ПОЛИСЫ И СОЮЗЫ ГОРОДОВ БАЛКАНСКОЙ ГРЕЦИИ

Большинство древних полисов Эллады в период эллинизма в целом находились в экономическом и политическом упадке, став­шем особенно заметным после неудачной войны союза греческих городов (куда вошли Афины и Спарта) с македонским царем Ан­тигоном Гонатом в первой половине III в.

Характерной чертой жизни некогда передовых полисов Гре­ции было уменьшение населения вследствие переселения на Вос­ток, распространения наемничества, значительного сокращения рождаемости. Полибий указывал, что греки воспитывали, как пра­вило, не больше двоих детей. Распространено было подкидывание детей.

В особом положении находились в Греции крупные храмы с собственной казной, такие, как храмы Аполлона в Дельфах и на Делосе. Дельфы к тому времени стали крупным международным центром, в Дельфийском храме хранились денежные вклады из самых разных районов Средиземноморья. Храмы занимались ро­стовщическими операциями. Храм Аполлона на Делосе обладал значительными земельными владениями, которые сдавались в арен­

ду, по преимуществу крупную. Среди арендаторов были должно­стные лица (архонты, булевты, жрецы), их родственники, банки­ры. Обрабатывалась земля с помощью рабов. В случае неуплаты в срок арендной платы продавались урожай, скот и рабы. В III в. до н. э. земли Делосского храма увеличивались за счет частных участков, которые переходили храму в случае просроченного долга.

Надписи об аренде земли в Делосе позволяют сопоставить эко­номическое положение в полисах Эллады и в полисах эллинисти­ческих государств.

Приток рабов в греческие полисы шел отчасти за счет внеш­ней торговли (в источниках, в частности, упоминается вывоз ра­бов из Северного Причерноморья), а также за счет междоусобных войн: так поступили ахейцы, продав в рабство жителей захвачен­ного ими г. Мантинеи в Пелопоннесе в 223 г. до н. э.; этолийцы семнадцатью годами раньше продали в рабство много граждан пе­лопоннесских городов.

Большое число рабов доставляло пиратство. Развитие пират­ства в Восточном Средиземноморье в III—I вв. до н. э. (вплоть до уничтожения его римлянами) объяснялось сложной международ­ной обстановкой, при которой борющиеся государства часто ис­пользовали пиратов в борьбе друг против друга, и особой ролью пиратства в торговле: пираты из более отсталых областей захва­тывали то, чего не могли выменять, и сбывали свою добычу в раз­личных районах эллинистического мира, тем самым втягиваясьв международный обмен и все более расширяя свои действия. Осо­бенно важную роль играли пираты в работорговле: известно, на­пример, что во II в. до н. э. Делос охотно допускал на рынок пи­ратов-работорговцев.

Однако, хотя рабы продолжали играть существенную роль в про­изводстве, в Греции того времени не было возможности создать крупные рабовладельческие хозяйства. Распространен был отпуск рабов на волю путем их посвящения или фиктивной продажи бо­жеству. Такой раб не становился иеродулом, а получал свободу на определенных условиях, зафиксированных в документе, за вы­куп или за обязательство выполнять ту или иную работу в поль- - зу господина. Иногда вольноотпущенник (если он был достаточно молод) обязывался обучиться ремеслу, а потом уже работать на своего господина (до смерти или на определенный срок).

Делосского храма, преобладали должностные лица: жрецы, архон­ты, члены совета и члены их семей. Очевидно, что в греческих по­лисах III—II вв. до н. э. должностные лица были в основном бо­гатыми людьми, происходившими из определенных семей. Должно­стные лица получали преимущества в использовании обществен­ных фондов, в частности арендуя общественную или храмовую землю. Таким образом, в эллинистический период произошли из­менения не только в экономическом, но и в политическом поло­жении греческих полисов, где фактическая власть оказалась в ру­ках сравнительно узкого круга наиболее зажиточных семей.

В течение II в. до н. э. вмешательство римлян в дела Восточ­ного Средиземноморья, войны, развернувшиеся на территории Греции, приводят к ухудшению положения даже храмовых цент­ров: так, Делосский храм вынужден был продать частным лицам отдельные свои владения.

Если древние экономические и культурные центры Греции в Ш—II вв. потеряли свое ведущее положение, то ряд прежде от­сталых областей, втянутых в более широкие отношения с элли­нистическим миром, испытывал известный подъем. Прежде всего он отмечался в Этолии и Ахайе.

Этолия — область в Северной Греции, где еще преобладал племенной строй; городов в Этолии не было, население занима­лось в основном скотоводством и земледелием. Отдельные сель­ские поселения Этолии еще в IV в. до н. э. объединились в союз, центром которого было святилище в Ферме. В III в. до н. э., в пе­риод борьбы с Македонией, союз укрепился и расширился. Глав­ным органом его было народное собрание, в котором принимали участие все свободные мужчины-этолийцы. Собрание выбирало стратега и других должностных лиц. Этолийский союз благодаря своей часто успешной борьбе с Македонией привлекал к себе и другие греческие полисы Средней Греции, Мессении и др. Граж­дане этих городов могли участвовать в союзных собраниях; но уп­равление столь обширным союзом при помощи одного лишь собра­ния (где фактически далеко не всем членам союза легко было присутствовать) становилось затруднительным, и в Этолийском союзе появляется коллегия апоклетов, которая правила вместе со стратегом и на деле решала все важнейшие дела.

В течение III в. до п. э. в Этолии быстрыми темпами идет про­цесс выделения и обогащения знати главным образом за счет во­енных набегов и пиратства. Полибий пишет, что у этолийцев было в обычае грабить не только те пароды, с которыми они сами вое- ' вали, но и те народы, которые вели войну между собой. Племен­ное пиратство, связанное с неразвитостью экономики и невозмож­ностью регулярного обмена, становится в эллинистический период одним из основных способов обогащения знати, поскольку добыча

продавалась в более развитых районах. Органы управления Это- лийского союза взяли пиратство под свой контроль. Некоторые по­лисы получали «безопасность и неприкосновенность от этолийцев или живущих в Этолии». В то же время союз, когда это было вы­годно, брал пиратов под защиту: так, по словам Полибия, когда мессенцы потребовали от этолийского полководца наказать гра­бивших их пиратов, полководец заявил, что этим требованием мес­сенцы оскорбили не только его, но и Этолийский союз.

Обогащение знати вело к имущественной дифференциации внутри Этолии; к концу III в. до н. э. число бедняков, имевших неоплатные долги, настолько возросло, что под давлением народ­ных масс этолийский полководец Скопас предпринял попытку от­менить долги. Но богатые оказали сопротивление этой реформе, так что Скопас был вынужден покинуть Этолию.

Другим союзом, игравшим не мепее важную роль в греческих делах, был возникший на северо-западе Пелопоннеса союз городов Ахайи, которая в классический период была отсталой сельскохо­зяйственной областью. Союз ахейских поселений существовал за­долго до эллинистического периода, он прекратил свое существо­вание во время борьбы за власть полководцев Александра, но в III в. до н. э. возродился вновь как союз городов. Главным горо­дом Ахейского союза был Эгион, где собиралось общесоюзное со­брание — синод. В синод входили представители союзных горо­дов; каждый город в синоде имел один голос; доступ в синод был ограничен имущественным цензом. Некоторые дела решались син­клитом — экстраординарной сходкой всех граждан (не моложе 30 лет) союзных городов. Во главе Ахейского союза стоял стратег, обладавший значительной властью. Хотя города, входившие в Ахейский союз, пользовались внутренней автономией, общесоюз­ные органы управления повсюду поддерживали власть зажиточ­ных слоев. Своего расцвета Ахейский союз достиг при стратеге Арате. Арат был стратегом в течение 30 лет (начиная с 245 г. до н. э.), ему удалось присоединить к союзу такие крупные города, как Сикиоп и Коринф. Ахейский союз находился во враждебных отношениях с этолийцами, с которыми он боролся за влияние в Греции, и особенно в Пелопоннесе. Таким образом, наблюдается, с одной стороны, стремление греческих городов и поселений к объе­динению, а с другой — непрекращающаяся междоусобная борьба, которая еще больше ослабляла Грецию.

4.