ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ ФАКТОР В РАЗВИТИИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СОСТАВЛЯЮЩЕЙ СОВРЕМЕННОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

Решающая роль человеческого фактора в развитии экономики, особенно в течение последних столетий ее истории, становится все более очевидной. Поэтому при характеристике экономик необходимо учитывать в качестве од­ного из важнейших их гуманитарный аспект.

На грани двух тысячелетий специалисты ООН сделали вывод о том, что «характерной особенностью каждой цивилизации является ее отношение к достоинству и свободе человека»^[705]. Если проследить развитие цивилизаций, то легко можно заметить, что на протяжении веков развитию человека не уделялось внимание. Однако уже в древнем мире были разработаны первые кодексы поведения, обязывающие человека к поддержанию устоев об­щества. Так, законы Хаммурапи (Вавилония, 1792—1750 гг. до н.э.) — первый подробный сборник законов рабовладельческого общества — включали семейное право, имущественные вопросы, вопросы найма на работу, наказания и др. Законы Ашоки (Индия, 268—232 гг. до н. э.), в частности, предписывали повиновение властям, родителям, старшим и др. Известны, правда, и законы Драконта (Афины, 621 г. до н. э.), содержащие правовые нормы, регулирующие гражданские меры против рабства и раз­боя, содержащие имущественное право и др. Законы Ману (Индия, 1 тыс. до н. э.) представляли сборник предписаний и правил, регламенти­рующих поведение индийца в частной и общественной жизни. Среди наибо­лее известных кодексов поведения древних следует также отметить законы Кира И (Персия, 558 г. до н. э.), Солона (Афины, ок. 559 г. до н.э.) и некото­рые другие.

И только 2000 лет тому назад был провозглашен Новый Завет, а 600 лет спустя и Коран, закрепившие общечеловеческие моральные и этические нормы поведения.

Из древнего мира исходят истоки идеи отрицания бедности и социальной несправедливости, они были присущи и древним мыслителям, например Платону и Аристотелю. На протяжении столетий существовали основанные церковью оздоровительные и учебные заведения.

колониях организовывали программы помощи бедным. Но практическая реа­лизация принципов социального равенства, развития прав и свобод человека начала осуществляться лишь в конце XVIII — начале XIX вв. Важным событи­ем в этой связи стала Французская революция 1789 г. и принятие Декларации прав человека и гражданина.

В конце XVIII — начале XIX вв., в эпоху промышленного развития, тяже­лые условия труда работающих вызвали к жизни необходимость ввести регу­лирование в области труда не только на национальном, но и на международ­ном уровне. Одной из причин введения именно международного, т. е. обяза­тельного для всех стран, регулирования в области труда были опасения про­мышленников и правительств проиграть в конкурентной борьбе в случае вве­дения ими односторонних мер по охране прав трудящихся, ибо это повлекло бы удорожание производства.

Поэтому в 1818 г. промышленник из Уэльса Р.Оуэн первым выдвинул идею принятия соответствующих мер на международном уровне, предложив учредить комиссию по вопросам труда. Первые предложения о разработке международного законодательства поступили от англичанина Ч.Хиндли, бельгийца Э.Дюкпетье и французов Ж.А.Бланки, Луи-Рене Вилларме и Д.Л.Леграна. Предложения о принятии международного регулирования в области труда вносились тогда в парламенты Франции, Австрии, Бельгии и Германии.

Важным событием в процессе развития международного регулирования в области труда было принятие решения на переговорах по Версальскому миру об учреждении Международной организации труда, основной задачей кото­рой должно было стать создание международного механизма по установле­нию стандартов в области труда. В текст Версальского договора, принятого в 1919 г., вошли положения о правах трудящихся, явившие собой основу меж­дународного трудового законодательства.

Новым важным этапом в плане развития человеческого потенциала стало создание в конце XIX в. первых механизмов системы социальной защиты, ко­торая предполагала помощь трудящимся в случае потери работы, производст­венного травматизма, болезни и др.

Создание систем социального страхования в начале XX в., их последую­щее развитие и превращение во всесторонние системы социального обеспече­ния, а затем эволюция практически универсальной системы социальной за­щиты — таков один из важнейших этапов социального развития в двадцатом веке.

Возникновение и развитие социальной защиты были связаны с необходи­мостью сохранения и воспроизводства рабочей силы, а также для предотвра­щения обострения классовых противоречий на стадии монополистического капитализма.

Однако следует отметить, что философское обоснование социальной за­щиты появилось в разных странах не одновременно. Большое влияние на возникновение и развитие современных систем социальной защиты имели факторы исторического развития, менталитет и традиции нации. Например, в США масштабы страны, разнообразие культур, наций, традиций содейст­вовали формированию соответствующих ментальных предпосылок, среди

которых доминировал индивидуализм. Поэтому за длительный историчес­кий период в стране сформировалась экономика свободного рынка с си­льно развитой конкуренцией и высокой конкурентоспособностью эконо­мических агентов, но слабой их социальной защитой, ибо правительству в этой стране была отведена относительно ограниченная роль. В отличие от США, большинство западноевропейских стран в прошлом были монархия­ми, поэтому правительство традиционно имело более сильное вмешательст­во в экономику и могло целенаправленно проводить политику социальной защиты.

В Японии длительная изоляция от внешнего мира, конфуцианские тради­ции, как и во многих странах восточноазиатского региона, содействовали за­креплению определенных традиций, среди которых — приоритет группы по сравнению с личностью. Философия конфуцианства — следование мериток­ратической традиции, склонность к постоянному образованию и самосовер­шенствованию, предпочтение коллективного, а не индивидуального — вместе с другими факторами имела большое влияние на развитие экономики, а также становление и развитие систем социальной защиты.

Специфика исторических традиций и общественной философии США, стран Европы и Японии отразились на развитии систем их социальной защи­ты. Так, в странах Европейского содружества доля правительственных расхо­дов намного превышает этот показатель в США и Японии, что отражает осо­бое отношение европейцев к системе государственного обеспечения, преодо­ления социального неравенства и поддержания социальной стабильности. В США социальное обеспечение появилось почти через пол века после того, как оно возникло в Европе, сам подход к системе социального обеспечения трак­туется узко, вследствие чего доля людей, живущих за чертой бедности, здесь намного больше, чем в Европейском сообществе и Японии, хотя США и яв­ляются богатейшей страной мира.

Возникновение социальной защиты во второй половине XIX в. связывают с деятельностью немецкого канцлера Отто фон Бисмарка и принятием в Гер­мании первых законов по социальной защите. В конце XIX в. были заложены основы шведской и датской системы социальной защиты. В начале XX в сформировалась английская система, а в годы Великой депрессии (1929— 1933 гг.) появились первые государственные программы по социальной защи­те населения в США.

В XIX в. были сделаны и другие важные шаги в деле развития прав челове­ка. В 1860—1880 гг. во всех регионах мира было подписано более 50 двусто­ронних договоров об отмене работорговли.

Однако прогресс в области прав человека стал действительно ощутимым лишь в XX в. Еще в 1900 г. более половины населения мира жило в условиях колониальных режимов и не было такой страны, где бы право голоса гаранти­ровалось всему населению. Сегодня по меньшей мере три четверти населения мира живет в условиях демократического правления.

Крупнейшие сдвиги в области прав человека и развития человеческого потенциала произошли после Второй мировой войны. Важное значение име­ло образование в 1945 г. Организации Объединенных Наций с принятым Ус­тавом, где уделено внимание правам человека, а в 1946 г. была учреждена ко­

миссия ООН по правам человека.

Европа ставит принцип прав человека во главу угла своей деятельности, и поэтому еше в 1950 г. была принята Европейская конвенция о правах чело­века.

В основу принципа прав человека и развития человека заложена общая идея и общая цель — гарантия свободы, благосостояния и достоинства всех людей всего мира: свобода от дискриминации; свобода от нищеты и право на достойный уровень жизни; свобода развития и реализация своего человече­ского потенциала; свобода от страха и угроз личной безопасности; свобода от несправедливости и нарушений законности; свобода мысли и слова; свобода достойно трудиться, не подвергаясь эксплуатации ^[706].

Процесс развития человеческого потенциала играет важную роль в осуще­ствлении прав человека, а права человека имеют большое значение для пол­номасштабного процесса развития человеческого потенциала.

В XX в. достигнуты беспрецедентные успехи в области развития человече­ского потенциала, обеспечения свободы от нищеты и повышения жизненного уровня миллионов людей. В 46 странах мира, где живет более 1 млрд человек, достигнут высокий уровень развития человеческого потенциала. В развиваю­щихся странах доля грамотного взрослого населения увеличилась с 48 % в 1970 г. до 72 % в 1998 г.^[707]

Весь ход исторического развития свидетельствует о неуклонном росте ро­ли человеческого фактора в функционировании и развитии общественного производства, но только в условиях современной цивилизации было оценено влияние человеческого фактора на развитие этого процесса.

В условиях глобализации экономики можно выделить следующие ее сос­тавляющие, на которые оказывает особое влияние развитие человеческого по­тенциала.

Во-первых, инновации и экономический рост. Так, А.Хансен (США), проанализировав источники экономического роста в зарубежных странах за последние 300—400 лет, пришел к выводу, что такими источниками являются инновации, народонаселение и новые территории.

Исследование источников экономического роста в США в 1929—1969 гг., проведенное Э.Ф.Денисоном из Института Брукингса, показало, что около 1/3 этого роста было достигнуто благодаря вложению труда, в то время как вклад капитала составил лишь 1/7. При этом 0,4 % ежегодного экономическо­го роста он относит к действию образовательного фактора, т. е. увеличению человеческого капитала.

Во-вторых, конкурентоспособность нации. В известной теории междуна­родной конкуренции М.Портера выделены четыре основных фактора, влияю­щих на создание конкурентных преимуществ ^[708]:

— факторные условия (конкретные факторы, необходимые для успешной конкуренции в данной отрасли);

— условия спроса (спрос на внутреннем рынке на продукцию и услуги данной отрасли);

— родственные или подготовительные отрасли;

— стратегия фирмы, ее структура и конкурентоспособность.

В этой системе по крайней мере две группы факторов имеют прямое отно­шение к человеческому фактору. Так, факторные условия, кроме прочего, включают человеческие ресурсы (количество, квалификацию, менеджмент и стоимость рабочей силы) и ресурс знаний (сумма научной, технической и ры­ночной информации). Поэтому вложения в образование, квалификацию, до­ход, жизненные условия повышают конкурентоспособность нации.

В то же время неблагополучные экономические или социальные условия нейтрализуют действие этих факторов, особенно в том случае, если происхо­дит отток квалифицированной рабочей силы и интеллектуалов за рубеж. Кро­ме того, ресурс этого фактора обесценивается, если его постоянно не совер­шенствовать. Особенно быстро обесцениваются квалифицированные кадры и знания, являющиеся важнейшими факторами, усиливающими конкурентные преимущества.

Вторым детерминантом национальных конкурентных преимуществ явля­ется спрос на товары и услуги данной отрасли на внутреннем рынке. В свою очередь структура и характер спроса зависят от покупательной способности. Именно спрос определяет характер и скорость внедрения новаций и выдвига­ет требования к квалификационному уровню работающих, что имеет опреде­ляющее значение для роста конкурентоспособности отрасли как внутри стра­ны, так и на международном уровне.

Относительно возросшего влияния человеческого фактора на националь­ную конкурентоспособность можно привести такой факт. Международный институт развития менеджмента в Лозанне (Швейцария) опубликует подсчет индексов конкурентоспособности стран мира. Для подсчета индекса исполь­зуются 290 критериев. Интересно, что из всего количества факторов, влияю­щих на конкурентоспособность, 25 критериев, например, относятся к науке и технологиям, а 43 — к качеству человеческих ресурсов (конечное потребле­ние, стоимость жизни, здравоохранение, стоимость рабочей силы, характери­стика населения, характеристика рабочей силы, занятость, безработица, обра­зование, качество жизни, общественные ценности, количество научно-техни­ческого персонала и др.)^[709].

Таким образом, проблемы достижения или сохранения мирового эконо­мического лидерства актуальны в современных условиях глобализации эконо­мики для всех без исключения стран, даже если они и занимают в мировой экономике лидирующее положение.

В-третьих, стимулирование общественного производства, а значит, и эко­номического роста. В процессе воспроизводства человек — это не только субъект производства, но и его конечная цель, ведь общественный продукт проходит стадию производства, распределения, обмена и завершается в по­треблении. В свою очередь, уровень потребления, стимулирующий производ­ство, зависит от потребностей и возможностей человека. Поэтому доходы и потребности имеют влияние на уровень и структуру потребления, а значит, и на экономическое развитие вообще.

В-четвертых, человеческий фактор. Человек с его историческими тради­циями, культурой, менталитетом и духовными ценностями имеет прямое вли­яние на социально-экономическое развитие общества.

Мировой опыт свидетельствует о том, что правопорядок каждого народа основывается на его традициях и духовных ценностях, ведь человек является носителем духовности, традиций и культуры. За рубежом все большее развитие получает теория, согласно которой уровень жизни общества зависит не только от избранной им модели развития, но и от национальных традиций, обусловли­вающих экономическое поведение людей, адекватное их жизненным ценнос­тям, которое входит в понятие «мягкой составляющей». Основным ее элемен­том является культура, прежде всего такие ее составляющие, как профессио­нальные убеждения и ценности, интерпретация истории, ее герои и мифы ^[710].

Некоторые ученые (А.Мюллер—Армак и Г.Бласко), основываясь на ис­следованиях данной проблемы, полагают, что к жизнеспособности экономи­ки имеет отношение также и религия.

Именно этим объясняется взвешенный подход во многих странах при внедрении зарубежного опыта в национальную практику, ведь необходимо учитывать роль основного элемента производительных сил — человека. Это обстоятельство действительно всегда учитывается при проведении реформ в наиболее развитых странах мира. Если, например, взять США и Японию, то в последней основополагающим фактором «японского чуда» в отличие от аме­риканского менеджмента, ориентированного на индивидуальное соперничес­тво и жесткую конкурентную борьбу, является групповая целеорганизация. Поэтому деловой мир этих стран может заимствовать друг у друга только те элементы хозяйствования, которые, будучи привнесенными на националь­ную почву, могут дать наилучший результат.

Лауреат Нобелевской премии М.Фридмен называет пять основных форм богатства: деньги, облигации, акции, физические блага и человеческий ка­питал ^[711].

Понятие «человеческий капитал» означает меру воплощенной в человеке способности приносить доход и включает врожденные способности и талант, а также образование и приобретенную квалификацию. Специалисты Всемир­ного банка включают в это понятие также состояние здоровья и качество пи­тания, а эксперты ООН, кроме всего названного, — также профессиональный опыт, физическое состояние, способность к выживанию и другие характерис­тики, обеспечивающие производительность и самообеспеченность людей.

Для измерения качества человеческого потенциала в мировой практике применяется индекс человеческого или гуманитарного развития Этот обоб­щающий индикатор включает такие показатели, как долголетие (ожидаемая продолжительность жизни при рождении), знания (образованность взрослых и средняя продолжительность обучения) и доходы (ВВП в долларах США на душу населения). Его величина колеблется от 0 до 1. По этому показателю длительное время первые места в рейтинговой шкале занимают наиболее раз­витые страны — члены ОЭСР, в том числе Канада, Франция, Норвегия, США и Исландия.

Глобализация экономики, охватившая мир, предъявляет новые требова­ния к технологиям, производству и обостряет проблемы международной кон­куренции. А это порождает новые требования к человеку — его образованию, квалификации, знаниям, здоровью, производительности и творческому по­тенциалу, что влечет за собой значительные вложения в сохранение и разви­тие человеческого потенциала, являющегося движущей силой всего цивили­зационного процесса. Поэтому человеческий капитал требует новых вложе­ний и воспроизводства. Вследствие этого во многих странах приоритетом эко­номической политики становятся образование, здравоохранение и програм­мы социальной защиты, ведь в глобальной конкуренции победят те нации, которые будут лидировать в развитии человеческого потенциала. А повыше­ние качества человеческого капитала составляет богатство нации.

Наибольшие расходы на развитие человеческого капитала имеют страны ОЭСР, они же достигли и наивысших показателей в его развитии. Так, расхо­ды на образование в конце 1990-х годов оставались высокими и достигли в Австрии — 5,4 % ВНП, Ирландии — 6,0, Франции — 6,0, Канаде — 6,9, Новой Зеландии — 7,3, Норвегии — 7,7, Дании — 8,1 при среднемировом показателе 4,8 %^[712].

При этом необходимо отметить, что в настоящее время в ряде развиваю­щихся стран также наблюдается рост расходов на образование. Например, в Намибии они составляют 9,1 % ВНП, в Ботсване — 8,6 %. Такие инвестиции в перспективе могут содействовать экономическому росту. Ведь экономичес­кий рост в новых индустриальных странах, особенно в Корее, Сингапуре и Тайване, кроме прочих факторов, объясняется и тем, что_г в этих странах в 60-х гг. инвестиции в школьное образование превысили средние показатели развивающихся стран в несколько раз.

Не менее важное значение для развития человеческого потенциала имеют расходы на здравоохранение. В конце XX века они составили: в Нидерландах 6,0 и Норвегии 7,4 % ВВП, Канаде — 6,3, США — 5,8, Бельгии — 7,9, Швей­царии — 7,6, Швеции — 6,7, Франции — 7,3, Германии — 7,9 при среднеми­ровом показателе 2,5 %^[713].

В современную эпоху важным средством сохранения и развития человече­ского потенциала является социальная защита. Спрос на ее услуги возрастает, поскольку в начале XXI в. в мире 1,2 млрд человек живут в условиях нищеты, (их доходы составляют менее 1 долл. США в день) и насчитывается не менее

150 млн безработных ^[714]. В то же время современные системы социальной за­щиты содержат программы помощи семьям с детьми, что содействует воспро­изводству рабочей силы, переподготовки и переквалификации безработных, что повышает качество рабочей силы; предоставление всесторонней матери­альной поддержки безработным и бедным стимулирует спрос, а значит, сти­мулирует общественное производство; программы здравоохранения содейст­вуют развитию людских ресурсов и пр.

Поэтому в странах ОЭСР в конце 90-х гг. расходы на программы соци­альной защиты в общем объеме ВНП составили: в США — 6,2 %, Австра­лии — 9,6 %, Нидерландах — 18,1 % и Швеции — 23,7 %. А соответствующие расходы в структуре расходов центрального правительства варьировали от 27,6 % в Ирландии до 45 % — в Финляндии, Австрии и Германии и до 50 % — в Швеции.

В настоящее время формируются две противоположные модели социаль­ной защиты. Первая — модифицированный вариант либерализма, то есть ли­берализм с системой социальной защиты, ее примером может служить приня­тая в США модель благосостояния, преимущественно направленная на пре­доставление льгот малоимущим. Вторая модель базируется скорее на опыте системы социальной защиты стран Европы — более ориентированной на уни­версальность. В соответствии с этой концепцией система социальной защиты должна распространяться и на средний класс, обеспечивая тем самым поли­тическую поддержку и стабильную налоговую базу общества.

Выбор определенной модели социальной защиты имеет принципиальное значение, так как от этого зависит еще один важный показатель человеческо­го развития — уровень неравенства. Как свидетельствует практика, в странах, имеющих систему социальной защиты для всего населения (Норвегия, Фин­ляндия, Швеция), коэффициент Джини, характеризующий степень неравен­ства в обществе, составляет 0,25; в странах, имеющих корпоративную систему защиты (Франция, Германия), — 0,30—0,32, а при базово направленной сис­теме (США, Австралия, Великобритания) — 0,35—0,40.

Но наиболее впечатляет рост государственных расходов на социальные программы, включая образование, здравоохранение, социальное обеспече­ние, социальные выплаты, жилье, социально-культурное обслуживание, о чем свидетельствует таблица 1.

Как видим, во всех странах, за исключением Греции, расходы на социаль­ные программы составляют львиную долю государственных расходов — от 50 % до 76,5 %.

Еще одним важным достижением XX века в плане развития человека ста­ла реализация в ряде стран концепции «государства всеобщего благосостоя­ния». Определяющими чертами такого государства являются развитая рыноч­ная система, высокий уровень экономического развития, политическая демо­кратия, независимые от правительства профсоюзы и объединения предпри­нимателей, развитая система социальной защиты, включающая помощь по безработице, пенсии по возрасту и нетрудоспособности, помощь малообеспе­ченным гражданам, гарантированный доступ к системе медицинского обслу­живания и др.

Таблица 1

Расходы на социальные программы в совокупных государственных расходах*

* Включая образование, здравоохранение, социальное обеспечение, социальные выплаты, жилье и социально-культурное обслуживание.

Источники: Government Expenditures for Children and Their Families in Advanced Industrialized Coun­tries, 1960—1985, p.8; Vom Plan zum Markt, p. 279; На пороге 21 века, с. 240—241.

В общей концепции «государства всеобщего благосостояния» главное предназначение государства — создание как можно более высокого благосос­тояния для широких слоев населения, социальной защиты и справедливости путем коррекции распределения доходов.

Страны, придерживающиеся концепции «государства всеобщего благосо­стояния», значительно отличаются от других стран мира. И прежде всего вы­соким уровнем доходов на душу населения. В конце XX в. ВВП на душу насе­ления, например, достиг в США 31872 долларов США, в Дании — 25869, Япо­нии — 24898, Норвегии — 28433 и Швейцарии — 27171 ^[715].

Как отмечалось выше, в этих странах высок уровень государственных рас­ходов на социальную защиту населения и социальные программы.

В результате целенаправленной политики государства и значительных го­сударственных расходов на сохранение и развитие человеческого капитала в

этих странах индекс человеческого развития приближается к 1, в то время как в подавляющем большинстве стран мира он колеблется в диапазоне 0,5—0,79.

Однако и в этих странах существуют острые социальные проблемы: безра­ботица, бедность, социальное неравенство ^[716].

В условиях глобализации экономики ставятся под угрозу многие социаль­ные ценности, достигнутые в прошлом веке, в том числе и сама концепция «государства всеобщего благосостояния». Поэтому в теоретических дискусси­ях, ведущихся на уровне наднациональных организаций и между ними, фор­мируется новая концепция будущей системы социальной защиты и пути ре­формирования и приспособления к новым условиям глобального развития самого «государства всеобщего благосостояния».