Глобальная экономика: истоки, особенности и динамика

Глобальная экономика: истоки, особенности и динамика

Глобальная экономи­ка — экономика, основанная на знаниях

Проблемы усиления неравномерности развития стран и регионов в глобализирующемся мире

Цивилизационные аспекты финансовой глобализации

За последние 20—30 лет тема глобализации вооб­ще и различных форм человеческой жизнедеятельности в частности стала одной из центральных проблем иссле­дования экономистов, философов, историков, социоло­гов и политологов всего мира.

Даже видные ученые и общественные деятели со­временности характеризуют ее по-разному. Так, в высказываниях о глобализации, например, 3. Бже­зинский связывает ее с наступлением периода гло­бальной смуты, С. Хантингтон — с грядущим столк­новением цивилизаций, К. Санторо — с угрозой пла­нетарного хаоса, Иоанн Павел II — с движением об­щества к новому тоталитаризму, И. Валлерстайн — с концом либерализма, а Дж. Сорос — с капиталистичес­

кой угрозой демократии со стороны неограниченного в своем «беспреде­ле» либерализма и рыночной стихии *.

Существует также популярная политическая идеологема, согласно кото­рой под глобализацией понимается формирование, в основном по инициа­тиве стран Запада, наднациональных структур, распространяющих все боль­ший контроль и влияние над хозяйственными и политическими процессами современного мира.

Профессор М. Веллинга из Утрехтского университета отмечает, что «...глобализацию оказалось трудно определить концептуально и показать' эмпирически» ^[758][759]. Тем не менее, существует сложившееся понимание движу­щих сил, сущности и проблем данного процесса. Сейчас уже можно утверж­дать, что это исторический процесс, затрагивающий весь мир. В связи с этим Б. Бади отмечает наличие трех измерений глобализации: глобализация как постоянно идущий исторический процесс, глобализация как гомогени­зация и универсализация мира и глобализация как разрушение националь­ных границ ^[760]. На размывание экономических, социальных, политических границ государств как ключевую характеристику глобализации указывают также К. Роули (Лондонский городской университет) и Д. Бенсон (Мельбурн­ский университет) ^[761].

Многие ученые справедливо связывают глобализацию с качественно новыми уровнями интегрированности, целостности и взаимозависимости мира. Лауреат Нобелевской премии 2001 г. по экономике Д. Стиглиц отме­чает, что на рубеже XXI в. в развитии человеческой цивилизации обозначи­лись тенденции к сближению стран и народов, к возникновению единого экономического и информационного пространства в планетарном масшта­бе, к интенсивному обмену знаниями и технологиями. Эти тенденции при­нято объединять термином «глобализация» ^[762].

Процесс глобализации предполагает формирование подлинно взаимо­зависимого мира, в котором стираются географические границы социаль­ных и культурных систем и сами люди во все большей степени осознают ис­чезновение подобных границ. Поэтому глобализацию можно определить как становление единого мира — целостного и по своим общим контурам, и

по внутренней взаимосвязанности взаимопроникающих компонентов. Сам процесс характеризуется усилением единства человечества ^l.

Новое качество общественного бытия в глобализирующемся мире отме­чают российские экономисты А. Володин и Г. Широков, рассматривая гло­бализацию как комплексное геоэкономическое, геополитическое и геогума- нитарное явление, оказывающее мощный демонстрационный эффект на все стороны жизнедеятельности вовлекаемых в этот процесс стран ^[763][764].

Иногда глобализация отождествляется со становлением глобальной эко­номики, но этот термин применим в равной степени к экономике, полити­ке, праву, культуре и другим сферам общественной жизни. Однако именно глобализация экономики образует основу всех глобализационных процес­сов, служит мотором и задает импульс развитию процесса. Другие сферы об­щественной жизни более инерционны, чем экономика, и по своим темпам и глубине глобализация в этих областях существенно уступает глобализации экономики. Это объясняется тем, что глобализация в области политики, культуры, в социальной сфере наталкивается на национальные барьеры, ко­торые трудно преодолеть в силу существования национального суверените­та, традиций, менталитета, духовных ценностей нации. Распространение глобальных тенденций и на эти сферы потребует много времени и усилий мирового сообщества на национальном и глобальном уровнях. Именно поэ­тому глобализация экономики стала предметом исследования намного рань­ше и изучена намного основательнее других сфер, а всесторонность и глуби­на анализа значительно превосходят достигнутое в других областях.

В настоящее время можно выделить, по крайней мере, три различных подхода при определении истоков процесса глобализации. Так, одни иссле­дователи отстаивают трактовку глобализации как процесса имманентного человечеству, полагая, что в процессе эволюции идея глобализма настойчи­во, «упрямо», так или иначе, заявляет о себе в доисторическую, историчес­кую и в постисторичесую эпохи ^[765]. Интересно в этом отношении высказыва­ние Дж. Сороса о том, что «...глобальная капиталистическая система не есть чем-то новым. Ее история берет начало в ганзейском союзе и в итальянских го­родах-государствах, где политические единицы были связаны коммерческими и финансовыми связями. Но современный глобальный режим отличается но­выми чертами. Одна из них — скорость коммуникаций, хотя относительно ее новшества есть сомнения — в XIX в. изобретение телефона и телеграфа представлялось не меньшим ускорителем, чем развитие компьютерных ком­муникаций сегодня».

О том, что тенденции глобализации имели место и раньше, пишут также Р. Болдуин и Ф. Мартин. В своей концепции истории глобализации они утверждают, что глобализация имела две волны: первая началась в конце XVIII в., в период промышленной революции, и закончилась началом пер­вой мировой войны, а вторая началась после окончания второй мировой войны. Похожие выводы сделали российские ученые М. Ильин, В. Ино­земцев и др. Они отмечают: «Наукам об обществе известны два процесса, каждый из которых приводил человеческую общность на более высокую ступень целостности. Первым из них было создание национальных госу­дарств на этапе промышленной революции. Второй столь же масштабный процесс развернулся в XX столетии и получил название интернационализа­ции; на этот раз хозяйственное развитие потребовало образования блоков и союзов государств, гигантских корпораций, передела мира. Превращение общности наций в плотную сеть взаимодействий не только государств, но и иных активных субъектов различного масштаба имеет своим следствием появление особого типа интернационализации, который уместно называть глобализацией» ¹.

Другие исследователи (М. Чешков, Н. Симония, Г. Шахназаров, С. Мицик и др.) считают, что начало формирования глобальной общности началось не в последние 20—30 лет, а в процессе интернационализации в конце XIX — начале XX в. Именно период на рубеже XIX—XX вв. (1870—1913 гг.) характеризовался быстрым ростом объемов мировой торгов­ли, движения международного капитала и миграций значительного числа работающих в страны «нового света» ^[767][768].

Несомненно, историческим предшественником глобализации является интернационализация. Именно она, будучи начальным периодом интенсив­ного международного движения капиталов, товаров и людей, заложила ос­новы целостности мирового пространства.

Интернационализация производства и обмена развивалась на протяже­нии нескольких столетий. Благодаря великим географическим открытиям в XV—XVII вв. в международную торговлю были вовлечены страны и конти­ненты, что способствовало существенному росту ее объемов и расширению

международных связей. В последующем промышленная революция и возни­кновение крупного капитала привели к усилению международной миграции финансового капитала и рабочей силы. Наиболее интенсивное развитие ин­тернационализации хозяйственной жизни приходится на конец XIX — начало XX в. В тот период развитие пароходства и железных дорог способст­вовало интенсивному развитию транспорта, а быстрое снижение транс­портных издержек и таможенных тарифов стимулировало рост мировой торговли.

Так, в последнюю четверть XIX в. объемы мировой торговли возросли в 2,1 раза. В 1900—1913 гг. при росте мирового производства более чем на 40 % физические обороты мировой торговли возросли на 62 %. Интенсифициро­вались и финансовые потоки: в последнюю четверть XIX в. иностранные капи­таловложения возросли в 2,3 раза, а в 1900—1913 гг. — удвоились *. В 1913 г. треть британских капиталов была размещена на заморских территориях. Значительно возросла миграция населения: за 100 лет, начиная с 1820 г., около 60 млн европейцев переселились в Новый Свет, 3/5 из них — в США. Происходило сближение стандартов в социальной сфере: быстро сближа­лись уровни цен, заработной платы и уровней жизни в Западной Европе и США.

Отмечая значительные изменения в мировой экономике и интенсифи­кацию международных связей в этот период, некоторые исследователи вы­деляют период протоглобализации, развитие которой приходится на середи­ну XIX — начало XX в. (до первой мировой войны) и которая распространя­лась на всю Европу и Северную Америку. На основании сопоставления та­ких показателей, как мировая торговля, вывоз капитала, золотой стандарт, они утверждают, что в начале XX в. мир был более глобализирован, целостен и однороден, чем в середине этого же века ^[772].

Наконец, есть третья точка зрения на глобализацию, которую сегодня разделяет большинство авторов. Она неразрывно связана с утверждением, что «о глобализации в собственном смысле слова речь может идти лишь применительно к нашей эпохе, когда она становится доминантой мирового развития и это связано с появлением общемирового информационного и финансового пространства» ^[773].

В этой связи можно согласиться с российским ученым В. Кувалдиным, который отмечает, что «корни глобализационных процессов уходят глубоко в толщу истории, все же глобализация — феномен XX века» ^[774].

Выяснение сущности глобализации требует выделить те ее новые черты, которых не было ранее или они не были достаточно развиты. Для этого надо рассмотреть основные критерии глобализованности мировой экономики.

Российский экономист С. Долгов считает, что их можно определить при по­мощи таких показателей, как:

• объем интернационализированного (международного) производства товаров и услуг, темпы его роста по сравнению с объемом и темпами роста всего валового продукта в мире;

• объем и динамика прямых иностранных инвестиций по сравнению с объемом и динамикой всех инвестиций;

• объем и динамика международной централизации капитала (в виде меж­дународных слияний и поглощений компаний) по сравнению с общими данными о централизации капитала;

• объем и динамика крупных, комплексных международных инвестици­онных проектов по сравнению с общими масштабами подобных проектов;

• объем международной торговли товарами и услугами и темпы ее роста по сравнению с валовым продуктом;

• данные о международных операциях с патентами, лицензиями, ноу-хау;

• объем и динамика международных операций банков и других кредит­ных учреждений по сравнению с общим объемом и динамикой всех их опе­раций;

• объем и динамика международных фондовых рынков по сравнению с общим объемом этих рынков и темпами их роста *.

Обобщение качественных и количественных изменений, происходящих в мировой экономике в условиях глобализации, позволяет выделить основ­ные элементы собственно глобализации. Таковыми являются — междунаро­дная торговля, транснациональные корпорации (ТНК) и международные финансы.

Прежде всего глобализация сопровождается бурным развитием торго­вых связей. В 90-е гг. прошлого столетия мировое производство выросло на 20 %, а мировая торговля — более чем на 70 %. В последние годы прошло­го века мировой экспорт увеличивался в 1,5—2 раза быстрее валового про­дукта ^[775][776]. При этом необходимо отметить то обстоятельство, которое отличает интенсивное развитие торговли в начале и в конце XX в., — это возрастаю­щая доля экспорта в ВВП стран мира. Так, экспорт товаров и услуг в ВВП составляет, например, 82 % в Бельгии, 88 % — на Мальте, 98 % — в Ирлан­дии. В то же время для многих стран мировой рынок становится определяю­щим условием функционирования их национальных экономик, при кото­ром объем их экспорта превышает их ВВП. Речь идет об экспорто ориенти­рованных странах, где соответствующие объемы составили: 116 % — в Ма­лайзии, 151 % — в Гонконге (Китай), 145 % — в Люксембурге ^[777].

Второй важной чертой глобальной экономики является бурное развитие ТНК. Характеризуя переход от процесса интернационализации к глобализа­ции мировой экономики, профессор социологии из Университета Дьюка

Г. Джереффи указывает на возрастание степени «функциональной интегра­ции и координации в международных масштабах различных видов деяте­льности» ¹. К концу XX века в мире насчитывалось около 53 тыс. ТНК с 450 тыс. иностранных филиалов и объемом глобальных продаж в размере

9.5 трлн долл., на которые приходилось примерно 20—30 % общемирового производства и 66—70 % мировой торговли ^[778][779]. Сегодня 500 крупнейших ТНК обеспечивают более 1/4 общемирового производства товаров и услуг, их до­ля в экспорте промышленной продукции достигает 1/3, а в торговле техно­логиями и управленческими услугами — 4/5 ^[780].

В самой структуре ТНК образовалась небольшая группа гигантов миро­вого бизнеса. В 1997 г. объем продаж ведущих ТНК мира — «Дженерал мо­торе», «Форд», «Мицубиси», «Эксон», «Тойота» — превысил ВВП таких стран, как Малайзия, Израиль, Колумбия, Венесуэла, Филиппины. По дан­ным Конференции ООН по торговле и развитию (ЮНКТАД), более 60 % мировых инвестиционных потоков приходилось на 109 наиболее крупных сделок (более чем на 1 млрд долл, каждая).

Наиболее динамичные процессы в условиях развития глобализации происходят в финансовой сфере. Глобальная экономика характеризуется не только свободной торговлей товарами и услугами, но и свободным движени­ем капитала, способного устремляться туда, где прибыль наибольшая. Это, в свою очередь, привело к быстрому росту мировых финансовых рынков. Как отмечает Дж. Сорос, результатом этого стала «широкая система обращения»: она втягивает капитал в финансовые рынки и институты в центре, а затем перекачивает его на периферию ^[781].

Развитие международных финансовых рынков получило значительный толчок в 80-е гг. прошлого века. В период 1990—2000 гг. произошло четырех­кратное повышение валовых мировых потоков капитала, которые составили

7.5 трлн долл. Международное движение капитала по отношению к ВВП во­зросло в 1970—2000 гг. с 3 до 17 % в развитых странах ис0до5% — в разви­вающихся ^[782]. Несмотря на периодические кризисы, развитие международных рынков капитала можно охарактеризовать как глобальное ^[783]. Годовая торгов­ля валютой составляет около 400 трлн долл., в 80 раз превышая мировую торговлю товарами (в 1973 г. это соотношение было двукратным) ^[784]. Оборо­ты на международном фондовом и валютном рынках в десятки, а иногда и сотни раз превышают торговые обороты. Экспорт капиталов в виде прямых

инвестиций растет в 2—3 раза быстрее, чем мировая торговля. Гигантских величин достиг международный кредит, предоставляемый государствами, международными организациями, банками, частными компаниями.

Многие исследователи отмечают, что двигателем глобализации могут быть бизнес и высокие технологии, но ее структурная основа была создана международными организациями. Во время первой волны глобализации кон­ца XIX в. возникли первые международные институты — Красный Крест, Международный Почтовый Союз, Международный Телеграфный Союз. По­слевоенные международные организации — институты ООН, Международ­ный валютный фонд, Международный банк реконструкции и развития, Все­мирная торговая организация, Организация экономического сотрудничества и развития — оказались действенными и теперь превратились в международ­ные институты глобализации. ГАТТ/ВТО устанавливает правила мировой торговли, МВФ — определяет правила для финансовых систем, ОЭСР — обе­спечивает интеллектуальную поддержку глобализации, а политико-экономи­ческую стратегию глобализации определяет «большая восьмерка».

Но главные качественные изменения в мировом развитии связаны с но­вым научно-техническим переворотом конца XX века. Во-первых, в гло­бальной экономике интеллект и знания становятся непосредственной прои­зводительной силой, а информация и технологии — важнейшими экономи­ческими активами. Фундаментальные сдвиги в хозяйственной жизни, выз­ванные появлением информационных технологий и получившие название «новой экономики», призваны стать фундаментом формирующегося гло­бального общества. «Новую экономику» часто называют «экономикой зна­ний», подчеркивая особую роль науки и интеллекта в развитии современно­го производства.

Сейчас в странах ОЭСР более половины ВВП создается в интеллекту­ально-емком производстве. В научных открытиях последних десятилетий наиболее важные результаты имели прорывы в исследовании физики твер­дого тела, генетике, заложившие основы современных технологий в инфор­матике, средствах связи, медицине, сельском хозяйстве. Информационная революция, базирующаяся на соединении компьютера с телекоммуникаци­онными сетями, по мнению многих ученых, может иметь такие же последст­вия, как в свое время паровая машина или электродвигатель. Информаци­онная революция в соединении с биотехнологией, робототехникой, созда­нием АСУ, новыми средствами передвижения революционизировала произ­водство, обмен и потребление.

Во-вторых, феноменом глобального мира стали Интернет и информа­ционные технологии. Профессор Калифорнийского университета М. Кас- тельс отмечает, что в последние два десятилетия в мире появилась экономи­ка нового типа, которую он называет информациональной и глобальной. «Информациональная экономика... заключается в глубоком улучшении тех­нологии и использовании знаний и информации во всех процессах матери­ального производства и распределения на основе гигантского скачка впе­ред» ^l. Новые информационные технологии позволяют мгновенно переме­

щать информацию и многомиллиардные суммы денег в любой конец мира, а скорость распространения больших объемов информации намного обгоняет возможности передвижения товаров и людей, в результате чего создается глобальное информационное пространство, которое быстро осваивается че­ловеком.

Согласно прогнозам мировой объем услуг, предоставленных коммерче­скими предприятиями потребителям при помощи электронной торговли, в 2004 г. должен был составить 233 млрд долл, (по сравнению с 25 млрд долл, в 1999 г.), а численность пользователей Интернет (в 2003 г. она составляла 500 млн человек) к 2005 г. должна достигнуть почти 1 млрд человек ^l.

Интенсивность информационных потоков многократно ускоряет гло­бальное распространение знаний и технических достижений и поэтому ее можно рассматривать в качестве нового стратегического ресурса челове­чества.

Обобщая перечисленные проявления глобализации, известный россий­ский ученый академик О. Богомолов подчеркивает, что «бурное развитие компьютерной техники и электронных телекоммуникаций, появление высо­коскоростного и более экономичного транспорта резко приблизили друг к другу все континенты и государства, создали необходимые предпосылки для стремительного нарастания трансграничных обменов. Переливающиеся из страны в страну потоки товаров и услуг, капитала и людей, глобальные сис­темы коммуникаций и информации, деятельность международных эконо­мических и финансовых организаций и корпораций образуют ткань гло­бальной экономики, в которую в большей или в меньшей степени вплетают­ся все без исключения национальные экономики» ^[785][786].

Современный мир объединен не только торговлей, но и моментальной и почти бесплатной связью с помощью телефонов, спутников, телевидения, Интернета, реактивных самолетов. Все это сопровождается ростом «гло­бального сознания», которое влияет на бизнес, на защитников окружающей среды, борцов за права человека и др.^[787]В то же время глобальная экономика не охватывает все экономические процессы, территории и людей, хотя и имеет влияние на все человечество. На сегментарный характер глобальной экономики указывают многие зарубежные исследователи. Так, М. Кастельс отмечает, что, «несмотря на планетарный эффект от глобальной экономики, ее существование и формы затрагивают лишь отдельные сегменты и эконо­мические структуры, страны и регионы пропорционально конкретному по­ложению страны или региона в международном разделении труда» ^[788].

Наконец, развитие процесса глобализации коренным образом преобра­зует человеческое и общественное бытие. Информационная революция, по­лучившая развитие в последние десятилетия, позволяет устанавливать кон­

такты между любыми точками земного шара, меняет содержание различных видов деятельности. В новых видах коммуникаций, в новых формах взаимо­действия, в новых созидательных возможностях человека глобализация об­ретает свой экономический базис.

Глобализация также влечет за собой глубокую трансформацию всей сис­темы социальных и общественных связей человека. Она раскрепощает лич­ность, расширяет возможность выбора жизненной стратегии. Американские ученые П. Нанди и Ш. Шахидулла отмечают активную реакцию людей на изменение общемирового контекста деятельности. По их мнению, глобали­зация — «принципиально новый процесс роста и развития». В принципе глобализация открывает перед человеком беспрецедентные возможности са­мореализации ¹и тем самым поощряет человека к самореализации. Тем са­мым стремление человека к максимальной самореализации становится ос­новным источником прогресса наступающей эпохи.

В условиях глобализации выход человеческой деятельности за нацио­нальные рамки и усиление транснациональных форм ее организации ведет к кардинальным изменениям условий бытия индивидов, социальных групп и общин, народов и государств. Речь идет о создании глобального сообщества, в рамках которого существующие национально-государственные образова­ния выступают в качестве более или менее самостоятельных структурных единиц. Это общество получило название мегаобщества ^[789][790].

Фундаментальной тенденцией, радикально изменившей облик совре­менной цивилизации во второй половине XX века, стало движение к обрете­нию человеком все большей экономической, социальной, политической и духовной свободы. Это значит, что у человечества появляются необходи­мость и возможность влиять не на отдельные стороны социального прогрес­са, а на прогресс цивилизации в целом, что находит выражение в формиро­вании и развитии институтов глобального управления.

Вместе с тем глобализация потенциально несет угрозу демонтажа всей созданной на протяжении предыдущего столетия социальной надстройки. Для большого количества работающих, даже в развитых странах мира, гло­бализация означает неуверенность в сохранении рабочего места, ухудшение условий труда и жизни, отсутствие социальных гарантий и др. Уже сейчас становятся все более очевидными социальные последствия глобализации экономики, особенно обострения международной конкуренции и усиления влияния ТНК. И в бедных, и в богатых странах вызывает обеспокоенность рост неопределенности по мере того, как технологический прогресс, акти­визация международной торговли и распад традиционных местных структур начинают угрожать занятости, уровню заработков и благосостоянию. С обо­стрением международной конкуренции и развитые, и развивающиеся стра­ны утратили стимулы к укреплению или даже сохранению механизмов соци­альной защиты, способной переориентировать иностранных инвесторов на страны с низкой заработной платой, ненормированным трудом и низкими

социальными гарантиями. Уже сейчас трудящиеся обеспокоены тем, что во­зможности ускоренного роста и повышения уровня жизни, заложенные в глобализации, могут остаться нереализованными. Поэтому мировое сооб­щество должно учитывать социальные аспекты процесса глобализации, осо­бенно при разработке правил, норм и политики управления мировой эконо­микой.