ОСОБЕННОСТИ СОЦИАЛЬНО- ПОЛИТИЧЕСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ ПЕЧЕНЕГОВ

А. В. Марей

Печенеги - кочевой тюркоязычный народ, родственный огузам, в VI - VIII вв. кочевал в долине средней Сырдарьи, в области, именуемой Канг (Golden 1990: 270). Предположительно отсюда и появилось их самоназ­вание - кангар, упомянутое у Константина Багрянородного (1991: 159).

Самое раннее известное нам описание социально-политической структуры печенежских обществ принадлежит перу Константина Баг­рянородного (1991). Его трактат содержит много сведений о печене­гах, современных Константину, т.е.

По его свидетельству, печенеги делились на восемь колен (фем), воз­главлявшихся архонтами, т.е. князьями. Каждая фема в свою очередь делилась на пять меньших частей, главы которых подчинялись главно­му архонту. В источниках отсутствует информация, характеризующая эти меньшие части, однако берем на себя смелость предположить, что речь идет о родах. Верховной властью в феме обладали представители какого-либо одного рода (очевидно, самого богатого или древнего - А. М.), наследовавшие власть по линии «кузен - кузен»:

«...чтобы достоинство не оставалось постоянно в одной ветви рода, но чтобы честь наследовали и получали также и родичи по боковой линии. Из постороннего же рода никто не вторгается и не становится архон­том» (Константин Багрянородный 1991: 155).

Фемы делились на пять частей (по-видимому - родов) каждая. Возглав­ляли фемы верховные вожди, которым подчинялись «меньшие вожди», то есть, главы родов. Верховная власть внутри фемы принадлежала людям из одного рода и передавалась по наследству в пределах этого рода по линии двоюродных братьев и их сыновей (Константин Багрянородный 1991:155).

У нас нет данных, по которым можно было бы сказать, что главы фем назначались верховными правителями всей печенежской конфеде­рации, поэтому, скорее всего, они выбирались внутри фемы, а точнее - внутри главенствующего в феме рода.

Отмечено наличие у печенегов народного собрания - «комента» (Анна Комнина 1996: 208; Georgius Cedrenus 1647: 779), - но его власть была невелика, и наиболее важные решения принимались вождями (Ко- чин 1936: 7; Georgius Cedrenus 1647: 779)

Чем являлись печенежские фемы - племенем или структурой типа вождества? Исходя из определения вождества как «иерархически орга­низованной системы управления, в которой народ отстранен от влас­ти» (Крадин 1995; см. также гл. 2 данной монографии), и основываясь на таких фактах, как четко выработанный порядок наследования вла­сти, закрепление властных полномочий за одним конкретным родом, наличие единого правителя - «архонта» фемы, падение влияния комен­та по сравнению с влиянием вождя, можно определенно сделать вывод, что печенежские фемы представляли собой вождество.

Высшей властью в конфедерации, по-видимому, обладали лидеры фем Хавуксингила, Иавдиертим и Куарцицур. Данных о наличии у пе­ченегов зачатков бюрократического аппарата у нас нет.

Касаясь вопроса о функциях власти, можно относительно четко выделить круг вопросов, решавшихся на уровне вождей конфедерации. К таким можно отнести выработку основных принципов поведения конфедерации по отношению к своим соседям, своеобразной «внешне­политической доктрины», обговаривание дат больших походов

(Georgius Cedrenus 1647: 776) и вопросы, касающиеся религиозной сфе­ры (Кочин 1936:76). К проблемам, решавшимся на уровне вождя фемы, относились, по всей видимости, решения о мелких одиночных набегах, вопросы о наемничестве печенегов на службу к русам, византийцам или болгарам, а также о внешней торговле данной конкретной фемы.

В функции вождей всех уровней входило и вымогание возможного мак­симума подарков, преимущественно от Византии (Константин Багрянород­ный 1991: 41) с целью последующей раздачи их своим приближенным и по­вышения таким образом своего социального престижа. В трактате Констан­тина Багрянородного перечислен примерный перечень подарков, которых требовали печенеги. Он по своему составу весьма близок к подаркам, вы­могавшимся хунну у китайцев (Крадин 1996): в него входили «влаттіш(дра­гоценные шелковые ткани, пурпур. - А.М.), прандии (ленты, платки и про­чий мелкий галантерейный товар), харерии (вид шелковой персидской тка­ни), пояса, перец, алые кожи парфянские и другие предметы, требуемые ими...» (Константин Багрянородный 1991: 41).

Наличие института наемничества печенегов на службу к соседним земледельческим государствам (Константин Багрянородный 1991; ПСРЛ Т. 1,2), а также активное выпрашивание печенегами подарков у византийцев утверждает нас во мнении, что форму социально-полити­ческой организации печенегов корректнее называть не кочевой импе­рией, а конфедерацией кочевых племен (или составным вождеством, в зависимости от наличия или отсутствия сильного вождя), находившей­ся в положении «мягкого буфера» между Византией и Киевской Русью.

Восемь фем делились на два крыла, образуя, таким образом, дуаль­ную организацию, характерную для потестарно-политических органи­заций восточных тюрок (Golden 1990: 271). Для того чтобы выяснить, какое крыло превалировало, проанализируем названия фем и их гео­графическое расположение.

«...Название первой фемы Иртим, второй - Цур, третьей - Гила, чет­вертой - Кулпеи, пятой - Харавои, шестой - Талмат, седьмой - Хопон, восьмой - Цопон» (Константин Багрянородный 1991: 155).

Названия эти имеют реальную тюркскую основу и переведены на русский язык Н.А.Баскаковым (Баскаков 1960:87). Для облегчения вос­приятия мы свели перевод этих названий в следующую таблицу.

На основе переведенных названий можно предположить, что к фе- мам Хавуксингила и Куэрцицур принадлежали высокие должностные лица, почитаемые печенегами. Восемь печенежских фем были разделе­ны на две равные группы, имевшие фиксированные районы кочевания: «...Четыре рода пачинакитов, а именно: фема Куарцицур, фема Сиру- калпеи, фема Вороталмат и фема Вулацопон, - расположены по ту сто­рону реки Днепра, по направлению к краям более восточным и север­ным, напротив Узии, Хазарии, Алании, Херсона.... Остальные же четы-

Таблица

ре рода располагаются по сю сторону реки Днепра, по направлению к более западным и северным краям, а именно: фема Гиазихопон соседит с Булгарией, фема Нижней Гилы соседит с Туркией, фема Харавои сосе­дит с Росией, а фема Иавдиертим соседит с подплатежными стране Ро- сии местностями...» (Константин Багрянородный 1991: 157).

Заметим также, что в каждой из групп находится по одной феме, к которой принадлежит какое-либо высшее должностное лицо - это фема Куэрцицур в «северо-восточной» группе и фема Хавуксингила в «севе­ро-западной» группе.

Следует отметить еще одну фему «северо-западной» группы - Иав­диертим, - название которой, напомним, переводится как «отличаю­щиеся заслугами» (Баскаков 1960: 87). По-видимому, это были наибо­лее искусные воины, и можно предположить, что ее вождь также пользо­вался авторитетом среди своих соплеменников и вождей других фем.

Есть и еще один момент, выделяющий три выбранные фемы из ос­тальных и позволяющий предположить их руководящую роль в пече­нежском обществе - «пачинакиты называются также кангар, но не все, народ трех фем: Иавдиертим, Куарцицур и Хавуксингила, как более мужественные и благородные, чем прочие, ибо это и означает прозви­ще кангар» (Константин Багрянородный 1991: 159). Эти же три фемы выделил в своей работе и П.Голден, предположивший, исходя из них, наличие у печенегов «некоей центральной организации нестабильной племенной конфедерации» (Golden 1990: 271).

Однако нам представляется, что на основе имеющихся у нас данных мы можем говорить о более сложных формах общественно-политичес­кой организации печенегов, т.е. о составном вождестве. В доказатель­ство этого тезиса приведем уже упоминавшееся наличие у печенегов чет­кого порядка престолонаследия, пятерично десятичную организацию войска, характерную для кочевников вообще и для кочевых племен тюр- ско-монгольской группы в частности и проявляющуюся в данном случае в делении каждой фемы на пять меньших частей, существование админи­стративного деления подвластных территорий на единицы, весьма на­поминающие позднейшие улусы Золотой Орды (Кочин 1936: 76). Также можно предположить на основе четкого порядка наследования власти и существования самого понятия высших (а значит, и низших) должност­ных лиц начало процесса отделения правящей элиты от остального пле­мени и превращения ее в замкнутое сословие.

Что представляло собой объединение фем печенегов? Можем ли мы говорить о наличии у них такой сложной формы социально-полити­ческой организации, какой является «кочевая империя»?

Н.Н.Крадин определяет кочевую империю как занимающую боль­шое пространство сложную общественную систему, в состав которой входят кочевое ядро, имеющее форму «военно-иерархической пирами­дальной структуры при сравнительно неразвитой внутренней эксплуа­тации», и зависимая территория, в которую могли входить как земле­дельческие, так и другие народы, эксплуатирующиеся, как правило, посредством различных форм экзоэксплуатации (Крадин 1992: 168).

С одной стороны, хочется сказать, что печенеги отчасти удовлет­воряют этому определению. Их владения не воспринимались современ­никами иначе как «страна печенегов» (Кочин 1936: 76; Новосельцев 1965: 387-390), причем больших размеров; в течение двух веков печене-

ги тревожили набегами земли Руси, Болгарии, Византии. Сам импера­тор Византии рекомендовал своему наследнику всячески задабривать печенегов подарками и нанимать их на службу (Константин Багряно­родный, 1991:43). С другой стороны, территория печенегов не была столь велика, как земли, подвластные, например, монголам при Чингис-хане, а их набеги не отличались такой регулярностью и не давали таких ре­зультатов, как набеги хунну на Китай, по причине малости расстояний и хорошо организованной обороны Византии и Руси. Есть и еще одно со­ображение не в пользу определения печенегов как кочевой империи. В арабском географическом сочинении «Худуд-ал-алам» (сведения заим­ствованы из статьи П. Голдена [Golden 1990]) для печенежского правите­ля использован титул «mihtar» («князь» или «господин» (Golden 1990)), а не «khagan» - титул, прекрасно известный арабам и обозначающий пра­вителя каганата, «кочевой империи» (Golden 1990: 273). Поэтому все же корректнее будет определить социально-политическую структуру пече­нежских обществ как составное или сложное вождество.

На основании сказанного можно допустить существование у пе­ченегов объединения, например, конфедерации восьми вождеств или сложного вождества, т.е. «нескольких простых вождеств, объединен­ных на правах полуавтономных или региональных вассальных под­разделений, которые подчинены администрации главного вождя чиф- дом» (Крадин 1992).

Правда, возникает одна проблема - для сложных вождеств весьма характерно наличие фиксированной ставки вождя. Была ли такая ставка у печенегов - вопрос загадочный и непонятный. С одной стороны, ар­хеологией не найдено, как было уже сказано, ни зимовищ печенегов, ни ставок их вождей. С другой стороны, у нас есть свидетельство архи­епископа Бруно, который пишет о своем пребывании «в главном стане Печенегов» (речь идет о «северо-западном» крыле):

« Было воскресенье, когда нас препроводили в главный стан Печенегов. Нам назначена была особая ставка, и мы должны были там жить до тех пор, пока весь народ, оповещенный через нарочитых гонцов, не собе­рется на совет» (Кочин 1936: 76).

Более того, Бруно пишет, что народ на совет собрался через неделю и, по-видимому, там были представители всех четырех фем, так как в итоге совета вожди разрешили архиепископу проповедовать христи­анство во всех четырех печенежских областях. Факт сбора народа сви­детельствует о том, что люди знали, куда ехать. Значит, «главный стан» был зафиксирован в определенном месте на определенное время или, возможно, кочевал в каких-то весьма узко ограниченных территори­альных пределах (Кочин 1936: 76).

По нашему мнению, есть больше оснований доверять Бруно, чем археологам, поскольку остается возможность того, что ставка печенеж­ских вождей еще не найдена. Впрочем, если это было сезонное место пребывания кочевников, то шансов найти его ничтожно мало.

Возникает, правда, еще одна проблема. Мы можем определить пе­ченежское общество как сложное вождество, но из источников нам из­вестно только одно имя верховного вождя этого вождества (Тирах см.: Georgius Cedrenus 1647: 776). Это, по меньшей мере, странно и позволя­ет предположить, что либо печенеги не играли столь уж значительной роли в истории той же Византии, либо руководство этим социальным организмом зачастую носило «корпоративный» характер, что отчасти подтверждается материалами письма архиепископа Бруно (Кочин 1936), который употребляет слово «старейшины» исключительно во множе­ственном числе. Из этого следует, по нашему мнению, что мы имеем дело с племенной конфедерацией, весьма близкой по структуре к слож­ному вождеству, способной «перетекать» в него при появлении способ­ного и талантливого вождя (какими были, например, Тирах и Кеген, Georgius Cedrenus 1647: 776). Более углубленный анализ социально- политической организации и структуры власти в печенежском обще­стве - задача будущих исследований.

ЛИТЕРАТУРА

Анна Комнина. 1996. Алексиада/ Вступ, ст., коммент. Я. Н. Любарского. СПб.: Алетейя. Баскаков Н. А. 1960. Тюркские языки. М.: Изд-во вост, лит-ры

Кляшторный С. Г. VKA. Древнетюркские рунические памятники. М.: Наука. Константин Багрянородный. 1991. Об управлении империей /Отв. ред. Г. Г. Литаврин. Изд.

2-е испр. М.: Наука.

Кочин Г. Е. (ред) 1936. Памятники истории Киевского государства ІХ-ХІІ вв.: Сб. доку­ментов. Л.: Соцэкгиз.

Крадин Н. Н. 1995. Вождество: современное состояние и проблемы изучения И Ранние формы политической организации: от первобытности к государственности. М.: Изд. фирма «Восточная литература»: 11-61.

Крадин Н. Н. 1996. Империя Хунну. Владивосток: Дальнаука.

Крадин Н. Н. 1992. Кочевые общества (проблемы формационной характеристики). Вла­дивосток: Дальнаука.

Новосельцев А. П. 1965. Восточные источники о восточных славянах и Руси VI-IX вв. И Древнерусское государство и его международное значение / Отв. ред. В. Т. Пашу- то, Л. В. Черепнин. М.: Наука: 355-420.

ПСРЛ. 1997. Полное собрание русских летописей М.: Языки русской культуры. Т. 1 (Лав­рентьевская летопись).

ПСРЛ. 1998. Полное собрание русских летописей М.: Языки русской культуры. Т. 2 (Ипа­тьевская летопись).

Georgius Cedrenus. 1647. Georgii Cedreni Comprendium historiarum a mundo condito et excerpta ex breviario historico Ioannis Scylitzae curopalatael ex versione Guillelmi Xylandry cum eiusdem anno tat і on ib us... Pariis: Typographia Regia.

Golden P. B. 1990. The Peoples of the South Russian Steppes // The Cambridge History of Early Inner Asia / Ed. by D.Sinor. Cambridge: Cambridge University Press: 256-285.