (1978) подчерки­вает, что североамериканские наконечники Кловиса, для которых предусматривались вырезы на концах копьев и других метательных орудий, не могут быть технологи­ческими предшественниками ланцетовидных иаконечни- ков-бифасов эль-хобо, для которых, скорее всего, преду­сматривались рукоятки с выемками на конце. Поэтому, со­гласно Брайану; эти две категории наконечников следует рассматривать как результат развития двух независимых изобретений в сложном эволюционном комплексе.

С другой стороны, такие авторы как Линч (Lynch, 1978) считают очевидным факт технологической преемствен­ности между каменными производствами североаме­риканских охотников и технологическими приемами их южноамериканских последователей. Линч находит маловероятным, что изобретение с перерывом в не­сколько веков метательных наконечников-бифасов в одной и другой частях континента могло быть резуль­татом независимых процессов, плодом чистого случая. Ему кажется немыслимым, что выемчатые наконечни­ки Северной Америки и выемчатые наконечники типа «рыбий хвост» Южной Америки могли быть изобрете­ны независимо друг от друга, в то время как в обоих случаях другие изделия практически индентичны, будь то пластиночные или треугольные скребла, резцы, ар­тефакты с вырезами, двусторонние скребки и скребки из отщепов с боковой ретушью. Можно, разумеется, предположить наличие различных способов жизне­обеспечения, однако сам факт использования инвента­ря одного и того же технологического горизонта все­ми этими популяциями заставляет выдвинуть иное пред­положение - что мы имеем дело с взаимодополняющи­ми и сосуществующими системами деятельности, и это, по нашему мнению, подтверждается раскопками Моли­ны в долине Кибор и раскопками Пантела и Молины на предгорье вокруг нее (Pantel, 1983).

Со своей стороны, Белл (Bell, 1965, р. 30) считает, что обтекаемые наконечники «рыбьи хвосты» Южной Америки представляют собой одну' из многих тради­ций, вышедших из культурного комплекса Кловиса. Белл (1965, р. 318) предполагает также, что стратиграфиче­ские данные проливают определенный свет на проис­хождение наконечников «рыбьи хвосты» из пещеры Фелла в том смысле, что эти орудия характерны для уровня Эль-Инга I, в то время как в уровне Эль-Инга II овальные и ланцетовидные наконечники соотносятся с наконечниками с черешком. Следовательно, Эль-Инга I представляет собой скопление изделий, схожее с тем, которое было названо Магелланы I в пещере Фелл и в Палли-Аике на юге Патагонии (Bird, 1938, 1946), в то время как в Эль-Инга II имеются такие же формы лан­цетообразных наконечников, какие обнаружены на многих стоянках севера и северо-запада Южной Аме­рики. Этот факт заставляет предположить, что данный тип наконечников развивался на основе крайне грубых односторонне обработанных изделий, которые эволю­ционировали в орудия-бифасы очень малых размеров (Bell, 1965, рр. 318-321).

Что касается удлиненных наконечников-«рыбьих хвостов», найденных в Ла-Хундисьоне (штат Лара, Вене­суэла), то Мейер-Оукс (Meyer-Oakes)предполагает, что изделия этого типа - родом с крайнего юга Южной Аме­рики и что данная традиция затем распространилась на север субконтинента.

Со своей стороны, Бейт (Bate, 1983, рр. 1-11, 208) свя­зывает эти наконечники с культурой или традицией Толь- до возраста в 12,6 тыс. лет, которая развилась преимуще­ственно на восточных равнинах и плоскогорьях крайнего юга, особенно в Патагонии. Поэтому он проводит разли­чие между этими археологическими скоплениями и теми, которые бьии обнаружены севернее, такими как Эль-Инга и Папаллакта, которые можно привязать к традиции Эль­Плано, рассматривая в качестве промежуточных такие стоянки, как, например, Лос-Грифос (юго-запад Мексики), оз. Мадден (Панама) и отдельные находки в Колумбии, а также, возможно, и находки из Ла-Хундисьон (северо- запад Венесуэлы). Бейт (1983, рр. 2-11, 210) считает, что примерно 6,5 тыс. лет назад культуры наконечников «рыбьи хвосты» крайнего юга континента могли слиться с культурами групп региона Анд и юго-востока Бразилии в результате появления там земледельческих племен.

Рассматривая вопрос о распространении культуры эль-хобо на северо-западе Южной Америки, Паттерсон и Леннинг (Patterson &Lanning, 1974) отмечают, что ка­менные производства Эль-Камара и Мансанилло (воз­раст последнего составляет приблизительно 12 тыс. лет) могут быть предшественниками андского горизонта би- фасов, который мог распространиться к югу через вене­суэльские и колумбийские Анды, начав вытеснять пред­шествующее производство с преобладанием резцов как минимум 12 тыс. лет тому назад. Это производство пред­ставлено, в частности, культурным комплексом Окендо на северном побережье Перу, в состав которого входят в основном рубила, резцы, артефакты с зазубринами и бифасы, причем - во всяком случае, на сегодняшний день - там не обнаружено ни единого метательного на­конечника. По мнению Паттерсона, этот культурный ком­плекс вполне приурочивается к популяциям охотников- собирателей, которые научились пользоваться деревян­ными копьями, продолжая вести неспециализированный образ жизни. Он считает, что аналогичные комплексы, возможно, могли быть и в Северной Америке, в периоды, предшествующие культуре КЛОВИС.

ПРОИЗВОДСТВА НЕДИФФЕРЕНЦИРОВАННЫХ КАМЕННЫХ ИЗДЕЛИЙ НА СЕВЕРЕ

ЮЖНОЙ АМЕРИКИ

Систематически проводимые в Республике Колум­бия раскопки последних лет дали нам новые сведения о сообществах доисторических охотников северной ча­сти Южной Америки. Мы узнали о существовании там групп людей, располагавших инвентарем, полученным в производстве, явно отличающемся от производства каменных отщепов, относительно которых нам извест­но, что они близки к производствам Северной Америки. Это крайне грубое производство состояло в изготовле­нии орудий путем прямой отбивки нуклеусов. Отобран­ные фрагменты и отщепы, наиболее пригодные для ре­зания, скребления и прокалывания, ретушировались затем отбойником и использовались без дальнейшей обработки.

Первое стратиграфическое исследование поселения, принадлежащего к этой каменной традиции, было прове­дено на стоянке Эль-Абра на плато Боготы (Hurt et al., 1972). Там в пласте возраста 12,4 тыс. лет, установленно­го радиоуглеродным анализом, были, в частности, обна­ружены артефакгы-отщепы, которые современны вене­

суэльской культуре таима-таима {Bryan et al., 1978, р. 306). Эти раскопки позволили обнаружить зону поселения с очагами и определить хронологическую последователь­ность, продолжавшуюся до появления первых гончарных изделий, что свидетельствует не только о длительной ста­бильности поселения, но и о поразительной преемствен­ности технологии производства.

Все артефакты, изготовленные по технологии, при­менявшейся в Эль-Абра, характеризуются ретуширова­нием одной из боковых кромок до получения скребков различной формы (концевых, боковых, овальных), а так­же проколок, которые могли использоваться для обра­ботки шкур и древесины. При том что не было найдено каменных метательных наконечников, вышеупомянутые методы обработки камня нисколько не исключают ве­роятности существования деревянных или костяных на­конечников.

Проведенные палинологические анализы показывают, что эта культура развивалась на плато Боготы в эпоху, ког­да климат там был намного холоднее, чем сегодня (это бьи поздний период последнего оледенения и межстадий­ный период Гуантива, приблизительно 21,5-11 тыс. лет тому назад). Между 11 и 9,5 тыс. лег назад произошло но­вое похолодание климата в стадию Эль-Абра {Correal &Van der Hammen, 1977). Примерно в эту эпоху появляют­ся новые поселения в пещерах Текендама (плато Боготы). Самая ранняя фаза этой эпохи (Текендама I) характери­зуется производством предметов из роговика: пластиноч­ными бифасами, отщепами, пластиночными ножами, скребками, отбойниками; вместе с ними найдено множе­ство гематитовых желваков.

В то же время существовало производство артефак­тов из костей, для которого использовались суставные концы длинных трубчатых костей оленя. Производились ножи, скребки, отбойники и заостренные лучины, кото­рые могли использоваться в качестве проколок. Некото­рые костяные изделия, классифицированные Корреалем и Ван дер Хамменом (1977) как ланцетовидные скребки, возможно, могли быть метательными наконечниками, крепление которых к древку было облегчено наличием естественной канавки на суставном конце кости. Неко­торые из каменных артефактов были сделаны по более утонченной технологии и тщательно отделаны; это ка­сается, в частности, листовидных наконечников и дву­гранных скребков, относящихся только к начальной фазе Текендама.

В жилых пространствах пещер, которые служили убе­жищем и жильем для охотников Текендама, находились, по-видимому, и мастерские по производству каменных и костяных артефактов и, возможно, для обработки шкур. Большинство таких рабочих зон располагались вблизи от очагов.

Жилое пространство использовалось и для захоро­нения умерших охотников плато Боготы. В некоторых могилах был найден погребальный инвентарь, вероят­но, связанный с деятельностью покойника как члена об­щины: каменные и костяные изделия, земляные ракови­ны, фрагменты гематита и оленьих рогов. Как правило, могилы имели форму продолговатого овала; скелеты де­тей, найденные в этих пещерах, лежали на дне круглых ям в скрюченном положении.

Кости в захоронениях на плато Боготы часто по­крыты охрой, что соответствует практике, распрост­раненной как в Старом, так и Новом Свете, и призван­ной, возможно, сохранить жизненную энергию покой­ника. Обнаружены также признаки вторичных захоро­нений, а в Суеве найдены следы кремации человечес­ких останков {Correal, 1979, р. 116). Наконец, челове­ческие скелеты в ряде изученных пещер плато Боготы часто имеют следы поражения артритом в сочленени­ях и костной дегенерации челюстей, что может объяс­няться негативным воздействием грубой пищи, типич­ной для охотников {Correal &Van der Hammen, 1977; Correal, 1979).

Охотники плато Боготы добывали главным образом оленевых, в частности, Odocoyleus t>irginianus,а также мелких млекопитающих: кроликов, диких крыс, агути, морских свинок, причем добыча последних, видимо, вела к приручению животных. Другие стоянки, как Тибито, датированные приблизительно 11,75 тыс. лет назад, со­хранили следы забоя и разделки крупной плейстоцено­вой дичи - мастодонтов {Cuvieronis hyodori),ехидн {Equιιs americanus)и, в меньшей степени, оленевых {Odocoyleus virginianus).Охотники долины Боготы, располагая ис­ключительно каменными и костяными орудиями из от- щепов и не имея метательных наконечников, умели до­бывать и разделывать очень крупных животных, хотя можно предположить, что этот вид охоты практиковал­ся достаточно редко {Correal, 1981).

Эта традиция охотников, с недифференцированным каменным и костяным производством, распространи­лась, по-видимому, до долины р. Магдалена и атлантичес­кого побережья Колумбии. Нельзя исключать также, что популяции, относящиеся к этой традиции, могли добрать­ся и до районов северо-востока Южной Америки, на что, вероятно, указывает каменное производство, приурочен­ное к крупным ракушечным скоплениям п-ва Пария и к скальным пещерам юга венесуэльской части Гвианско­го плоскогорья. Об этом же свидетельствуют и плохо изученные каменные комплексы Тупукен и Канаима в этом же регионе, и особенно - нижние уровни ракушеч­ных залежей банвари («фаза Алака») и крайне прими­тивные производства рупунуни в Гайане. В некоторых случаях, таких как на атлантическом побережье Колум­бии и п-ве Пария, представляется, что постепенная эво­люция групп завершилась появлением первоначальных форм земледелия и производства пищи {Sanoja, 1980, 1982β, 1982ft, 1984, 1985; Sanoja et al., 1982; Sanoja '& Vargas, 1979, 1983; Evans & Meggers, I960; Cruxent, 1971, p. 32; Cruxent & Rouse, 1963, pp. 42-43).

ОБРАЗ ЖИЗНИ ОХОТНИКОВ БРАЗИЛЬСКОЙ АМАЗОНИИ

Исходя из имеющихся на настоящее время данных, представляется, что бассейн Амазонки остался на обо­чине миграции популяций доисторических охотников севера Южной Америки, Центральной Америки и Кара­ибского бассейна. Тем не менее отдельные группы лю­дей, заселявшие восточное андское предгорье, видимо, доходили до верховья притоков р. Амазонки, например, до рек Мараньон и Напо, о чем свидетельствуют архео­логические стоянки Ла-Кумбре (Перу), Папаллакта и Эль­Инга (Эквадор) {Scbobinger, 1973; Lyncb,1978; Bate, 1983, р. 149). Такие перемещения происходили, вероятно, до появления послеледникового амазонского леса. К этой гипотезе склоняются в своих работах Ван дер Хаммен (1972, 1974, 1982) и Симпсон-Виллемье {Simpson- Vuillemier, 1971), которые предполагают, что в результа­те оледенения амазонский лесной покров вытеснялся растительностью сухих саванн в разные времена в эпо­ху плейстоцена и, в частности, в период между 21 и 12,5 тыс. лет тому назад. Подобные циклические изме­нения меньшего масштаба могли также иметь место в более близкие к нам периоды, например, 4000-2000 лет назад {Bigarella &Andrade,1982; Absy, 1982). В этих ус­ловиях группы древних охотников могли найти более благоприятную окружающую среду в регионе для свое­го жизнеобеспечения.

Правда, в настоящее время имеется мало арехеоло- гических данных, подтверждающих существование этих

охотничьих сообществ. Впрочем, в огромной массе ал­лювиальных отложений бассейна Амазонки скрыто, воз­можно, множество доказательств их переходов, если только такие следы не были уничтожены агрессивным воздействием влажной среды. Следует также учитывать то обстоятельство, что проведенные до сих пор раскоп­ки затронули лишь ничтожную часть этого огромного региона (Meggers, 1982, рр. 485-486). Экспедиция архео­логов под руководством Б. Меджерс (Betty Meggers)из Смитсоновского института выявила на стоянке Прона- папа ракушечный слой, образовавшийся в результате на­копления остатков брюхоногих моллюсков, в верховьях р. Тапажос, где культурный слой достигает толщины 10 м. В верхней части отложения найдены остатки гончар­ных изделий, среди которых украшенные насечками и участками с перекрещивающимися линиями. В восьми нижних слоях керамических изделий нет, а среди най­денных изделий выделены только артефакты из круп­ных костей мамонтов, в их числе - заостренные пред­меты. Обнаружено также каменное производство арте­фактов из грубо обработанных пластин. Это производ­ство напоминает неспециализированные каменные про­изводства, которые, как нам известно, были открыты в северной части Южной Америки.

Хотя пока нет абсолютной датировки, раскопки, про­изведенные близ Абриго-ду-Соль, также выявили прими­тивное каменное производство возраста приблизитель­но 10,4 тыс. лет, что может служить ориентиром возра­ста нижних слоев ракушечного скопления р. Тапажос.

При исследованиях района Пронапапа были откры­ты другие стоянки, где есть нечто похожее на следы огня, но не обнаружены никакие артефакты. Несмотря на их пока неясное значение, выполнены радиоугле­родные датировки на территории провинции Рондония (7,4 - 5,2 тыс. лет), в бассейне среднего течения Амазонки (4,6 тыс. лет) и Рио-Негро (4,1 тыс. лет) (Betty Meggers, личное сообщение, 1985). Если имеющиеся даты, полу­ченные в результате выполнения проекта Пронапапа, упомянутого выше, будут подтверждены, то тезис о су­ществовании в Амазонии древних популяций охотни­ков-собирателей пришел бы в соответствие с уже име­ющимися сведениями, полученными в штатах Мату-Гросу, Минас-Жерайс и других регионах Бразилии, где находки включали фазы Паранаиба и Серранаполис (9 тыс. лет), и Лапа-Вермелья (9,6 тыс. лет тому назад).

БИБЛИОГРАФИЯ

ABSY, М. L. 1982, Quaternary Palynological Studies in the Amazon Basin. In: PRANCE, G. T. (ed.), Biological Diversification in the Tropics. New York. pp. 67-73.

ANDERSON, D. 1974. A Stone Campsite at the Gateway to America. In: ZUBROW, E. et al. (eds), New World Archaeology: Readings from Scientific American. San Francisco.

AVELEYRA DE ANDA L 1964. The Primitive Hunters. In: WAU-CHOPE, R (ed,),Handbook ofMiddleAmerican Indians. Dallas. Vol. l,pp. 384-412. BATE, L. P. 1983. Comunidades primitivas de cazadores recolectores en Sudamerica. In: Historia General de America. Caracas. Vol. 2—I—2—II. BEARDSLEY, R. ct al. 1955. In: WAUCHOPE, R. (ed.), Seminars in Archaeology: 1955. Salt Lake City. (Mem. Soc. Am. Archaeol., No. 11, Vol. 22, No. 2,Part2.).

BELL, R E. 1965. Investigaciones arqueologicas en el sitio El Inga, Ecuador. Quito.

BIGARELIA, J. J.; ANDRADE LIMA D. DE. 1982. The Palaeoclimate and Palaeoecology of Brazilian Amazonia. In: PRANCE, G. T. (ed.), Biological Diversification in the Tropics. New York. pp. 27-40.

BIRD, J. 1938. Antiquity and Migration of the Early Inhabitants of Patagonia. Geogr. J. (New York), Vol. 28, pp. 250-75.

— 1946. The Cultural Sequence in the North Chilean Coast. In: Handb∞k

ofSouth American Indians. Vol. l,pp. 17-24.

BIRD, J.; COOKE, R. 1977. Los artefactos mas antiguos de Panama. Rev. Nac. Cult. (Panama), No. 6.

— 1978. The Occurrence in Panama of Two Types of Palaeoindian Projectile Points. In: BRYAN, A. L. (ed.), Early Man in America from a Circum-Pacific Perspective. Edmonton.

BRYAN, A. L. 1973. New Light on Ancient Nicaraguan Footprints. Archaeology (New York), Vol. 26.

— 1978. An Overview of Palaeoamerican Prehistory from a Circum- Pacific Perspective. In: BRYAN. A. L. (ed,), Early Man in America from a Circum-Pacific Perspective. Edmonton, pp. 306-27.

BRYAN, A L et al. 1978. An Έ1 Jobo’ Mastodon Kill Site at Taima-Taima, Northern Venezuela.

COLLINS, M. B. 1981. The Implications of the Lithic Assemblage from Monte Verde, Chile, for Early Man Studies. In: CONGRESO DE LAUISPP, 10, Mexico. Aetas. Mexico.

CORREAL, G. 1979. Investigaciones en Abrigos Rocosos de Nemocon у Sueva. Bogota.

— 1981. Evidencias culturales у megafauna Pleistocenica en Colombia. Bogota.

CORREAL, G.; HAMMEN, T. VAN DER 1977. Artefactos liticos de las Abrigos Rocosos del Tequendama. Bogota.

COURSEY, D. G. 1976. The Origins and Domestication of Yams in Africa. In: HARLAN, J.; QET, A. M. J. DE; STEMMLER, A. B. L. (cds), Origins of African Plant Domestication. The Hague, pp. 383-408.

CRAWFORD, 1891∙ Neolithic Man in Nicaragua. Am. Geol. (Minneapolis), V0L8,pp. 160-6.

CRUXENT, J.M.1961.Huesos quemados en el yacimien to prehistorico de Muaco, Estade Falcon. Inst. Venez. Invest, Cient., Dep. Antropol. Bol. Inf. (Caracas), No. 2, pp. 20-1.

— 1962. Artifactsof Palaeoindian Type, Maracaibo, Zulia, Venezuela. Arne. Antiq., Vol. 27, pp. 576-9.

— 1970. Projectile Points with Pleistocene Mammals in Venezuela. Antiquity, Vol. 175,pp. 223-6.

— 1971. Apuntes sovre arqueologia Venezolana. In: Arte Prehispanico de Venezuela. Caracas.

CRUXENT, J. M.; ROUSE, I. 1961. Arqueolgia chronologica de Venezuela. Washington, Union Panamericana.

— 1963. Venezuelan Archaeology. New Haven/London.

DEREVIANKO, A. P. 1979. On the Immigration of Ancient Man from the Asian Pleistocene. In: BRYAN, A L. (ed,), Early Man in America from a Circum-Pacifιc Perspective. Edmonton.

DIKOV, N. N. 1978. Ancestors of Paleoindians and Proto-Eskimos Aleuts in the Palaeolithic of Kamchatka. In: BRYAN, A. L. (ed.), Early Man in America from a Circum-Pacifιc Perspective. Edmonton.

DILLEHAY, T. 1981. Early Man in South Central Andes, Monte Verde. In: CONGRESO DE LA UISPP, 10, Mexico. Aetas. Mexico.

ESPINOZA E. J. i976. Excavacionesen El Bosque: informe no. 1. Managua.

EVANS, C.; MEGGERS, B. I960. Archaeological Investigations in British Guiana. Washington. (Smithson. Inst., Bull., 177.)

FLINT, E. 1885. Human Footprints in Nicaragua. Am. Antiq. (Chicago), Vol. 7, pp. 112-4.

GONZALES, A. R. 1952. Antiguo horizonte preceraamica en las Sierras Centrales de la Argentina. Runa (Buenos Ares), Vol. 5,pp. 110-33.

— I960. La Estratigrafιa de la Gruta de Itihuasi (Provincia de San Luis, RA) у sus relaciones con otros sitios preceramicos de Sudamcrica Rev. Inst. Anthropol., Univ. Nac. Cordoba, Vol. 1.

GRLIHN,R, 1976.ANoteonExcavationsat El Bosque,Nicaragua,in 1975. In: BRYAN, A. L. (ed.), Early Man in America from a Circum-Pacific Perspective. Edmonton.

GRUHN, R; BRYAN, A. 1981. A Summary and Implications of the Taima- Taima Mastodon Kill Site, Northern Venezuela. In: CONGRESO DE LA UISPP, 10, Mexico. Aetas. Mexico.

HAMMEN, T. VAN DER. 1972. Changes in Vegetation and Climate in the Amazon Basin and Surrounding Areas during the Pleistocene. Geol. Mijnb. (Dordrecht), Vol. 51, pp. 641 -3.

— 1974. The Pleistocene Changes of Vegetation and Climate in Tropical South America. J. Biogeog. (Oxford), Vol. 1, pp. 3-26.

— 1982. Palaeoecology of Tropical South America. In: PRANCE, G.T. (ed.), Biological Differentiation in the Tropics. New York, pp. 60-6.

HURT, W. R; BLASI, 0.1969.0 projeto arqueologico Lagoa Santa, Minos Gerais, Brasil. Curitiba. (Arq. Mus. Paranaense, 4.).

HURT, W. R.; HAMMEN, Т. VAN DER; CORREAL, G. 1972. Preceramic Sequences in the El Abra Rock, Colombia. Science (Washington), Vol. 175,pp. 1106-8.

KRIEGER, A. 1962. The Earliest Cultures in the Western United States. Am. Antiq., Vol. 28, No. 2, pp. 138-43.

— 1964. Early Man in the New World. In: JENNINGS, J.; NORBECK, E. (eds), Prehistoric Man in the New World. Chicago.

LEROI-GOURHAN, A. 1946. Archeologie du Pacifique Nord. Paris, Musee de ΓHomme.

LYNCH, T. F. 1978. The South American Palaeoindians. In: JENNINGS, J.; FREEMAN, W. H. (eds), Ancient Native Americans. San Francisco.

MATILLO, V. J. 1977. Acahualinca en el panorama arqueologico de Nica­ragua. Managua.

MEGGERS, B. J. 1982. Archaeological and Ethnographic Evidences Compatible with the Model of Forest Fragmentation. In: PRANCE, G. T. (ed,), Biological Differentiation in the Tropics. New York. pp. 483-96.

MfiNDEZ GLΠTERREZ, M. 1984. Puntas de proyectil de Cajibio, Cauca, Colombia. Popayan.

MEYER-OAKES, W. 1974. Early Man in the Andes. In: SUBROW, E. et al. (ed.), New World Archaeology: Theoretical and Cultural Transformation. San Francisco.

— 1981. Early Man Projectile Points and Lithic Technology in the Ecuadorian Sierra. In: CONGRESO DE LA UISPP, 10, Mexico. Aetas. Mexico.

MILLER, w.; LUNDELIUS, E. 1976. The Fossils from El Bosque: A Preliminary Report to Jorge Espinoza. In: ESPINOZA, E. J. Excavaciones en El Bosque: informe no. 1. Managua, pp. 22-9.

MOCHANOV, Y. A 1978. Stratigraphy and Absolute Chronology of the Palaeolithic of Northeastern Asia According to the Work of 1963- 1973 In: BRYAN, A. (ed,), Early Man in America from a Circum-Pacific Perspective. Edmonton, pp. 54-66.

MOLINA L 1985. Wachakaresai: la historia que duerme bajo tierra. Caracas.

MORGANTI, A; RODRiGUEZ, Μ. H. 1983. Cazadores recolectores de Monte Cano, Paraguana, Venezuela.

MOLLER-BECK, H. 1966. Palaeohunters in America: Origins and Diffusion. Science (Washington), Vol. 52, pp. 1191-210.

— 1967. On Migrations of Hunters across the Behring Land Bridge in the Upper Pleistocene. In: HOPKINS, D. M. (ed,), The Behring Landbridge. Stanford, pp. 373-408.

PAGE, W. 1978. Geology of El Bosque Archaeological Site. In: BRYAN, A L (ed), Early Man in America from a Circum-Pacifιc Perspective. Edmonton.

PANTEL, A. 1983. La Hundici6n, Estado Lara, Venezuela: Draft Field and Labor, Report. San Juan, MS. Fundacion Arqueo. Puerto Rico.

PATTERSON, T∙ LANNING, E. P. 1974. Early Man in South America. In: ZUBROW, E. et al. (eds), New World Archaeology: Readings from Scientific American. San Francisco, pp. 44-50.

RODR1GUEZ, Μ. E. 1985. Grupos preceramicos del Noroccidente de Venezuela у su relacion con la Cuenca del Lago de Maracaibo. Rev. GENS,Vol. l,No. 2,pp. 38-53-

ROYO YG0MEZ,J. i956. El CuatemarioenVenezuela.Bol. Geol. Publ. Espec. No. 1, Lexico Estratigrafico de Venezuela (Caracas), pp. 199-204.

— 1960«. Caracteristicas Paleontologicas у Geologicas del yacimiento de vertebrados de Muaco, Estado Falcon, con industria litica humana. Boletin de Geologia Publ. Espec. No. 3: Memorias III. Congreso Geologico Vcnezolano II (Caracas) pp. 501-5.

— 1960b. El Yacimiento de vertebrados Pleistocenes de Muaco, Estado Falcon, Venezuela, con industria humane litica. In: INTERNATIONAL CONGRESS OF GEOLOGY, 21, Copenhagen. Report. Copenhagen. Vol. 14, pp. 154-7.

SALGADO-LABORIU, M. L. 1982. Climatic Change at the Pleistocene Holocene Boundary. In: PRANCE, G. T. (ed.), Biological Differentiation in the Tropics. New York.

SANOJA, M. 1980. Los recolectores tempranos del Golfo de Paria, Estado Sucre, Venezuela. In: CIPECPAN, 8, St Kitts. Aetas, pp. 139-51.

— 1982«. Los hombres de la yaca у del malz. Caracas.

— 1982fo. De la recoleccion a la agricultura. In: Historia General de America. Caracas. Vol. 3.

— 1984. Problemas de la Arqueologia del Noreste de Venezuela. In: Los Problemas de la Arqueologia de America Latina. (Inst. Arqueol., Acad. Cienc. URSS.)

— 1985. Preceramic Sites in Eastern Venezuela. Nat. Geogr. Res. Rep. (Washington, DC), Vol. 18, pp. 663-8.

SANOJA M.; ROMERO, L; RONDON, J. 1982. lnvestigaciones arqueologicas en los Concheros, Guayana, El Bajo у Las Varas, Estado Sucre, Venezuela. Acta Cient. Venez. (Caracas), Vol. 3 3, suppl.

SANOJAM.;VARGAS,1.1979.Antiguas formacionesy modosdeproducion venezolanos. 2nd edn. Caracas.

— 1983∙ New Light on the Prehistory of Eastern Venezuela. In: WENDORF, E; CLOSE, A. (eds), Advances in World Archaeology. New York. Vol. 2, pp. 205-44.

SCHOBINGER, J. 1973. Nuevos hallazgos de puntas ‘Cola de Pcscado’ у consideraciones en torno al origen у dispersion de la cultura de los cazadores superiores Toldenses (Fell I) en Sudamerica. In: CONGRESSO INTERNATIONAL DEGLI AMERICANIST!, 40, Rome, Genova. Atti. Vol. 1, pp. 33-50.

SIMPSON—VUILLEMIER, B. 1971. Pleistocene Changes in the Fauna and Flora 0fS0uth America. Science (Washington),Vol. 173, pp. 771-80.

SNARKIS, M. 1984. Central America: The Lower Caribtean. In: LAN GE, E W.; STONE, D. Z. (eds), The Archaeology of Lower Central America. Albuquerque.

STEWARD, T; NEWMAN, M. 1950. Anthropometry of South American Indians: Skeletal Remains. In: STEWARD, T. (ed,), Handbook of South American Indians. Washington. (Smithson. Inst., Bull, 6.)

VELOZ MAGGIOLO, M. et al. 1982. Las Tecnicas Unifaciales de los yacimientos de El Jobo у sus similitudes con el Paleoarcaico Antillano. Bol. Mus. Hombre Dominicano (Santo Domingo), Vol. 18.

WILLEY, G. 1966. An Introduction to American Archaeology. Vol. I: North and Middle America. New Jersey.

— 1971. An Introduction to American Archaeology. Vol. II: South America. New Jersey.

WILSEM, E. 1964. Flake Tools in the American Arctic: Some Speculations. Am. Antiq, Vol. 29, pp. 338-44.

WORMIN GTON, H. M. 1961. Prehistoric Cultural Stages of Alberta, Canada, In: Homenajes a Pablo Martinez del Rio; 25. Aniversario de la Ediciδn de los Origines. Mexico, DE pp. 163-71.