1.2.4. Цивилизационный подход в глобальном прогнозировании

В глобальном анализе и прогнозировании группировка стран в пространственном разрезе производится на основании трех принципов — географического, экономического и цивили­зационного или их сочетания.

Так, в демографическом прогнозе ООН до 2050 г. страны вы­деляются на основе экономического принципа (более развитые и менее развитые, в том числе наименее развитые, менее раз­витые без наименее развитых, менее развитые без Китая) и гео­графического критерия — по материкам и их частям: Африка (в том числе Африка южнее Сахары, Восточная, Средняя, Северная, Южная, Западная), Азия (в том числе Восточная, Южная, Центральная, Юго-Восточная, Западная), Европа (в том числе Восточная, Северная, Южная, Западная), Латин­ская Америка и Карибы (в том числе Центральная Америка, Южная Америка), Северная Америка, Океания (в том числе Австралия и Новая Зеландия), Меланезия, Минкронезия — с на­селением всего 0,5 млн чел., Полинезия.

Экологический прогноз ПРООН опирается в основном на географический принцип: Африка (Центральная, Восточная, Северная, Южная, Западная), Азиатско-Тихоокеанский реги­он (Австралия и Новая Зеландия, Центральная Азия, Северо­Западная и Восточная Азия), Европа (Центральная, Восточная, Западная Европа), Латинская Америка и Карибы (Карибы, Мезоамерика, Южная Америка), Северная Америка, полярные районы, Западная Азия (Арабский полуостров), Ближний Восток (Иран, Иордания, Ливан, Сирия).

Всемирный банк использует преимущественно экономичес­кий критерий — группы стран с высоким доходом на душу на­селения (в том числе зона евро), с низким доходом, со средним доходом (в том числе выше среднего и ниже среднего). Среди стран с низким и средним доходом выделяются по географичес­кому принципу Восточная Азия и Тихоокеанский регион, Европа и Центральная Азия, Латинская Америка и Карибы, Средний Восток и Северная Африка, Африка южнее Сахары.

В прогнозе мировой экономики, разработанном группой экс­пертов ООН во главе с В.В. Леонтьевым, было выделено 15 групп стран на основе сочетания географического и экономического принципов: Северная Америка, Латинская Америка (со средним и низким доходом), Европа (с высоким и средним доходом), СССР, Восточная Европа, Азия (страны с централизованным плани­рованием), Япония, Азия (средний и низкий доход), Ближний Восток (нефтедобывающие страны), пустынная Африка, тропи­ческая Африка, Африка (средний доход), Океания.

Европейское энергетическое агентство в энергетическом глобальном прогнозе до 2030 г. сочетает экономический и гео­графический принципы, выделяя развитые страны ОЕСД (в том числе Северную Америку, Европу, Тихоокеанский регион), пере­ходные экономики (в том числе Россия), развивающиеся стра­ны (в том числе Китай, Индия, остальная Азия, Средний Восток, Африка, Латинская Америка).

Российская цивилизационная школа использует в истори­ческом анализе и глобальном прогнозирования цивилизаци­онный принцип. Такой подход использовался П.А. Сорокиным, а также в трудах современных представителей этой школы [1, 4, 5]. Он объясняется нескольким обстоятельствами.

Во-первых, во второй половине XX в. развернулся активный процесс геополитической дифференциации. В результате рас­пада колониальной системы в послевоенный период возникли десятки новых независимых государств, вступивших в ООН. В конце XX в. наблюдалась вторая волна дифференциации в результате распада СССР, СФРЮ, Чехословакии. На глобаль­ной сцене действует сейчас более 220 суверенных государств, в основном небольших или совсем маленьких. На передний план в XXI в. выдвигается иной принцип группировки государств — по принадлежности к той или иной цивилизации, на фоне ста­новления пятого поколения локальных цивилизаций, более дифференцированного по сравнению с четвертым поколением (12 цивилизаций вместо пяти). Межцивилизационные отноше­ния становятся определяющими для мирового сообщества — глобальной цивилизации, чтобы ответить на новые вызовы XXI в.

Во-вторых, меняются критерии и основания для объеди­нения многочисленных государств в разнообразные союзы и группы, скрепленные общими интересами. В XIX в. такими объединениями были колониальные империи с общим геополи­тическим, военным, экономическим центром. Геополитическую погоду и мироустройство определяли около десятка держав. В XX в. на первый план вышли идеологические противоречия, противоборство и столкновения между преобладавшим миром капитализма и рождавшимся миром социализма; во второй по­ловине века это нашло выражение в формировании двух идео­логических военных союзов — западно-капиталистического во главе с США и социалистического во главе с СССР, двух военных блоков — НАТО и организации Варшавского договора, противо­борствовавших и не раз оказывавшихся у опасной грани само­убийственной ядерной войны. Эти блоки боролись за влияние в третьем мире, представленном движением неприсоединив- шихся государств, «Группой 77».

Однако это деление глобального пространства прекратило свое существование с конца 80-х гг. XX в., с окончанием «холод­ной войны», самороспуском Варшавского договора, СЭВ, СССР. Исчезла общая смертельная угроза, объединившая две проти­воборствующие группы стран, распался «образ врага».

И здесь на первый план вышел иной критерий группировки стран, который на протяжении двух веков находился в тени, — цивилизационный. Первым это почувствовал и выразил в своей знаменитой статье и нашумевшей монографии американский политолог С. Хантингтон, выдвинувший концепцию нового водораздела в глобальном пространстве — межцивилизацион­ного, новой оси противостояния — западной и мусульманской цивилизации, обосновавший неизбежность столкновения ци­вилизаций. В противовес этому иранский лидер М. Хаттами, поддержанный большинством стран, представляющих разные цивилизации, выдвинул идею диалога цивилизаций, выражен­ную в долгосрочном плане действий резолюции Генеральной Ассамблеи ООН от 9.11.2001 г. «Глобальная повестка дня для диалога между цивилизациями» и в подготовленной группой де­ятелей по поручению Генерального секретаря ООН монографии Crossing the Divide.

Следующим шагом стала инициатива Испании и Турции о создании Альянса цивилизаций, поддержанная Генеральной Ассамблеей ООН. Программа действий альянса нашла выраже­ние в его декларации и в материалах конференции в Мадриде (январь 2008 г.).

Именно межцивилизационные отношения, выбор между противоборством, конфликтами и угрозой столкновения ци­вилизаций, с одной стороны, и их диалогом и партнерством в решении глобальных проблем XXI в., с другой, стали цен­тральным пунктом новых геополитических, экономических и гуманитарных отношений в глобальной цивилизации XXI в. Идея партнерства цивилизаций выдвинута российскими уче­ными и нашла выражение в одобренной на IV Международной Кондратьевской конференции (Москва, май 2001 г.) «Концепции становления многополярного мира на началах диалога и парт­нерства цивилизаций», получила научное обоснование в двух­томной монографии Б.Н. Кузыка и Ю.В. Яковца «Цивилизации: теория, история, диалог, будущее», опубликованной в 2006 г. на русском и английском языках, размещенной в Интернете (www.kuzyk.ru) и представленной в ООН (октябрь 2006) и в штаб-квартире ЮНЕСКО (ноябрь 2007).

В-третьих, изменение характера водораздела и принци­па группировки стран в глобальном пространстве не случай­но, оно имеет глубокие объективные корни. Конец XX — пер­вая половина XXI вв. характеризуются двумя эпохальными инновациями глобального характера: переходом от индуст­риально-технократической к гуманистически-ноосферной мировой цивилизации, от преобладания чувственного соци­окультурного строя — к преобладанию интегрального строя. Оба эти изменения в своей основе имеют радикальные пе­ремены в духовной сфере, в образе мыслей и мотивации де­ятельности не только отдельных людей, социальных, этног­рафических и национальных групп, но и государств и их объ­единений. Именно цивилизационные отношения становят­ся стержнем, основой геополитических, геоэкономических, геокультурных отношений в XXI в.

Можно показать это на примере мусульманской цивилиза­ции. Она включает несколько десятков стран и имеет свои ан­клавы практически на всех континентах и в разных природно­климатических условиях. Эти страны в десятки раз различаются по уровню экономического развития (ВВП на душу населения), в сотни раз — по численности населения, имеют разный поли­тический строй — от демократического до монархически-теок- ратического. И все же они объединяются общностью исламской религии и системой цивилизационных ценностей, норм морали и правил поведения; даже исламская модель экономики имеет значительные отличия от господствующей западной модели, о чем говорилось на Международной конференции «Диалог ци­вилизаций» в Бахрейне (январь 2008 г.).

Поэтому вполне правомерно, что в основу группировки госу­дарств при разработке глобального прогноза до 2050 г. положен не географический, экономический или идеологический при­нцип, а именно цивилизационный, сочетающийся с экономи­ческим и географическим.

В-четвертых, при выделении цивилизаций и формирова­нии их групп следует учитывать радикальные перемены, про­исходящие в глобальном пространстве в связи с формирова­нием пятого поколения локальных цивилизаций. Это положе­ние впервые выдвинуто и обосновано российскими учеными [6; 1. Т 1, 2]. Теория смены поколений цивилизаций разработана А. Тойнби: он сформулировал положение о трех поколениях цивилизаций за пять тысячелетий их существования, причем третье поколение, по его мнению, включало всего пять цивили­заций, выделяемых по религиозному и географическому при­знакам:

• западное общество, объединяемое западным христианс­твом;

• православно-христианское или византийское общество, расположенное в Юго-Восточной Европе и России;

• исламское общество, сосредоточенное в аридной зоне от Северной Африки и Ближнего Востока до Великой Китайской стены;

• индуистское общество в тропической субконтиненталь­ной Индии;

• дальневосточное общество в субтропическом и умеренном районах между аридной зоной и Тихим океаном [7.

При таком подходе значительная часть стран не попадала в цивилизационную зону, а дальневосточная цивилизация ока­залась весьма пестрой.

Ф. Бродель в своей книге «Грамматика цивилизаций», опуб­ликованной во Франции в 1961 г. и изданной в России в 2008 г., уточнил перечень и классификации цивилизаций. Он выде­ляет мусульманский мир, Черную Африку, Дальний Восток (Китай, Индию, Приморский Дальний Восток — Индокитай, Индонезию, Филиппины, Корею, Японию), европейские циви­лизации — Европу, Америку (как Северную, так и Латинскую), СССР (Россию).

С. Хантингтон пошел дальше по пути дифференциации ци­вилизаций, предложив прогноз численности их населения на период до 2025 г. по восьми цивилизациям(табл. 1.2).

Здесь по сравнению с классификацией А. Тойнби из запад­ной цивилизации выделена латиноамериканская, дальневос-

Таблица 1.2.

Динамика доли цивилизаций в численности населения мира по С. Хантингтону

Источник:Huntindgton S. The Clash of Civilizations and the Remaking of World Order. N.Y.: Simon and Schuster, 1996. Р. 85.

точная разбита на китайскую и японскую, выделена африкан­ская цивилизация.

В хрестоматии по сравнительному изучению цивилизаций, подготовленной профессором Б.С. Ерасовым, изложены особен­ности европейской, исламской, индийской, дальневосточной (Китай), буддийской, латиноамериканской цивилизаций [8. Гл. IX-XIV]. В монографии, опубликованной в 2002 г., Б.С. Ерасов рассматривает единство и многообразие индийской, буддий­ской, исламской и дальневосточной цивилизаций, специфику

западной (европейской) и российской (евразийской) цивилиза­ций [9. С. 156-161, 322-323, 419-460].

В монографии «Цивилизации: теория, история, диалог, бу­дущее» выделено пятое поколение в истории цивилизаций. Они объединены в три группы: цивилизации Европы (западноевро­пейская, восточноевропейская, евразийская, имеющие общие исторические корни и преобладание христианской религии), цивилизации Америки и Океании (североамериканская, лати­ноамериканская, океаническая — самые молодые, отпочковав­шиеся от западной цивилизации, с преобладанием преимущес­твенно христианского населения), цивилизации Азии и Африки (японская, китайская, индийская, буддийская, мусульманская, африканская южнее Сахары, наиболее древние с преоблада­нием восточных религий, переживающие период возрожде­ния — кроме африканской, находящейся в фазе формирования и глубокого кризиса).

Именно эта классификация и группировка положена в осно­ву подготовки глобального прогноза ООН «Будущее цивилиза­ций» на период до 2050 г.

В-пятых, особенность цивилизаций как объекта долгосроч­ного глобального прогнозирования — размытость, изменчи­вость их границ. До сих пор наука не выработала единого, об­щепризнанного определения локальных цивилизаций, и это не случайно. Дело в том, что цивилизации весьма сложны по своему составу. Одни сравнительно едины по своему составу и системе ценностей, территориально компактны, экономи­чески, социально и этнографически более или менее однород­ны (японская, китайская, североамериканская цивилизации). Другие включают большое число разнородных по религиозным воззрениям, уровню и образу жизни стран (яркий пример — Африка южнее Сахары), что чревато непрекращающимися внутренними конфликтами. Третьи представляют собой группу государств с близким уровнем развития и общей системой цен­ностей (западноевропейская, восточноеропейская). Четвертые имеют смешанный характер, включают анклавы иных цивили­заций (евразийская, океаническая). Пятые объединены лишь общностью религии (мусульманская). К тому же границы ци­вилизаций размыты, между ними существуют пространства

взаимодействия, а отдельные страны могут осуществлять ци­вилизационную миграцию (например, страны Балтии из ев­разийской цивилизации в период нахождения в составе СССР в 1990-е гг. переместились в восточноевропейскую цивилиза­цию, которая шаг за шагом поглощается западноевропейской цивилизацией).

Надо полагать, процесс дифференциации цивилизаций и изменения их географических границ будет продолжаться и в перспективе. Например, есть основания предвидеть, что ныне единая, но весьма пестрая по составу мусульманская ци­вилизация в отдаленной перспективе дифференцируется на четыре цивилизации: арабомусульманскую, персидскую, индо­мусульманскую, индонезийскую (океаническо-мусульманскую или тихоокеанско-мусульманскую). Однако этот процесс выхо­дит за пределы горизонта нашего прогнозного исследования и, возможно, будет относиться к цивилизациям следующего, шес­того поколения.

Тем не менее — несмотря на всю сложность, неоднознач­ность, размытость границ и неоднородность цивилизаций, включение в их состав анклавов иных цивилизаций с нараста­нием международной миграции (объем накопленной миграции в 2005 г., по данным Всемирного банка, достиг 190 млн человек) — именно цивилизации становятся в XXI в. главными актора­ми на геополитической, геоэкономической и гуманистической глобальной арене, и вполне логично строить долгосрочный гло­бальный прогноз в цивилизационном разрезе.