Двухлинейные подходы
Билинейные подходы опираются на давнюю европейскую традицию противопоставления Запада и Востока, идущую от Ф.Бернье и Ш.Мон- тескье. Приверженцами многолинейности выступили некоторые из сторонников теории «азиатского способа производства».
Источниками для их интерпретаций социальной эволюции послужили две идеи К.Марк- са и Ф.Энгельса. Первая идея была сформулирована в «Grundrisse» (1857-1861), в том месте рукописи, где К.Маркс анализирует формы, предшествующие капитализму. Там он выделяет три формы Gemeinwesen:азиатскую, античную и германскую, которые можно интерпретировать как самостоятельные формы перехода к государственности. Вторая идея была сформулирована Ф. Энгельсом в «Анти-Дюринге»(1878), где он, согласуясь с замечаниями Маркса, высказал предположение о двух путях становления государства (восточном и античном). Последнюю версию поддержал Г.В. Плеханов, который рассматривал данные способы производства «как два сосуществующих типа» (1957 [1908]:165).
Обе идеи впоследствии были развиты марксистскими исследователями. Во время первой дискуссии об азиатском способе производства (1925- 1931) идею о том, что азиатский способ производства на Востоке развивался параллельно античному и феодальному на Западе, разрабатывал Л.И.Мадьяр (1928). Идею поддержали С.А. Дамин (1928), М.Д. Кокин, Г.К. Папаян, А.И. Ломакин (Дискуссия 1930: 122-123). Однако в атмосфере идеологического давления и политических угроз они были вынуждены сначала ограничить существование азиатского способа производства древностью (Дискуссия 1931: 52, 123-124, 153), а после ленинградской дискуссии и вовсе отказаться от разработки этой концепции.
Проблема альтернативного, параллельного развития Запада и Востока вновь оказалась в центре внимания после возобновления дискуссии об азиатском способе производства в 1957 г. В тот год были опубликованы сразу несколько работ (инициаторами второго этапа дискуссии выступили Л.С.
Васильев, Э. Вельскопф, Ю.И. Семенов и К. Вит- тфогель; вклад последнего в развитие теории азиатского способа производства в нашей историографии упорно замалчивался или искажался), в которых в той или иной форме высказывалось недовольство однолинейной стадиалистской схемой и предлагались попытки разрешения кризисной ситуации. В двух публикациях из четырех говорилось о параллельном развитии обществ Азии и Европы (Welskopf 1957; Wittfogel 1957).Возможно, наиболее авторитетно теория билинейной эволюции была сформулирована в «Восточной деспотии» К.Виттфогеля. Правда, необходимо оговориться, что в теоретическом плане Виттфогель считал себя сторонником теории многолинейной эволюции Дж.Стю- арда (Wittfogel 1957: 413), но марксистские корни билинейности его концепции очевидны. Весь пафос сравнительного анализа Виттфогеля направлен на сопоставление двух и только двух типов обществ (Wittfogel 1957: 17-20, 227) - негидротехнического, т.е. многоцентрового демократического общества западного типа, основанного на частной собственности, и гидротехнического, т.е. одноцентрового агробюрократи- ческого тоталитаристского общества восточного типа со слабым развитием частной собственности.
Англоязычная версия виттфогелевского термина hidraulic society неоднократно подвергалась острой критике из-за чрезмерных технических коннотаций из области гидравлики. Однако в немецком языке термин Wasserbau Gesellschaftзвучит не более гидравлично, чем термин «ирригационное общество», а по объему это понятие гораздо шире. Как объяснял К.Виттфогель, термин гидротехническое общество предпочтительнее синонимичного термина «восточное», потому что лучше выражает специфику этого общества - он одновременно подчеркивает выдающуюся роль деспотических методов государственного управления (Wittfogel 1957: 12) и решающее значение крупномасштабных гидротехнических работ (там же: 22) при «первичном», т.е. независимом возникновении агробюрократического общества (там же: 420).
Необходимо отметить, что согласно Виттфогелю, возможность гидротехнического пути развития еще не означает его неизбежность.
Изначально существует альтернатива, и выбор в конкретных исторических условиях совершает само общество. Но если аграрное общество совершило выбор в пользу крупномасштабных гидротехнических работ, то формирование деспотического государства было неизбежным (Wittfogel 1957: 12, 17-19,420).Впоследствии идеи двухлинейной эволюции в рамках творческой марксистской теории были развиты другими авторами, которые также писали о принципиальном отличии путей эволюции Запада, где сложился динамический баланс между государством и различными классами, и Востоком, где господствующая элита являлась одновременно и государством, и правящим классом (Седов 1967; Чешков 1967; Jaksic 1991 и др.).
В последние два десятилетия XX века эта идея наиболее обстоятельно была развита в работах Л.С. Васильева (1982; 1983; 1988; 1989; 1993 и др.), который привнес в данную схему ряд положений, разработанных в неоэволюционистской антропологии. Васильев полагает, что генеральной линией социальной эволюции является процесс постепенной трансформации автономных общинных образований в вождества, а из них - в ранние и затем - в зрелые государства. Этот процесс происходил на основе монополизации доступа к управлению и контролю над производством и перераспределением. Так как власть и место в иерархии определяют статус индивида, частная собственность имеет подчиненный характер. В обществе нет граждан, есть подданные. В результате складывался государственный (Л.С.Васильев считает, что этот термин более удачен, чем термин азиатский в силу его универсальности) способ производства.
Европейская структура (частнособственнический способ производства) представляет собой «мутацию», прообраз которой восходит к финикийской модели. Однако наиболее последовательно данный способ производства реализовался в античной Греции и Риме. Для этой модели общества характерны товарные отношения, частная собственность, политическое равноправие граждан полиса. Право было ориентировано на соблюдение законности и защиту интересов граждан.
Это, в конечном счете, обусловило динамику развития Западной Европы и привело в новое время к формированию правового государства и гражданского общества.Выводы Л.С.Васильева были поддержаны исследователями более молодого поколения (Киселев 1985; Павленко 1989; 1991; Крадин 1991 и др.). Схожие идеи высказывались в западной антропологии (Southall 1991; Morrison 1994).
Другие исследователи конструировали более сложные модели. Они рассматривали азиатскую, античную и германскую общины и как последовательно более развитые формы Gemeinwesen,и как самостоятельные линии исторического развития. В таком ключе, например, написаны работы Ф.Тёкеи (1975). А.И.Фурсов (1989; 1995) считает, что марксовы Gemeinwesenявляются стадиями последовательного освобождения субъектных качеств человека от его коллективного начала; всемирно-исторический процесс развертывается в двух плоскостях: тупиковой азиатской, где система доминирует над индивидом, и прогрессивной западной, где в каждой более высокой социальной форме осуществляется последовательная эмансипация субъекта.
По М.Годелье, азиатская и античная формы являются тупиковыми, так как ведут соответственно только к азиатскому и к рабовладельческому способам производства. Лишь германская форма Gemeinwesen приводит к феодализму, а от него - к капиталистическому обществу. Даже Япония импортировала капитализм с Запада (Godelier 1969). Но по Мелотти, путей эволюции уже пять. Он дополняет Gemeinwesenславянской общиной, которой соответствует «русский» путь к бюрократическому социализму, а также особый тип архаической Gemeinwesen, предшествовавший японскому феодализму и капитализму (Melotti 1977).
Двухлинейный взгляд на всемирную историю был дополнен концепциями самостоятельного варианта эволюции кочевников-скотоводов. В качестве критериев предлагались: 1) специфические черты хозяйства и культуры номадов (Марков 1967; Андрианов, Марков 1990; Масанов 1991; 1995); 2) наличие резкой социальной дифференциации (классов) и частной собственности на скот (основное средство производства) при отсутствие институтов формального управления (государ-
ства) скотоводами (Bonte 1981; 1990)[12]; 3) завоевательный характер «кочевых империй», который являлся базисом особого ксенократического или экзополитарного способа производства (Крадин 1992; 1994; 1995; 1996;Kradin 1993; 1995).
В конечном счете двухлинейная модель и ее производные сыграли положительную роль в критике однолинейных подходов, выявлении общих и специфических черт в социальной эволюции. Модель «азиатского способа производства» позволила лучше понять отличие Востока от Запада, специфику так называемых «социалистических» обществ древности - средневековья и Новейшего времени. В то же время постепенно выяснились и ее пределы. Поскольку идеально-типическая модель азиатского способа производства была призвана выявить и объяснить специфику всех неевропейских обществ в контексте противопоставления Западу (хотя, скажем, индусское общество в Азии не более похоже на китайское, чем последнее - на европейское), выявились ее эвристические слабости при анализе пространственно-временных вариаций политических структур восточных обществ. Расчищая путь к многолинейности, теория азиатского способа производства со временем сама оказалась помехой на пути изучения многообразия эволюции неевропейских обществ.