ВЛИЯНИЕ РОССИЙСКОЙ РЕВОЛЮЦИОННОЙ ДЕМОКРАТИИ НА РЕВОЛЮЦИОННО- ДЕМОКРАТИЧЕСКИЕ ДВИЖЕНИЯ В БАЛКАНСКИХ СТРАНАХ
Изучение влияния российской революционной демократии на другие страны как в теоретическом плане, так и революционно- практическом неизбежно порождает ряд важных вопросов по истории самого российского революционного движения.
Применительно к проблемам революционной демократии возникают вопросы о времени ее зарождения, хронологических рамках революционно-демократического этапа, характера революционного демократизма в России и т. д. Полного единства взглядов здесь, отнюдь, не достигнуто и уже многие года ведутся различные дискуссии, то усиливающиеся, то затухающие. В настоящее время в этой области наблюдается период некоторого затишья, который позволяет обобщить имеющиеся материалы и точки зреют.О времени зарождения революционного демократизма в России как раз царит относительное единство мнений. Подавляющее число исследователей датирует возникновение революционно-демократической идеологии в России 40-ми гг. XIX в. и характеризуют ее как идеологию крестьянской демократии. К первым революционным демократам в России относят В. Г. Белинского, А. И. Герцена, Т. Г. Шевченко, петрашевцев к др. Значительно сложнее обстоит дело с датировкой революционно-демократического этапа в России. В 30-x-50-x гг. существовало довольно четкое противопоставление революционеров-демократов народникам, что чрезвычайно суживало период деятельности революционных демократов, доводя его только до 70-х гг. XIX в. В 1957 г. Б. П. Козьмин в своей работе «Русская секция Первого Интернационала» подчеркнул, что «Ленину противопоставление «народников» «революционным демократам» было чуждо» (с. 23). Это положение
Влияние российской революционной демократии нареволюционно-демокра...8 7 Б. П. Козьмин еще более обстоятельно проводит в своей известной статье «Народничество на буржуазно- демократическом этапе освободительного движения в России»1. Соотношение между революционерами-демократами и народниками стало за-тем предметом обсуждения в процессе нескольких дискуссий.
Они были проведены на страницах журналов «Вопросы литературы», «История СССР», «Вопросы истории», «Вопросы философии». Имели место и специальные конференции по истории народничества в 1959 и 1966 гг. В процессе этих дискуссий большинство исследователей пришло к выводу об искусственности противопоставления революционеров-демократов революционным народникам, показав, что между ними не было и не могло быть существенных отличий. В этой связи характеристика народников в третьем издании «Большой Советской Энциклопедии», публикующей обычно широко распространенные или даже общепризнанные точки зрения, существенно отличается от подобной характеристики второго издания этой энциклопедии (соответствующий том вышел в 1954 г.) Народничество в последнем издании характеризовалось как идеология и движение разночинной интеллигенции на буржуазно-демократическом этапе освободительной борьбы в России в 1861-1895 гг. Эта характеристика была дана на основе учета всего ленинского наследия. В. И.Ленин неоднократно подчеркивал, что народничество берет начало от А. И. Герцена и Н. Г. Чернышевского, что оно «это целое миросозерцание, начиная от Герцена и кончая H.-оном»[192][193][194]. Ленин относил начало народнического этапа в российском освободительном движении к 1861 г., подчеркивая, что именно в это время в народничестве видны как либеральная, так и революционная тенденция. В этой связи В. И. Ленин прямо писал: «Это двоякая, либеральная и демократическая, тенденция в народничестве вполне ясно наметилась уже в эпоху реформы 1861 года»1.Таким образом при всем отличии революционеров-шестидесятников от революционеров-разночинцев более позднего времени и те, и другие являлись революционными демократами. В. И. Ленин, как известно, датировал второй этап освободительного движения в России, приблизительно, 1861-1895 гг. Второй этап этого движения называют также буржуазно-демократическим, разночинским и народническим. О том что В. И. Ленин отождествлял эти понятия, в нашей литературе писалось уже давно[195].
Нет, однако, полной ясности, что понимал В. И. Ленин под понятием «освободительное движение». Ак. М. В. Нечкина считала,что «термины революционное и освободительное движение у Ленина идентичны»1. Э. С. Виленская стоит на позициях того, что эти понятия не совпадают[196][197]. Так или иначе, революционное движение было основной составной частью освободительного движения. Нам думается, что соотношение между освободительным движением и революционным было примерно в таких же пропорциях, как между буржуазно-демократическим и революционно-демократическим. Поэтому революционно- демократический этап освободительного движения можно, на наш взгляд, также датировать 1861-1895 гг., рассматривая его как важнейшую составную часть разночинского или буржуазно-демократического этапа освободительного движения в России.
Остается, однако, еще один сложный вопрос, недостаточно выясненный в литературе. Это соотношение между революционным и либеральным народничеством в 80-х 90-х гг. Многие авторы пишут,
что уже в начале 80-х гг. революционное народничество переродилось в либеральное. Другие (П. Ткаченко) настаивают на том, что лишь во второй половине 80-х гг. можно говорить о возобладании либерального народничества[198], а такой видный специалист по общественному движению в России, как Ш. М. Левин лишь 90-е гг. считал периодом господства либерального народничества[199]. Позднее народничество изучено еще очень слабо, но если обратиться к материалам словаря «Деятели революционного движения», то можно сделать вывод, что в 80-е гг, число участников революционного движения было примерно в полтора раза больше, чем в 70-е гг. К сожалению по периоду 90-х гг. этот словарь не был издан, но хорошо известно существование революционных народнических кружков и в эти годы. Н. М. Пирумова еще в 1966 г. подчеркивала: «Неверно утверждать, что народничество 80-90-х годов выродилось из революционного в либеральное»[200]. Действительно, в 90-х гг.
существовали такие организации революционные народников, как «Группа народовольцев», партия «Народного права», группа «Старых народовольцев», «Рабочая партия политического освобождения России», ряд других кружков революционных народников. Ознакомление с конкретными материалами 90-х гг. полностью подтверждает положение В. И. Ленина о борьбе революционной и либеральной тенденций в народничестве не только в 60-х гг., но и в конце XIX и даже вВлияние российской революционной демократии на революционно-демокра...89 начале XX вв.1 Даже в 1911 г., характеризуя три основные политические силы в России, В. И. Ленин относил народников, наряду с трудовиками и беспартийными левыми, к представителям буржуазной демократии[201][202], и это несмотря на то, что именно В. И. Ленину принадлежат слова о реакционности народничества, о его вырождении и т. д.
Таким образом, исследуя влияние российской революционной демократии на Балканах, мы не можем его сводить только к представителям революционной идеологии 40-60-х гг. XIX в., а наряду с ними необходимо изучать влияние в этом регионе как идеологов, так и революционных практиков второго этапа освободительного движения в России, то есть с 1861 по 1895 годы.
Воздействие российской революционной демократии на Балканах объяснялось радом причин объективного и субъективного характера. Играла свою роль и близость уровня социально-экономического развития, и задачи ликвидации феодальных отношений и их последствий. Большое значение имело и разочарование в судьбах капитализма в Западной Европе. К числу немаловажных факторов относятся давние российско-балканские исторические связи, высокий уровень русской культуры, все возрастающий авторитет российского революционного движения во всемирно-историческом масштабе. Сближению российских и балканских революционеров-демократов способствовало и то, что на Балканах революционно-демократическая идеология зародилась в 40-х гг. XIX в[203].
Вместе с тем, между российской революционной демократией и революционно-демократическим движением на Балканах имелись и определенные отличия. Практически все деятели революционно- демократического движения в России, во всяком случае на втором этапе освободительного движения, были также и революционными социалистами. Это было одной из особенностей революционной борьбы пореформенной эпохи. Несколько иным было положение на Балканах. Не был социалистом ни Н. Бэлческу, ни В. Левский, ни Л. Каравелов, причем принадлежность последнего к революционно-демократическому лагерю является еще вопросом дискуссионным. Вместе с тем именно одной из заслуг российской революционной демократии было распространение на Балканах социалистических идей. Первоначально это были идеи крестьянского социализма, социализма утопического, но и в такой форме эти идеи, несомненно, были прогрессивными[204]. Разрабатывая концепцию русского общинного социализма, А. И. Герцен с самого начала, то
есть еще с середины 40-х гг., считал возможным применить ее и по отношению к другим славянским народам. В. П. Волгин в свое время отмечал, что у А. И. Герцена «находим уже в 1843 г. зачатки идеи об особой роли славянских народов в социальном перевороте»1. Создатели теории русского общинного социализма, отнюдь, не считали Россию единственной страной, которая, по их мнению, избежит капиталистических порядков и перейдет, минуя их, к социализму. К числу стран, могущих избежать капитализма, они относили и балканские страны, где они находили общину, в той или иной степени похожую на русскую. Русский крестьянский социализм XIX в. вместе с тем ни в коей мере нельзя отождествлять с русским общинным социализмом. Далеко не все русские революционные демократы стояли на позициях общинного социализма. Не разделяли их Д. Писарев, П. Ткачев, М. Бакунин, М. Салтыков-Щедрин, да и Н. Чернышевский накануне ареста также разочаровался в социалистических возможностях общины. На Балканах можно проследить влияние не только общинного, но и других разновидностей русского крестьянского социализма.
Одной из причин большого влияния на Балканах идей российских революционных демократов было и то, что они проявляли большой интерес к событиям на Балканах, к различным аспектам балканского вопроса. Внимание В. Г. Белинского к славянам прослеживается уже в его работах начала 30-х гг[205][206][207]. У А. И. Герцена, как и у Н. Г. Чернышевского, по отношению к балканскому вопросу сложилась уже довольно стройная система взглядов, отражающая их принципиальный подход как к национальным, так и социальным отношениям на Балканах, к политике России в этом регионе^ Значительное наследие по балканским проблемам оставили Н. П. Огарев, Н. А. Серно-Соловьевич[208], Д. И. Писарев, М. А. Бакунин, П.Л.Лавров, П.Н. Ткачев и др. представители революционно-демократического лагеря. Известно заметное возрастание интереса к балканским событиям в 1862, 1866, 1869 гг. и, особенно, во время Восточного кризиса 70-х гг. В 80-х - первой половине 90-х гг. русская революционная пресса неоднократно обращалась к балканским событиям. О них писал такой межэмигрантский орган как «Общее дело», а также «Народная воля», «Вестник Народной воли», «Свободная Россия», «Самоуправление» и другие, прежде всего русские
Влияние российской революционной демократии на революционно-демокра...9 1 зарубежные издания той поры. Примечательно, что к балканским событиям обращались и Г. В. Плеханов, и П. Б. Аксельрод еще в то время, когда они были народниками. Взгляды русских революционеров- разночинцев на балканские события 80-х - первой половины 90-х гг. еще в своем комплексе не изучены и находят отражение лишь по отдельным вопросам (например, в диссертациях С. И. Бочкаревой, М. Ю. Золотухина, О. В. Павлюченко).
Кроме идейного наследия русских революционных демократов по балканскому вопросу необходимо учитывать и практическое сотрудничество русских революционеров и балканских деятелей, впервые наладившееся в сравнительно широких масштабах на втором этапе освободительного движения в России, еще в 1860 г. Л. Мечников вынашивал идею создания Славянского легиона, который предполагалось направить на помощь гарибальдийцам. Необходимость вооруженной подддержки восставшим турецким славянам считал в том же году и революционер-герценовец М. Бейдеман. Для непосредственного участия в выступлениях балканских народов выезжают в 1862 г. в Сербию
А. Денисенко, в Грецию А. Гончаренко (А. Гумницкий), в Черногорию - И. Прянишников. Несколько позднее на Балканах налаживают связи с местным населением такие участники российского революционного движения, как Б. Кельсиев, Н. Далматов, П. Ровинский, И. Бочкарев и др., особенно же активным было участие революционной России в событиях Восточного кризиса 70-х гт., когда на помощь балканским повстанцам выехали многие десятки русских революционеров. Балканы в те времена становятся одним из самых главных центров российской революционной эмиграции. Значительные русские революционные колонии складываются в Румынии, Болгарии, Стамбуле, а также некоторых других районах Юго-Восточной Европы.
Ознакомление с идейным наследием и практической деятельностью балканских революционеров-демократов позволяет выявить степень и характер влияния российской революционно-демократической идеологии, Например, в наследии первого балканского революционного социалиста - С. Марковича исследователи четко выявляют так называемый «русский компонент»1. Биограф С. Марковича И. Скерлич подчеркивал, что именно влияние русских революционных демократов убедило С. Марковича в «необходимости в сербском народе быть там же, кем был Чернышевский, Добролюбов и другие в русском народе»[209][210]. Именно в России С. Маркович становится революционным социалистом, причем среди тех, кто оказал влияние на становление идейных взглядов
С. Марковича, был и Д. И. Писарев1. Русская революционная демократия существенно повлияла на X. Ботева, В. Пелагича[211][212], Е. Лупу и многих других революционно-демократических деятелей балканских стран. Примечательно, что это влияние было весьма значительным и на первых балканских марксистов. К. Доброджану-Геря - первый румынский марксист - приобрел революционный опыт в народнических кружках юга России. Д. Благоев и В. Живкова, прежде чем стать марксистами, также участвовали в работе народнических кружков. В первом болгарском марксистском журнале «Современный показатель», издававшемся Д. Благоевым и в котором сотрудничали русские эмигранты-народники, наряду с популяризацией марксистских взглядов публиковались сочинения Н. Чернышевского, П. Лаврова, Ф. Волкова, участвовавшего в 70-х гг. в работе киевского революционного кружка. Внимание к творчеству русских революционных демократов проявляла болгарская демократическая пресса и в 80-х и в 90-х гг[213]. Это же воздействие прослеживается в прогрессивной румынской, сербской, греческой прессе. Русскую революционную школу первоначально народнического образца прошли Н. Габровский, X. Благоев, Г. Кирков, Д. Бакырджиев, С. Гулабчев, Е. Кочович, М. Николич, А. Банкович и многие другие балканские социалисты XIX века.
Революционно-демократическое движение в странах Восточной Европы второй половины XIX в.
и его роль в развитии интернациональных связей. Львов, 1985, стр. 139 - 146.