Французские философы эпохи Просвещения о Востоке.

Вследствие роста торговли, появления новых исследований, «открытия» мира за пределами Европы расширялись знания о Востоке. Французские писателиэпохи Просвещениябыли знакомы с трудом Бернье, а также с другими работами об Азии, с 1550 г.

и др. - с трудом уходили от старых стереотипов, противопоставляя «европейскую свободу» и «азиатский деспотизм», указывая на отсутствие гражданских свобод, высоко ценимых в европейском обществе, на деспотическую форму правления. В стремлении построить единую схему мировой истории просветители закладывали основы универсалистского подхода к рассмотрению восточной культуры. Согласно этому подходу, Восток - это место, где началась всемирная история, зародилась культура, но на современном этапе исторического развития образцом культурного развития является Запад, и универсальной признается линия развития западной культуры.

В «Персидских письмах» (1721-1722)Шарль Монтескьеиспользует образ Персии, Востока, Азии, чтобы критиковать французское общество и его институты. Он высмеивает церковь, дворЛюдовикаXIV, упадок морали у французской аристократии. Впрочем в «Персидских письмах» он критиковал и Персию, в первую очередь ислам, за отношение к женщине, лицемерие.

Республики (Греция, Рим, Швейцария) характеризует общественная добродетель. Основным принципом монархии является честь. Монтескье привносит и элементы географического детерминизма, утверждая, что европейский ландшафт предполагает умеренность, свободу, честь и добродетель. Именно в Европе можно найти дух свободы, который имеет германское происхождение.

Резко негативное отношение вызывают у негодеспотии, принципом которых является страх и раболепие, характерные для Азии в целом и для Китая в частности. Он ассоциирует широкие равнины и теплый климат с раболепием и деспотизмом; огромное количество населения на этих просторах терроризируется и управляется деспотами. Единственный правитель держит власть в своих руках и меняет распоряжения в зависимости от своего желания или каприза. Монтескье указывает на некоторые явления в Китае, которые вызывают у него восхищение, в частности, смиренные манеры его населения и прекрасные дренажные земли. Индия также имеет гуманные законы. Но все это нисколько не меняет его отрицательного отношения к азиатскому деспотизму.

Столь мрачная картина Азии не осталась без внимания его соотечественников.Франсуа Кенэ, лидер французских физиократов, в поисках стабильного процветающего общества, где сельское хозяйство было бы основой экономики, а единый налог стал бы основным источником государственных доходов, указывает на имперский Китай. Труд Кенэ, составленный в основном по запискам миссионеров, был широко известен во Франции. Дискутируя с Монтескье, он утверждает, что китайский император был более похож не на своевольногодеспота, а на конституционного монарха, правившего с помощью естественного закона, которому он сам также и подчинялся.

Тогда как Кенэ дискутировал с Монтескье по вопросу о характере формы правления в Китае, другой крупнейший французский философФрансуа Вольтерсосредоточился на религиозных, культурных и исторических проблемах. Вольтер был яростным противником католической церкви и христианства в целом. Его интересовали вопросы древних комплексных альтернатив христианской хронологии и претензиям на мудрость. Сама древность китайской и индийской цивилизации стала важным аргументом для подтверждения его позиции. Поскольку, если обе эти цивилизации существовали до появления учения Моисея и хронологии Ветхого завета, то они выражали дохристианскую мудрость, опираясь на которую, он мог возражать Западу и своим христианским оппонентам. Для него крайне важно было то, что ни китайцы, ни индийцы не были подвержены влиянию учения древних евреев.

Китаю и Индии он уделяет большое внимание в статье о Китае в «Философском словаре», в «Очерках о нравах» (1762), где утверждает, что Запад учился на гениальности Востока и не должен

пренебрегать им. Он признает европейский долг перед Азией, которую он определяет как «колыбель искусств»: Запад был еще варварским, когда на Востоке расцвела цивилизация. Отмечая вклад Азии в мировую цивилизацию, Вольтер указывал, что человеческая история началась в Индии, и что древние египтяне обучались у индийцев. В его эпоху азиатские цивилизации, в частности, Китай и Индия, «вписывались» в общую картину западной версии мировой истории. Он подчеркивал контраст между китайской и европейской цивилизациями. Вольтер,европоцентристпо своей сути, тем самым способствовал смещению акцентов в исторических исследованиях.

Китай в его представлении - это огромная империя, которая в давние времена достигла своего расцвета и не менялась более 4 тыс. лет. Китайский шелк, фарфор, стекло были импортированы европейцами, которые позднее стали их копировать. Как иКэне,он считает, что император в Китае не был деспотом, но власть его была ограничена традициями и законами. Он с уважением относится к китайской религии и морали, а причины отсутствия прогресса у китайцев объясняет трудностями китайского языка, уважением к родительской и правительственной власти, почитанием ими прошлого. Вольтер восхваляет конфуцианскую мораль, настаивая на том, что китайцы не были ни атеистами, ни идолопоклонниками, но поклонялись Верховному Божеству. Мудростьконфуцианского учениявызывала его уважение, в отличие от буддизма, который китайцы заимствовали из Индии и который, согласно его пониманию, включал суеверия, идолопоклонство и материализм. Конфуцианские наставники, которые определяли общественную и индивидуальную мораль, почитание к правителю, родителям и учителям, являлись, по его мнению, противоположностью христианским проповедникам.

Индии, хоть и не столь почитаемой им, как Китай, Вольтер также отдает дань уважения за ее древнюю историю и вклад в цивилизацию: он упоминает о поучительных сказках Индии, шахматах и арифметике. Запад, как он считает, обменивал свои драгоценные металлы на индийские «драгоценные изобретения». Законы этой страны в целом разумные, но существуют и многочисленные суеверия, и такие нелепые обычаи, каксати. Индийцы в древности имели много достижений, но затем пережили стагнацию и упадок. Он объясняет это особенностями индийского климата, который способствует изнеженности и праздности. Он отвергает взгляд Бернье на Индию, как землю принцев и рабов, но считает, что, как и Китай, Индия уже не является позитивной созидательной силой в мире, какой она была когда-то. Теперь весь мир освещает свет разума, и факел находится в рукахВольтераи других философов - просветителей.

В целом философыПросвещенияпридавали Азии важную роль в сравнительно-исторических схемах для понимания синхронного развития культур и их развития во времени.

3.3.