Политическое развитие.

Великое переселение народов в IV-VI вв. способ­ствовало не только падению Римской империи, но изменило весь облик Европы, положив начало средневековью. Несмотря на то, что первые сведения о славянах появились лишь в VI в., но их участие в тех миграциях было постоянным и су­щественным.

Решающее значение для окончательного формирования средневековой карты этой части Европы имел IX и особенно X вв. В это время окрепли государствен­ные организмы на Западе - Хорватия, Чехия, Польша, а на востоке - Болгария

и Киевская Русь. Дольше всех проходила интеграция сербских племён, кото­рая обозначилась лишь в середине XII в. после достижения независимости от Византии, а закончилась в начале XIII в. коронацией Стефана I. Параллельно с формированием этих государств проходил процесс принятия христианства как фактора религиозно-культурной, политической и административной консоли­дации. Первой христианской монархией довелось стать Болгарии, хотя в тече­ние почти 200 лет после завоевания славянских племён ханом Аспарухом, пред­принимались попытки провести там христианизацию. В конце VIII и в начале IX вв. болгарские ханы крестились и даже использовали христианскую символи­ку, но окончательным стало решение Бориса I (в крещении - Михаила), которое в 60-е гг. IX в. положило начало христианизации его подданных. В начале X в., в правление Симеона I Великого, Болгария получила самостоятельный патриар­хат, что, однако, вызвало противодействие Константинополя и привело к ликви­дации суверенитета и Церкви, и болгарского государства, включённого в состав Византии. Другой территорией с наиболее ранними следами христианства было Моравское государство. Крещение Моймира I открыло путь для миссионеров по инициативе немецких епископов. Антагонизм очередного моравского правите­ля с Людовиком Немецким, остававшимся в союзе с болгарами, привёл, однако, к тому, что моравский князь искал поддержки у Константинополя. Около 864 г. в Моравию прибыли два миссионера, представлявших интеллектуальную визан­тийскую элиту - Кирилл и Константин (Мефодий). Противодействие немецких епископов и скорая смерть Кирилла (в 869 г.) имели своим следствием крах этой попытки христианизации, особенно - использования славянского языка при бо­гослужении. После смерти Мефодия (в 884 г.) последователи миссионеров были высланы из Моравии, отчасти найдя убежище в Болгарии.

В X в. сформировались следующие христианские монархии: Хорватия, Чехия, Польша и Венгрия. В период правления далматинского князя Томислава было совершено объединение паннонских (континентальных) и далматинских (на по­бережье Адриатики) хорватских княжеств в единое христианское королевство, что признал папа, коронуя Томислава 925 г. Несмотря на преобладание латинско­го обряда, влияние миссии Кирилла и Мефодия в Хорватии оказалось настолько сильным, что папа в середине XIII в. разрешил использовать т. н. «славянский» вариант богослужения.

Возникшая из объединения чешских и зличанских племён вокруг Праги Че­хия, управлялась со времён Борживоя I династией Пржемысловичей, происходив­шей, согласно хронисту Комасу, от легендарного Пржемысла и Либуши. Несмотря на то, что Борживой был крещен в Моравии Мефодием (вероятно, в 884 г.), его сын Спитигнев несколько лет спустя передал свои земли под вассалитет Восточ­но-Франкского королевства, что означало переход Чехии под духовное подчи­нение Регенсбургской епархии. Христианизация подданных и создание церков­ной административной структуры проходили, однако, медленно: в 973 г. было учреждено Пражское епископство, зависимое от Майнцкого архиепископства, а автокефальная архиепископия с правом коронации чешских правителей была получена лишь в 1344 г.

Крещение польского князя Мешко I состоялась в 996 г. в результате его сбли­жения с Польшей и Германией. Первый епископат в Гнезно носил характер миссии

и был непосредственно подчинён решениям папы. Гнезненская архиепископия с подчинёнными ей епископатами была создана, вероятно, уже в 996 г. и утвер­ждена императором Оттоном III во время Гнезненского съезда и торжественного паломничества правителя к могиле св. Войцеха в Гнезно. Сформулированная От­тоном III концепция создания христианской Римской империи, объединяющей в себе элементы и каролингско-оттонские и византийские традиции, предусма­тривала включение в имперскую федерацию польского, чешского и венгерского государств во главе с собственными правителями как распространителями хри­стианской веры и исполнителями идеи универсализма в этой части Европы.

На территории в первой половине Х в. Венгрии пересекались зоны влияния вос­точного и западного христианства. Прибытию византийского епископа в 953 г. пред­шествовало крещение в Константинополе венгерской аристократии. Параллель­но, но без больших успехов, здесь действовали крестившие князя Гейзу немецкие миссионеры. Вестернизация Венгрии и создание архиепископства в Эстергоме произошло только в правление Стефана I, канонизированного в начале XI в.

Таким образом, до начала XI в. сформировались очертания христианской Центрально-Восточной Европы, а Гнезненский съезд 1000 г. можно рассматри­вать как признание императором новых государств, включённых в орбиту евро­пейской цивилизации.

XI в. для этой части Европы связан со следствиями спора и Священной Рим­ской империи и Святого Престола, особенно в свете политики папы Григория VII, стремящегося укрепить влияние апостольской столицы в странах нового христианства и тем самым освободить их от зависимости империи. Польский король Болеслав Храбрый активно поддерживал папу, благодаря чему восстано­вил уничтоженное архиепископство и получил поддержку для проведения агрес­сивной внешнюю политику. Он совершал военные походы на Киев, поддерживая князя Изяслава, который помогал ему в экспансии в Чехию и Венгрию. Однако конфликт с краковским епископом Станиславом и смерть последнего в 1079 г. способствовали изгнанию правителя и его преждевременной смерти. Его преем­ник Владислав Герман изменил политическую ориентацию и выразил в качестве вассала почтение императору. На территории Венгрии Владислав I, впоследствии канонизированный, выступил на стороне Григория VII, а во внутренней полити­ке боролся с язычеством.

Союз с папством и Венгрией в правление Дмитара Звонимира позволил уси­литься также Хорватии, что привело в результате к венгерско-хорватской унии. Папство (а также его ленники - итальянские норманны) выступало политиче­ским тылом и для сербов, особенно в их конфликте с Византией при Михаиле I. Коронация Звонимира в 1076 или 1077 гг.

В XII в. Центральную Европу затронула политическая раздробленность, ко­торая существенно ослабила позиции Чехии и Польши. Быстрее всех вышло из кризиса Чешское государство: уже при правлении Пржемысла Отокара I (1198­1230 гг.), который получил от императора «Золотую сицилийскую буллу», под­тверждавшую наследование чешской короны и ограничивавшую зависимость Праги от империи. В Польше же территориальная раздробленность углублялась, и консолидирующими факторами, которые позволили вновь объединить уделы, лишь в начале XIV в. стали династия Пястов, экономические изменения и подчи­нённая гнезненскому архиепископу сплочённая церковная организация. До этого времени частная политика удельных князей была ответом на их локальные по­требности, хотя следствия этих решений предопределили ситуацию в регионе и в следующем столетии.

Привлечение в 1226 г. Конрадом Мазовецким членов Тевтонского ордена Пре­святой Девы Марии, называемых в польской традиции крестоносцами, на Бал­тику привело к получению в ленную зависимость завоёванной ими территории Пруссии. Объединившись с Орденом меченосцев в Ливонии тевтоны создали сильное теократическое государство, покорив до конца XII в. проживавшие там балто-славянские племена. Политическую, а также экономическую мощь экспан­сии создавала немецкая Ганза, подчиняя практически все значимые торговые цен­тры на Северном и Балтийском морях с монополией в их акваториях. Наконец новым политическим фактором стало создание во второй половине XIII в.

Может показаться, что XIII в. - это период равновесия на международной аре­не региона, что ускорило экономические и социальные перемены. Тем более что Византия после захвата и разорения Константинополя крестоносцами в 1204 г. потеряла своё прежнее значение. Германская империя после окончания перио­да борьбы с папством была ослаблена и погрузилась во внутренние конфликты. Угрозу, однако, представляла собой монгольская экспансия, распространившая­ся с территории Киевской Руси. В 1241 г. орды Батыя напали на южную Польшу, планируя также захватить Венгрию. Несмотря на успехи в Польше и победы над венгерским королём Белой IV на равнине Мохи, монголы не извлекли выгоды из своего триумфа. Правда, их отряды двинулись дальше на запад, добравшись до Вены и северной Италии, но из-за необходимости избрания нового хана после смерти Едигея произошло возвращение орды. Итоги нашествия для Венгерско­го королевства оказались, однако, катастрофическими: была уничтожена почти половина населения и нанесён огромный материальный ущерб, последствия чего будут заметны даже в следующем столетии.

На фоне раздробленной на уделы Польши и ослабленной Венгрии самым су­щественным политическим субъектом в этой части Европы выступила Чехия. Объединённая властью Пржемысла Отокара II, она начала расширяться в южном направлении, столкнувшись в конечном итоге с избранным на немецкий престол Рудольфом I Габсбургом. Поражение под Сухими Крутами в 1278 г., последую­щая смерть чешского правителя и осквернение его останков предопределили ярко выраженное фиаско этого направления экспансии, одновременно иници­ируя постепенный рост могущества правившего в Вене рода Габсбургов. Преем-

ники чешского короля направили свои устремления на разъединённую Польшу и ослабленную вместе со смертью последнего представителя династии Арпадов Венгрию. В 1300 г. чешский король Вацлав II получил корону Пястов, хотя объе­динение польских земель под властью чешского правителя с персональной поль­ско-чешской унией сформировало в Польше оппозицию, сконцентрировавшу­юся вокруг князя Владислава Локетка. Сын Вацлава II, Вацлав III, стал королём Венгрии, но, несмотря на поиски международной поддержки, был вынужден в 1305 г. отказаться от своих планов объединения 3 государств. Годом позже Ва­цлав III был убит, и вместе с ним пресеклась чешская династия Пржемысловичей.

После нескольких лет междоусобиц пражский трон занял сын императора Ян (Иоанн) из династии Люксембургов, которая правила в Чехии до первой по­ловины XV в. После венгерской династии Арпадов корона св. Стефана перешла к представителям французской Анжуйской династии, обосновавшихся в замке в Буде до конца XIV в. Лишь в Польском государстве сохранилась собственная династия Пястов. Усилия Владислава Локетка, опиравшегося на союз с венгер­скими представителями Анжуйской линии, привели к новому объединению Польши и коронации князя в 1320 г.

В XIV в. политическая ситуация в регионе стабилизировалась, благодаря в значительной степени последовательной политике сына польского короля Вла­дислава Локетка Казимира III Великого (1333-1370 гг.). Компромиссы в отноше­ниях с крестоносцами и Чехией при поддержке Венгрии и папства предреши­ли то, что в середине XIV в. польский правитель отказался от части территории южной Польши и Поморья, а тем самым обозначил новое направление во внеш­ней политике - восток, делая упор, прежде всего, на реформы и экономическую стабилизацию государства. Подобные цели ставили перед собой Люксембурги в Чехии. При правлении Карла IV (1347-1378 гг.) Прага стала главным городом Центральной Европы. Усиливающееся Венгерское государство Карла Роберта (1310-1342 гг.) и особенно Людовика (Лайоша) Великого (1342-1382 гг.) проводи­ло ярко выраженную экспансионистскую политику, результатом чего было уси­ление его позиций на Далматинском побережье, успехи в княжествах Молдавии и Валахии, а также в Болгарии. В XIV в. переживало свой расцвет и государство крестоносцев, организуя ежегодные «христианизационные» походы в Литву. Успешно действующее новое государство Ордена при правлении великого маги­стра Винриха фон Книпроде (1351-1382 гг.) стало равноправным партнёром в от­ношениях со старыми монархиями в этой части Европы. Символом готовности создания равновесия сил между четырьмя государствами - Чехией, Польшей, государством крестоносцев и Венгрией - могут служить их дипломатические контакты. Показательным в этом отношении представляется съезд 1364 г. в Кра­кове, где польский правитель принимал вместе с императором и чешского коро­ля Карла IV, и венгерского короля Людовика, правителей Кипра, Дании, а также многочисленных князей, официально - в целях организации нового крестового похода, а фактически - для сохранения стабильности в регионе.

Смерть упоминаемых правителей является определённым водоразделом это­го равновесия, а уход из жизни не имевшего наследников Казимира Великого, по­следнего из династии Пястов, открыл возможность перехода власти к венгерским представителям Анжуйской династии. Ведь Людовик Великий владел территорией

Балтийским (без доступа к морю), Чёрным морями и Адриатикой. Его се­мейное положение и брак потомка мужского пола дали в свою очередь чешским Люксембургам возможность претендовать на польский и венгерский троны, что удалось реализовать наполовину, когда в 1387 г. Сигизмунд Люксембургский стал королём Венгрии.

Что касается балканского региона, то ослабление монголов в XIV в. позво­лило Болгарии включиться в соперничество с растущей мощью Сербии. Однако битва при Вельбудже в 1330 г. привела к быстрому краху болгарских амбиций. Царь Иван Александр (1331-1371 гг.) окончательно признал гегемонию Сербии, обеспечив в то же время Болгарии на несколько десятилетий мир и экономи­ческое развитие. Сербия во время правления Стефана Душана (1346-1355 гг.) пережила период расцвета, который, благодаря союзу с Венецией и перемирию с Венгрией, предопределил экспансионистскую политику в южном направлении, завершившуюся присоединением Македонии и Албании и образованием Сер­бо-Греческого государства. Этот триумф склонил Стефана принять беспреце­дентный титул царя сербов и греков, равнозначного замене идеи Византийской империи новой - внутренне реформированной посредством принятия «Закон­ника» сербской монархии. Начало падения независимой Сербии, выразивший­ся в постепенной дезинтеграции, было заметно уже в правление сына Душана Уроша I, но лишь битва на Косовом поле в 1389 г. привела к потере суверенитета. Сербия стала вассалом усиливавшейся Османской империи, что позволило тур­кам постепенно завоевать весь Балканский полуостров. В XIV в. сформировался ещё один политический фактор, важный для этой части Европы: появились два княжества - Молдавия и Валахия, лавировавшие между Сербией и Болгарией и находившиеся под угрозой завоевания с венгерской и турецкой стороны.

Политическая раздробленность и соперничество в регионе отдельных госу­дарств дали возможность туркам-сельджукам осуществить экспансию на Бал­канах. В 1352 г. они уже переправились через Босфор. Сведения о завоёванной Сербии, разбитой Болгарии, находящимися под угрозой Молдавией и Валахи­ей беспокоили венгерских правителей, усилия которых по организации первого крестового похода против турок были остужены итогами битвы под Никополем 1396 г. В течение последующих десятилетий положение славян на юго-востоке Европы предопределяли отношения с турками и попытки получения большей или меньшей автономии в рамках османских владений, включая краткий эпи­зод объединения Боснии, Сербии, Хорватии и Далмации. Сопротивление тур­кам сформировало чувство национальной идентичности и национальной тра­диции балканских народов, а сказания о героической борьбе албанских горцев под предводительством Георгия Скандербега или молдаван во главе со Стефаном Великим были популярны во всей Европе, становясь символом многолетнего противоборства с турецким натиском.

Начало XV в. для центральной части Европы было отмечено ослаблением Чехии. Реформаторское движение, инициированное ректором пражского уни­верситета Яном Гусом, привело в 1419 г. к началу восстания, религиозного по форме, но социально-политического по характеру. Полоса побед гуситов над во­йсками крестоносцев и их грабительские контрнаступления в направлении Вен­грии, Саксонии и Польши выявили раскол в рамках самого гуситского движения.

В 1434 г. под Липанами дело дошло до братоубийственного сражения, в ходе ко­торого были разгромлены радикальные чашники (утраквисты). Победители же, представители умеренного крыла, получили гарантии нескольких требуемых реформ. Чехия после многолетней гражданской войны оказалась экономически истощённой и социально разделённой страной, что предопределило потерю ею активной роли в международных отношениях в этой части Европы и даже неко­торую политическую изоляцию.

Соотношение сил в регионе надолго изменила Кревская уния 1385 г., ког­да был заключён брак литовского князя Ягайло (Ягелло) с дочерью польского правителя Ядвигой и реализовались связанные с ним польско-литовская уния и крещение Литвы. Это стало также началом унификации социальных и правовых структур обоих государств, которая привела к созданию Речи Посполитой по­средством Люблинской унии 1569 г. Общая политика Польши и Литвы против крестоносцев и победа в битве под Грюнвальдом в 1410 г. положили начало по­степенной эрозии крестоносного государства, великий магистр которого принял лютеранскую веру и окончательно преобразовал в 1525 г. теократию в светскую княжескую Пруссию, выразив готовность стать ленником польского короля Си­гизмунда Старого.

Усиление мощи Ягеллонов и сознательно проводимая ими династическая по­литика способствовала тому, что польско-литовское государство стало в течение XV в. самым мощным политическими фактором в регионе. Собственно, соперни­чать с Ягеллонами могла только всё более усиливавшаяся династия Габсбургов, которая в силу брака Альбрехта II Габсбурга (14238-1439 гг.) с представительни­цей династии Люксембургов, временно владела чешским и венгерским тронами. Внезапная смерть Альбрехта открыла, однако, возможность избрания правителем Венгрии молодого польского короля из династии Ягеллонов - Владислава. Но над его правлением нависла самая серьёзная опасность для Европы - угроза со сторо­ны Турции. Поражение и смерть Владислава под Варной в 1444 г. положили конец не только польско-венгерской унии, но, и облегчили туркам достижение новых успехов на Балканах и открыли им путь к завоеванию Константинополя в 1453 г.

Сопротивление туркам магната Яноша Хуньяди в Венгрии обеспечило ему настолько прочный авторитет, что избрание на опустевший трон венгерско­го правителя представлялось очевидным. Им стал сын героя Матьяш Корвин, а его многолетнее правление представляли собой важную веху в истории этой страны. Он реформировал не только армию и финансы, но пытался централи­зовать власть, намереваясь создать сильное государство, с размахом действую­щее на международной арене. Монархом в соседней Чехии был в это время из­бран магнат Иржи из Подебрад, сторонник учения Яна Гуса. Взгляды короля и отважная антипапская политика привели его к конфликту с Римом, в котором на стороне Рима в регионе выступал, естественно, Матьяш Корвин. Борьба по­следнего с Иржи из Подебрад привела к завоеванию Корвином части Чехии, и эти успехи позволили ему даже думать об императорской короне, проявлением чего было завоевание Вены и перенос туда столицы государства. Такая эффек­тная политика привела, однако, к пренебрежению турецкой угрозой, а самой Венгрии принесла усталость и истощение. Венгры решились после смерти Кор­вина на новое избрание Ягеллона королём. В конце XV в. Ягеллоны тем самым

сидели на 4 европейских тронах - в Чехии, Литве, Польше и Венгрии. Концом правления династии в Чехии и Венгрии и одновременно событием, показавшим отсутствие общей политики династии и схожих интересов правителей в регионе, стало поражение под Мохачем в 1526 г. Венгрия оказалась под властью турок, Че­хия, в соответствии с более ранними договорами, перешла во владение империи Габсбургов, что означало поражение Ягеллонов.