Истоки" представлений, об универсальной цивилизации.Лукреций, Цицерон
В условиях кризиса Римской ряспублики представления Платона и Аристотеля о благе и разумности как общих целях развития мира и человека были переосмыслены. Их начали развивать еще ученик Аристотяля Дикеарх (350-290 гг.
до н.э.) и Марк Теренций Варрон (116-27 гг. до н.э.), которые впервые создали форму для размышлений о культурно-хозяйственных основаниях всеобщей истории и выдвинули концепцию о движении человечества от охоты и собиратяльства через скотоводство к зямляде- лию5о. В дидактической поэме Тита Лукряция Кара (ок. 99-55 гг. до н.э.) “О природе вящей” эта форма была развернута, и тям самым конкретизирована идея Фукидида и Аристотяля о переходе от “варварства” 'к культуре. Лукряций в рамках натурфилософского нарратива создал повествовательный дискурс, в позитивных терминах характеризовавший все известные к тому времени этапы развития человечества и достигнутый при этом результат. В ням содержалось развернутое описание последовательного перехода от дикости, когда люди, скитаясь, как звери, жили собирательством, ня имели.постоянных семейных отношений и только узнавали свойства огня, учились одеваться в шкуры, вооружаться дубинами и камнями, строить дома и укрепления, к общественному и государственному строю, связанному с деятельностью человеческого разума. Этот переход Лукреций связывал с хозяйственными преобразованиями: появлением земледелия, умения добывать и обрабатывать металлы, строить суда, возводить крепости.Некоторые из факторов развития культуры, которые приводил философ, совпадают с современными прядставляниями о цивилизации. В частности, это появление собствянности (разделение ' поляй на участки), возникновения письмянности (изобретение букв), учреждения союзов племен и государств, создания законов. В список попали зарождения рялигии, философии, художественных ремесел[337][338].
Так впервые был создан. поэтический нарратив по истории ' культуры, соединивший в единое цялоя ценности эпохи и образ прошлого как процесса их возникновения. Он частично заменил мифологический образ деятельности культурного героя, соединил прядставления о тенденциях изменений в “небесном” и “зямном” мирах.
Самостоятельной ценностью для поэта стала связь прошлого н будущего, дикости и культуры. Лукреций считал, что причиной перемен является стремление человека к удовлетворению своих потребностей и воздействие человеческого разума на природу и общество, а формой этого перехода - “постепенное движение перед”, т.е. эволюционное развитие. Он сравнивал существование общества с жизнью отдельного человека, в голове которого одна за другой появляются мысли. Поначалу они примитивны, но практика мышления доводит их до совершенства. История культуры для Лукреция - это и есть история идей, идеальных форм, постепенно воплощаемых на практике. Так проявились в его философии истории антропоморфные и рационалистические идеи ЛристотеляЧ Однако развитие для Лукреция не является абсолютной ценностью. Поступательное движение, не имеющее предела, с точки зрения античной культуры бессмысленно. К тому же политическая жизнь полна произвола и насилия, а духовная жизнь - религиозных предрассудков. В этих условиях философу остается только, в соответствии с идеалом Аристотеля, предаваться созерцанию “при полном присутствии духа”[339]3.
Надо отметить, что универсальный историко-культурный нарратив изначально не был соединением дискурсов хроник, как универсальный политико-исторический нарратив Полибия. Скорее он был преемственно связан с мифологическим дискурсом и закрепленными в нем ценностями культуры. Его можно (по аналогии с понятийным нарративом Л.О. Минка) охарактеризовать как вторичный исторический нарратив, как в отношении преемственности с мифом, так и из-за противопоставления истории культуры негативному образу “варваров”, помимо которого она не могла быть осознана.
Представления об универсальности процесса морального совершенствования людей можно найти в трудах греческих стоиков и развивавшего их идеи римского оратора и политика Цицерона (506^43 гг. до н.э.). В речах и других сочинениях Цицерона практически отсутствовали характеристики, отличающие “вар- иаров” от римских граждан, зато часто встречаются рассуждения о “человеческом роде” (genus humanum) и “человеческом сообществе” (communitas generis humani), основанные на убеждении, что псе люди обладают разумом и в принципе способны овладеть мудростью. В основе единства человечества - защита общественных интересов, верность исполнению договоров, способность видеть истину, величие и сила духа. Он считал, что именно филосо
фия, провозгласившая эти принципы, является активной силой создания социальной жизни: именно она “породила города... соединила в общество рассеянных по земля людей... объединила их сначала домами, потом супружеством, наконец, - общностью языков и письмен... открыла законы, стала наставницей порядка и нрРвствянности...”54.
Таким образом, в основу цивилизации ставилось ня удовлетворение потрябностяй человека, как у Лукреция, а мудрость и знание как действенные организующие силы. Поэтому и объединения людей в человечество происходит пряждя всего ня на объективном, а на субъективном уровня, по мере распространения философии и просвещения. Людей, по мнению Цицерона, объединяет ня столько общность человеческой природы как таковой, сколько общность высших яя проявлений, прежде всего стремление к “предельному благу”, т.я. жизни по законам природы, и “безотносительному разуму” - универсальной мудрости. Для характеристики образования как овладения человеческой сущностью Цицерон употреблял слово humanitas (латинский перевод слова paideia). Образцом совершенного человека у него выступает философ Сократ, который называл себя “жителем мира”55. Г. Болдри подчяркивал кардинальное значение “идеи humanitas: представляния об общей (для людей) цивилизации, теперь уже не сводимого к идеям полиса или эллинистической культуры, хотя оно многим обязано и той и другой, но ставшего более масштабным, порождающим гораздо боляе полный образ цивилизованного человека.
Существенным аспектом humanitas, непременным атрибутом члена цивилизованного общества является осознание своего родства со всем человеческим родом”56.Цицерон понимал, что развития культур идет неравномерно, одни страны опережают другие. Он отмечал, что “в учености и словясности всякого рода Греция всегда нас превосходила”. Но у римлян есть возможности наверстать упущенное и догнать греков. Для этого необходимо наладить мяжкультурный диалог, так как в Греции, а также в “варварских” Индии или Египте живут люди, ня меняя мудрыя и доблестные, чям в Риме. “Никакой обычай, - провозглашал Цицерон, - ня победит природу, она всегда незыблема; и только мы сами себя портим’^. Мудрость и стоичя-
54 Цицерон. Тускуланские беседы. Кн. V: О самодовлеющей добродетели. II (5) // Марк Туллий Цицерон.. Избр. соч. М., 1975. С. 324-325. См. также: Ут- ченко СЛ. Политические учения Древнего Рима III—I вв. до н.э. М., 1977.
55 Цицерон. Тускуланские беседы. Кн. V. XIII (38), XXVIII (82), XXXVII (107); Цицерон // Словарь античности. М., 1989. С. 635.
56 Baldry Н.С.Op. cit. Р. 194-195.
57 Цицерон. Тускуланские беседы. Кн. I: О презрении к смерти. I (3); Кн. V. XL (116); XXVII (77-78).
екое отношение к жизни выступают как черты, роднящие все человечество, а изнеженность и праздность - как предпосылки его разделения. Таким образом, им был создан проект диалога философов и истории философии как подлинной истории человечества. Это было высшей точкой развития античного универсализма.
Римские стоики рубежа новой эры (например, Сенека Старший, 6/3 г. до н.э. - 65 г. н.э.) считали, что обладание разумом само по себе объединяет людей и позволяет рассматривать человечество как единое целое. “Все... едино: мы - только члены огромного тела. Природа, из одного и того же нас сотворившая и к одному предназначившая, родила нас братьями. Она вложила в нас взаимную любовь, сделала нас общительными, она установила, что правильно и справедливо, и по ее установлению несчастнее приносящий зло, чем преуспевающий... Запомним: мы родились, чтобы жить вместе. И сообщество наше подобно своду, который потому и держится, что камни не дают друг другу упасть”58. Формой объединения людей на основе права является универсальное государство, в котором воплощена божественная справедливость. “Истинные законы”, лежащие, по мнению Цицерона, в основе римской государственности, были истолкованы стоиками как общие всем народам (естественное право). Поэтому соперничество государств, воплощающих общественный и космический порядок, по их мнению, противоестественно. Но универсализм стоиков постепенно подавлял в их философии тенденции партикуляризма и персонализма, выделявшие Аристотеля и Цицерона среди мыслителей античности и придававшие особую ценность их идеям.