ПРЕДЫСТОРИЯ СЕВЕРНОЙ АМЕРИКИ

Алан Л. Брайан

Историческая проблема происхождения американ­ской культуры, иными словами, проблема эпохи и об­стоятельств начального заселения Америки, по-прежнему не решена, и поэтому важно уточнить хронологические рамки нашего исследования предыст ории Северной Аме­рики до примерно 5 тыс.

Необыкновенное лингвистическое разнообразие Американского континента (где существует 12 языко­вых семей и гораздо большее число изолированных язы­ковых групп), а также то обстоятельство, что ни один из языков Америки, за исключением эскимосско-алеутско­го, не имеет родства с языками Старого Света, дают ос­нование считать, что возраст этой доисторической эпо­хи уходит корнями в глубокую древность. При том, что по некоторым генетическим признакам (таким, как са­мая высокая в мире распространенность группы крови O-Rh⁺) американские индейцы составляют особую по­пуляцию, им свойственно, тем не менее, большое биоло­гическое разнообразие. Правда, продолжаются споры по поводу определения времени, необходимого для фор­мирования такого разнообразия.

Существуют две модели, примирить которые, види­мо, невозможно, поскольку они основаны на принци­пиально разных предпосылках. Преобладающая в на­стоящее время модель утверждает, что первые амери­канские индейцы при их проникновении в Новый Свет должны были уже обладать прогрессивной техникой позднего палеолита или, возможно, развитого среднего палеолита (мустьерского типа), поскольку они были способны пересечь обширные субарктические терри­тории Сибири и северо-запада Американского конти­нента.

Другая модель исходит из того, что древние люди были изобретательными в приспособлении к климатическим ус­ловиям, поскольку они пользовались огнем и мехом жи­вотных для одежды, имели достаточное количество белка в пище, а их примитивная технология обработки камня вполне могла не выходить за рамки нижнего палеолита.

Согласно преобладающей модели, первые иммигран­ты прибыли в Америку в период между 13-30 тыс. лет назад с учетом того времени, которое могло им понадо­биться для иммиграции с северо-востока Евразии. Сто­ронники противоположной модели не устанавливают ап­риори никаких хронологических рамок, считая, что именно конкретные археологические данные должны преобладать над неподдающимися проверке гипотеза­ми и предварительно заготовленными концепциями по поводу прибытия первых иммигрантов в Америку и до­ставленного ими инвентаря. Было бы правильнее разра­ботать и проверить какую-то гипотезу, с помощью ко­торой можно объяснить имеющиеся данные.

Дебаты по этому непростому вопросу продолжались более века и в конце концов зашли в тупик. Кое-кто ста­вит под сомнение достоверность любой археологиче­ской находки, не укладывающейся в рамки превалирую­щей модели, и ссылается исключительно на материалы, относящиеся к охотникам за крупной дичью, которые использовали усложненные орудия, предполагающие применение прогрессивной техники обработки камня. Скептики утверждают, что подлинно научным может быть только тот подход, который требует применения более строгих критериев надежности ко всем местона­хождениям, которые еще древнее, чем единодушно при­знанные научной общественностью (JDincauze,1984; Owen,1984; Waters, 1985).

Самые древние остатки, которые не вызывают дис­куссии, относятся к сообществу охотников на крупную дичь Северной Америки; они были уже давно идентифи­цированы в нескольких местах забоя гигантских бизо­нов и мамонтов, обнаруженных на территории Великих равнин, с приблизительным возрастом 11,5 тыс. лет. Про­живавшие там охотники сегодня известны под названи­ем классических палеоиндейцев, и наиболее показатель­ные орудия из камня и кости (т.е. тщательно обработан­ные орудия, имеющие типичную форму), характерные для их производства, относят к так называемой культуре Кловиса.

Большинство американских археологов согласны с тем, что доисторические американо-индейские культу­ры развивались независимо от культур Старого Света.

Другим примером чисто эндогенного технического прогресса можно считать керамику'. В обширном райо­не, расположенном к западу от северной части Скалис­тых гор, а также вдоль побережья Тихого океана от Аляс­ки до Южной Калифорнии, гончарные изделия были не­известны. Керамика появилась на Аляске из Азии только

2,5 тыс. лет назад. На нескольких стоянках северной части Южной Америки первые известные нам гончар­ные изделия имеют давность приблизительно 5 тыс. лет. Установлено, что керамика появилась несколько позже в юго-западной части Северной Америки. Специалисты были вынуждены отказаться от гипотез, предполагав­

ших, что керамика распространялась на континенте в результате прямых трансокеанических обменов, после того, как было установлено, что предметы, казавшиеся схожими по стилю, принадлежат совершенно разным эпохам по одну и другую стороны океана. По существу, все археологические данные показывают, что доисто­рические американские индейцы были очень изобрета­тельными народами, которые без всякого импульса из­вне сумели создать оригинальные культуры, адаптиро­ванные к чрезвычайно разнообразным типам окружаю­щей среды Американского континента. Прошлая исто­рия американской культуры может быть осмыслена как многоплановая эволюция, протекавшая путем взаимно­го влияния и адаптации.

В свете современных археологических данных мож­но считать, что эта эволюция, видимо, началась в пери­од позднего плейстоцена. Технический уровень, достиг­нутый при раннем палеолите изготовителями остроко­нечников кловис, жившими в центральной части Север­ной Америки, видимо, был результатом их приспособле­ния к наличию в данном регионе стад крупных млекопи­тающих.

Североамериканские археологи настойчиво стреми­лись локализовать происхождение американской куль­туры в Северной Азии, так как американские индейцы биологически ближе к популяциям Северо-Восточной Азии, чем к любым другим. Отсутствие археологических остатков, которые подтверждали бы присутствие лю­дей на любом из отдельных островов океана в период плейстоцена, позволяет считать обоснованной обще­принятую гипотезу, согласно которой маршрут перво­начальной миграции пролегал из Северо-Восточной Азии в Северо-Западную Америку. Первые пришельцы были, возможно, лучше приспособлены к сравнительно мяг­кому климату' прибрежных районов северной части Ти­хого океана, чем к континентальному климату' внутрен­ней части материка, но совершенно маловероятно, что они обживали Новый Свет, прибывая туда на плавучих средствах через Атлантический или Тихий океаны. Впро­чем, эта сомнительная гипотеза была недавно использо­вана с целью объяснить факт существования в разных местах Южной Америки стоянок, предшествовавших по­явлению приблизительно 11,5 тыс. лет назад культуры кловиса в Северном полушарии. Помимо того, что эти стоянки более ранние, остатки, обнаруженные на не­скольких из них, не имеют никаких признаков родства с орудиями типа кловис. Более того, между ними есть важ­ные различия, которые позволяют предположить, что за это достаточно продолжительное время сформировал­ся ряд независимых культур, соответствующих различ­ным типам окружающей среды.

Подобно тому как это происходило в Северной Аме­рике, несколько предприимчивых групп из числа потом­ков первых пришельцев приблизительно 1.3-11 тыс. лет назад развили в Южной Америке технологические тра­диции изготовления остроконечных бифасов для мета­ния, что отвечало потребностям их реальной адаптации к различным экосистемам (под технологическими тра­дициями мы имеем в виду специальные способы изго­товления определенных предметов, что не следует сме­шивать с культурными традициями, охватывающими це­лый ряд специфических технологических традиций).

Глава 29 имела целью увязать древнюю предысто­рию Северной Америки с историей всего Западного по­лушария, без чего невозможно ее правильное осмысле­ние. Имеющиеся у нас материалы подтверждают тео­рию успешной социоэкономической адаптации охот­ников-собирателей к различным экологическим услови­ям, при том что они были пользователями орудий в смыс­ле применения ими набора примитивных, но легко пе­реносимых орудий универсального назначения - это были многочисленные нуклеусы и резцы, в то время как орудий ограниченного назначения было мало. Мате­риальная культура индейцев низменностей Южной Аме­рики, в которой в основном отсутствовали производства изделий из камня, заставляет’ считать, что основная часть предметов из инвентаря их предков была изготовлена из органических материалов - древесины, коры, расти­тельных волокон, кожи, жил, перьев и т.д., которые не оставили никаких видимых археологических следов, за исключением тех мест, где существовали наилучшие условия для их сохранности. Возможно, что некоторые из этих орудий соответствовали высокоразвитой тех­нологии, однако в целом выжили и могут изучаться толь­ко предметы из камня и иногда - из кости.

Как и в обширных регионах Восточной Азии и Авст­ралии, производство каменных орудий с односторон­ней обработкой имело тот общий уровень развития, ко­торый в Древнем Мире связывают скорее с поздним, чем с нижним палеолитом. По историческим причинам эта терминология не используется в применении к доисто­рической Америке, с тем чтобы избежать каких-либо предположений о глубочайшей древности.

В Северной Америке первый комплекс технических традиций, признанный всеми археологами, получил наи­менование культуры кловиса (Haynes, 1980) (рис. 85). После того как в изученных археологических слоях, ле­жащих ниже слоя кловиса на Великих Равнинах, не были обнаружены никакие иные производства, где бы исполь­зовался метод двусторонней оббивки, то поиск предше­ственников этой технологии привел к предположению, что каждое типичное (т.е. отличимое и легко идентифи­цируемое) ископаемое орудие является как бы «фирмен­ной маркой» определенной культурной группы. Хотя твер­до установленные места типа кловис для забоя скота были найдены только на Великих Равнинах и в соседних райо­нах, имевших в прошлом аналогичную окружающую сре­ду, обычно считается, что те наконечники, которые по своей форме и размеру могут быть отнесены к типу кло­вис, были все изготовлены одной и той же культурной группой, преследовавшей стада крупных млекопитающих через вест континент от побережья до побережья. Эти допущения лежат в основе господствутощей модели, со­гласно которой Америка сначала была заселена охотника­ми палеоиндейского типа, которые в процессе адаптации уступили в дальнейшем место охотникам-собирателям.

(Иначе говоря, во всей Северной Америке стадия специа­лизированных палеоиндейских охотников предшество­вала стадии, именуемой архаической, где хозяйственная организация была основана не только на охоте, но и на собирательстве.) Между тем одно из этих предположе­ний (что все наконечники кловис изготовлены одной и той же культурой) было недавно раскритиковано и опро­вергнуто (Young &Bonnichsen, 1985). Эксперименты по реконструированию орудий показали, что популяции штатов Монтана и Мэн использовали очень разные про­дукты раскалывания камня, которые археологами опре­делены как выемчатые наконечники кловиса (исходя из их формы и наличия выемок).

Рис. 85.Наконечники, относящиеся к древним североамериканским культурам: слева — наконечник культуры кловиса из шта га Аризона; справа - наконечник культуры фолсома из Колорадо (по C⅛κΛrj)

То обстоятельство, что существует явное различие между технологиями обработки камня для изготовления выемчатых наконечников, имеющих схожую форму и размеры, безусловно, означает, что до появления нако­нечников кловиса в различных регионах Северной Аме­рики существовало несколько местных производств. Оче­видно и то, что распространение крупных выемчатых наконечников, которые были первыми бифасами для ме­тания, найденными в северной части континента, больше связано с распространением идей, относящихся к стили­стическим представлениям и приемам крепления к сна­ряду, чем с передвижениями населения. Если мы хотим прояснить культурные процессы, которые действитель­но происходили в некоторых зонах, нам следует предва­рительно идентифицировать технические традиции не­зависимо от принятых определений, вместо того чтобы просто декларировать существование культур или куль­турных традиций, реальность которых не доказана.

В настоящем исследовании термин «археолитиче- ский» используется для обозначения остатков жизнедея­тельности людей во многих местах Северной Америки до изобретения метательных снарядов из обработанно­го камня в «кайнолитическую» фазу. Существование та­кой археолитической фазы оспаривается большинством археологов Северной Америки. Одна из главных причин скептицизма, который они проявляют каждый раз, когда кто-то настаивает на существовании более древних ос­татков, состоит в том, что они цепляются за устарев­шую модель, согласно которой первые обитатели Аме­рики вели хозяйство, основанное преимущественно на охоте за крупной дичью, и что именно этот вид хозяй­ственной деятельности распространился во всех регио­нах континента. При этом предполагается, что они смог­ли приспособиться к местным экосистемам позже, ког­да исчезло большое количество видов ранее многочис­ленных стадных млекопитающих. Однако факт наличия остатков, свидетельствующих в пользу существования археолитической фазы, легче понять, если согласиться с многоплановой схемой эволюции, согласно которой иммигранты с новыми подходами, проникая в какую-то экосистему, где с ними не может соперничать ни одна другая группа, могут изменять и приспосабливать свои базовые технические приемы с целью эксплуатации до­ступных пищевых ресурсов и местных материалов.

СЕВЕРО-ЗАПАД СЕВЕРНОЙ АМЕРИКИ

Самые древние американские стоянки должны были бы находиться на Аляске и Юконе. Между тем обнару­женные по настоящее время находки в той части Вос­точной Берингии, где не было оледенения, могут лишь разочаровать нас. Хотя перманентно промерзающая почва может превосходно сохранять органические ос­татки, которые не хранятся в нормальных условиях, но существующие в этом регионе вечная мерзлота и другие геологические факторы крайне затрудняют попытки най­ти в плейстоценовых отложениях неповрежденные ар­хеологические остатки. В сочетании с солифлюкцией, т.е. медленным передвижением почв и рыхлых грунтов под влиянием попеременного протаивания-промерзания и силы тяжести, вечная мерзлота быстро приводит к обна­жению холмов и заполнению долин коллювиальными и аллювиальными отложениями. Часто также пригодные к обитанию пещеры разрушались землетрясениями.

Главная же трудность состоит в том, что некогда широкий Берингов перешеек и более узкие полосы кон­тинентального шельфа Тихого океана сегодня недоступ­ны из-за того, что покрыты морем. Именно поэтому нет археологических данных, которые могли бы подкрепить вполне логичный тезис о ранней адаптации человека к среде морского побережья. По всей вероятности, пер­вые иммигранты благодаря временному потеплению сначала приспособились к субарктическому климату Си­бири, а затем, сами того не подозревая, проникли на ны­нешний Американский континент, следуя вдоль южного побережья Берингии. Недавние исследования, обобщен­ные Грюном (Gruhn, 1989), свидетельствуют о том, что 60-50 тыс. лет назад климат Аляски был теплее нынеш­него, а уровень моря был достаточно низким для пере­хода от одного континента к другому. Вероятнее всего, первые иммигранты расширяли свою территорию к во­стоку, на Аляску, именно во время этого теплого проме­жуточного периода, а не в более позднее время, когда на заключительных фазах последнего ледникового перио­да климат снова стал суровее.

Вполне возможно, что эти первые группы пришель­цев приспособили свое существование, основанное на охоте и собирательстве, к жизни в условиях сравнитель­но умеренного климата северного побережья Тихого океана, богатого ресурсами, продолжая при этом вести сезонную охоту на крупных стадных млекопитающих нескольких видов (в том числе бизонов, лошадей, ма­монтов и сайгаков) на внутренней территории. Со вре­менем некоторые из них, скорее всего, прочно обосно­вались на этой территории, где они добывали много мяса, которое зимой быстро замораживалось, и даже могли извлекать из желудков травоядных полупереваренную растительную пищу для себя. Небольшой группе людей должно было хватать одного-двух мамонтов на всю мо­розную зиму. Снег и лед в изобилии давали воду тем, кто умел разжигать и поддерживать огонь и использовать навоз травоядных в качестве топлива. Было нетрудно соорудить себе убежище из костей и шкур крупных жи­вотных. Можно было также изготавливать одежду из шкур, раскраивая их заточенными отщепами и сшивая жилами с помощью примитивных шильев из окаменев­ших рыбьих костей. Совсем необязательно было иметь

СЕВЕРНАЯ двусторонне обработанные орудия для метания или тща­тельно отделанные ножи: деревянные копья, оснащен­ные острыми осколками костей и даже простыми ка­менными отщепами, не подвергшимися обработке, дол­жны были вполне устраивать их. Эти группы смекалис­тых первопроходцев умели загонять животных к при­брежным скалам или к расщелинам и трещинам во льдах. Фактически животные, по неосторожности попадавшие в эти природные ловушки, также могли быть достаточ­ным источником провианта, и поэтому иногда, вероят­но, можно было обходиться и без охоты.

Эта модель, исходящая всего лишь из одного предпо­ложения (о том, что первые пришельцы быстро и под­робно изучили новую экосистему и определили спосо­бы ее эксплуатации), никак не менее убедительна, чем общепринятая теория, согласно которой они не смогли бы выжить в Берингии, не обладая высокоспециализи­рованной технологией обработки камня. Эта модель позволила бы объяснить присутствие на всем Американ­ском континенте, включая восточную часть Берингии, многочисленных скоплений разнообразных примитив­ных орудий, изготовленных из долговечного материала. Даже в гораздо более поздние доисторические эпохи люди, жившие в глубине Аляски и Юкона, обладали толь­ко простейшей технологией обработки камня, но у них были очень тщательно сделанные орудия из кожи, дере­ва, кости и оленьего рога (Leblanc, 1984).

Самые древние выполненные человеком предметы, найденные в Америке, возраст которых смогли опреде­лить радиоуглеродным мегодом, были обнаружены в до­лине р. Олд-Кроу на севере территории Юкон, на край­нем северо-западе Канады. Находка в 1966 г. изделия из берцовой кости оленя-карибу - концевого скребка, вме­сте с окаменелыми костями мамонта и других исчезнув­ших видов плейстоценовых животных, вызвала интен­сивные поиски других орудий в еще не нарушенных сло­ях, после того как апатиту, из которого извлекли скре­бок, определили дату в 27 тыс. лет. Позже минерализо­ванные кости мамонта и других животных, разбитые еще в свежем состоянии около 35 тыс. лет назад, нашли на эродированной почве (сообщение Schweger С.,1987). Все эти кости лежали вне первоначального местонахож­дения; никаких ретушированных каменных артефактов не было найдено вместе с костями, носящими следы вме­шательства.

Скептики утверждали, что кости из Олд-Кроу могли быть раздроблены, разрублены, отполированы, в них по­лучились грани и выемки естественным путем, хотя по­пытки воссоздать эти естественные факторы не дали по сей день никаких убедительных подтверждений. Еще один тщательный анализ находок, проведенный с учетом воз­можных изменений первоначальных естественных усло­вий, привел к заключению, что невозможно ни доказать, ни опровергнуть предположение о том, что на этой древ­ней территории жили люди. Однако коллаген, полученный из нескольких найденных на других стоянках костей, ко­торые, казалось, были намеренно многократно разрубле­ны или рассечены, был датирован методом каталитиче­ской масс-спектографии между 45 и 25 тыс. лет - време­нем, соответствующим относительно теплой промежу­точной фазе, предшествующей последнему холодному пе­риоду (Marian, 1986).

По иронии судьбы определенный недавно с по­мощью ускорителя частиц возраст скребка из берцовой кости, с которого начались эти продолжительные иссле­дования, был сведен к 1350 годам тому назад (сообщение Ричарда Морлана, 1986), поэтому оказывается, что ни один из ранее датированных артефактов из косги не яв­ляется специально сделанным орудием. Многие археоло­ги сомневаются в достоверности открытий Олд-Кроу на том основании, что их нельзя отнести к какому-либо ис­копаемому или какому-либо культурному нетронутому ме­стонахождению. И все же датированные кости, обрабо­танные человеком, представляют собой конкретный факт, который нельзя игнорировать.

На северо-западе Американского континента пластин­ки, отделенные от нуклеусов, являются единственными характерными орудиями, относящимися к технологии, происхождение которой с уверенностью относят к Севе­ро-Восточной Азии. Данная технология, следы которой обнаружены в позднепалеолитических местонахождени­ях всей этой азиатской части, датируется в Восточной Сибири периодом 35-11 тыс. лет тому назад (Mochanov, 1978). Очевидно, она появилась в восточной части Бе­рингии к концу плейстоцена примерно до 14 тыс. лет тому назад - до того, когда Берингов перешеек оказался окончательно затопленным. Нуклеус для изготовления пластин был обнаружен в пещере Блюфиш к югу от Олд- Кроу, в самом древнем первичном археологическом кон­тексте восточной Берингии.

В той же зоне нашли резец, отходы от резца, отбой­ник и осколки кремня, а также многочисленные кости и рога горных баранов и карибу, которые кажутся обра­ботанными (обтесанными, обструганными, рассечен­ными). Обработанные кости мамонта и лошади, най­денные в этой же зоне, показали радиоуглеродную дату 23-15 тыс. лет тому назад, указывающую на то, что пе­щеру могли занимать во время последнего ледникового максимума (сообщение Cinq-Mars J. &Morlan, 1987). Хотя большие пластины и резцы были обнаружены в ранних местонахождениях на юге области континен­тальных ледников, долгое время после схода этих лед­ников пластинки из нуклеусов оставались там неизвест­ными. Показательно, что кловисские охотники никогда не использовали пластинок, поэтому можно предполо­жить, что технология, которую они применяли, не при­шла к ним непосредственно из Берингии, как это часто предполагают. Вскоре после этой последней фазы засе­ления степной тундры Берингии центра Аляски и Юкон вновь покрылись более влажной кустарниковой тунд­рой, появление которой сопровождалось быстрым упад­ком мегафауны позднего плейстоцена.

Не все самые древние по датам (около 11 тыс. лет) стоянки центральной Аляски содержат пластинки, но на некоторых присутствуют крупные пластины, резцы и тонкие треугольные остроконечники для метания. Но с

10,5 тыс. лет пластинки уже очень распространены. Ос­троконечники явно отличаются от более древних си­бирских острий в форме ивового листа, и если некото­рые и были утончены у основания, они лишь отдаленно похожи на настоящие выемчатые наконечники. Послед­ние обнаружены на Аляске и Юконе, но их никогда не доставали из четко датированных слоев (Clark, 1981). Только один усеченный выемчатый наконечник, очень схожий со многими образцами Аляски, обнаружен в уров­не, относящемся к 10,5 тыс. лет тому назад, в пещере Чарли-Лейк на северо-востоке провинции Британская Колумбия il laclmark et al., 1988). Именно такой усечен­ный вариант часто встречается на востоке Скалистых гор, в северо-восточной части провинций Британская Колумбия и Альберта. Вероятно, выемчатые наконечни­ки использовались теми группами людей, которые, рас­ширяя свою охотничью территорию на северо-запад, перешли через восточные склоны Скалистых гор и до­стигли центра Аляски вскоре после схода ледников с се­веро-восточной части Британской Колумбии и юга Юко­на. Тонкие треугольные наконечники могли появиться на свободной от ледников центральной Аляске до того, как выемчатые наконечники проникли туда с юга.

Возможно, что традиция применения выемчатых наконечников распространилась с первой волной пере­мещения равнинных охотников на бизонов в сторону

северных районов, ранее покрытых ледниками, но более убедительные следы первого заселения этих недавно ос­вобожденных от оледенения территорий встречаются во­сточнее и немного позже. Наконечники в форме ивового листа, типа тех, которые были найдены в Агатовом бассей­не, появились на западе Гудзонова залива в дистриктах Маккензи и Киватин около 8 тыс. лет тому назад (Wright, 1981). Возможно, что первые люди, использовавшие эти наконечники, охотились на стада карибу, перемещавшие­ся на северо-восток по краю отступающего ледника.

Те люди, которые около 10 тыс. лет тому назад охо­тились на бизонов на высоких равнинах штата Вайо­минг, а некоторое время спустя оказались на юге Аль­берты, сменили выемчатые наконечники на наконечни­ки Агатового бассейна и другие черешковые наконеч­ники (эти орудия имеют общее название - острия Пла­но и относятся к традиции черешковых орудий) (Bryan, 1980). Как мы увидим позже, в Большом Бассейне, на западе от Скалистых гор, такие острия датируются воз­растом 11 тыс. лет или больше. Конечно, это распрост­ранение на северо-восток не является результатом пе­ремещения одного какого-либо племени охотников Большого Бассейна, отправившегося на высокие равни­ны, затем далее к северу; это скорее произошло от того, что среди местных групп охотников распространилась технология изготовления эффективных острий для ме­тания, которые могли вставляться в древко.

Остроконечники с боковыми выемками,которые можно было плотнее привязать к древку, 8 тыс. лет тому назад начинали уже вытеснять острия Плано на юге про­винции Альберта. Эта технологическая традиция быст­ро распространилась на северо-запад, так как около 7 тыс. лет назад появилась в западных районах Аляски.

В то же время к западу от Скалистых гор можно про­следить за продвижением на юг традиции микропластин, появившейся из Северо-Восточной Азии. К 6600 лет тому назад она проявилась в свободной от ледников централь­ной части Британской Колумбии, где микропластины бу­дут производить до 4 тыс. лет назад. На побережье Бри­танской Колумбии (в Наму, возле г. Белла-Белла) присут­ствие пластинок обнаруживается с 9700 лет назад, что может доказывать, что эта традиция сначала укоренилась на северо-западном побережье, а затем уже распростра­нилась на плато Британской Колумбии (Fladmark, 1982).

Нынешнее повсеместное распространение атапаскских (атабаскских) языков во внутренних территориях Аляски и на северо-западе Канады наводит на мысль, что первые поселенцы, которые после таяния льда вновь проникли на север Британской Колумбии, говорили на этих языках. Вполне вероятно, что они принесли туда микропластиноч- ную технологию; нет, однако, возможности доказать нали­чие непосредственной связи между распространением этих языков и распространением пластинок, так как жители северо-западного побережья говорят большей частью на других языках, не являющихся родственными атапаскским. Очевидно, технология микропластин ис­пользовалась группами людей, говорящими на разных языках. Богатое производство микропластин появляется на изолированных островах архипелага Королевы Шарлотты между 7,4 и 5,5 тыс. лет назад (Fladmark, 1982). Эти острова были только частично покрыты льдом, ко­торый стаял большей частью к 12 тыс. лет тому назад. Из этого следует, что народ хайда, населяющий о-ва Ко­ролевы Шарлотты, образуют языковую группу, которую нельзя отнести ни к какой другой, так как они уже засе­ляли острова, когда большая часть Британской Колум­бии еще была покрыта льдом. Простая оббитая галька и артефакты из отщепов были найдены в отложениях на побережье; их возраст определить нельзя, но они сви­детельствуют об очень раннем заселении этих остро­вов (Fladmark, 1982).

Микропластины привлекают наше внимание, пото­му что они позволяют проследить распространение ха­рактерной для Северо-Восточной Азии технологии на северо-запад Америки во время переходной фазы между плейстоценом и голоценом; однако пластинки являются только одним из элементов инвентаря, используемого различными популяциями, а не отличительной особен­ностью распространяющегося народа. Применение мик­ропластинок, полученных из специальных нуклеусов, продолжалось в течение многих тысячелетий внутри субарктической зоны, от центральной Аляски до Гудзо­нова залива (Clark,1981; Wrigth, 1981). Микропластины, микрорезцы и небольшие черешковые наконечники для метательного оружия были, таким образом, характер­ными элементами микролитической традиции Арктики, которая быстро распространилась на восток охотника­ми, специализировавшимися на морских млекопитаю­щих и карибу. Эти охотники стали первыми обитателя­ми островов канадского крайнего севера и Гренландии около 4 тыс. лет тому назад (Hickey, 1986). Миграция спе­циализированных охотников служит основой предло­женной учеными модели для первоначального заселе­ния умеренной зоны Северной Америки. Расширение арктической культуры - это первый пример в Северной Америке, когда комплекс производственных традиций явно связан со специализированной культурой, которая может быть четко определена в пространстве и време­ни, поскольку распространялась на девственной терри­тории в результате быстрой экспансии.

Присутствие листовидных или черешковых мета­тельных остроконечников, относящихся к традиции на­конечников Большого Бассейна, показывает, что посе­ленцы, вновь заселившие после таяния ледников южную часть Британской Колумбии, пришли с юга. Наконечни­ки с черешком использовались уже 9 тыс. лет тому на­зад на стоянке Милликен близ Хеллс-Гейта, на линии по­рогов р. Фрейзер. Ножи с двусторонней ретушью, скреб­ки, пластины, клевцы, оббитая галька и пестики были необходимыми орудиями для охоты, собирательства и рыболовства в этом исключительно богатом рыбой мес­те (Fladmark, 1982). С самого начала постледниковой эры ловля лосося стала, по-видимому, одним из сезон­ных занятий полуоседлых групп охотников, периоди­чески переходивших то в места рыболовства, то в мес­та, где они могли собирать ягоды и коренья. Эти популя­ции занимали горные районы Британской Колумбии, в то время как палеоиндейские охотники на бизонов бро­дили еще по Великим Равнинам, но окружающая среда предлагала им вместо ставших редкими кочующих стад другие разнообразные пищевые ресурсы. Таким обра­зом, их хозяйственная деятельность не была слишком специализирована.

Самая древняя датированная стоянка на северо-за­падном побережье (Манис Мастодон) находится на по­луострове Олимпес на северо-западе штата Вашингтон, где гора Олимпес возвышается над проливом Хуан-де- Фука и островом Ванкувер (Gustafson et al., 1979). При­мерно 12 тыс. лет назад мастодонт нашел там свою смерть недалеко от ледника. Острая кость, глубоко вре­завшаяся в один из позвонков животного, сначала заста­вила предположить , что животное было убито охотни­ками, но рентгенографический анализ показал, что рана зарубцевалась еще при жизни животного. На многих ко­стях были следы надрезов, а череп был раздроблен. Тща­тельные поиски дали один галечный отщеп, но самым убедительным признаком человеческого присутствия на этом местонахождении стала находка двух фрагментов бивневой эмали - на одном обнаружены следы скобле­ния и обтесывания, а на втором, подобном первому, нет никаких следов вмешательства (сообщение С. Gustafson). Даже если охотники напали на этого мастодонта, нет

доказательств, что они его забили, а не использовали части уже мертвого животного.

История развития знаменитой культуры северо-за­падного побережья, эффектной по художественному стилю и сложной по социальной иерархии, остается сла- боизученной, так как обнаружено мало предметов, от­носящихся к периоду между 7 и 5 тыс. лет тому назад - времени, когда появляются первые скопления раковин. Маловероятно, что жившие здесь люди до той поры не пользовались таким важным пищевым ресурсом. Веро­ятно, сложное взаимодействие между эвстатическим повышением уровня моря и изостатическим восстанов­лением освобожденных от ледников земель достигло равновесия только около 5 тыс. лет назад, после чего появились отложения раковин.

Прибрежные жители всегда употребляли в пищу ло­сосевых и других рыб, морских и наземных млекопита­ющих, а также имевшиеся в изобилии ягоды; есть надеж­да найти более ранние, чем 5 тыс. лет тому назад, архео­логические следы, которые могли бы показать возраста­ющую технологическую и социальную сложность жиз­ни людей.

Первый очевидный показатель появления социальных классов был обнаружен в Наму и датируется 4,5 тыс. лет. Здесь около скелетов, находящихся в согнутом положе­нии, окружающих предметов было немного, в то время как вытянутое положение трупа сопровождалось гораз­до более богатым окружением артефактов. С этого вре­мени на северо-западном побережье обнаруживается все больше местонахождений и они становятся более об­ширные, что свидетельствует о быстром росте числен­ности населения. Между 4500 и 3000 лет назад появляет­ся много артефактов нового типа, среди них - клинья из оленьих рогов, топоры из отшлифованного камня и дру­гие орудия для работ по дереву, а также тщательно вы­полненные декоративные изображения на кости и камне. В этот период по заимствованиям из разных культур вид­но, что, войдя в широкую сеть торгового обмена, сложив­шуюся в Северной Америке, эти популяции остались все же верны своим собственным культурным традициям, о чем свидетельствует развитие региональных художе­ственных стилей (Fladmark, 1982).

КОЛУМБИЙСКОЕ ПЛАТО

Хотя ледниковое покрытие никогда не доходило до более открытого полуаридного Колумбийского бассей­на в восточной части штата Вашингтон, все низкие зем­ли периодически затоплялись водными потоками из лед­ников, которые образовали огромные озера на прито­ках р. Колумбия на западе штата Монтана. Последнее наводнение - около 13 тыс. лет тому назад - унесло или глубоко зарыло в землю следы первых поселений. Под этими отложениями было найдено мало артефактов, обработанных, вероятно, рукой человека. Самое древ­нее свидетельство нового заселения - скопление возле Уинейтчи, в котором находились кловисские остроко­нечники, лежащие на вулканическом пепле от изверже­ния вулкана Глейшер-Пик, произошедшего 11,25 тыс. лет тому назад (Mebringer &Foit, 1990). Некоторые следы нового заселения, среди них и остатки скелетов людей, обнаружены в отложениях возраста 10 тыс. лет в скаль­ном укрытии Мармес возле слияния рек Снейк и Колум­бия (Bryan, 1980). Обитатели этого укрытия использо­вали маленькие костяные иглы с ушком, а также череш­ковые остроконечники, похожие на найденные на сто­янке Милликен в каньоне р. Фрейзер в Британской Ко­лумбии. В Линд-Кули, в самом сердце бассейна р. Ко­лумбия, группа людей, около 9 тысячелетий тому назад охотившаяся весной на бизонов, использовала похожие черешковые наконечники для копий, любопытные сер­повидные орудия из отщепов, концевые и боковые скреб­ки, точила и костяные зазубренные наконечники. Мо­жет быть, та же группа людей осенью била лососей с помощью гарпунов с зазубренными наконечниками из кости или оленьего рога на линии порогов р. Колумбия, в местности под названием Даллес в штате Орегон. Они применяли также шары-бола и черешковые наконечни­ки, пластины и резцы из отщепов. Обилие гематита и костей бакланов, орлов, грифов и кондоров может сви­детельствовать о ритуальном использовании красного пигмента и украшений из перьев. Возможно, что эти люди сезонно перебирались в горы, чтобы копать там коренья и собирать ягоды. Эти древние люди уже имели эффективную хозяйственную организацию, основанную на годовых перемещениях; такая практика сохранилась до XX в. у индейцев плато.

В южной части штата Айдахо, к северу от р. Снейк, главного южного притока р. Колумбия, люди поселились в пещере Уилсон Бьют в конце плейстоцена. В отложе­ниях возраста 15-14тыс. лет (Grubn, 1961, 1965) нашли пластину, резец из отщепа, небольшой толстый бифас, разрубленные кости верблюда и лошади. Наконечники с черешком или в форме ивового листа встречаются в дру­гих горизонтах. Они не имеют абсолютной датировки, но относятся к более поздней эпохе, во время которой верблюды еще не исчезли. Углеродный анализ показал, что пещера Уилсон Бьют является одной из самых древ­них стоянок Северной Америки; в ней обнаружены са­мые древние орудия с двусторонней ретушью. Стоянка показала также, что к югу от материковых ледников уже были известны большие пластины и резцы, и что эти орудия не были внесены с микропластинами из Сибири во времена заключительного плейстоцена.

БОЛЬШОЙ БАССЕЙН

Традиция черешковых наконечников (рис. 86) заро­дилась южнее - в географической области Большой Бас­сейн, в настоящее время аридной. Этот регион в эколо­гическом отношении отличается от Колумбийского пла­то в основном тем, что там не было регулярной и обиль­ной миграции лосося, поэтому в этом обширном районе с внутренним стоком не находят следов зимних поселе­ний. Различия между двумя экосистемами больше про­явились в плейстоцене, когда обильные осадки создали в Бассейне многочисленные пресноводные озера, иногда обширные и глубокие, но чаще поверхностные и боло­тистые. Большой Бассейн был, безусловно, в ту эпоху одним из самых богатых мест проживания во всей Се­верной Америке: в нем изобиловала рыба, водоплаваю­щая птица, крупные млекопитающие, а также было мно­го съедобных семян и болотных растений. В конце плей­стоцена возрастающая аридность снизила продуктив­ность этого района, но очень рано установилась прак­тика, которая продлилась до XX в., - совершать сезон­ные перемещения от берегов рек до поселений, устроен­ных на высоких местах, чтобы охотиться на баранов, проходя через богатую сосновую зону.

В пещере Форт-Рок, расположенной в небольшом озерном бассейне в центре южной части штата Орегон, самый низкий горизонт был датирован 13,2 тыс. лет по материалу из очага вместе с коротким черешковым на­конечником и грубым наконечником с вогнутым осно­ванием. Эти самые древние датированные в Северной Америке орудия для метания соседствовали с 11 издели­ями на отщепах нетипичной формы и пестиком, пока­зывающим, что злаковые входили в пищевой рацион оби­тателей пещеры (Bedwell, 1973). Более высокие уровни содержали тщательнее обработанные черешковые на-

конечники. На нескольких других стоянках Бассейна были найдены относительно простые каменные и кос­тяные орудия и кости животных исчезнувших видов, но не было мест забоя крупных млекопитающих, связан­ных с характерными метательными наконечниками, как это было западнее на Великих Равнинах. Такие места могли, конечно, существовать, но эти и другие наблюде­ния приведут к выводу, что первые обитатели Большого Бассейна не специализировались на охоте на крупных млекопитающих, как их современники на Равнинах, и что их хозяйство основывалось скорее на разнообраз­ной деятельности вокруг дождевых озер, а также - в не­которые сезоны - в наиболее продуктивных зонах в ок­ружающих горах.

Конечно, остроконечники культуры Кловис с выем­ками присутствуют, особенно на юге Айдахо и на западе Большого Бассейна, но их тоже соотносят с озерным хозяйствованием, а не с местами забоя мамонтов.

Оказалось невозможным определить культурные и хронологические соотношения между остроконечника­ми с выемками и с черешком в Большом Бассейне - пер­вые редко обнаруживались в контекстах, датированных углеродным методом, и находились только в местона­хождениях возрастом менее 9 тыс. лет (Bryan, 1988). Когда на одной стоянке находят оба вида наконечников, как на стоянке Дьсц на юго-востоке штата Орегон, они входят в отдельные комплексы, следовательно, исполь­зовались в разные эпохи и/или различными группами (сообщение Judy Willig, 1986, 1987).

Так как было установлено, что на Великих Равнинах наконечники с выемками более древние, чем наконеч­ники с черешком, то обычно предполагают, что вторые произошли от первых, и что эта эволюция могла про­изойти на Равнинах. Но нельзя забывать о предположе­нии, что черешковые наконечники получили свое раз­витие в Большом Бассейне, а оттуда их использование распространилось на Равнины (Bryan, 1980). Защищая общепризнанную модель, согласно которой выемчатые наконечники повсюду самые древние, обходят молча­нием находку в гроте Форт-Рок наконечника с череш­ком, возраст которого определен в 13 тыс. лет, а также находки в других местонахождениях наконечников бо­лее древних, чем острия КЛОВИС, или современных им. Присутствие черешковых наконечников в уровнях про­живания во многих местах, датированных между 13 и 10 тыс. лет, - это возможность того, что данные орудия получили развитие в Большом Бассейне совершенно не­зависимым образом как местная адаптация к богатой окружающей среде в этом районе в конце плейстоцена (Bryan, 1988).

Кроме пещеры Форт-Рок надо отметить пещеру Смит- Крик на западе Невады, которая интенсивно заселялась и дала несколько углеродных дат между 12 и 10 тыс. лет тому назад, определенных по древесине и древесному углю из отложений, в которых нашли черешковые наконечники, скребки на отщепах и остатки парнокопытных, бизонов и шерсти верблюдов (Bryan, 1979). Так как сами верблюды или бизоны не могли войти в недоступный для них грот, остается предположить, что их шерсть осталась от обра­ботки шкур. Некоторые ученые (например, Thompson, 1985) считают, что образцы древесины и древесного угля возраста более 11 тыс. лет должны считаться слишком ста­рыми по многим причинам, главная из которых - то, что обитатели грота могли использовать для поддержания огня ископаемый уголь, залегающий в пустыне уже тысячи лет. Чтобы рассмотреть эту возможность, датировали образ­цы шерсти методом каталитической масс-спектографии. Результаты подтвердили данные, полученные для древеси­ны и древесного угля (Bryan, 1988).

На северо-западе Невады шерсть от быков и волосы человека были найдены в пещере Хендпринт вместе с

Рис. 86.Наконечник с квадратным основанием из пещеры Хендп­ринт, штат Невада (С Ш А) (по Вгоит)

наконечником с квадратным основанием (рис. 86). Дре­весный уголь был отнесен к 10,7 тыс. лет тому назад.

Все эти данные указывают, что в Большом Бассейне наконечники с черешком использовались как во время, так и до периода 11,5-10 тыс. лег тому назад, когда выем­чатыми наконечниками пользовались на Великих Равни­нах, а также в зонах с похожей окружающей средой к западу от линии континентального раздела, при охоте на стадных млекопитающих. Не исключено, что некоторые охотники с Равнин, изготавливавшие выемчатые нако­нечники, после исчезновения мамонтов переместились к Большому Бассейну, чтобы там использовать ресурсы ок­ружающей среды с дождевыми озерами; возможно так­же, что туземные группы просто приняли технику креп­ления выемчатых острий на рукоятку, снабдив их череш­ком. Более тщательный анализ техники обработки мог бы в этом случае ответить на вопрос (как это было при исследовании кловисских острий из штата Мейн и остро­конечников из штата Монтана, когда определили, что они были сделаны различными культурными группами).

Культурная адаптация к влажной среде во время пере­ходного периода от плейстоцена к голоцену известна под названием «Традиция дождевых озер Запада»; она про­держалась до высыхания озер 7 тыс. лет тому назад (Bedwell, 1973). Некоторые потомки этих популяций адап­тировались к уменьшению ресурсов района, вызванному менее благоприятным пустынным климатом голоцена, в то время как другие ушли в более благоприятные для жиз­ни места.

До изобретения наконечников для метания богатые плейстоценовые экосистемы Большого Бассейна дава­ли человеку прекрасные условия для проживания. Хотя (к удовлетворению скептиков) существование более древ­них поселений не было доказано, известны многие от­крытые стоянки, часто по береговой линии бывших прес­ных озер, где на поверхггости находят скопления изде­лий. Некоторые из этих скоплений содержат небольшие орудия с двусторонней оббивкой, на других находят толь­ко предметы с односторонней обработкой - возможно, что технологическое развитие популяций Бассейна ха­рактеризуется переходом от производства односторон­них орудий к изготовлению бифасов. Большинство этих рассыпанных по поверхности местонахождений лежат на пустынной, выдуваемой ветром породе, где нет дре­весного угля для определения даты. Поэтому лишь очень немногие из них стали объектами экспериментальных раскопок, так как предполагается, что в основном из-за дефляции (разрушения рыхлых горных пород и почв под действием ветра. - Прим. pe∂Jвсе объекты оказа­лись на одном уровне. Все же некоторые стоянки, те,

которые кажутся непотревоженными со времени ухода их обитателей, могут прояснить некоторые характер­ные черты этой культуры.

Одна из раскопанных поверхностных стоянок - Ист- Рим - дала 18 типов обработанных с одного или двух краев орудий, служащих для работ по дереву или для выделки шкур, но в этой зоне не нации ни наконечников для метательного оружия, ни других предметов, типич­ных для голоценовых скоплений. Стоянки такого рода встречаются только над 520-метровой террасой плей­стоценового оз. Мейникс около г. Барстоу, в пустыне Мо­хаве на юге Калифорнии. Возраст берегового осадочно­го туфа - около 19,7 5 тыс. лет, что позволяет предполо­жить, что группы людей, которые вели хозяйственную деятельность у оз. Мейникс, жили на его берегах около 20 тыс. лет тому назад, в самый пик оледенения. Анализ пыльцы, собранной в Ист-Рим в субповерхностных от­ложениях, где она находилась вместе с артефактами, под­твердил эти предположения (Alsoszathei-Petbeo, 1975). Исследованный образец содержал, в частности, пыльцу сосен и елей, росших, вероятно, на соседних холмах, пыль­цу местных трав и болотных растений, а также пыльцу ггустынных растений, которые только и выжили до наших дней. Эта флора плейстоцена была да тирована в озерных кернах пустыни Мохаве между 37 и 18 тыс. лет тому назад.

Вокруг североамериканской стоянки Калико над оз. Мейникс ведется много споров по поводу приписывае­мой ей большой древности. Это стратифицированное местонахождение, содержащее хорошо поддающиеся обработке силикаты (в основном кремень и халцедон), расположенное в древнем аллювиальном конусе, кото­рый оказался отрезанным от своего горного источника из-за сбросов в этом тектонически неустойчивом райо­не. Большинство каменных отщепов, идентифицирован­ных как орудия из обработанного камня, были найдены на глубине до 10 м в отложениях, образовавшихся от грязевых и водных потоков (Simpson et al., 1986). К со­жалению, многие предметы, демонстрируемые на архео­логических конференциях, оказываются псевдооруди­ями, сформировавшимися под действием природных факторов. Такие предметы встречаются на многих ар­хеологических местонахождениях: чаще всего их отбра­сывают в момент раскопок или не учитывают при изу­чении собранного материала, поскольку есть достаточ­ное количество предметов, бесспорно обработанных че­ловеком, и нет смысла выяснять, были или нет сомни­тельные предметы подобраны и использованы доисто­рическими людьми.

Даже если и велась здесь какая-то другая деятельность, то стоянка Калико служила прежде всего карьером или мастерской. Недавний анализ найденных там предметов из отщепов показал, что корка, обычно покрывающая ка­мень, была полностью снята на многих ударных отще- пах с выступом (Patterson et al., 1987). На многочислен­ных отщепах и пластинах также видны следы последова­тельного снятия слоев, а на нуклеусах есть рубцы именно в тех местах, где с одной ударной площадки делались от- щепы. Некоторые нуклеусы были обтесаны с двух сто­рон, но в самых глубоких горизонтах, где находилась боль­шая часть артефактов, самих бифасов не нашли. Боль­шое число отщепов и нуклеусов было сконцентрировано на площади диаметром до 3 м; почти все они с острыми краями - доказательство того, что они не были перенесе­ны издалека водой. Эти скопления похожи на набравши­еся вокруг камнетеса осколки от расщепления камня. Не­которые археологи признают, что артефакты, в частно­сти пластины и резцы, несомненно, вышли из-под руки человека, но ученые не могут согласиться с той глубо­кой древностью, которую приписывают предметам. Хро­нологические оценки почвы из отложений, содержав­ших артефакты из отщепов, относят отложения между 125 и 200 тыс. лет тому назад; это подтверждается ура- но-ториевым исследованием известнякового покрытия предметов из отщепов, найденных у основания отложе­ния, которое их относит к 200 тыс. лет назад (Simpson, Patterson &Singer,1986; Patterson et al., 1987). Эти даты кажутся слишком ранними большинству североамерикан­ских археологов, которые считают, что либо эти предме­ты являются интрузивами, либо природе каким-то обра­зом удалось создать что-то похожее на артефакты. Ко­нечно, Калико, как и многие другие стоянки, содержит разнообразные предметы, и иногда трудно определить, созданием человека или природы они являются, но нело­гично делать заключение, что только природа участвова­ла в создании многих предметов, несущих следы систе­матического расщепления, лишь по той причине, что современная теория, гласящая о прибытии человека на континент в конце плейстоцена, находит геологический контекст слишком древним.

Чтобы считать эти находки достоверными, надо по­дождать, пока заполнится значительный промежуток, от­деляющий производство на озере Мейникс от находок Калико. Различные исследователи утверждали, что нахо­дили следы присутствия человека, приуроченные к нача­лу последнего межледникового периода, на других стоян­ках на юге Калифорнии, особенно в районе Сан-Диего (Peeves et al., 1986), по отсутствие отчетов о раскопках не позволяет вынести правильное суждение о достовернос­ти таких заявлений. Юг Калифорнии действительно дал много местонахождений без наконечников-бифасов, та­ким образом, когда-нибудь у нас будет более полная кар­тина доисторического периода этого района, так богато­го естественными ресурсами в эпоху плейстоцена.

КАЛИФОРНИЯ

Та часть Калифорнии, которая расположена запад­нее гор Сьерра-Невада, всегда была одним из самых бо­гатых в природном отношении регионов Северной Аме­рики. Люди использовали многочисленные плейстоце­новые дождевые озера в центральной долине, а также на востоке от этих гор, но датировка этих поселений оста­ется неясной. Центральная долина предоставляла людям места с изобилием ресурсов по берегам рек и на покры­тых дубами холмах, где водилось много животных и птиц. Туземцы научились употреблять в пищу желуди, изоби­лующие в этих местах, и ко времени прибытия сюда пер­вых европейцев этот основной продукт питания позво­лял коренному населению, плотность которого была наибольшей на севере центральной части Мексики, не заниматься земледелием.

Поскольку не были найдены и не датированы остат­ки, то еще недавно считалось, что индейцы Калифорнии научились использовать желуди и другие съедобные се­мена только после окончания плейстоцена. Однако об­работка этого важного основного продукта питания могла происходить раньше в голоцене, чем предполага­ли. Очевидно, отсутствие следов имеет явные геомор­фологические причины. Повышение уровня моря не только привело к поглощению всех береговых стоянок начала голоцена, но и вызвало к тому ясе значительное постледниковое занесение наносами центральной кали­форнийской долины. Поэтому доступные археологиче­ские данные об этих местах относятся лишь к последним

4,5 тыс. лет (Moratto, 1984).

Раскопки, предпринятые в прибрежной гряде к запа­ду от центральной долины, позволили обнаружить зна­чительные местонахождения, стратифицированные по глубине, которые заполнили промежуток до позднего плейстоцена. Стоянка Мостин возле оз. Клэр к северу от залива Сан-Франциско включала много человеческих

захоронений. Коллаген костей из четырех могил позволил определить их возраст от 10,5 до 7,5 тыс. лет тому назад, по фрагменты древесного угля, с которыми их сопоста­вили, дали даты 7,7 и 7,5 тыс. лет, что позволяет сделать вывод, что стоянка не заселялась до 8 тысячелетия тому назад (Frederikson. Robinson &White,персональные со­общения, 1986). Среди артефактов, найденных па сто­янке. есть массивные пятигранные острия, крупные, об­работанные оббивкой бифасы из обсидиана и кремня, костяные наконечники, две прямоугольные «плитки» из отшлифованного камня, одна из которых с просверлен­ным отверстием, а также хорошо сделанный пестик (Moralto, 1984). Находки в Мостине показывают, что пер­вые обитатели охотились на животных и птиц, ловили рыбу и собирали раковины и растения гораздо раньше, чем было принято считать для центральной части Ка­лифорнии. Другая стратифицированная стоянка около г. Санта-Клара имеет возраст от 10 до 8 тыс. лет. На ней обнаружили орудия из отшлифованного камня, среди которых пестик для измельчения съедобных растений. Присутствие бусины, сделанной из раковины Olivella,и обсидиана, ближайшая залежь которого находилась в 200 км на север, около оз. Клэр, указывают на то, что не­обходимые товары доставлялись из удаленных мест по крайней мере уже 8 тыс. лет тому назад (Moratto, 1984).

Самые древние с уверенностью датированные скоп­ления с метательными наконечниками к западу от Сьер­ра-Невады находятся па крайнем юге, где они образуют так называемый комплекс Сан-Диегито. Многочислен­ные типы скребков, ножей и остроконечников для мета­ния, относящихся к традиции остроконечников с череш­ком, были датированы между 9 и 8,5 тыс. лет на р. Сан- Диегито, и похожие наконечники из обработанного кам­ня, хотя и более грубые, были найдены неподалеку в двух сборах возраста 8 тыс. лет на стоянках у побережья (Moratto, 1984). Вероятно, охотники решили покинуть Большой Бассейн, когда дождевые озера начали пересы­хать. Над уровнями Сан-Диегито нашли жернова и дру­гие инструменты, которые подтверждают, что предста­вители культуры Джолла измельчали зерно, охотились на мелкую дичь и собирали раковины около 6 тыс. лет тому назад. Обычно считают, что поселившиеся на по­бережье древние охотники постепенно адаптировались к хозяйствованию, основанному на неспециализирован­ном собирательстве, однако находки, сделанные в цент­ре Калифорнии, заставляют предполагать, что такая хо­зяйственная организация существовала в этом районе задолго до прибытия охотников Сан-Диегито. Ныряль­щики часто находили на континентальном плато жер­нова (многие из которых могут быть, конечно, более поздними), и это может служить подтверждением, что такого рода хозяйственная деятельность в районе Сан- Диегито тоже более древняя. Береговые стоянки возрас­том более 8 тыс. лет были затоплены в результате подъ­ема уровня моря, поэтому трудно найти доказательства ранней адаптации берегового населения к разнородно­му хозяйствованию.

В Калифорнии к западу' от Сьерры всеї да были благо­приятные экосистемы, даже когда быстрое изменение климата вызвало в восточном регионе осушение дожде­вых озер Бассейна. Но пи в одну из эпох не было никаких экологических причин, которые бы заставили людей, живших на западе или на востоке от Сьерры, специализи­роваться на охоте на крупных млекопитающих; впрочем, ничто в археологическом материале не показывает оп­ределенно, что обитатели запада вели когда-либо другое существование, чем существование успешных собирате­лей. Благодаря обильному природному окружению пер­вые жители центральной части Калифорнии сумели вос­пользоваться местными ресурсами так же давно, как и группы людей, проживавших вокруг дождевых озер Бас­сейна. Основное различие состоит в том, что в то время как Бассейн мог выдерживать все меньшую нагрузку при высыхании дождевых озер, люди к западу от Сьерры, ве­роятно, могли успешно адаптироваться к окружающим их богатым природный условиям, особенно к северу от центральной Мексики, раньше, чем в остальных районах Северной Америки. Около 4,5 тыс. лет тому назад, когда уровень моря стабилизировался после оледенения, сло­жившаяся картина представляла богатую гамму местных культурных традиций, передаваемых через торговый об­мен всем разнообразием ресурсов региона. Среди ри­туальных предметов и украшений, сопровождающих за­хоронения, находят редкие раковины, а также предметы из оббитого и полированного камня и из отшлифован­ных костей, хотя утилитарные предметы, такие как че­решковые наконечники для метания, служили объектами обмена. Как показатель благополучия эти древние сви­детельства обменов ценными предметами доказывают, что богатая калифорнийская традиция начала разви­ваться задолго до того, как около 4,5 тыс. лет тому назад стала археологически полностью «видимой».

ЮГО-ЗАПАД

Юго-запад представляет собой разнообразный по природным условиям регион на востоке Калифорнии и на юге Большого Бассейна. Он включает высокое плато Колорадо, через которое одноименная река проложила глубокий каньон, северную часть пустыни Сонора на юге и горный район на востоке, где Скалистые горы переходят в пустынное высокогорное плато северной части центральной Мексики.

Древняя хозяйственная адаптация здесь происходи­ла так же, как и в Большом Бассейне, т.е. при развитии культур охотников и собирателей. Общепризнано, что самыми древними стоянками, даты которых точно оп­ределены (11,5-11 тыс. лет тому назад), являются места забоя Кловис на юго-востоке штата Аризона. Некото­рые признаки заставляют все же предположить, что при адаптации туземные группы ориентировались на разно­образное хозяйствование: об этом можно судить по ис­пользованию каменных жерновов для обработки съе­добных растений и по присутствию на многих отдель­ных стоянках черешковых или выемчатых наконечни­ков для охоты на крупную и мелкую дичь. Так же как и в Бассейне, здесь рано установилась практика сезонной деятельности. Появление традиции выемчатых наконеч­ников могло совпасть по времени с проникновением на территорию группы людей, специализирующихся на охо­те на крупных животных (около 11 тыс. лет тому назад), но возможно, что такие наконечники были приспособ­лены местными охотниками Кочиз для охоты за послед­ними остатками стад мамонтов.

Лучшими доказательствами того, что охотники-со­биратели уже жили в этом районе в то время, когда нако­нечники типа кловис применялись для охоты на мамон­тов, стали находки на юго-западе Аризоны в пещере Вен­тана, где провели раскопки до изобретения радиоугле­родного метода датировки (Нашу,1950). Небольшой фрагмент древесного угля, исследованный после публи­кации заключительного отчета, показал дату 11,3 тыс. лет, указывая, что по крайней мере часть слоя вулкани­ческих отложений современна местам забоя Кловис, найденным восточнее (Нашу,1975). Этот слой содер­жит кости лошади, тапира, бизона и исчезнувшего вида антилопы. Среди приуроченных к ним орудий отмеча­ют односторонние грубые скребки, обработанные го­лыши (рубила) и струги, явно родственные изделиям из многих недатированных поверхностных скоплений, обнаруженных западнее и севернее в Большом Бассейне.

К этому надо также добавить тщательно обработанный дисковидный камень, отбойники, ножи-бифасы и два не­больших остроконечника для метания, один с маленькими угловыми выемками, второй - с вогнутой основой. Най­денные морские раковины показывают, что уже были ус­тановлены торговые отношения с живущими далее к запа­ду популяциями. Нижележащий слой дал несколько арте­фактов и отщепов; он был датирован возрастом 12,6 тыс. лет, это говорит о «докловисском» проживании людей, что часто не учитывают археологи.

Очевидно, охотники-собиратели занимали иногда пе­щеру Вентана задолго до исчезновения фауны плейсто­цена, и к тому же нет доказательств, что они явились глав­ными виновниками этого исчезновения. С 10 тыс. лет тому назад юг Аризоны становится более жарким и сухим, и охотники-собиратели Кочиз все активнее начинают за­ниматься собирательством и используют жернова для размалывания зерен и семян. Наличие значительных скоп­лений обломков на открытых стоянках возраста порядка 6 тыс. лет позволяет предположить, что люди могли сознательно культивировать местные растения, включав­шие амарантовые, задолго до появления окультуренных растений в Центральной Мексике.

ВЕЛИКИЕ РАВНИНЫ

Великие Равнины расположены к югу от канадских провинций, покрытых прериями, до северо-запада шта­та Техас и востока штата Нью-Мексико. Эти огромные покрытые травой пространства включают равнины с короткой травой, расположенные к востоку' от Скалис­тых гор, и прерии с высокой травой - далее к востоку от 98 град, западной долготы до края лесистых земель на востоке. Прерии, которые сегодня лежат к востоку от Миссисипи в штате Миннесота, в начале голоцена тяну­лись гораздо дальше на восток. Слегка холмистые Вели­кие Равнины, местами даже почти гористые, в то время могли быть покрыты лесами, тогда как прерия с более высокой травой образует рельеф почти плоский, пре­рываемый только лесистыми долинами рек.

Вплоть до изобретения стального плута единственным средством существования на Великих Равнинах была охота на крупную дичь, особенно на бизона. И сегодня этот район более благоприятен для жизни скотоводов, чем земледельцев. Этой особенностью объясняется, по­чему за весь доисторический период почти все места за­боя бизонов и мамонтов были сконцентрированы на Ве­ликих Равнинах. Следовательно, по местонахождениям забоев мамонтов, приуроченным к культуре Кловис, а позже по местонахождениям забоев бизонов с наконеч­никами Фолсом и наконечниками Плано, все из которых были расположены на Великих Равнинах или в соседних районах, определяют раннюю фазу появления охотни­ков на крупную дичь (фаза палеоиндейцев), считая это характерным для всей Северной Америки до X тысяче­летия до н.э. С 8 тыс. лет назад охотники на бизонов на равнинах пользуются больше остриями с боковыми вы­емками, чем остриями с черешком. Это изменение в тех­нике производства наконечников для метания, хотя и не выразилось в изменении формы хозяйствования, приве­ло к новой фазе, названной «архаичной фазой Равнин», поскольку выемчатые острия соотнесены с «восточной архаичной фазой», которая всегда основывалась на не­специализированной охоте и собирательстве.

Между 7 и 5 тыс. лет назад засуха поразила весь район, сильно сократив стада бизонов на равнинах. Большин­ство местных групп были вынуждены уйти в горы и пре­рии на восток и на север, где они могли охотиться на более мелкую дичь, собирать растения и ловить рыбу. Примерно с V тысячелетия многие из них вернулись на Великие Равнины и возобновили охоту на бизонов, все больше применяя способ охоты, при котором они ста­рались загнать животных на обнесенный частоколом участок.

На юге канадских провинций Альберта и Саскачеван, где зона прерий и лесостепи переходит в бореальный лес[†], после сильнейшей засухи флора и фауна начали восстанавливаться, растительный и животный мир стал богаче. С этим связано неожиданное развитие данной зоны. Около 6 тыс. лет тому назад оригинальный нако­нечник с боковыми выемками и вогнутой основой, об­разующей «уши», стал характерной чертой культуры ок- сбоу. Здесь уместно применить термин «культура» (а не просто технологическая традиция), так как возле Свифт- Каррент был найден некрополь, в котором одна и та же группа людей регулярно хоронила своих умерших в те­чение более двух тысячелетий, начиная приблизитель­но с 5200 лет тому назад (Millar, 1978). Большинство захоронений вторичны; тела посыпались красной ох­рой, заворачивались в шкуры и относились па кладби­ще. Наличие в могилах костей птиц и животных под­тверждает, что религия уже занимала важное место в жизни этих людей. Среди предметов, относящихся к за­хоронениям, есть наконечники культуры оксбоу, камен­ные ножи, скребки и колотушки с желобками, похожие на те, которые используют для приготовления пеммика- на (смесь ягод и сушеного мяса, которая может долго храниться, если ее истереть в порошок). Хотя люди окс­боу и были кочевыми охотниками, они умели уже делать запасы продовольствия.

ВОСТОЧНЫЕ ЛЕСИСТЫЕ МЕСТНОСТИ

Обширные восточные лесистые местности (лесная зона из сосен и лиственных деревьев, которая сменяет­ся к северу' менее продуктивными бореальными лесами) охватывают всю восточную часть Северной Америки к югу от канадских неплодородных земель. Ее гораздо боль­шая однородность по сравнению с западной частью как в экологическом, так и в культурном плане позволяет считать эту зону единым целым. С геоморфологической точки зрения в ней господствуют речная сеть Миссиси­пи, которая впадает в Мексиканский залив, и Великие озера, которые на востоке выходят к реке Св. Лаврен­тия. Эта река разрезает надвое очень выветренную Лав- рентийско-Аппалачскую горную систему, которая про­ходит вдоль Атлантического побережья. К югу' от Аппа­лачей п-ов Флорида образует особый экологический район, который продолжается в субтропической зоне, где гидростатический уровень исключительно высок из- за подъема моря во время постледникового потепления. Со дна у полуострова Флорида было поднято много древ­них артефактов, в частности остроконечники типа Кло­вис и наконечники из отполированной кости, а также костные остатки человека, соотносимые, вероятно, с ис­чезнувшей фауной. Можно рассчитывать, что какая-ни­будь доисторическая стоянка, поглощенная водой, бу­дет однажды здесь найдена. Возможность такого откры­тия подтверждается находкой в Литл-Солт-Спрингс пан­циря гигантской черепахи, проткнутого, вероятно, де­ревянным заостренным колом; возраст панциря датиро­ван 12 тыс. лет (MacDonald, 1983, р. 106>)∙

Предыстория восточных лесистых земель в плейсто­цене мало известна: редкие сформировавшиеся в то вре­мя слои глубоко запрятаны в отложениях русел рек, а большинство пещер и скальных укрытий обрушилось.

Палеоэкологическая последовательность постледнико­вой эры также не уточнена, но признаки, позволяющие предположить, что климат в плейстоцене значительно отличался от сегодняшнего, не так многочисленны, как предполагали, особенно в самых отдаленных районах ледникового купола, который покрывал Канаду и север Соединенных Штатов, а затем быстро растаял около 15 тыс. лет тому назад

Скальное укрытие Мидоукрофт на юго-западе штата Пенсильвания - лучший пример стоянки, содержащей следы пребывания, предшествующие культуре Кловис (Carlisle &Adovasio, 1982). Этот крупный скальный на­вес над небольшой рекой находился 18 тыс. лет тому назад примерно в 80 км от края ледников заключитель­ного плейстоцена. Пятьюдесятью стратиграфически со­гласованными датировками, полученными углеродным методом, установлена последовательность культур: от кострища, датированного близкими к нам исторически­ми временами, до фрагментов плетеных изделий, сго­ревших 20 тыс. лет тому назад. Хотя даты последователь­ности, относящейся к голоцену, кажутся разумными и никогда не подвергались сомнению, некоторые, однако, полагают, что образцы из уровней плейстоцена (возра­стом не менее 12 тыс. лет) должны были бы разложить­ся. Почти все предметы из уровней плейстоцена - от- щепы с односторонней ретушью, хотя обнаружены так­же несколько отщепов, заостренных с двух сторон. В бо­лее глубоких слоях нашли обожженные фрагменты вы­шеупомянутой плетеной корзины.

Крупных выемчатых наконечников больше в гидро­графическом бассейне рек Огайо и Теннесси, чем где- либо на остальной североамериканской территории. В отличие от Великих Равнин в этом регионе никогда не находили мест забоя животных, но обнаружили кловис- ский наконечник и остатки мастодонта на стоянке Ким- суик возле Сент-Луиса (MacDonald, 1983). Очевидно, эти животные прожили в восточных лесистых землях до 8 тыс. лет до наст, в., в то время как мамонты уже давно исчезли. На костях некоторых мастодонтов есть заруб­ки, которые могут свидетельствовать о разделке туши (Fischer,1984); вместе с другими костями были найдены разрезанные куски дерева. Может быть, отсутствие на­конечников для метания, которые были бы верным до­казательством того, что мастодонты убиты людьми, объясняется тем, что поскольку эти животные не миг­рируют стадами, охотники не могли устраивать им заса­ду в заранее известных местах. Они, вероятнее, когда представлялся случай, нападали на отдельных животных. Возможно также, как это доказывает мастодонт из Мей- нис, что люди только разделывали туши животных, ка­кой бы смертью они ни умерли.

Обычно предполагают, что все выемчатые остроко­нечники предшествуют наконечникам черешковым или с боковыми прорезями. Но во всей юго-восточной час­ти, и особенно в Техасе, все чаще на стратифицирован­ных стоянках обнаруживают, что эти две последние ка­тегории наконечников содержатся в слоях, находящих­ся ниже слоев с выемчатыми наконечниками (см. на­пример, Patterson &Hudgins, 1985). Обычно о таких от­крытиях умалчивают или их отбрасывают, считая, что более поздние обитатели стоянки могли найти наконеч­ники палеоиндейцев. Можно рассмотреть также и дру­гие гипотезы. Возможно, что в некоторых местах про­должали производить выемчатые наконечники уже пос­ле появления черешковых и с боковыми прорезями на­конечников. Может быть, те же охотники для разных целей использовали различные виды наконечников. Пока эти гипотезы не могут быть проверены, правильней счи­тать, что каждый тип наконечников соответствовал оп­ределенному способу крепления на рукоятке (т.е. специ­фической технологической традиции), изначально при­способленному к лучшему использованию местных ре­сурсов, чем утверждать, что хронологическая серия (вы­емка - черешок - прорезь), установленная в одном рай­оне (Великие Равнины), может быть экстраполирована на остальные.

Бесспорно, однако, что некоторые группы из первых обитателей континента занимались в основном охотой, хотя не оставляли рыболовства и собирательства. По всей вероятности, наблюдая за мигрирующими стадами, они изучили их поведение. Удачно охотясь на пути следова­ния стада, они разработали для этого вида деятельности набор специализированных орудий, в частности выем­чатые остроконечники. Очень вероятно, что эти новше­ства появились в травянистых прериях на восточном краю Великих Равнин. С каждым годом небольшие груп­пы людей продвигались на запад к Равнинам, используя свой опыт в выслеживании стад мамонтов и бизонов.

На востоке технологический комплекс, находимый часто вместе с выемчатыми остроконечниками, вклю­чает концевые скребки с крутой ретушью, часто с попе­речными уступами, боковые скребки, пластинчатые от- щепы, ножи-бифасы, сверла и шилья, отщепы с проти­волежащими сколами и характерные отщепы с выпук­лой центральной частью, полученные при скалывании выемчатых остроконечников (MacDonald, 1983). Так как для изготовления этого специализированного инвента­ря, приспособленного к охоте, разделыванию туш и при­готовлению мяса, требовался камень хорошего качества и легкий в обработке, то искали подходящие месторож­дения и из породы получали оббитые с двух сторон за­готовки. Существовал широкий радиус обмена этими за­готовками между разными культурными группами, про­изводящими выемчатые остроконечники.

Так как кости не сохраняются в кислых лесных поч­вах, у нас мало сведений о животных, на которых охоти­лись эти группы охотников; возможно, что олени-карибу были их основной добычей. В пещерах любой части Се­верной Америки выемчатые наконечники встречаются редко, но все же одно острие с остатками карибу было найдено в небольшой пещере Датчес-Куарри на юге шта­та Нью-Йорк. Его приурочили к удивительно ранней дате - 12,5 тыс. лет тому назад; этот факт подтверждает гипотезу, по которой традиция выемчатых наконечни­ков началась где-то к югу в то время перекрытых льдами Великих озер, в районе, где нашли самые большие скоп­ления таких наконечников. Обширные местонахождения, содержащие инвентарь, типично соотносимый с этими выемчатыми наконечниками, были раскопаны в штатах Виргиния, Пенсильвания, Нью-Джерси, Коннектикут, Мэн и на п-ве Новая Шотландия. Большинство радиоуглерод­ных дат относит эти стоянки к возрасту 11 и 10 тыс. лет (MacDonald, 1983). Эти обширные местонахождения ука­зывают, что здесь сезонно собирались многие группы ко­чующих охотников, здесь же проявлялись социальные и ритуальные стороны их жизни.

Большинство стоянок, содержащих выемчатые на­конечники, - это небольшие временные лагери. Несколь­ко таких лагерей были устроены на юге провинции Он­тарио, на берегах плейстоценового оз. Алгонкин или над ними, до того как озера Гурон и Эри приобрели совре­менные очертания (MacDonald, 1983). На этих стоянках могли находиться несколько небольших групп охотни­ков на карибу. Самые низкие террасы дали черешковые наконечники, родственные по типу западным наконеч­никам типа Плано. Возможно, что это позднее проявле­ние черт Плано объясняется тем, что появилась новая техника изготовления метательных остроконечников, которая пришла скорее с запада, чем путем новой миг­рации. Такие черешковые наконечники встречаются в основном близ внутренних водных путей Великих озер и восточнее, в устье р. Св. Лаврентия. Во время короткой

СЕВЕРНАЯ фазы изостатического подъема, последовавшего за тая­нием ледников, охотники на карибу продолжали, по-ви­димому, устраивать лагеря на прежних берегах озер и рек

Наступление леса вынудило большинство этих групп вести неспециализированное хозяйствование - зани­маться охотой и собирательством. Охотились в основ­ном на оленей, лосей и карибу. Однако гораздо дальше на северо-восток, за пределами не очень гостеприимно­го бореального леса, группа охотников прекрасно при­способилась, ведя на плавучих льдах у южного побе­режья п-ва Лабрадор охоту на морских млекопитающих, особенно тюленей. Можно не сомневаться в благополу­чии этих охотников, об этом свидетельствует самый древний известный в Северной Америке курган, кото­рый они возвели 7,5 тыс. лет тому назад в Анс-Амур у пролива Белл-Айл (McGhee &Tuck, 1975). Это захороне­ние подростка, рядом с ним найдены моржовый клык, несколько выемчатых наконечников, черешковые ножи, напоминающие по форме остроконечники Плано, от­полированные наконечники из сланца, костяная подвес­ка, трубочка, вырезанная из птичьего пера, и самая древ­няя съемная головка гарпуна из оленьего рога с замеча­тельной гравировкой. Яма бьиа засыпана, и ее местона­хождение отмечено двумя параллельными рядами вер­тикальных плит, среди которых нашли древесный уголь и несколько рыбьих костей - возможно, следы ритуаль­ной церемонии. Над могилой была груда невысоких кам­ней, 8 м в диаметре. Съемная головка гарпуна, сделанная так, чтобы повернуться параллельно в проткнутой шку­ре животного, имеет большое значение, так как это при­способление помогло охотникам приспособиться к но­вой экосистеме, изобилующей морскими млекопитаю­щими и рыбой.

Тот факт, что на юге Лабрадора эти первые охотни­ки на морских млекопитающих уже пользовались выем­чатыми метательными остроконечниками, привел к тому, что их произвольно отнесли к культуре «морской архаи­ки», а не к палеоиндейской культуре поздней стадии. Око­ло 6,5 тыс. лет тому назад эти арктические морские охот­ники обнаружили на севере п-ова Лабрадор месторож­дение прекрасного полупрозрачного кварцита, который стали использовать и которым обменивались со всеми морскими провинциями вплоть до р. Св. Лаврентия. Эти представители «морской архаики» научились также пре­вращать заготовки из сланца в длинные наконечники ко­пий, кинжалы и ножи, высоко ценившиеся народом «лав- рентийской архаики», жившим в регионе Великих озер, для которого это были и предметы торжественного по­гребения примерно с 6 тыс. лет назад. Между 10 и 4 тыс. лет назад эти группы людей все интенсивнее занима­лись собирательством, что отмечается как «эффектив­ная первичная адаптация к лесу». Это результат интен­сивных усилий многочисленных групп людей, которые, используя местные ресурсы, постепенно стали занимать­ся больше собирательством съедобных растений, чем охотой. Во время «заключительной архаики» развились ритуалы, связанные с погребением умерших, особенно в районе Великих озер и долин Огайо и Миссисипи. В этом районе установилась сложная сеть обмена, про­двинувшаяся далеко на юг и запад. Эта сеть позволяла приобретать природную медь, добываемую на западе оз. Верхнее, раковины Мексиканского залива, атлантические раковины, используемые как бусы, экзотические пред­меты из отполированного или обтесанного камня, по­явившиеся из самых разных мест и оказавшиеся в моги­лах при погребении местной элиты. Охотники-собира- тели-рыбаки архаичной фазы изготовляли также различ­ную утварь, среди которой орудия из отшлифованного камня, предназначенные для охоты или работы по дере­ву; обмен всеми этими предметами проходил на доволь­но широком пространстве.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Люди, владевшие техникой обработки камня в пе­риод нижнего палеолита, перешли через Берингию во время заключительного плейстоцена. Одни группы обо­сновались и адаптировались на этих новых террито­риях, других демографическое давление вынудило рас­селиться по соседним регионам с иными экосистема­ми. Со временем это медленное продвижение на необ­житые земли привело к заселению всего Американско­го континента.

Когда стало невозможным снижать демографическое давление заселением незанятых территорий, потре­бовалось лучше адаптироваться к местным условиям. В этот период поиски в области создания новой техни­ки для добывания пищи привели к тому, что люди освои­ли изготовление более специализированного инвента­ря. Так, в некоторых регионах появились метательные остроконечники из камня, обработанного с двух сто­рон, которые использовались при охоте на кочующие стада животных. В других местах столь же изобрета­тельные люди научились охотиться, используя сети и ловушки. Некоторые научились делать жернова, что по­зволило им измельчать семена и коренья.

Некоторые специализированные формы хозяйствен­ной адаптации развивались в зависимости от местных пищевых ресурсов благодаря тому, что популяции по­степенно лучше познавали свою экосистему. Такая адап­тация, как охота на крупных животных на Великих Рав­нинах - только один пример изобретательности пер­вых американцев. Некоторые самые эффективные спо­собы адаптации, получившие развитие в определенном месте, перенимались популяциями соседних регионов. До V тысячелетия до наст. в. мы имеем мало свидетельств того, что культурные группы с эффективной адаптаци­ей к своей окружающей среде мигрировали в другие, уже занятые районы, за исключением тех случаев, когда не­благоприятные изменения климата вынуждали их искать более гостеприимные места проживания.

В период 11-9 тыс. лет тому назад появилась техно­логия, позволяющая приготовить и сохранить некото­рые основные пищевые продукты, что сделало возмож­ным создание сети обмена; появились также более осед­лые поселения в Калифорнии, на Равнинах на юго-запа­де и на восточных лесистых землях. Около 5 тыс. лет тому назад в этом последнем регионе уже начали окуль­туривать некоторые растения.

В течение всего этого периода туземцы Северной Америки вырабатывали свои собственные местные куль­турные традиции без всякого постороннего влияния.

БИБЛИОГРАФИЯ

ALSOSZATHEI-PETHEO, J. А. 1975. The East Rim Site. (Unpublished

Master's thesis, Eastern New Mexico University, Portales.)

BEDWELL, S. F. 1973. Fort Rock Basin: Prehistory and Environment. Eugene, University of Oregon.

BRYAN, A. L. 1979. Smith Creek Cave. Anthrop. Pap. Nevada State Mus. (Carson City), Vol. 17, pp. 164-251.

— 1980. The Stemmed Point Tradition: An Early Technological Tradition in Western North America. In: HARTEN, L. B. et al. (eds), Anthropological Papers in Memory of Earl H. Swanson Jr. Pocatello. pp.77-107.

— 1988. The Relationship of the Stemmed and Fluted Point Traditions in the Great Basin. Anthrop. Pap. Nevada Mus. (Carson City), Vol. 21, pp. 53-74.

CARLISLE, R. C.; ADOVASIO,J. M. 1982. Meadowcroft. Pittsburgh.

CLARK, D. W. 1981. Prehistory of the Western Subarctic. In: HELM, J. (ed,), Handbook of North American Indians. Washington, DC. Vol. 6, pp. 107-29.

DINCAUZE, D. F. 1984. An Archaeological Evaluation of the Case for Pre­Clovis Occupations. Adv. World Archaeol., Vol.}, pp. 275-323.

FISCHER, D. С. 1984. Taphonomic Analysis of Late Pleistocene Mastodon Occurrences: Evidence of Butchery by North-American Paleo­Indians. Palaeobiology (Jacksonville), Vol. 10, No. 3, pp. 338-57.

FLADMARK, K. 1982. An Introduction to the Prehistory of British Columbia. Can.J. Archaeol. (Edmonton), Vol. 6, pp. 95-156.

FLADMARK, K.; DRIVER, J. G; ALEXANDER, D. 1988. The Paleoindian Component at Charlie Lake Cave (HbRf39). Am. Antiq., Vol. 53, No. 2, pp.371-84.

GRUHN, R. 1961. The Archaeology of Wilson Butte Cave, South-Central Idaho. Pocatello.

— 1965. Two Early Radiocarbon Dates from the Lower Levels of Wilson Butte Cave, South-Central Idaho. Tebiwa (Pocatello), Vol. 8, No. 2, p. 57.

— 1989. The Pacific Coast Route of Initial Entry: An Overview. (Paper presented in the First World Summit Conference on the Peopling of the America, Orono.)

GUSTAFSON, C.; DAUGHERTY', R; GILBOW, D. 1979. The Manis Mastodon Site: Early Man on the Olympic Peninsula. Can. J. Archaeol., Vol. 3, pp. 157-64.

HAURY,E. 1950. Ventana Cave. Tucson/Albuquerque. (2nd edn., 1975.)

HAYNES , C. V., JR. 1980. The Clovis Culture. Can. J. Anthropol, Vol. 1, pp. 115-21.

HICKEY, С. 1986. The Archaeology of Arctic Canada. In: MORRISON, R B.; WILSON, C. R. (eds), Native Peoples: The Canadian Experience. Toronto, pp. 73-97.

LEBLANC, R. J. 1984. The Rat Indian Creek Site and the Late Prehistoric Period in the Interior Northern Yukon. Ottawa.

MACDONALD, G. E 1983. Eastern North America. In: SHLΓΠLER, R, JR (ed.), Early Man in the New World. Beverly Hills, pp. 97-108.

MCGHEE, R; TUCK, J. A. 1975. An Archaic Sequence from the Strait of Belle Isle, Labrador. Ottawa.

MEHRINGER, P.J.,JR;FOITF.F.,JR. 1990. Volcanic Ash Dating of the Clovis Cache at East Wenatchee, Washington. Natl Geogr. Res. (Washington), Vol. 6, pp. 495-503.

MILLAR, J. F. V. 1978. The Gray Site: An Early Plains Burial Ground, Parks Canada. Ottawa. (Manuscript Report, 304.)

MOCHANOV, I. A. 1978. Stratigraphy and Absolute Chronology of the Paleolithic of North-East Asia, According to the Work of 1963-197 3∙ In: BRYAN, A L (ed.), Early Man in America from a Circum-Paciflc Perspective. Edmonton, pp. 54-66.

MORATTO, M.J. 1984. California Archaeology. Orlando.

MORLAN, R. E. 1986. Pleistocene Archaeology in the Old Crow Basin: A Critical Reappraisal. In: BRYAN, A. L. (ed.), New Evidence for the Pleistocene Peopling of the Americas. Orono, pp. 27-48.

OWEN, R C. 1984. The Americas: The Case Against an Ice-Age Human Population. In: SMITH, F. H.; SPENCER, E (eds), The Origins of Modern Humans: A World Survey of the Fossil Evidence. New York. pp. 517-63.

PATTERSON, L. W.; HUDGINS, J. D. 1985. Paleo-lndian Occupations in Wharton County, Texas. Bull. Tex. Archaeol. Soc. (Austin), Vol. 56, pp. 155-70.

PATTERSON, L. W. et al. 1987. Analysis of Lithic Flakes at the Calico Site, California. J. Field Archaeol., Vol. 14, pp. 91 -106.

REEVES, B.; POHL, J. M. D∙ SMITH, J. W. 1986. The Mission Ridge Site and the Texas Street Question. In: BRYAN, A L (ed,), New Evidence for the Pleistocene Peopling of the Americas. Orono, pp. 65-80.

SIMPSON, R. D._; PATTERSON, L W.; SINGER С. A. 1986. Lithic Technology of the Calico Mountains Site, Southern California. In: BRYAN, A L (ed), New Evidence for the Pleistocene Peopling of the Americas. Orono. pp.89-105.

THOMPSON, R S. 1985. The Age and Environment of the Mount Moriah (Lake Mohave) Occupation at Smith Creek Cave, Nevada. In: MEAD, J. I; MELTZER D. J. (eds), Environments and Extinctions: Man in Late Glacial North America. Orono, pp. 111-19.

WATERS, M. S. 1985. Early Man in the New World: An Evaluation of the Radiocarbon-dated Pre-Clovis Sites in the Americas. In: MEAD, J. I.; MELTZER, D. J. (eds), Environments and Extinction: Man in Late Glacial North America. Orono, pp. 125-43·

WRIGHT, J. V. 1981. Prehistory of the Canadian Shield. In: HELM, J. (ed,), Handbook of North American Indians. Washington, DC. Vol. 6, pp. 86-96.

YOUNG, D. E; BONNICHSEN, R. 1985. Cognition, Behavior and Material Culture. In: Stone Tool Analysis: Essays in Honor of Don E. Crabtree. Albuquerque, pp. 91 -131 ∙

зі