Современное состояние археологических иссле­дований в области неолита и раннего энеолита региона

По новейшим данным археологической науки, на исследуемой территории Украи­ны в неолитическое время обитали племена в основном четырех культур — сурско- днепровской, надпорожской, киево-черкасской, типа Засухи.

Основной район распространения памятников СДК — Днепровское Надпо- рожье, где они и были впервые обнаружены (Археология УССР, 1985.— Т. I.— С. 134). За последнее время местонахождения с керамикой сурского типа откры­ты на Орели, Северском Донце и в Приазовье (Телегин, 1984.— С. 42). СДК представляет собой своеобразное культурное явление, по составу находок значи­тельно отличающееся от иных смежных культур, в том числе и днепро-донецких памятников. Это была в основном охотничье-рыболовческая культура, хотя ее носителям, видимо, уже были известны домашние животные, в частности, бык. В целом культура датируется рубежом VI —V тыс. до н. э. в соответствии с новыми радиоуглеродными датами, а также согласно мнению, высказанному ранее В.Н.Даниленком (Даниленко, 1969.— С. 25). Сурско-днепровская культура представлена только поселениями и отдельными местонахождениями изделий.

Могильники СДК неизвестны. Некоторые исследователи, правда, связывают с СДК отдельные погребения в Надпорожье, например, вытянутые костяки Ва­сильевского III могильника (Даниленко, 1969.— С. 24, 25), ранние погребения в Чаплях (Добровольский, 1954), а также скорченное погребение со щитками чере­пахи на поселении Игрень 8 (Археология УССР, 1985.— Т. I.— С. 134-135). Эти определения нуждаются, однако, в более обоснованной аргументации.

Основным населением, обитавшим на значительной территории изучаемого региона в неолите, были, несомненно, многочисленные племена с гребенчато-на- кольчатой керамикой днепро-донецкой этнокультурной общности.

Согласно радиокарбонным определениям, культуры днепро-донецкой об­щности в целом датируются серединой VII — первой половиной III тыс. до н. э., хотя все они бытовали далеко не одновременно. Раньше всех прекращает свое существование надпорожская культура, которая в середине V тыс. до н. э. сменя­ется среднестоговской. Культуры более северных территорий — киево-черкас­ская и др. бытуют и позже, вплоть до середины III тыс. до н. э. Время сложения культур с гребенчато-накольчатой керамикой В. Н. Даниленко (1969.— С. 216, 217) склонен относить к концу VII тыс. до н. э.

Памятники надпорожской культуры занимают Нижнее Поднепровье, Север­ное Приазовье и проникают в Крым. Киево-черкасская культура охватывает Среднее Поднепровье и левобережные притоки Днепра (Орель и др.). Памятники типа Засухи сосредоточены на юге лесостепи Левобережной Украины.

Носители этих культур были по способу ведения хозяйства в основном охот­ники, рыболовы и собиратели, хотя определенную роль уже играло и скотоводст­во, особенно в надпорожской культуре. Для всех этих культур характерным являет­ся тип гребенчато-накольчатой керамики (Археология УССР, 1985.— Т. I.— С. 156).

Важность изучения культур днепро-донецкой общности (надпорожской, ки­ево-черкасской, типа Засухи) состоит, в частности, в том, что среди их памятни­ков известны не только поселения, но и массовые могильники мариупольского типа. Всего здесь уже исследовано более 20 некрополей этих культур, иногда довольно крупных. Большинство из них относится к надпорожской культуре (Со­бачки, Васильевка II, V, Вольнянка, Капуловка, Вовниги I, II, Никольский, Яси- новатка, Лысогорский и др.) (Рудинский, 1955; Шапошникова, Бодянский, 1970; Бодянский, 1961). Несколько меньшее количество погребальных памятников из­вестно для киево-черкасской культуры: Дереивка I, Госпитальный Холм, Оси­повка (Телегин, Жиляева, 1964; Ковалева, 1984).

Среди перечисленных погребальных памятников эпохи неолита, давших большие краниологические серии, особенно важным является исследованный Ясиноватский могильник, в раскопках которого принимала участие и автор. Ант­ропологические материалы этого памятника будут рассмотрены ниже, в отдель­ной главе.

В последнее время H. С. Котова (1990) предложил^ расчленить погребаль­ные памятники гребенчато-накольчатой керамики Надпорожья на две культуры: днепро-донецкую и азово-днепровскую, а также выделила веревкинскую группу памятников, что будет учтено при антропологическом анализе.

Характерным признаком могильников мариупольского типа является вытя­нутый на спине обряд погребения, скелеты залегают обычно в коллективных ямах, засыпанных порошком красной охры. Могильники плоские, бескурганные. При погребениях часто встречаются орудия труда, украшения, но глиняная посу­да в качестве приношения в могилах не известна. При раскопках могильников надпорожской и киево-черкасской культур собрана одна из крупнейших в Ев­ропе серия антропологических материалов, о которой речь пойдет в следую­щих главах.

В раннеэнеолитическое время, когда в Поднепровье и на Левобережье Укра­ины прекращается сооружение и использование могильников мариупольского ти­па, здесь складывается среднестоговская культура и два основных типа памят­ников — нижнемихайловский и новоданиловский.

Памятники среднестоговской культуры занимают степное междуречье Днепра и Дона, а также южную часть лесостепи Левобережной Украины, Ниж­нее и Среднее Подонье. В развитии культуры Средний Стог выделены два хроно­логических периода: ранний (дошнуровой) и поздний (шнуровой) (Телегин, 1973.— С. 123). Она характеризуется своеобразной высокогорной, обычно остро­донной керамикой, в орнаментации которой уже применялся шнур. Основным занятием населения было скотоводство, главным образом, коневодство.

К настоящему времени известно около 100 памятников среднестоговской культуры и среди них, что важно для нашего исследования, четыре могильника и ряд отдельных погребений этого типа. Могильники Александрия, Дереивка II, Каменные Потоки и Игрень сравнительно небольших размеров — не более 20-25 захоронений. Погребенные находятся обычно в индивидуальных ямах в скорчен­ном на спине положении, часто сопровождаются орудиями труда, а иногда и гли­няными сосудами. Этим среднестоговские могильники в значительной степени отличаются от некрополей более раннего времени (мариупольского типа).

Памятники нижнемихайловского типа сложились на Юге Украины в конце IV — и существовали до середины III тыс. до и. э.. (Археология УССР, 1985.— Т. I.— С. 329-331). Предположение о принадлежности их к отдельному культур­ному типу было впервые высказано В. Н. Даниленко (1955.— С. 127). Это поло­жение затем было обосновано в работах О. Г. Шапошниковой (1971.— С. 250­258) и Д. Я. Телегина (1971). В развитии памятников нижнемихайловского типа Д. Я. Телегин (1971.— С. 9-17) отмечает два этапа: михайловский и широчанско- баратовский. Уточняя периодизацию этих памятников, О. Г. Шапошникова (1985) выделяет, кроме того, ливенцовский этап, который частично предшеству­ет михайловскому (Археология УССР, 1985.— Т. I, С. 324).

Энеолитические памятники, во многом родственные нижнемихайловским, имеют значительное распространение на территории Крыма. А. А. Щепинский (1966.— С. 10, 19; 1975) выделяет их в кеми-обинскую культуру и считает, что она сложилась здесь на основе местного неолита. По мнению Д. Я. Телегина и О. Г. Шапошниковой, кеми-обинская культура представляет собой продолжение той же культурной линии развития, к которой относятся и памятники типа ниж­него слоя Михайловки (Археология УССР, 1985.— Т.

Основным поселением памятников нижнемихайловского типа является ано­нимное местонахождение в нижнем (I) слое Михайловки на Нижнем Днепре. Главным же источником для понимания культуры нижнемихайловских памятни­ков служат погребения. Исследованы они под курганами, где, как правило, явля­ются древнейшими. По погребальному обряду эти захоронения, к сожалению, полного единообразия не представляют. Среди них бывают как скорченные, так и вытянутые, залегающие в каменных гробницах или простых ямах подокруг­лой или прямоугольной формы. Принадлежность этих погребений к нижнеми­хайловскому типу определяется наличием своеобразных сосудов, которые рез­ко отличаются от посуды иных культур этого времени, например, среднесто- говской.

Первые погребения нижнемихайловского типа были обнаружены еще в дово­енное время (Эварницкий, 1907). Среди послевоенных находок следует назвать погребения с нижнемихайловскими сосудами, выявленные на Нижнем Днепре при археологических исследованиях у с. Осокоровка (Рыбалова, 1960). Позже в Надпорожье и на Нижнем Днепре стали известны погребения этого типа у с. Ав- густиновка (Ляшко, 1981.— С. 62), г. Орджоникидзе и Чкалове (Николова, Pac- самакин, 1985.— С. 39-41) и др. Полный перечень нижнемихайловских погребе- ний, давших антропологические материалы, будет приведен ниже. Но уже на основании сказанного видно, что район распространения этих памятников охва­тывает Нижнее Поднепровье. В значительном количестве они известны и в Степ­ном Правобережье.

Памятники новоданиловского типа (тип Петро-Свистуново-Касимча по В. Г. Збеновичу, 1973), которые ранее рассматривались в качестве отдельной группы могильников среднестоговской культуры (Телегин, 1973.— С. 112-115), относятся к самостоятельной культурной группе и датируются серединой V—се­рединой IV тыс. до н. э. (Телегин, Потехина, Ковалюх, Лилли, в печати). Они представлены в основном погребальными памятниками, обычно с удовлетвори­тельной сохранностью антропологического материала. Большинство погребенных обнаружено в каменных ящиках.

Район распространения новоданиловских памятников охватывает Нижнее Поднепровье (Чапли, Петро-Свистуново, Новоданиловка), Степное и отчасти Лесостепное Левобережье (Яма, Ворошиловград, Александровск, Зимогорье, Ма­риуполь — верхние погребения и др.). Известны они и в Степном Правобережье (Кайнары). C этой же группой исследователи связывают и погребения с так назы­ваемыми скипетрами на Нижнем Дунае и др. (Даниленко, Шмаглий, 1972).

В связи с интенсивным развертыванием работ по раскопкам курганов на Юге Украины за последние два-три десятилетия обнаружено большое количество но­вых погребальных памятников доямного возраста, культурная принадлежность которых далеко не всегда может быть определена исходя из существовавших до сих пор представлений. В этой связи следует прежде всего вспомнить весьма ком­пактную группу подкурганных доямных погребений в Орельско — Самарском междуречье с вытянутым обрядом захоронения, которые И. Ф. Ковалева относит к «постмариупольской» культуре и датирует концом IV — первой половиной III тыс. до н. э. (Ковалева, 1980.— С. 45, 46, 50-53).

Весьма интересной и важной группой подкурганных предъямных памятни­ков Нижнего Поднепровья являются погребения с трипольскими сосудами (Збе- нович, 1976), которые И. Ф. Ковалева выделила (1978) в отдельный животилов- ский тип (Животиловка, Соколово, Новоалексеевка). Ю. Я. Рассамакиным сде­лана попытка культурно дифференцировать эти захоронения (Рассамакин, 1987). К сожалению, антропологический материал этих доямных подкурганных погребений очень скудный, фрагментарный или же вообще не сохранился.

Обзор археологических источников, связанных с темой нашего исследова-

ния, был бы неполным, если бы мы кратко не остановились на конкретном куль­турно-историческом окружении Поднепровья и Левобережной Украины в эпоху неолита и раннего энеолита.

В непосредственном соседстве с культурами эпохи неолита Поднепровья — сурско-днепровской и более ранними этапами надпорожской и киево-черкасской культур — в Лесостепном и отчасти Степном Правобережье выявлены памятни­ки буго-днестровской культуры. Несколько к северу, на Волыни, исследованы уже многочисленные поселения культуры линейно-ленточной керамики. По со­ставу это население резко отличалось как от сурско-днепровских, так и киево­черкасских и надпорожских племен. То же следует сказать и о распространив­шихся в V тыс. до н. э. на всем Правобережье племенах трипольской культуры (этапы А и В).

К северу от района наших исследований этнокультурный состав населения был несколько иной. Здесь, на Восточной Волыни, в низовьях Припяти и на Верх­нем Днепре памятники киево-черкасской культуры почти незаметно (по составу находок) смыкаются с поселениями волынской, восточно-полесской, верхнеднеп­ровской и лисогубовской культур той же днепро-донецкой этнокультурной об­щности. C начала IV тыс. до н. э. на северо-востоке Украины расселяется новая группа населения с ямочно-гребенчатой керамикой, которая здесь обитала до конца неолитической эпохи на Украине (Археология УССР, 1985.— Т. I.— С. 178, 186).

Более пестрым в этнокультурном отношении было население эпохи неолита и раннего энеолита на территориях к югу и востоку от района наших исследова­ний. Для неолитического времени здесь уже весьма полно изучены следующие культуры: горно-крымская в Крыму, ракушечноярская или нижнедонская и сред­недонская на Дону (Белановская, 1971, 1972; Синюк, 1986), сероглазовская и самарская в Северном Прикаспии и Степном Поволжье (Мелентьев, 1975; Ва­сильев, 1980, 1981; Телегин, 1981). Перечисленные культуры неолитического времени междуречья Днепра и Волги по составу гребенчато-накольчатой керами­ки весьма надежно сближаются с культурами днепро-донецкой общности. И. Б. Васильев (1980, 1981) азово-днепровскую, нижнедонскую и самарскую культуры объединяет в рамках одной мариупольской области. Д. Я. Телегин (1988) относит эти, а также другие культуры (среднедонскую, сероглазовскую, волго-уральскую) к отдельной Днепро-Волжской области культур гребенчато-на­кольчатой керамики.

В более позднее время, после исчезновения культур днепро-волжской обла­сти, в Степном Поволжье распространяются памятники раннеэнеолитической хвалынской культуры (Васильев, 1981.— С. 22-42), носители которой в Подонье 12

были соседями среднестоговского населения вплоть до распространения здесь раннеямных племен.

Изучение исторического окружения неолитических и раннеэнеолитических памятников Юго-Востока Украины имеет важное значение не только для пони­мания истории населения этого района, но и его антропологического состава. Для ряда названных культур исследованы могильники и получены краниологические серии. Они представляют собой ценный сравнительный материал и будут при­влечены далее для сопоставления с краниологическими материалами неолити­ческих и раннеэнеолитических популяций Нижнего Поднепровья и Северного Приазовья.

2.