§ 1. Древнейший быт и общественный строй греков.

Пред­ков древних греков можно проследить на Балканском полу­острове, в Северной Греции, начиная с III тысячелетия до н. э. В то время они находились еще на низкой ступени культур­ного развития (так называемый «новый каменный век» или «неолит») и только еще начинали использовать металлы.

Как показывают древнейшие мифы (о Геракле, о Калидонской охоте и пр.), а также раскопки ранних стоянок (Димини и Сескло в Фессалии), у этих древ­нейших греческих племен господствовало охотничье и рыболовное хозяйство, хотя разводили уже и скот, преимущественно мелкий (коз, овец, свиней); известно было и земледелие (мотыжное) — им занимались женщины, почему и впоследствии они были главными участницами культа матери-земли Де­метры. Развивалась также и гончарная техника; на сосудах делали яр­кие орнаменты в виде многоцветных лент, расположенных спиралью, с при­чудливыми изгибами (меандр).

Основной общественной ячейкой была фратрия, представ­лявшая собой большую общину, похожую на «братство» ирокезов (Энгельс). Впоследствии весь народ в Аттике делился на 12 фратрий, а в Спарте на 27. Фратрия была владелицей земли, жи­лищ, орудий производства. Даже потребление было общее, остат­ком чего являлись позднейшие совместные трапезы («сисси- тии») в Спарте, на Крите и в некоторых других отсталых греческих государствах. Брак был экзогамный; невест обычно умыкали из соседних фратрий, и счет родства велся по матери. Отсюда и позднее в греческом праве сохранялось много остатков матри­архата, да и родословная богов и героев часто велась от их мате­рей (Аполлон сын Латоны, Минос сын Европы и т. д.). Много сохранилось от этого времени и следов господствовавшего тогда тотемизма (священные змеи в Афинах, культ волков в Пелопоннесе, лань как спутница Артемиды).

Микенская культура. Около 2000 г. до н. э. из Северной Греции (Фессалии) начинается массовое передвижение ахейцев в Среднюю Грецию и в Пелопон­нес. Ахейцы обосновались в прежних населенных эгейских центрах (Микенах и Тиринфе в Арголиде, Афинах в Аттике, Пилосе в Мессении, Фивах в Беотии и других), частью истребив прежнее население, частью слившись с ним. По глав­ному их поселению в Микенах вся возникшая благодаря этому смешению культура получила, как уже указывалось, в совре­менной науке название микенской.

Ахейские микенцы много восприняли от своих предшест­венников и от критян. Они научились изготовлять орудия и утварь из бронзы, стали разводить крупный рогатый скот и лоша­дей, перешли от мотыжного земледелия к плужному. В связи с развитием производительных сил первобытно-общинный строй вступил у них уже в период разложения: все более укрепля­лась частная собственность, возникало имущественное неравен­ство, верхушка их общества обращалась в богатую воинствен­ную аристократию; благодаря распаду некоторых почему-либо ослабевших родов стал появляться, правда еще небольшой, слой «безродных» и «бездомных» — бродячих людей.

Вожди воздвигали себе мощные замки с колоссальными «киклопиче- скими» стенами из наваленных друг на друга громадных грубо отесанных камней: в Тиринфе такие стены имеют до 20 м толщины; поражают также своей грандиозностью знаменитые «Львиные ворота» Микен. Своих покойни­ков микенцы хоронили в родовых подземных склепах (примером их являются «шахтовые могилы» в Микенах) или в круглых куполообразных усыпальницах («купольные могилы»). Микенцы погребали с покойниками несметную добычу, захваченную на войне, так что микепские погребения буквально залиты золотом: на покойниках золотые маски, диадемы, пояса, золотыми бляхами покрыта вся их одежда.

В половине II тысячелетия микенцы усвоили себе и морской опыт критян; но судами своими они пользовались не для торговли, а для морских разбоев и грабительских походов. Около 1400 г. внезапным нападением они захватили самый остров Крит и разру­шили роскошные дворцы критских Миносов; в таком разрушен­ном состоянии и открыли их современные археологи. Около 1200 г. «морские народы севера» (среди них и «данауны», т. е. данайцы) сделали попытку захватить и Египет. На рельефах египетского храма в Мединет-Абу можно видеть изображение страшной битвы, морской и сухопутной одновременно, в которой фараон Рамсес III разгромил этих северных воителей. Тогда же микенцы покорили

и эгеизированные поселения западного побережья Малой Азии. К этому времени относится греческое предание о Троянской войне, когда микенский царь Агамемнон с дружинами своих родственников и союзников взял главный оплот эгейской куль­туры на побережье Малой Азии — Трою. Событие это теперь подтверждается недавно дешифрованными хеттскими надписями, в которых упоминаются имена ахейских вождей и героев (напри­мер, Акагамунас—Агамемнон). В XII в. те же хеттские документы упоминают наряду с ахейцами («ахийава») и другие, родствен­ные им по культуре племенные объединения, позднее образо­вавшие части греческой, или эллинской, народности. Таковы «явана» — ионяне, которые, по этим данным, были особенно связаны с морем и побережьями Малой Азии.

Эта микенская эпоха закончилась около 1100 г., за 6 веков до Геродота, в результате большого передвижения на юг другого крупного греческого племени — д о р я н. Воинственная и куль­турно отсталая племенная группировка горцев-дорян двинулась в XI в. до н. э. из Эпира в Среднюю Грецию и Пелопоннес. Одна часть дорян вторглась в Фессалию и Арголиду, захватила Микены и другие центры; доряне частью смешались с местным населе­нием, частью поработили его. Микены были разрушены и прекратили свое существование как крупный культурный и политический центр. Другая часть дорян захватила Лаконику и Мессению, но лишь после длительной и жестокой борьбы, в результате которой позднее, в IX в., в долине Эврота на базе порабощения местного населения возникло Спартанское при­митивное государство.

Часть ахейского населения Пелопоннеса была оттеснена в труднодоступные и суровые горные области центрального и се­верного Пелопоннеса, позднее получившие название Аркадии и Ахайи.