Внутригрупповой анализ суммарной краниоло­гической серии

Суммарную краниологическую серию Поднепровья и Северо-Восточной Украины составляют 176 мужских и 85 женских черепов из могильников Васильевка II, Ясиноватка, Дереивка, Никольский, Вольнянка, Капуловка, Вовниги I, Вовниги II, Осиповка.

Черепа характеризуются большой толщиной костей свода, массивностью и сильным развитием костного рельефа надорбитальной и затылочной области. Длина основания и свода очень большие. Поперечный диаметр черепной коробки средний, а по отношению к продольному — малый, форма черепа субдолихокран- ная. Высота от базиона и от порионов очень велика; высотно-продольный индекс большой, высотно-поперечный — очень большой. Лоб широкий, но по отноше­нию к ширине лица — узкий. Наклон лба средний, высота изгиба умеренная; указатель изгиба лба у мужчин большой, у женщин —• средний. Затылок широ­кий, умеренно изогнут в сагиттальной плоскости. Индекс изгиба темени средний. Лицо в верхней части очень широкое, скуловой диаметр очень велик и абсолют­но, и по отношению к ширине свода. Верхняя высота лица у мужчин большая, а у 62

женщин — средняя, в обоих случаях относится к пограничным значениям между этими категориями размеров. По отношению к скуловой ширине и к высоте чере­па верхняя высота лица малая и в мужской, и в женской группах. Полная высота лица у мужчин велика, у женщин — средняя. Полный лицевой указатель в обеих группах малый. Горизонтальная профилированность верхней части лица умерен­ная, а подносовой области — сильная. Глубина клыковой ямки малая. Общий лицевой угол большой, но в пределах мезогнатности. Вертикальные углы средне­го и альвеолярного профиля велики. Индекс Флауэра малый. Орбиты широкие, абсолютно низкие, а по указателю — очень низкие. Высота носа большая, шири­на у мужчин большая, у женщин — средняя, носовой индекс — средний в обеих группах.

В целом серия имеет черты древней европеоидной расы. Такие особенности строения, как очень большие продольные и высотные размеры и исключительно широкое лицо, характеризуют ее как крайне гиперморфную, что выделяет ее из круга известных европеоидных форм.

В подавляющем большинстве случаев как мужская, так и женская серии попадают в одинаковые по мировому масштабу категории. Среди линейных раз­меров это в основном большие и очень большие величины, за исключением ма­лых высоты лица и орбиты.

Вместе с тем многие признаки варьируют в довольно широких пределах (табл. 10). Размах вариации некоторых достигает значительных величин, охва­тывая несколько размерных категорий. На основании данных этой таблицы мож­но предположить, что изменчивость в суммарной серии должна быть высокой. Это предположение вполне подтверждается при анализе соответствующих пока­зателей изменчивости (табл. 11 и 12), Сравнение дисперсий 30 основных призна­ков изучаемой серии со стандартными выявляет существенное повышение вариа­бельности в 16 случаях в мужской группе и в 14 случаях в женской, существен­ное понижение — по одному случаю в обоих группах. Среднее отношение эмпирических дисперсий к стандартным в мужской группе 1,79, в женской — 1,90. Вычислены также коэффициенты вариации для 36 линейных размеров. У мужчин их значения выходят за верхний предел стандартных средних величин в 29, за нижний — в 1 случаях. У женщин соответственно в 24 и 3 случаях. Средняя величина коэффициента вариации у мужчин 6,37 %, у женщин — 6,27 %, т. е. пре-

Таблица 10. Размах вариаций некоторых краниологических признаков мужских черепов неолитической эпохи Украины.

вышает среднюю стандартную, которая для обоих полов по тем же признакам равна 5,14%. Использование обоих показателей приводит к сходным результатам и убеждает нас в том, что общая вариабельность в суммарной неолитической серии выше нормы. Можно было бы предположить, что это объясняется в основном различиями между сериями из отдельных могильников или же хронологическими различиями групп более раннего и более позднего этапов. В таком случае при дроблении материала на эти группы мы вправе ожидать получения вполне одно­родных в антропологическом отношении серий.

Что касается серий из отдельных могильников, то их однородность, как уже упоминалось выше, не раз ставилась под сомнение различными исследователями. Наиболее ранняя неолитическая группа Надпорожья — Васильевка II — пред­ставляла смесь двух краниологических вариантов, выделенных И. И. Гохманом (1966). О выявлении сходных вариантов внутри краниологических серий Дереив­ки, Никольского сообщает Г. П. Зиневич (1967). Материалы Ясиноватки и Воль- нянки также свидетельствуют, как было показано в предыдущей главе, о неод­нородности антропологического состава. C другой стороны, исследование кранио- 64

Таблица IL Сравнение эмпирических значений дисперсии со стандартными в суммарной неолитической серии Украины.

— существенное отклонение дисперсии от стандартной при P < 0,05 — при P < 0,01

Таблица 12. Сравнение эмпирических значений коэффициентов вариации со

стандартными в суммарной серии неолита Украины.

— коэффициент вариации выходит за стандартные пределы.

логии погребенных на разных хронологических этапах этих могильников дает основания предполагать, что и в других популяциях, а также и в целом по всему массиву днепро-донецкой общности изменчивость связана с хронологическим фак­тором.

Факторному анализу подверглись не все мужские черепа суммарной серии, а лишь те из них, у которых представлены следующие признаки: продольный, по­перечный, высотный (от точки базион), скуловой диаметры, верхняя высота ли­ца, ширина носа, зигомаксиллярный угол. Мы вынуждены ограничиться этим набором признаков, чтобы максимально расширить круг сравниваемых черепов, количество которых в итоге составило 68. Среди них: 28 — из могильника Вовниги II, 11 — из Дереивки, 11 — из Вольнянки, 6 — из Васильевки И, 5 — из Никольско­го, 4 — из Ясиноватки, по одному черепу из Осиповки, Вовниги I и Капуловки.

По фактору I наибольшие нагрузки отмечены для поперечного, скулового и высотного диаметров, несколько меньшие — для продольного диаметра, верхней высоты лица и ширины носа. Все они имеют положительный знак (табл. 13). Один признак — назомалярный угол — имеет близкий к нулю коэффициент.

Таблица 13. Факторные нагрузки для набора семи краниологических признаков суммарной серии мужских черепов неолита Украины.

По фактору II наибольшими нагрузками отличаются назомалярный угол и продольный диаметр, причем, последний признак входит в этот фактор с отрица­тельным весом. Несколько меньшие значения имеют поперечный и скуловой диа­метры.

По результатам факторного анализа составлен график (рис. 7), где в про­странстве координат I и II факторов размещены исследуемые черепа. Их располо­жение можно интерпретировать по значениям факторных весов. Учитывая ха­рактер связи всех признаков в пределах I фактора, можно считать, что большие значения по I координатной оси соответствуют и большим размерам черепа и лица, тогда как малые значения по I оси соответствуют черепам с малыми разме­рами. Прежде всего это касается поперечного, скулового и высотного диаметров как вносящих наиболее существенный вклад в I фактор. Таким образом, I фактор дифференцирует серию по общей массивности, ширине черепа, его высоте и ши­рине лица.

II фактор, как видно из таблицы 13, отражает более сложный характер вза­имного варьирования признаков. Большие значения по II координатной оси ха­рактеризуют черепа с ослабленной горизонтальной профилировкой верхнего от­дела лица с малым продольным и большими поперечным и скуловым диаметра­ми. И, наоборот, в области малых значений II оси координат локализуются черепа с выраженной клинопией, долихокранией и несколько более узким лицом. II фактор, таким образом, разграничивает черепа по величине назомалярного угла, форме черепной коробки и, отчасти, по величине скулового диаметра.

Анализ распространения черепов в пространстве главных факторов (рис. 7) позволяет в соответствии с проведенной их интерпретацией дать морфологиче­скую характеристику образовавшимся скоплениям (кластерам). Можно также оценить степень отклонения отдельных черепов и их групп от гипотетического нейтрального морфологического комплекса, под которым условно подразумева­ется центр системы координат.

На рис. 7 видно, что обособившиеся в пространстве главных факторов I и II кластеры представляют собой две наиболее многочисленные группы черепов. Они имеют следующие морфологические различия.

Рис. 7. Расположение 68 мужских черепов из девяти неолитических могильников Украины в пространстве двух факторов.

Если проанализировать расположение на графике отдельных черепов с уче­том их принадлежности к конкретным сериям (нумерация погребений приводит­ся в таблице 14), можно определить примерное место каждой серии в морфологи­ческой системе массива неолитических погребений Украины. Такой индивиду­альный просмотр показывает, прежде всего, что черепа из Ясиноватки и Вольнянки, которые локализуются в кластере I, были отнесены нами при внутри­групповом анализе этих серий к I краниологическому варианту. Соответственно, черепа, которые были выделены в пределах этих серий во II краниологический вариант, попали во II кластер суммарной неолитической серии. На этом основа­нии, а также учитывая совпадение основных характеристик краниологических вариантов с морфологической интерпретацией I и II кластеров, можно говорить о соответствии I кластера первому краниологическому варианту и II кластера — второму.

Подобно сериям Ясиноватки и Вольнянки, пропорционально распределяют­ся в пределах двух первых кластеров и черепа серии Вовниги II, что, видимо, указывает на присутствие в ее составе упомянутых краниологических вариантов. Вместе с тем такая равномерность в распределении по двум кластерам свойствен­на не всем краниологическим сериям, материалы которых вошли в суммарную

Таблица 14. Порядковые номера черепов на графике (рис. 7) и соответствую­щие им номера погребений из девяти неолитических могильников Украины.

серию и подверглись факторизации. Так, например, преобладающее большинство черепов из могильника Дереивка локализуется в пределах первого кластера, и только один череп из этого могильника находится во втором, но на его близкой к первому кластеру периферии. В числе составляющих первый кластер следует на- 70 -

звать также материалы Никольского и Осиповского могильников. Во втором кла­стере черепа из этих некрополей не представлены. Особое место в этой системе занимают черепа Васильевки И, поскольку почти все они относятся ко второму кластеру при полном их отсутствии в первом. Кроме двух основных, на графике обособляются еще два кластера, включающие значительно меньше черепов. III кластер локализуется между I и И, что определяет его промежуточный характер. Входящие в него черепа сочетают в себе черты строения, свойственные I и II краниологическим вариантам. По размерам и пропорциям черепной коробки и лица они сближаются с черепами I варианта, но в то же время имеют выраженную тенденцию к уплощенности лица, что характерно для II краниологического вари­анта. В III кластер попадают черепа из могильников Вовниги II (они составляют большинство), Вольнянки, Васильевки II, Дереивки и Никольского. Напомним, что при внутригрупповом анализе серии женских черепов из Вольнянки там также были выявлены черепа со смешанными признаками — III краниологический вари­ант. Он идентичен комплексу признаков, наблюдаемому на черепах III кластера суммарной мужской серии.

В значительном удалении от центра системы координат расположены еще четыре черепа, которые условно можно объединить в кластер IV. Их сближает наиболее резкая горизонтальная профилировка в серии, а различают размеры мозгового отдела и лица: два черепа из Дереивки, расположенные на максималь­ном расстоянии от центра системы координат, имеют значительно более крупные размеры, чем череп из Вовниг II и череп из Капуловки. Этот краниологический комплекс хотя и дифференцируется вполне отчетливо, но очень слабо представ­лен материалом и поэтому нуждается в более серьезном обосновании.

В связи с тем, что в составе I, II и III кластеров значительное место принад­лежит черепам из серии Вовниги II, а также учитывая справедливое замечание И. И. Гохмана о повышенной изменчивости большинства признаков этой серии (Гохман, 1966.— С. 160), изложим кратко результаты проведенного нами внут­ригруппового анализа вовнигских черепов. Из 120 коэффициентов корреляции, вычисленных нами по 16 признакам (табл. 6 приложения ), в 37% случаев отме­чается завышение силы связей, а 33% коэффициентов имеют отрицательные знаки. Анализ корреляционных связей основных пар признаков показал слож­ную структуру серии, установление которой затрудняется частыми случаями не­согласованности знаков, что обычно свидетельствует о наличии в серии более двух компонентов (Дебец, 1948.— С. 26). Это предположение полностью под­твердилось результатами факторного анализа, который мы провели отдельно для этой серии. Дендрограмма кластеризации матрицы отображения главных факто­ров представлена на рис. 8. Из нее следует, что анализируемая серия подразделя-

ется на три морфологические подгруппы. При их выделении наиболее существен­ный вклад в первый фактор внесли назомалярный угол, продольный и скуловой диаметры, а во второй фактор с наибольшими нагрузками вошли поперечный и скуловой диаметры, и с несколько меньшими — высотный диаметр, верхняя вы­сота лица и ширина носа. Факторные нагрузки веса представлены в таблице 15.

Факторный анализ серии Вовниги II показал почти полное совпадение в рас­пределении черепов по кластерам с той картиной, которая была получена при факторизации суммарной мужской неолитической серии. Черепа (№№ 17, 26, 40, 53, 62, 71, 75, 78, 81, 119), составляющие первый кластер (I краниологиче­ский вариант), характеризуются выраженной долихокранией, высокой мозговой

Рис. 8. Дендрограмма кластеризации матрицы отображения главных факторов для набора семи краниологических признаков мужской серии Вовниги П.

коробкой, большим скуловым диаметром (142,5 мм), клинопией (назомалярный угол равен 135,9°), мезо- и ортогнатностью. Основу второго кластера (II кранио­логический вариант) составляют черепа №№ 39, 50, 54, 72, 76, 77, 85, 92. Они характеризуются мезокранией, очень большими значениями трех основных диа­метров черепа, исключительно широким (151,8 мм) лицом, мезогнатией и нерез­кой профилировкой в горизонтальном плане (назомалярный угол 140,0°). Третий краниологический вариант соответствует субкластеру, куда входят черепа №№ 36, 47, 58, 102. Он отличается мезокранией на границе с долихокранией, но размеры диаметров не достигают таких больших величин, как на черепах первых двух вариантов. Лицо широкое (146,1 мм в скуловом диаметре), но не в такой степени, как у черепов II варианта. Вместе с тем, значения назомалярного угла (144°) значительно превышают соответствующий показатель II варианта, где 72 "

также отмечена тенденция к уплощенности верхнего отдела лица. Вертикальный профиль мезогнатный, на границе с прогнатностью.

Подводя итоги изучению внутригрупповой структуры отдельных краниоло­гических серий — Вовниги И, Ясиноватка и Вольнянка, а также суммарной нео­литической серии с территории Украины, можно констатировать антропологиче­скую неоднородность, выражающуюся в отмеченных двух основных краниологи­ческих вариантах внутри этих серий, а также третьего, который во всех случаях определяется на меньшем количестве черепов, и, видимо, носит смешанный ха­рактер. Анализ материала, проведенный различными методами и на разных уровнях обобщения, убе­

дительно показывает, что систематическое место вы­деленных морфологиче­ских групп остается неиз­менным в масштабе всего неолитического массива серий независимо от ис­пользованных методов (изучение параметров из­менчивости, анализ коэф­фициентов корреляции, факторный анализ). В ре­зультате применения этих методов удалось подтвер­дить в большинстве серий и в целом по массиву присутствие исключительно широколицего (скуловой диа­метр в среднем 150 мм) мезокранного и с некоторым уплощением в горизонталь­ном плане краниологического варианта (И), который был выделен И. И. Гохма- ном на материалах могильника Васильевка II и по поводу реальности которого не раз высказывались сомнения. Факторизация всего массива погребений показала, в какой степени систематическое место каждой отдельной серии определяется участием в ее формировании конкретных краниологических вариантов и их соот­ношений. Показательны в этом отношении обособленное место Васильевки II и, отчасти, Дереивки, а также выраженная гетерогенность серий Вовниги И, Ясино­ватка, Вольнянка, Никольское. В некоторых случаях удалось также поэтапно проследить хронологическую динамику антропологической структуры погребен­ных, как, например, в Ясиноватке и Вольнянке. В этой связи представляется необходимым провести межгрупповой анализ с учетом хронологического и куль­турно-территориального деления материалов из могильников днепро-донецкой этнокультурной общности. Но прежде обратимся к одонтологическим данным, которые до настоящего времени не принимались во внимание при изучении нео­литического населения Украины.

Таблица 15. Факторные нагрузки краниологи­ческих признаков мужской серии могильника Вовниги II.

2. К одонтологической характеристике неолитиче­ского населения Днепровского Надпорожья

Возможность дополнения результатов краниологического исследования дан­ными одонтологии представляется особенно ценной, поскольку одонтологические признаки, прошедшие по своеобразному эволюционному пути, отражают те про­цессы биологического, расового и исторического характера, которые не всегда можно выявить, опираясь лишь на систему краниологических признаков в силу ее собственной специфики.

Обширный одонтологический материал, который мог бы способствовать ре­шению вопросов антропологического состава населения каменного века Украины, пока в основном не введен в научный оборот. К настоящему времени С. П. Cere- дой завершена планомерная работа по изучению и систематизации данных о соб­ственно расовых и редукционных признаках, проведена их статистическая обра­ботка. Результаты этого исследования еще не опубликованы.

В литературе содержатся сведения об одонтологических материалах по двум неолитическим могильникам Днепровского Надпорожья — Васильевке II и Вов- нигам II, которые опубликовал А. А. Зубов. Одонтометрические данные получе­ны в результате измерения 237 моляров (138 из Васильевского II и 99 — из Вов- нигского могильников) (Зубов, 1968.— С. 77, 92). Одонтоскопические данные по этим же сериям изучены Н. И. Дониной, а впоследствии дополнены и опублико­ваны А. А. Зубовым в монографическом исследовании теоретических основ этни­ческой одонтологии (Донина, 1969; Зубов, 1973.— С. 116, 136). Естественно, что авторы указанных работ, перед которыми стояли более широкие задачи, исполь­зовали свои наблюдения по неолитическим украинским сериям в качестве срав­нительного материала, лишь вскользь коснувшись их интерпретации. Последние достижения этнической одонтологии в изучении индикаторов расовых компонен­тов и редукционных процессов, накопление и систематизация новых данных по одонтологии древнего и современного населения Восточной Европы, а также вы­деление одонтологических типов на этой территории (Зубов, 1973; ЭО, 1979; Се­геда, 1980; Гравере, 1987) дают возможность вновь обратиться к одонтологиче­ским материалам Васильевки II и Вовниг с целью их обобщения и сравнения с синхронными сериями соседних территорий, а также для выяснения их места в системе одонтологических типов Восточной Европы. Нами использованы опубли­кованные табличные одонтометрические (Зубов, 1968.— Табл. 16, 17.— С. 92) и одонтоскопические (Зубов, 1973.— С. 79-154) данные, полученные А. А. Зубо­вым и Н. И. Дониной при исследовании Васильевки II и Вовниг. Выбор сравни­тельных материалов диктовался наличием синхронных опубликованных серий, которые привлекаются также и при краниологических сопоставлениях.

Одонтометрическая характеристика

При оценке одонтометрических признаков мы пользовались таблицами раз­мерных категорий соответствующих измерительных признаков, составленных А. А. Зубовым (1968.— С. 98). В соответствии с приведенной в них рубрикацией, большие коренные зубы у мужских и женских черепов из могильников Васильев­ка II и Вовниги характеризуются средними или большими размерами. На первом и третьем верхних молярах мезио-дистальный диаметр (длина коронки) — сред­ний в обеих сериях, на вторых молярах Васильевки — большой, Вовниг — сред­ний (табл. 16). В нижнем ряду мезио-дистальный диаметр коронки всех трех мо­ляров Васильевки II относится к категории средних величин. Данные о нижних молярах Вовниг отсутствуют. Вестибуло-лингвальный (ширина коронки) диа­метр всех трех верхних моляров Васильевки II большой, а на молярах из Вов­ниг — большой (М¹) и средний (M² и M³). Ширина коронки первого и третьего нижних коренных зубов — средняя, а второго — большая. Разница между серия­ми из Васильевки II и Вовниг по мезио-дистальному диаметру коронки верхних моляров составляет 0,02-0,58 мм, а по вестибуло-лингвальному размеру лежит в пределах 0,12-0,30. Таким образом, по абсолютным размерам больших коренных зубов черепа из двух Надпорожских неолитических могильников различаются незначительно в масштабе привлеченных для сравнения серий (таблица 16). Од­нако эти различия обнаруживают постоянную направленность: популяция Ва­сильевки II характеризуется более крупными размерами моляров по сравнению с вовнигской.

Одонтологические данные Васильевки II позволяют констатировать в ней наличие архаических черт зубной системы, о чем свидетельствует третий стэп- индекс Сельмера-Ольсена, отражающий отношение размеров второго моляра к размерам первого (Зубов, 1968.— С. 8). В серии Васильевка II третий стэп-индекс вестибуло-лингвального диаметра коронки верхних моляров составляет 100,67. Это означает, что вестибуло-лингвальный диаметр коронки второго верхнего мо­ляра крупнее соответствующего размера первого моляра, что характерно палео­антропам. В одонтологическом материале погребенных в могильнике Вовниги третий стэп-индекс по ряду верхних моляров составляет 99, 15, что отражает более прогрессивное строение зубной системы этой популяции по сравнению C Васильевской.

Таблица 16. Абсолютные размеры, индексы и модули коронок моляров в неоли­тических сериях Васильевка II и Вовниги и сравнительные данные (мужские и женские черепа).

— вычислен по средним значениям.

Для сопоставления по индексу Сельмера-Ольсена мы располагаем данными А. А. Зубова и Р. У. Гравере по мезолитической серии Южного Оленьего острова, неолитическим сериям из Забайкалья, а также по неолитической (Звейниеки) и серии эпохи бронзы (Кивуткалнс) Восточной Латвии. Привлечены данные и по некоторым современным группам (Зубов, 1968.— С. 100; Гравере, 1985).

Продолжение таблицы 16.

— вычислен по средним значениям.

По мнению А. А. Зубова, этот индекс у современного населения связан с ра­сой: наибольшие его величины отмечены у экваториальных и некоторых монго­лоидных групп. В этих группах 3-й стэп-индекс вестибуло-лингвального диамет­ра коронок верхних моляров обычно превосходит 100 (Зубов, 1968.— С. 19). Как видно из таблицы 17 и графика (рис. 9), такие же большие значения этого индек­са наблюдаются в сериях каменного века из могильников Забайкалья, Звейние- ков, Васильевки II и Южного Оленьего острова. Противоположный фланг на гра-

Таблица 17. Групповые значения третьего стэп-индекса Селъмера-Олъсена.

фике занимают серии армян и кивут- калнская серия эпохи бронзы. Как отмечает Р. У. Гравере, в этой серии уже не прослеживаются те архаиче­ские черты, которые отражает индекс

Сельмера-Ольсена, что, по ее мнению, свидетельствует об определенном уровне эпохальной изменчивости (Гравере, 1985.— С. 79). Не отрицая значения эпо­хальной изменчивости, заметим, что в кивуткалнской серии основная роль при­надлежит компоненту с грацильным комплексом одонтологических особенно­стей, который не связан преемственностью с предшествующим населением нео­литических культур (нарвской и гребенчато-ямочной керамики), а рассматривается как пришлый, присущий узколицым грацильным племенам с компонентом южноевропеоидного происхождения (Денисова, Граудонис, Граве­ре, 1985.— С. 75-102). Следовательно, было бы не вполне правомерным связы­вать понижение значений 3-го стэп-индекса в древних сериях только с эпохаль­ной динамикой и не принимать во внимание изменение в расовом составе перво­бытных популяций в результате прихода нового населения. Видимо, вопрос о том, является ли рассматриваемый индекс только лишь показателем древности одонтологического типа, или же вместе с тем отражает и расовые признаки одон- тотипов не только в современных группах, но и в сериях эпох камня и бронзы, следует оставить открытым до накопления более представительных одонтометри-

Рис. 10. Гмфическое сопоставление серий эпох камня и меди-бронзы по индексам коронки M² и M³, среднему модулю ряда верхних моляров и третьему стэп-индексу Сельмера-Ольсе­на.

1 — неолит Забайкалья; 2 — Олений о-в; 3 — Васильевка П; 4 — Вовниги;

5 — Звейниеки; 6 — Кивуткалнс.

ческих данных по древним сериям. Тот факт, что в Вовнигской серии наблюдает­ся понижение третьего стэп-индекса и она обнаруживает небольшой сдвиг по на­правлению к сериям с южноевропеоидным краниологическим комплексом, а се­рия Васильевки II тяготеет к противоположному флангу (рис. 9, 10а), наводит на мысль о возможном участии в сложении одонтологического типа неолитического населения Днепровского Надпорожья различных в расовом отношении (на уров­не рас второго порядка) одонтологических компонентов. В этой связи интересно заключение Ю. Д. Беневоленской о средиземноморском морфотипе (в мезоморф­ном варианте), выявленном ею в краниологической серии могильника Вовниги II (Беневоленская, 1990.— С. 246) на фоне преобладающего компонента протоевро- пейского типа. Два разных подхода, одонтологический и краниологический, совпа­дают, следовательно, друг с другом по своим результатам, выявляя некоторые общие тенденции сложения антропологического состава неолитических популя­ций Надпорожья.

Судя по абсолютным размерам больших коренных зубов, украинские крани­ологические серии в целом характеризуются более низким уровнем редукции по сравнению с относительно синхронными (Звейниеки) и несколько более поздни­ми (Кивуткалнс) краниологическими сериями. По изученным признакам Василь­евская серия относится к кругу макродонтных форм, а вовнигская находится на границе макро- и мезодонтизма, на что указывает средний модуль ряда верхних моляров — 10,90 (Васильевка II) и 10,56 (Вовниги). Макродонтность присуща также мезолитическим черепам из Оленеостровского могильника и неолитиче­ским из Забайкалья (Гравере, 1985.— С. 79; Зубов, 1968). Обычно на палеоант­ропологическом материале макродонтизм трактуется как показатель древности серии, без конкретизации ее расового состава. В то же время у современного населения А. А. Зубовым выявлены более четкие тенденции в распределении раз­меров зубов. Макродонтизм присущ экваториальным и некоторым монголоидным группам. Большинство групп европеоидного и монголоидного происхождения мезодон- тны. Микродонтны в основном южноевропеоидные группы (Зубов, 1973.— С. 78-80).

При сопоставлении (таблица 16, рис. 10-6, в) краниологических серий мезо­лита, неолита и бронзового века по величинам среднего модуля ряда верхних моляров привлекают внимание следующие три группы фактов, объединяющих одонтологические и краниологические данные. 1) Одна из наиболее макродонт­ных краниологических серий представлена черепами погребенных в неолитиче­ских могильниках Забайкалья, бесспорно монголоидных по своим морфологиче­ским особенностям (Алексеев, Трубникова, 1984.— С. 69); 2) Наиболее древняя среди сопоставляемых макродонтных, краниологическая серия из мезолитиче­ского могильника на Оленьем острове наряду с европеоидным имеет в своем со­ставе спорный в расовом отношении компонент. Как считают многие исследова­тели, по комплексу краниологических признаков он приближается к монголоид­ному (Жиров, 1940; Дебец, 1948; Денисова, 1975; Беневоленская, 1984). По мнению противников гипотезы монголоидной примеси, он носит морфологиче-

* Согласно введенным А. А. Зубовым категориям величин среднего модуля ряда моляров, микродон- тизму соответствуют значения ниже 10,20, мезодонтизму — 10,20-10,50, макродонтизму — выше 10,50 (Зубов, 1968, с. 16)

** Величины среднего модуля ряда нижних моляров не привлекались, поскольку для ряда серий эти данные отсутствуют, но в целом сохраняют ту же тенденцию, что и верхние.

ские черты потомков северных палеолитических европеоидов, сыгравших, по вы­ражению И. И. Гохмана, роль монголоидов (Якимов, 1960; Гохман, 1984, 1986; Алексеев, 1984); 3) краниологическая серия каменного века Латвии, которая в основном состоит из материалов могильника Звейниеки, неоднородного как в культурно-хронологическом (V-III тыс. до н. э.), так и в антропологическом от­ношениях, в целом характеризуется мезодонтностью на границе с макродонтно- стью. В этой серии Р. У. Гравере (1987.— С. 202) выявлены два одонтологических типа, один из которых отличается очень низким общим уровнем редукции. При­нимая во внимание довольно высокое значение среднего модуля ряда (10,45), вполне логично предположить, что в этой серии присутствует и макродонтный компонент, соответствующий североевропейскому реликтовому одонтологиче­скому типу. Второй, среднеевропейский одонтологический тип, как более реду­цированный, является, очевидно, мезодонтным. Выявленные в составе погребен­ных могильника Звейниеки североевропеоидный и метисный краниологические компоненты (Денисова, 1975) примерно соответствуют по одонтологической классификации среднеевропейскому и североевропейскому реликтовому одонто­логическим типам (Гравере, 1987.— С. 201, 202). Таким образом, и в этом случае макродонтизм североевропейского реликтового одонтологического типа сочетает­ся с краниологическими признаками «восточного» характера метисного (по Р. Я. Денисовой) компонента Звейниек.

Возвращаясь к макродонтизму украинских неолитических серий Васильевка II и Вовниги, заметим, что хотя вопрос о монголоидной примеси в составе племен днепро-донецкой культуры решается отрицательно, здесь также отчетливо фик­сируется своеобразный комплекс краниологических признаков (мезобрахикран- ный, очень широколицый, несколько уплощенный вариант Васильевки II, Дере­ивки, Ясиноватки, Вольнянки, Никольского), свидетельствующий об общности происхождения одного из компонентов этого населения с древнейшими племена­ми лесо-степной или лесной полосы Восточной Европы, в частности, с оленеостров- цами (Гохман, 1966.— С. 131,176,182; Дебец, 1960; Кондукторова, 1973.— С. 100).

Обобщая сказанное относительно распределения величин среднего модуля ряда верхних моляров на известных палеоантропологических сериях с террито­рии Восточной Европы и Северной Азии VII-II тыс. до н. э., следует отметить, что наиболее древним из них (Олений остров, неолит Забайкалья, Васильевка II, Вовниги) присуща макродонтность, являющаяся, как справедливо считает А. А. Зубов, показателем древности серии. В большей или меньшей степени им свойственны либо монголоидность, либо такие черты строения черепа (большая скуловая ширина, ослабленная горизонтальная профилировка, мезо-брахикран- ность), которые образуют спорный в отношении расовой диагностики комплекс и 81 рядом исследователей оцениваются как признаки восточного происхождения. По определению Р. У. Гравере (1987.— С. 202, 203), одонтологические комплексы погребенных в могильнике на Оленьем острове, а также метисного компонента могильника Звейниеки представляют собою древнюю форму североевропейского реликтового одонтологического типа, особенностью которого является повышен­ная встречаемость признаков восточного характера. Таким образом, в мезолите и неолите Восточной Европы макродонтность, видимо, образует стойкий комплекс с признаками североевропейского реликтового одонтологического типа у населе­ния со специфическими чертами северных европеоидов, которые заключаются в повышенной для европеоидного масштаба концентрации отдельных «восточных» признаков.

Мезодонтность на территории Северо-Восточной Европы в эпохе неолита и бронзы связывается также с массивным широколицым североевропеоидным насе­лением, представленным слаборедуцированным среднеевропейским одонтологи­ческим типом, без признаков восточного характера. Указанный комплекс пред­ставлен, например, у европеоидного компонента ранненеолитической серии Звейниек, а также фатьяновцев.

Появление микродонтизма на указанной территории в эпоху бронзы совпа­дает с расселением южноевропеоидного узколицего грацильного населения, отно­сящегося, по одонтологической классификации Р. У. Гравере, к северному гра- цильному одонтологическому типу. Такими особенностями отличалось большин­ство погребенных в Кивуткалнсе и балановцы.

Проведенное сопоставление одонтологических и краниологических характе­ристик населения Северо-Востока Европы эпох мезолита-бронзы показывает, что уменьшение размеров зубов в это время наблюдается в условиях отсутствия гене­тической преемственности его антропологического состава. Поэтому процесс ре­дукции зубной системы на этой территории связан не столько с эпохальным про­цессом грацилизации, который трудно пока проследить на имеющихся материа­лах, сколько со сменой антропологического состава племен, приходом нового населения южноевропеоидного происхождения.

Краниологическая серия Васильевки II по одонтометрическим признакам обнаруживает сходство с макродонтными группами древнего североевропейского реликтового одонтологического типа. Серия из могильника Вовниги относится к кругу форм, стоящих на границе макро- и мезодонтии и, очевидно, тяготеет к группам со среднеевропейским одонтологическим типом (рис. 10-α, б).

Примерно такое же положение среди древних серий занимают Васильевка II и Вовниги в отношении еще двух важных одонтологических показателей — ин­дексов коронок второго и третьего верхних моляров (рис. 10). Установлено, что к 82

большим величинам этих индексов склонны европеоидные группы, а к малым — монголоидные (Зубов, 1968.— С. 17). Как видно на графике (рис. 10-е, г), эта же тенденция сохраняется и у древних серий. Хотя в целом в масштабе современных групп древние популяции характеризуются высокими значениями индексов ко­ронок M² и M³, все же серии с монголоидным (неолит Забайкалья) или смешан­ным (Олений о-в) антропологическим составом заметно отличаются в сторону понижения M² от европеоидных серий Звейниек и Кивуткалнса. Украинские нео- 2 3

литические серии по усредненному индексу коронок ^м ----- близки к оленеост­ровскому флангу. По индексу M² Вовниги занимают как бы промежуточное по­ложение между этим и противоположным флангом, на котором находятся серии Звейниек и Кивуткалнса, как это уже наблюдалось и по другим признакам (рис. 10-а, б).

Одонтоскопические данные

Одонтоскопические признаки изучались А. А. Зубовым и Н. И. Дониной только по материалам могильника Васильевка II. В программу не вошли такие особенности строения зубной системы, как диастема, краудинг, редукция верхне­го латерального резца, лингвальная поверхность верхних резцов (лопатообраз- ность). Опубликованные этими авторами данные по Васильевке II и сравнитель­ные представлены в таблице 18. Малое число изученных случаев значительно снижает статистическую достоверность результатов. Тем не менее, проанализи­руем те признаки, которые выделяют серию Васильевки II из ряда других: редук­ция гипоконуса на втором верхнем моляре, коленчатая складка метаконида и дистальный гребень тригонида.

Редукция гипоконуса на втором верхнем моляре в серии черепов из Василь­евки II составляет 80%, что существенно отличает ее от других древних серий Восточной Европы (Южный Олений о-в, Звейниеки), где частота трехбугорковых форм намного ниже (26,2% и 14,1%). Редукция гипоконуса на втором верхнем моляре считается молодым, быстро нарастающим признаком. Частоты его рас­пределения не обнаруживают четкой связи с расовыми типами, выделенными согласно тройному делению человечества (Зубов, 1973.— С. 116-119). Недоста­точная изученность изменчивости этого признака в популяциях рассматривае­мой эпохи затрудняет интерпретацию имеющихся данных. По мнению А. А. Зу­бова, столь высокая концентрация редуцированных форм моляров в популяциях связывается с условиями обитания, в частности, со степенью изоляции. Возмож­но, такой уровень редукции в краниологической серии Васильевка II возник в особых условиях изоляции этой популяции и связан с причинами генетического характера, с генетико-автоматическими процессами. Существенно, что и по ком­плексу краниологических признаков, присущих мезобрахикранному варианту

этой серии, Васильевка II занимает обособленное положение среди материалов надпорожских могильников, что неоднократно отмечалось ее исследователем (Гохман, 1958, 1966).

Таблица 18. Распределение частот одонтологических признаков в неолитиче­ской серии Васильевка II и сравнительные данные.

В отличие от предыдущего признака, коленчатая складка метаконида и дис­тальный гребень тригонида являются древними, стабильными морфологическими особенностями, мало меняющимися с эпохой (Зубов, 1973.— С. 150). Коленчатая складка метаконида относится специалистами к монголоидному зубному комп­лексу. В мезолите и неолите Поднепровья, по имеющимся данным Н. И. Дони- ной, частота встречаемости этого признака равнялась нулю, что резко отличает это население от погребенных в Оленеостровском и Звейниекском могильниках, где этот показатель соответственно равен 15,4 и 11,1 %.

Дистальный гребень тригонида на первом нижнем моляре в серии Васильев­ка II не встретился ни разу. Частота встречаемости этого признака, который яв­ляется ценным таксономическим критерием, в европеоидных группах обычно не превышает 5%, а в монголоидных повышается до 33%. Следовательно, кранио­логическая серия Васильевки II, а также серия Звейниек, где наблюдается анало- 84

гичная картина отсутствия этой морфологической особенности первого нижнего моляра, европеоидны по этому признаку. Оленеостровская серия обнаруживает некоторое увеличение концентрации признака (10,9%), что вполне соответству­ет выделенным в ее составе краниологическим компонентам.

Анализ одонтологических данных краниологических серий Васильевка II и Вовниги, а также их сопоставление с известными материалами эпох неолита- бронзы Восточной Европы и Северной Азии позволяют сделать некоторые заклю­чения. Изученный комплекс одонтометрических и одонтрскопических признаков указывает, без сомнения, на европеоидность и архаичность строения зубной сис­темы погребенных в могильниках Васильевка II и Вовниги, свидетельствует о древности их одонтотипа. Характер распределения признаков в этих сериях по­зволил выявить некоторые различия между ними, а также конкретизировать их положение среди других древних серий. Вкратце остановимся на различиях. Се­рия из Васильевки II характеризуется крупными размерами моляров, выражен­ной макродонтностью, высоким значением индекса Сельмера-Ольсена, весьма высоким индексом коронки второго верхнего моляра. В отличие от нее, серия из Вовниг имеет умеренные размеры диаметров коронок моляров, макродонтное, но на границе с мезодонтным, значение среднего модуля ряда, более низкий индекс Сельмера-Ольсена, более высокий индекс коронки второго верхнего моляра. Та­ким образом, по комплексу признаков серия из Васильевки II обнаруживает не­сколько большую степень архаичности по сравнению с Вовнигами. Сохранению древних особенностей строения зубной системы могло способствовать изолиро­ванное положение Васильевской популяции. Это предположение согласуется с дан­ными о высоком уровне редукции гипоконуса на втором верхнем моляре, связанном, возможно, с генетико-автоматическими процессами в изолированной популяции.

Отмеченные небольшие различия по комплексу одонтометрических призна­ков между сериями Васильевка II и Вовниги можно рассматривать либо как след­ствие неравномерности темпов протекания редукции зубной системы в этих по­пуляциях, либо как результат участия в их сложении различных антропологиче­ских компонентов с неодинаковым уровнем редукционных процессов. Последнее предположение больше соответствует данным о краниологических вариантах, выделенных в этих сериях. А. А. Зубов еще до накопления имеющихся сейчас одонтометрических данных по сериям эпох неолита-бронзы высказал мнение о том, что так называемые древние признаки не являются обязательными для всех расовых групп древности, а могут встречаться чаще в одних и реже — в других (Зубов, 1968.— С. 70). Справедливость этого замечания подтверждается рассмот­ренными материалами. Они дают основание ставить вопрос о связи таких «арха­ичных» признаков (средний модуль ряда моляров, 3-ий стэп-индекс по вестибу-

ло-лингвальному диаметру моляров, индексы коронок M² и M³) не только с древ­ностью, но и расовым составом популяций.

Как было показано, не все древние популяции оказались макродонтными. В мезолите и неолите Восточной Европы макродонтность и другие перечисленные «архаичные» признаки образуют стойкий комплекс с признаками североевропей­ского реликтового одонтологического типа в популяциях с повышенной для евро­пеоидного масштаба концентрацией отдельных «восточных» признаков в строе­нии черепа (оленеостровцы, метисный вариант Звейниек), а также у населения протоевропеоидного типа, имеющего в своем составе компонент с мезокранной формой черепа, очень широким, несколько уплощенным лицом (Васильевка II). Серию Вовниги в целом по комплексу признаков также следует отнести к опи­санному одонтотипу, учитывая все же, что по отдельным признакам она обнару­живает сходство и с серией среднеевропейского одонтотипа (североевропеоидный краниологический вариант Звейниек), что, видимо, отражает участие в ее сложе­нии различных европеоидных компонентов.

3.