§ 4. Особенности политического развития России

в послепетровский период. «Эпоха дворцовых переворотов»

Послепетровский период вошел в историю России под громкими названиями «эпохи дворцовых переворотов» и «просвещенного абсолю­тизма».

Вторая четверть XVIII в. ознаменовалась острой борьбой дворян­ских группировок за власть, приводившей к частым сменам царствующих особ на престоле. За этим периодом укрепилось устойчивое название «эпохи дворцовых переворотов», данное ему В. О.Ключевским.

Политическую нестабильность в обществе породил Устав Петра I (1722 г.), сломавший традиционный порядок престолонаследия и предо­ставивший право самому самодержцу назначать преемника по своему ус­мотрению. «Редко самовластие наказывало себя так жестоко, как в лице Петра этим законом 5 февраля», - писал В. О.Ключевский. Драматизм со­бытий заключался в том, что Петр I не подготовил завещания о наследни­ке престола, не ожидая близкой кончины, не объявив свою последнюю волю.

Престол после смерти Петра I оказался отданным «на волю случая и стал его игрушкой»: не закон определял, кому сидеть на престоле, а гвар­дия, являвшаяся в тот период господствующей силой.

Эта политическая роль гвардии была отнюдь не случайна. Во- первых, созданные Петром I гвардейские полки были приближены ко дворцу; во-вторых, по своему составу они состояли преимущественно из дворян; в-третьих, представители других сословий в гвардии выражали корпоративные интересы дворян. Дворянство, ущемленное политикой Петра I, выступало за предоставление ему сословных прав и привилегий. Поэтому лица, пришедшие на престол в результате «дворцовых переворо­тов», совершенных гвардией, были вынуждены проводить продворянскую политику. Эту социальную обусловленность отмечает большинство отече­ственных историков.

Результатом гвардейских переворотов был приход на престол «слу­чайных лиц», как называет их В.О. Ключевский, многие из которых или вообще не имели прав на него, или же права их выглядели достаточно со­мнительно. Главной задачей этих «случайных лиц» было не благо России, а забота о собственном благополучии и сохранении престола.

После смерти Петра I началась борьба за престол и вокруг него. Пре­тендовать на престол могли жена Петра I - Екатерина[§§§§§§§§§§§][************], младшая дочь - Елизавета и внук Петра I, десятилетний Петр, сын царевича Алексея. Фак­тически борьба развернулась не столько между наследниками престола, сколько между представителями родовой аристократии (князьями Голици­ными, Долгорукими, которые отстаивали права Петра Алексеевича) и «но­вой» знатью (во главе со «светлейшим» князем А.Д. Меньшиковым). По­беду в этом споре одержали гвардейские полки, привезенные А.Д. Мень­шиковым. Поддержка гвардии обеспечила приход к власти Екатерины I (1725-1727гг.), провозглашенной Сенатом императрицей России. Так на российском престоле оказалась женщина. Хотя Екатерина I была неглупа, но государственными делами она не занималась. В 1726 г. был создан Вер­ховный Тайный Совет во главе с князем А.Д. Меньшиковым, который управлял от имени императрицы[††††††††††††]. Создание совета привело к ограниче­нию функций Сената, он стал именоваться не «правительствующим», а «высоким».

Незадолго до смерти Екатерина I своим преемником назначила Пет­ра Алексеевича. 12-летний Петр был надеждой аристократии, но ставку на него возлагал и Верховный Тайный Совет, в том числе А.Д. Меньшиков, задумавший женить царевича Петра на своей дочери. О помолвке было объявлено сразу же после смерти императрицы. Итак, со смертью Екате­рины I влияние А.Д. Меньшикова при дворе не только упрочилось, но и возросло. По существу, он становится опекуном малолетнего императора. Но стать официальным регентом А. Д. Меньшикову не удалось: случились непредвиденные обстоятельства. Меньшиков тяжело заболел.

Избавившись от опасного соперника, представители знатных родов стремились упрочить свое положение при дворе. Петра II склонили на но­вый брак - с княжной Екатериной Долгорукой. Но и этому браку не суж­дено было состояться. В ночь на день свадьбы 15-летний император скон­чался, простудившись на Крещенском параде. Так закончился период правления Петра II (1727-1730 гг.) С его смертью пресеклась по мужской линии династия Романовых.

Вопрос о престолонаследии возник вновь. Судьбу русского престола решил Верховный Тайный Совет, «забывший» о завещании Екатерины I[‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡]. Кандидатуры дочерей Петра I были отвергнуты, а на престол была при­глашена Анна Иоанновна - дочь сводного брата Петра I, царя Ивана. Вы­данная замуж за герцога Курляндского, она давно овдовела и жила в Ми- таве как провинциальная помещица. Приглашая Анну занять русский пре­стол, аристократия надеялась сохранить свою власть. Вступление Анны на престол было оговорено подписанием ею «Кондиций», существенно огра­ничивавших императорскую власть в пользу «верховников»: без их согла­сия царица не могла вступать в войну или заключить мир, издавать законы, вводить налоги, самостоятельно распоряжаться казной, жаловать или от­нимать имения, жаловать в знатные чины выше полковничьего ранга. Анна обязалась не вступать в брак и не назначать преемника. В случае неиспол­нения какого-либо из этих условий Анна лишалась российской короны. «Буде чего по сему обещанию не исполню, то лишена буду короны Рос­сийской».

Анна подписала «Кондиции» с легким сердцем, так как предложение занять российский престол позволяло ей достигнуть немыслимого доселе положения. Но, увидев реакцию значительной части дворянства, понявших тайные замыслы высших сановников, Анна разорвала «кондиции», лишив их тем самым юридической силы.

События начала 1730 г. являются исключительно важным моментом для российской истории. «Кондиции» создавали новые возможности поли­тического развития России, они могли стать началом отказа от деспотиче­ских форм правления. Но ни одна из первых попыток политических ре­форм (пусть даже в пользу группы сановников) не удалась.

Период правления Анны Иоанновны получил название «бироновщи­ны», по имени ставшего всемогущим фаворита*. Не занимая каких-либо официальных должностей, Бирон фактически вершил важнейшие внутри­политические дела: назначения и смещения должностных лиц, расходова­ние государственных средств, выдачу всевозможных пожалований и при­вилегий. По мнению историка С.Ф. Платонова, «единственной целью его

было собственное обогащение, единственной заботой - упрочение своего положения при дворе и в государстве».

В дореволюционной историографии в оценке правления Анны Иоан­новны утвердилось суждение о засилии иностранцев в управлении госу­дарством. Действительно, все доходные места в государственном аппарате заняли немцы. Армию возглавлял фельдмаршал Миних, внешнеполитиче­ское ведомство - Остерман, Академию наук - Шумахер, уральские заводы - Шемберг, двор и гвардию - братья Левенвольде. По образному выраже­нию В.О. Ключевского, «немцы посыпались в Россию, точно сор из дыря­вого мешка, облепили двор, обсели престол, забирались на все доходные места в управлении». Вместе с тем, современные исследования опровер­гают этот сложившийся в исторической литературе стереотип. Известно, что приглашение иностранцев на службу началось при Петре I, он поручал им ответственные посты, награждая за усердие чинами и орденами. Хотя на первых местах у трона Анны закрепились иностранцы (Бирон, Миних, Остерман, братья Левенвольде), но все они, кроме Бирона, начали служить при Петре I. То же можно сказать о положении в армии и на флоте. Так, в 1729 г. в армии из 71 генерала 41 был иностранцем, т.е. почти 58%, а в 1738 г. их стало почти поровну.

Что касается самой императрицы, то она первоначально стремилась провозгласить возвращение «к заветам Петра». С этой целью ею был уп­разднен Верховный Тайный Совет и восстановлен правительствующий Сенат «на таком основании и в такой силе, как при Петре Великом был». Однако вскоре был создан новый верховный орган - Кабинет министров (в него вошли Остерман, граф Г. Головкин, князь А. Черкасский)[§§§§§§§§§§§§]. Фактиче­ски кабинет являлся прямым преемником Верховного Тайного Совета.

Мрачным символом эпохи становится тайная канцелярия, возглав­ляемая А. Ушаковым. Попав туда по любому, нередко ложному доносу, человек подвергался жестокой пытке. За время царствования Анны через канцелярию прошло около 10 тыс. человек.

Незадолго до своей смерти Анна назначила своим преемником двух­месячного Иоанна Антоновича - сына своей племянницы Анны Леополь­

довны, а регентом - Бирона. Это воспринялось как пощечина русскому патриотизму. Поэтому вскоре после смерти императрицы ненавистный Бирон был смещен, а регентом была провозглашена мать младенца. Но и ее правление оказалось недолгим. Гвардия мечтала о воцарении дочери Петра Великого - Елизаветы. Результатом очередного гвардейского пере­ворота, совершенного в ночь на 25 ноября 1741 г., становится воцарение на престоле Елизаветы (1741-1761 гг.)[*************].

Переворот 1741 г. в исторической литературе традиционно рассмат­ривается как «патриотический», направленный против «иноземного заси­лья».

20-летний период правления Елизаветы неоднозначен. По мнению Н.М. Карамзина, «царствование Елизаветы не прославилось никакими бле­стящими деяниями ума государственного». В.О. Ключевский называет этот период временем «веселой Елизаветы», утверждая, что «ни одно цар­ствование до 1762 г. не оставляло по себе такого приятного воспомина­ния». В этом определении верно схвачен характер императрицы и ее лю­бовь к развлечениям[†††††††††††††]. Несмотря на «отвращение ко всякому занятию», правление Елизаветы прошло «не без славы, даже не без пользы». Уже в одном из первых указов от 12 декабря 1741 г. было заявлено о возвраще­нии к петровским порядкам. Указ восстанавливал значение Сената как высшего государственного органа и упразднял Кабинет министров. Были восстановлены отмененные в предшествующий период институт прокуро­ров, главный магистрат, Берг - и Мануфактур-коллегии. В период правле­ния Елизаветы началась подготовительная работа по созданию нового Уложения, но она не была завершена. Образцом государственной мудро­сти для императрицы всегда был отец, и политическая канонизация Петра I начинается при ней. Правда, в отличие от Петра Великого, Елизавета не обладала способностью управлять страной самостоятельно, поэтому в пер­вый же день после переворота был создан временный орган - «Собрание министров и генералитета» из 11 человек, называемый «Советом 11 -ти». Фактически это была личная императорская канцелярия (названная впо­следствии конференцией при высочайшем дворе). Хотя она была лишена властных полномочий, ее можно рассматривать как прямую наследницу Верховного Тайного Совета и Кабинета министров. И исторически, и фак­тически царствование Елизаветы находится между правлением Анны Ио­анновны и Екатерины II. Елизавета выгодно отличалась от своей предше­ственницы. В заслугу ей историки ставили покровительство национально­му и гуманность[‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡]. Историческое значение этого царствования состояло в подготовительной роли следующей Екатерины II[§§§§§§§§§§§§§].

Со смертью Елизаветы престол наследовал ее племянник - голштин­ский герцог Карл-Петр-Ульрих[**************]. Правление Петра III (1761-1762 гг.), казалось, прервало то национальное направление политики государства, которое придала ему Елизавета. Петр III быстро восстановил против себя все слои столичного общества. Воспитанный в духе протестантизма, он презирал русские православные традиции и обряды. Петр III требовал уда­лить из церквей все «лишние» иконы, кроме образов Спасителя и Богоро­дицы, хотел, чтобы священники брили бороды и носили сюртуки вместо ряс на манер евангелических пасторов. В области внешней политики он выступал сторонником Пруссии, открыто преклоняясь перед Фридрихом

II. Возмущение офицерства и гвардии вызвало как безосновательное пре­кращение победоносной войны с Пруссией и начало войны с Данией - со­юзницей России в антипрусской коалиции, так и введение непривычных и неудобных мундиров прусского образца. Все это противоречило нацио­нальному чувству русского офицерства. Эти непопулярные методы прове­дения внешней и внутренней политики Петра III дали основание для нега­тивной оценки его правления как современников, так и историков.

В.О. Ключевский называл его «самым неприятным из всего непри­ятного, что оставила после себя императрица Елизавета», человеком «на­изнанку, у которого спутались понятия добра и зла». Современница Петра

III, одна из самых просвещенных придворных дам Екатерина Дашкова, ут­верждала в своих «Записках», что он не был «злым, но его ограниченность, недостаток воспитания, интересы и природные склонности свидетельст­вуют о том, что из него вышел бы хороший русский капрал, но никак не государь великой империи*.

Вместе с тем, краткое правление Петра III (1761-1762 гг.)[††††††††††††††] было оз­наменовано рядом важных законов. Первое место среди них, бесспорно, принадлежит Манифесту о вольности дворянства. 18 февраля 1762 г. вы­шел Манифест «О даровании вольности и свободы всему российскому дворянству». В соответствии с ним дворянство получило право оставить армейскую или гражданскую службу и выйти в отставку, когда пожелает. Дворянин имел право обращаться непосредственно к царю. Разрешался свободный выезд за границу, давалась возможность наняться на службу к другим государям (раньше это приравнивалось к измене), а затем возвра­титься в Россию и продолжать карьеру в полученном за границей звании. Отменялось телесное наказание дворян. Оценивая манифест, В.О. Ключев­ский остроумно заметил, что в нем было покончено с «дворянским крепо­стным правом» [‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡]. Манифест отвечал давним чаяниям дворянства, тем требованиям, которые оно выдвигало, участвуя в дворцовых переворо­тах.[§§§§§§§§§§§§§§]

Столь ожидаемы были и указы о секуляризации церковно­монастырских земель, согласно которым земельные владения монастырей вместе с жившими в них крестьянами передавались в распоряжение госу­дарства. Отныне они попадали под управление вновь создаваемой колле­гии экономики. Вся обрабатываемая крестьянами земля оставалась в их пользовании, за что они платили определенный налог. Духовенство пере­ходило на содержание государства. Отныне церковь лишалась основного источника доходов, позволявшего ей сохранять относительную самостоя­тельность от государства. Таким образом, секуляризация означала еще один шаг (вслед за Петром I) к уменьшению могущества русской право­славной церкви.

В отличие от своих предшественников, Петр III прекратил преследо­вания раскольников и разрешил им жить по своим обычаям. Он направил в Сенат указ об уравнении всех религий. Эти указы Петра III, регулирующие взаимоотношения церкви и государства, с современной точки зрения, вы­зывают бесспорное одобрение, но они не могли не вызвать неприятия со

стороны духовенства и православной церкви. Большое недовольство и раздражение вызывало и само отношение Петра III к православию.

Одобрение современников вызвал указ Петра III о ликвидации Тай­ной канцелярии[***************], что позволило ограничить доносы и поставить судебное расследование на место пыточного произвола.

Все эти внутриполитические реформы Петра III отвечали потребно­стям страны, и, казалось, должны были бы обеспечить императору не только популярность, но и поддержку. Но этого не произошло. Во-первых, было известно, что не сам Петр III был истинным автором реформ, а при­ближенное к нему дворянство [†††††††††††††††]. Во-вторых, Петр III проявил большую поспешность, подписав три указа в течение трех дней, что позволяло предполагать, что никакой определенной политической программы у им­ператора нет. В-третьих, всеобщее раздражение вызывало личное поведе­ние Петра III. Его пренебрежение ко всему русскому, православным тра­дициям и обрядам снискали к нему всеобщую неприязнь. Как очень тонко подметила Екатерина II, у ее мужа «не было более лютого врага, чем он сам».

По свидетельству современников, «ропот на него был всенародным». Народное негодование вызывала как личность, так и деятельность Петра III, прежде всего, его внешнеполитическая ориентация на Пруссию и «аван­тюра» (как расценило ее дворянство) в Дании[‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡‡].«Перед возмущенным чувством оскорбленного национального достоинства опять восстал нена­вистный призрак второй бироновщины». В этих обстоятельствах сверже­ние Петра III было предрешено. 28 июня 1762 г. произошел государствен­ный переворот, возведший на российский престол жену Петра III Екатери­ну, провозглашенную императрицей Екатериной II*, а несколько дней спустя Петр III погиб при загадочных обстоятельствах. По одной версии,

его смерть была результатом несчастного случая, по другой - он стал жертвой охранявших его гвардейцев.

Итак, послепетровская эпоха знаменуется чередой царствующих особ. Чуть более чем за четверть века на русском престоле сменилось шесть императоров: Екатерина I (1725-1727 гг.), Петр II (1727-1730 гг.), Анна Иоанновна (1730-1740 гг.), Иван Антонович (1740-1741 гг.), Елизаве­та (1741-1761 гг.), Петр III (1761-1762 гг.). Одни из них были назначены предшественниками (Петр II, Иван VI, Петр III), другие взошли в резуль­тате победы той или иной политической группировки. Орудием борьбы являлась гвардия, выражавшая не только и не столько национальные, сколько дворянские интересы, главным из которых являлось превращение дворянства из служилого в привилегированное сословие. Результатом этой борьбы становится продворянский характер курса, выразившийся в со­кращении срока дворянской службы до 25 лет, изменении закона о едино­наследии, введении записи дворян в полки до совершеннолетия (правление Анны Иоанновны), закрепление монопольного права за дворянами на вла­дение землей и крестьянами, предоставление помещикам права ссылать крестьян «за придерзости» в Сибирь с зачетом их вместо рекрутов (царст­вование Елизаветы). Таким образом, дворянство постепенно оформлялось в привилегированное сословие. Знаменитый манифест о даровании воль­ностей и свободы российскому дворянству, изданный Петром III, заканчи­вал почти трехсотлетний период обязательной военной службы землевла­дельцев и превращал их из служилого в привилегированное сословие. Ма­нифест был встречен дворянством с восторгом, но личное поведение Петра III, его преклонение перед недавним врагом России Фридрихом Прусским вызвали всеобщее недовольство и были причинами его смещения с трона в результате очередного дворцового переворота.