Греческие государства Северного Причерноморья

ТИРА

Декрет тиритов в честь Коккея (IPE I². № 2)

Пер. В. В. Латышева. Датируется 181 г. н. э.

И... да постановит совет и народ почтить Ко[ккея...] золотым венком и вызолоченным рельефным изображением [?], и это по­становление, редактированное городским секретарем Валерием Руфом, выдать [отцу] его Коккею Валенту и копию положить в общественный архив.

Переписка по поводу освобождения граждан Тиры от пошлин (IPE I². № 4)

Пер. В. В. Латышева. Датируется 201 г. н. э.

Мраморная плита, найденная у с. Коротное на Днестре, со­держит письма, из которых два первых написаны по-латыни, третье — по-гречески. Первое письмо — императора Септимия

Севера и его сына Каракаллы наместнику провинции Л. Овинию Тертуллу, второе — их послание прокуратору Иллирика Герак­литу, третье — письмо Тертулла к властям Тиры.

Письмо 1. [К Тертуллу]. Мы послали тебе письмо, адресован­ное к Гераклиту, из которого ты узнаешь сделанное нами поста­новление относительно свободы от пошлин, которую присваивают себе тиряне. Хотя мы обыкновенно допускаем ее не иначе, как по обсуждении оснований этой привилегии и по рас­смотрении происхождения свободы от пошлин, в данном случае мы со справедливою снисходительностью сохранили то, что ка­залось, давно вошедшим в употребление на каком бы то ни было основании, как для того, чтобы не лишить их давнишнего обы­чая, так и для того, чтобы впоследствии постановления о приня­тии тех или других лиц в число граждан были представлены на благоусмотрение сиятельнейшего правителя провинции.

Письмо 2. [К Гераклиту]. Несмотря на то, что гражданская община тирян не объясняет происхождения данной ей льготы, и что присвоенное неправильно или произвольно не может быть подтверждаемо давностью времени, однако же, принимая во внимание грамоты родителя нашего, блаженной памяти Антони­на, а также и братьев императоров и почтеннейшего правителя Антония Гибера, мы, что касается самих тирян, и тех, которые приняты ими в число граждан по их законам, не желаем никакого изменения прежнего обычая. Посему право на привилегию, на каком бы то ни было основании испрошенное или приобретен­ное, пусть остается за ними и относительно предметов торговли, с тем однако же, чтобы они помнили о необходимости предъяв­лять их надлежащим властям по прежнему обычаю, для различе­ния товаров, подлежащих оплате пошлиной. Но так как доходы Иллирика не должны уменьшаться вследствие происков, то да будет им известно, что те, которые впоследствии будут прини­маемы в число граждан, только в таком случае будут иметь право пользоваться свободой от пошлин, если сиятельный легат и друг наш особым декретом объявит их достойными права гражданст­ва. Мы полагаем, что если они не будут неблагодарными, то оце­нят всю величину и важность оказанной им милости, так как мы, не входя в рассмотрение происхождения их льготы, повелели признавать их достойными чести гражданами.

Письмо 3. [К властям Тиры]. Овиний Тертулл властям, совету и народу тирян желает здравствовать. Копию благоговейно чти­мых посланий, присланных мне от владык наших, непобедимых и благополучнейших императоров, я предпослал моему настоя­щему письму, дабы вы, узнав божественные к вам щедроты, бла­годарили их высокую судьбу. Желаю вам здравия и благополучия на многие лета. Дано в 13 день до мартовских календ, Линеона 8 дня. Поставлено в консульство Мукиана и Фабиана, в 145 году, в архонтство П. Элия Кальпурния.

ОЛЬВИЯ

Дион Хрисостом. Борисфенитская (XXXVI) речь

Пер. В . В . Латышева

Случилось мне летом быть в Борисфене, когда я после изгна­ния прибыл туда морем, имея в виду, если можно будет, про­браться через Скифию к гетам, чтобы посмотреть, что там делается.

бельщики ошибаются, правя к ним, как бы к кораблям. Здесь есть также много соли, и отсюда получает ее покупкою большинство варваров, а также эллины и скифы, живущие на Таврическом по­луострове. Реки впадают в море у укрепления Алектора, принад­лежащего, как говорят, супруге царя савроматов.

Город Борисфенитов по величине не соответствует своей прежней славе вследствие неоднократных разорений и войн: на­ходясь уже так давно среди варваров, — и при том почти самых воинственных, — он постоянно подвергается нападениям и не­сколько раз уже был взят врагами; последнее и самое сильное разорение его было не более как сто пятьдесят лет тому назад: геты взяли и его, и остальные города по левому берегу Понта вплоть до Аполлонии. Вследствие этого дела тамошних эллинов пришли в крайний упадок: одни города совсем не были восста­новлены, другие — в плохом виде, и при этом нахлынула в них масса варваров.

Некоторые башни отстоят так далеко от заселенной ныне ме­стности, что нельзя даже представить себе, что они принадлежа­ли одному городу. Все это служит явными признаками его разорения, и затем еще то, что в храмах не осталось ни одной це­лой статуи, но все они изуродованы, равно как и бывшие на над­гробных памятниках.

Итак я сказал, что мне случилось прогуливаться перед горо­дом. Некоторые из борисфенитов выходили ко мне из города;

потом Каллистрат, возвращаясь верхом в город извне, сначала проехал мимо нас, затем, немного опередив, слез с коня и, пере­дав его ехавшему с ним слуге, сам очень вежливо подошел, спря­тав руку под плащ. Он был опоясан большим всадническим мечом, одежду его составляли шаровары и прочее скифское уб­ранство, на плечах был небольшой тонкий черный плащ, какой обыкновенно носят борисфениты. И другая одежда у них по большей части черного цвета по примеру одного скифского пле­мени, которое, как мне кажется, от этого получило у эллинов на­звание меланхленов (черноризцев). Каллистрату было лет 18, он был очень красив и высок, и в наружности имел много иониче­ского. Про него говорили, что он храбр на войне, и многих сав- роматов или убил, или взял в плен; кроме того, он прилежно занимался красноречием и философией, так что даже выражал желание уехать вместе со мной...

Зная, что Каллистрат почитатель Гомера, я тотчас заговорил о нем. Почти все борисфениты усердно читают этого поэта, веро­ятно потому, что они и теперь еще воинственны, а может быть, вследствие любви к Ахиллу: они чрезвычайно чтут его, построи­ли ему один храм на так называемом Ахилловом острове^[1943], а дру­гой — в самом городе, и, кроме Гомера, ни о ком другом не хотят слушать. Хотя они по-гречески говорят не совсем уже чисто, бла­годаря тому, что живут среди варваров, но все-таки "Илиаду" почти все знают наизусть...

"Изволь, — сказал он (Каллистрат), — ты видишь, что все эти люди желают слушать тебя и для этого собрались сюда к реке, хотя на душе у них и не очень спокойно: ты знаешь, конечно, что вчера в полдень скифы сделали набег и некоторых зазевавшихся часовых убили, других, может быть, увели в плен: мы еще не имеем определенных сведений вследствие того, что бежавшие забрались слишком далеко, бросившись бежать не по направле­нию к городу". Действительно, все это так и было: ворота были на запоре и на стене водружено было военное знамя. Однако они так были любознательны, и такие эллины по характеру, что поч­тивсе собрались в вооружении, желая слушать... все тотчас бро­

сились к храму Зевса, где они обыкновенно совещаются. Ста­рейшие и почетнейшие граждане и должностные лица уселись кругом на ступенях, а остальная толпа осталась на ногах, так как перед храмом был большой простор. Философу очень понрави­лось бы это зрелище: все они были на древний манер, как гово­рит Гомер об эллинах, длинноволосые и бородатые, один только между ними был выбрит, и его все поносили и ненавидели: гово­рили, что он сделал это не по другой какой-либо причине, а из желания польстить римлянам и доказать свою дружбу к ним, так что на нем можно было видеть весь позор такого поступка и крайнее его неприличие для мужей...

Между тем один из присутствующих, старейший по летам и пользовавшийся величайшим уважением, возвысил голос и очень вежливо сказал: "Гость, пожалуйста, не сочти за невежество или варварство, что я помешал тебе среди речи.

Юлий Капитолин. Антонин Пий. IX.9

Пер. С. П. Кондратьева

IX.9. Ольвийцам он [Антонин Пий] послал на помощь войска в Понт против тавроскифов и, победив последних, заставил их дать заложников ольвийцам.

Проксенический декрет византийцев в честь ольвиополита Оронта (IPE I². № 79) Пер. В. В. Латышева. Датируется I в. н. э.

Народ Византийский. Совет и народ постановили по предло­жению стратегов: поскольку Оронт, ольвиополит, сын Абаба, мужа первенствовавшего не только в отечестве, но и во всем Понтийском народе и возвысившегося до известности Августам, а также принесшего много пользы и городу византийцев в обще­ственных нуждах и в покровительстве приезжавшим в торговую гавань, и сам унаследовав от отца как все остальное, так и благо­склонность к народу и проксению, всеми приезжающими в Понт гражданами прославляется [дословно: свидетельствуется] за его человеколюбие и заботливость, и прибыв в наш город, вел себя досточтимо во все времена своего пребывания и внушил еще большие надежды народу и частным лицам, а город за оказанные ему благодеяния и за достоинство самого мужа и его предков счел удобным не оставить его пребывание неознаменованным, и народ приказал почтить этого мужа; посему да благоугодно будет похвалить Оронта, сына Абаба Ольвиополита за его постоянную и унаследованную от предков заботливость к народу, а также быть ему потомственным гражданином и приписаться к какой угодно из сотен; поставить ему и позолоченную статую в совете на месте, где не имеет статуи кто-нибудь другой, и написать вы- шеприводимую надпись; настоящее же постановление сообщить при письме ольвийским властям, для того, чтобы и отечество его узнало о благосклонности византийцев к этому мужу и об ока­занной ему почести.

Декрет в честь Дадага (НО. № 42)

Датируется I — нач. II в. н. э. Пер. Т. Н. Книпович

При архонтах во главе с Антифонтом, сыном Анаксимена, ме­сяца Кюанепсиона, архонт Антифонт, сын Анаксимена, предло­жил: так как Дадаг, сын Падага, юноша, происходящий от достойных предков, во многом показал свои высокие качества, прожив жизнь не только благопристойную и прекрасную, следуя во многом всему подобающему и справедливому, но и был удо­стоен должности, исполнение которой заслужило лучшую оцен-

52

ку, участвовал в посольстве к гегемонам , причем принес городу величайшую пользу в то время, когда над городом нависла боль­шая и тяжелая опасность. При этом выяснилось, что благодаря как содействию какого-то бога, так и усердию посольства оказа­лось возможным отстоять принадлежащие городу права. Все это свидетельствует о том, какие важные и многочисленные деяния сделал бы он для города, если бы избежал того, что произошло. Но раз свершилось то, чему суждено было свершиться, и божест­во лишило город немалой пользы, надлежит оказывать подобным гражданам почести и воздавать им хвалы, чтобы они и сами по­лучили заслуженные почести, и остальных побуждали к подоб­ным подвигам.

Проксенический декрет в честь Агафокла (НО. № 45)

Датируется II в. н. э. Пер. С. С. Дложевского и И. Б. Брашинского

...Архонты постановили. Поскольку... Агафокл эвокат^[1944][1945], по­сланный командующими в город ради необходимых обществен­ных дел, проживал в городе достойно, став по примеру предков ревнителем доблести, и постоянно говорил и советовал народу наилучшим образом, поэтому народ, желая проявить признатель­ность и почтить достойных мужей приличествующими почестя­ми, предоставил ему и потомкам его проксению, право гражданства, право входа в гавань и выхода из гавани и в воен­ное, и в мирное время, без конфискации и без заключения дого­вора. Постановление же это написать на плите из белого мрамора и установить в святилище Зевса, и расходы на это написание от­нести за счет казначеев.

Декрет в честь Карзоаза (IPE I². № 39)

Пер. В. В. Латышева. Датируется II в. н. э.

При архонтах Омпсалаке, сыне Еврисивия с товарищами, ме­сяца Панима 12 дня, совет и народ постановили [похвалить] Кар- зоаза, сына Аттала, мужа прекрасно шедшего по следам

государственной деятельности и стремившегося к жизни неуко­ризненной. Опыт проверил его труды; ибо и в государственных нуждах он, добровольно исполняя повинности, нес нежелатель­ное бремя и, предупреждая поручения, доказывал целостность всякого выбора. Таковым отличался он образом мыслей. Если же иногда отечество своими напоминаниями слишком часто привле­кало его готовность, он, подражая жизни лучших государствен­ных деятелей, являлся юношеству примером сходства лучших людей, и в должностях служа верно и трудолюбиво, и немедли­тельно исполняя поручения к соседям-царям, так что для точного изложения их не хватает слов. Не менее испытывался он в обра­щении с отдельными лицами, но и тут вполне обнаруживал себя этот муж: обходительностью увлекая иностранцев и выказывая радушие сообразно со своими честными привычками, он обна­руживал к ним вполне родственные чувства, а если к нему обра­щался кто-либо из граждан, или по поводу дел, или по привычке сожительства, то его расположения к ним нельзя даже выразить словами; но он прославился и [до] крайних пределов земли, под­вергаясь опасностям из-за дружбы и содействуя друзьям, даже до Августов. Вследствие этого отечество, огорченное его потерей и опечаленное его кончиной, постановило похвалами и приличны­ми свидетельствами смягчить понесенную в лице его утрату, для того, чтобы он и после смерти был в чести у живых, увенчать его [золотым венком и через глашатая объявить] при выносе его те­ла, что народ венчает Карзоаза, сына Аттала, жившего прекрасно и полезно для народа, и это постановление выставить на видном месте, чтобы читающие имели побуждение подражать похвальной жизни. Зореан, сын Никерата поставил этот декрет Карзоазу, сыну Аттала, на память.

Декрет в честь Посидея (IPE I². № 51)

Пер. В. В. Латышева. Датируется II в. н. э.

...встречавший и скифских царей немедлительно и совершив­ший во всем полезное для города, бывший стратегом, прошед­ший самые высшие должности и исполнивший прочие общественные службы славно и правильно, так что за все это был восхваляем и уважаем; и постоянно подававший все большие на­дежды, был похищен неумолимым божеством; поэтому совет и народ постановили, чтобы он был восхвален за отмеченные за­

слуги, оказанные отечеству, и чтобы глашатый провозгласил при его выносе, что народ увенчивает золотым венком Посидея, сына Сатира, мужа, бывшего всегда отличным гражданином своего отечества, за его доблести и благомыслие; настоящее постанов­ление должно быть выставлено на плите в самом видном месте города для ознакомления всех с доблестью таких мужей...

Декрет в честь ольвийца Теокла (IPE I². № 40)

Пер. В. В. Латышева. Датируется кон. II — нач. III в. н. э.

Какие города увенчали покойного Теокла, сына Сатира, золо­тыми венками:

При архонтах во главе с Теоклом, сыном Сатира, в четвертый раз, месяца боэдромиона пятнадцатого дня, в состоявшемся на­родном собрании, по докладу Антифонта, сына Анаксимена, ар­хонты предложили: так как Теокл, сын Сатира, муж, происходящий от предков славных и оказавших много добра на­шему отечеству в посольствах, всяких должностях и благодеяни­ях, как отдельным гражданам, так и пребывающим у нас иностранцам, последовал достоинству предков и обнаружил доб­лесть и благосклонность к отечеству, как и его предки, и в доб­ром характере, и в честном поведении, и в благосклонности вообще во всем и ко всем, так что своей умеренностью, любовью к отечеству и гостеприимством к эллинам превзошел своих пред­ков и сравнялся с великими благодетелями нашего отечества, и для посольств добровольно предлагая свою деятельность, и в по­печении о работах, и в постройках потрудился, так что через него наш город сделался красивее и славнее, и в должностях, которые он занимал, и в жречестве, и в стратегиях, и во всех обществен­ных службах безукоризненно во всем отдавал себя в распоряже­ние отечества, относясь спокойно и ровно ко всем, управлял всем безупречно и справедливо; занимая в четвертый раз высшую должность — ибо следовало таким мужам начальствовать и множество раз — направляя свою деятельность ко всяческому

согласию, обращаясь со своими сверстниками как брат, со стар­шими как сын, с детьми как отец, украшенный всякими доброде­телями, он был похищен завистливым роком до окончания срока службы, так что граждане и иностранцы, вследствие похищения смертью мужа, стоявшего во главе города, опечалились; а совет, народ и города, из которых пребывали у нас иностранцы, сочли достойным, чтобы Теокл был увенчан золотым венком и было сделано провозглашение через глашатая, что совет, народ и род­ные города пребывающих у нас иностранцев увенчивают Теокла, сына Сатира, превзошедшего всех, от века отличавшихся забота­ми об общем благе и приносивших пользу городу; чтобы его изо­бражение на щите было поставлено на общественный счет в гимнасии, о постройке которого он сам имел попечение; чтобы это постановление было вырезано на белокаменной плите и воз­двигнуто на самом видном месте города, для того, чтобы все уз­нали, что этот муж был дерзновенен в мужестве, не медлителен в добродетели, спасителен для сограждан и человеколюбив к ино­странцам, или для поощрения лиц, могущих любить отечество и благодетельствовать ему.

Декрет в честь Каллисфена (IPE I². № 42)

Пер. В. В. Латышева. Датируется кон. II — нач. III вв. н. э.

При архонтах Фрасибуле, сына Флимнага, вторично с това­рищами, [такого-то месяца и числа], в собравшемся всенародном собрании, по докладу Каллисфена, сына Дада, Фрасибул, сын Флимнага, первый архонт вторично, предложил: так как Каллис­фен, сын Каллисфена, муж происходящий от предков славных, известных Августам, основавших наш город и оказавших ему много услуг в стеснительные времена, похвала которых невыра­зима словами, но приснопамятна во времени; итак, происходя от таких предков, он унаследовал не только их имущество, но и доблесть, и приукрасил их; не принужденный человеческой не­обходимостью, но воспитанный божественным провидением, приобрел самородную, несравненную мудрость; возмужав же, приступил к государственной деятельности и верно служил стра­тегом, оказав всевозможное доброе попечение об охране города, а также досточтимо и справедливо четыре раза исполнял долж­ность первого архонта-эпонима; за превосходные советы и по­

лезную деятельность получил звание отца города; сделавшись же жрецом покровительствующего нашему городу бога Зевса Оль­вия и благочестиво... бога, обратился с мольбою о благораство­рении воздухов и вымолил счастливый год; имущество же свое все издержал [?], давая всем нуждающимся деньги, сколько они просили [?]... и провозгласить через глашатая: "Совет и народ венчает золотым венком Каллисфена, сына Каллисфена, мужа, постоянно оказывающего добро своему отечеству, за его доб­лесть и безупречное поведение по отношению к народу ольвио- политов", поставить и изображение его на щите [?] в самом видном месте города и сделать следующую надпись: "Народ [статую] Каллисфена, сына Каллисфена...

Посвятительная надпись Абаба (IPE I². № 181)

Пер. В. В. Латышева. Датируется первой третью I в. н. э.

Императору Кесарю, богу, сыну бога, Августу, величайшему первосвященнику, отцу отечества и всего человеческого рода, и императору Августу, сыну бога, Тиберию Кесарю и народу Абаб, сын Каллисфена, из собственных средств посвятил портик.

Посвятительная надпись коллегии стратегов (IPE I². № 175)

Пер. В. В. Латышева. Датируется II в. н. э.

С добрым счастьем. Аполлону Простату стратеги с Омпсала- ком, сыном Еврисивия во главе: Папий, сын Пападона, Абноз, сын Абнака, Аблонак, сын Арсеуаха, Евпл, сын Каландиона, Ну- мений, сын Радампсонта отстроили Аполлонова храма крышу и кругом недостающее, возобновив за город и свое здравие. Слу­жители твоего святилища,... стрелец Феб, украсили храм, гордые славой, сведя на толпы супостатов трофееносную победу, кото­рую все отечество празднует жертвоприношениями.

Посвятительная надпись Аристоника (IPE I². № 162)

Пер. В. В. Латышева. Датируется II в. н. э.

С добрым счастьем. Зевсу Спасителю Аристоник, сын Ар- те[мона гражданин такого-то города] и ольвиополит посвятил из своих средств благодарственное приношение за мир и спасение города, при архонтах с ...зом, сыном Сократа во главе, при жреце Амнаге, сыне Ра[фагоса].

Посвятительная надпись коллегии стратегов (IPE I². № 98)

Пер. В. В. Латышева. Датируется II в. н. э.

С добрым счастьем. Аполлону Простату стратеги с Папием, сыном Праксианакта во главе: Героксен, сын Сомаха, Ант, сын Каллисфена, Абраг, сын Деметрия, Евпл, сын Сомаха, Иафаг, сын Пидея посвятили золотую Нику за город и свое здравие, при них же восстановлены портики храма из общественного дохода.

Посвятительная надпись в честь Септимия Севера и Кара­каллы (IPE I². № 174)

Пер. В. В. Латышева. Датируется кон. II в. н. э.

С добрым счастьем. Отеческим богам и за вечное пребывание императора Луция Септимия Севера Пертинакса и Марка Авре­лия Антонина Кесаря Августа и всего их дома город ольвиополи- тов построил баню со штучным полом из общественных средств и посвятил при правителе епархии^[1946]Косконии Гентиане, при отце города Каллисфене, сыне Каллисфена, при архонтах Каллисфене, сыне Дада во главе; таком-то, сыне Каллисфена, Маркиане, сыне Домниона, Руфине, сыне Филадельфа, Конкордии, сыне Атты, архитектором был такой-то, сын такого-то, никомедиец, он же и томит...

Надпись на постаменте статуй Каракаллы и Геты (IPE I². № 199)

Пер. В. В. Латышева. Датируется 198—209 гг. н. э.

A. С добрым счастьем. Досточтимого императора М. Аврелия Антонина Августа [статую] поставил совет и народ ольвиополи- тов.

B. С добрым счастьем. Септимия Гету Кесаря [статую] посвя­тил совет и народ ольвиополитов.

Посвятительная надпись Аврелия Юлиана (IPE I². № 184)

Пер. В. В. Латышева. Датируется 222—235 гг. н. э.

С добрым счастьем. За счастье господина императора Марка Аврелия Севера Александра и священного синклита и воинств и за здравие и благосостояние города богам милостивым Серапису

и Изиде, Асклепию и Гигиее и Посейдону Аврелий Юлиан, сын Александра, воздвиг храм от оснований с портиком, черепичной работой, дверями и окнами из собственных средств для отечест­ва.

Посвятительная надпись коллегии стратегов (HO. № 83) Пер. В. В. Латышева. Датируется III в. н. э.

В добрый час! Аполлону Простату стратеги во главе с Папи- ем, сыном Папия, Навтим, сын Каллистрата, Бэормей, сын Папия, Хараксен, сын Сомаха, Артемидор, сын Посидэя, Мугисаг, сын Асана, посвятили золотую Нику за спасение города и свое собст­венное.

Посвящения Ахиллу Понтарху из Ольвии и с острова Бере­зань

(IPE I². № 130)

Пер. В. В. Латышева. Датируется II в. н. э.

С добрым счастьем. Ахиллу Понтарху архонты Анаксимен, сын Сократа в 4-й раз и товарищи: Пуртей, сын Пуртея, Демет­рий, сын Ахилла, Еврисивий, сын Адоя, Аморомар, сын Евриси- вия, — посвятили за мир, многоплодие и мужество города и собственное здравие. Пуртей, сын Пуртея в бытность архонтом, одержал победу [в состязаниях] копьем и диском. Еврисивий, сын Адоя, в бытность архонтом, одержал победу в беге и прыга­нье.

(IPE I². № 131)

Пер. В. В. Латышева. Датируется II в. н. э.

С добрым счастьем. Ахиллу Понтарху архонты с Еврисивием, сыном Стратона во главе: Анаксимен, сын Еврисивия, Пист, сын Антония, Пападон, сын Алкима, [Фило]страт...

(НО. № 87)

Пер. П. О. Карышковского. Датируется II в. н. э.

В добрый час. Ахиллу Понтарху стратеги во главе с Дадаком, сыном Гиросонта, [возглавляющим коллегию] во второй раз: Му- гисаг, сын Асана, Амоспад, сын Ахилла, Фиск, сын Дада, Аттас, сын Сомаха, Метродор, сын Праксианакта [посвятили] благодар­

ственное приношение, при архонтах во главе с Гиеросонтом, сы­ном Эпикрата.

(НО. № 90)

Пер. К. С. Горбуновой. Датируется кон. I — первой пол. II в. н. э.

При архонте Гевресибии, сыне Анаксимена, избранном вто­рично, агораномы во главе с Дионисием, сыном Александра, Инармаз сын Кукодона, Батаг сын Адола, Реуромар сын Сейпе- лага, Дионисодор сын Будея, посвятили благодарственные при­ношения Ахиллу Герою. Ройромар, сын Сипелага, написал.

ХЕРСОНЕС

Декрет в честь Гая Юлия Сатира IPE (I². № 691)

Пер. В . В . Латышева. Датируется 46 г. до н. э.

Речь идет о посольстве херсонесцев в Рим к Юлию Цезарю

Номофилаки... Ламах сын Деметрия, Аполлоний сын Зета и стоящий во главе управления Атеней сын Стратоника предложи­ли: так как Гай Юлий Сатир, сын Теогена, сделанный граждани­ном [Херсонеса] при наших отцах, достойный всех благодарностей за [его труды] по [участию] в государственном управлении, посланный в Рим к римскому сенату и Гаю Юлию Кесарю, консулу в третий раз, диктатору в третий раз... [конец надписи отбит].

Надгробие вольноотпущенников Басилида и Трепта (IPE I².

№ 562)

Пер. В. В. Латышева. Датируется I в. н. э.

Богам Манам. Титу Цинцию Басилиду, отпущеннику Тита, жившему 22 года, и Публию Ведию Трепту, отпущеннику Пуб­лия, врачу, убитым таврами, Цинций Эпиктет соорудил своим попечением [памятник] соотпущеннику и другу.

Постамент статуи Аристона (IPE I². № 423)

Датируется 30—50-ми гг. II в. н. э. Пер. В. В. Латышева

[Статую] Аристона, сына Аттина, любящего Отечество [по­ставил народ]. (1) Бывшего послом для ходатайства о свободе к богу Августу в течение шести лет и утомившегося; (2) исполняв­шего должность продика; (3) исполнявшего должность номофи- лака; (4) прекрасно исполнявшего должность демиурга; (5) успешно бывшего послом к царю Реметалку о союзе; (6) испол­нявшего прекрасно должность жреца и награжденного медным изображением; (7) управлявшего государственной казной и вы­яснившего денежные средства городу; (8) успешно бывшего по­слом к царю Реметалку во второй раз; (9) прекрасно

исполнявшего должность демиурга и награжденного медным изображением; (10) бывшего прекрасным гражданином. [Статую] исполнил Кефисодот.

Декрет херсонесцев в честь граждан Гераклеи Понтийской (IPE I². № 362)

Пер. В. В. Латышева. Датируется серединой II в. н. э.

В добрый час. Проедры херсонеситов, что в Таврике, предло­жили. Так как благочестивейшие отцы гераклеоты с родствен­ным сочувствием оказали попечение о нашем спасении, приложив всяческое старание и всю истинную любовь, послали к богу нашему и владыке императору Титу Элию Адриану Анто­нину посольство просить за нас, ни в чем не оказав небрежения, и божественные ответы и благосклонно данные благодеяния удо­стоили сделать известными через достославнейших Гераклида сына Менестея и Прокла сына Мемнона, дабы добропорядоч­ность их стала очевидною, — мы всенародно признали должным воздать им приличествующими воздаяниями. Посему да постано­вит совет и народ возблагодарить за это наш великий прароди­тельский город, первый в Понте... [конец надписи отбит].

Письмо императора Коммода (НЭПХ. 1964. № 14)

Пер. Э. И. Соломоник. Датируется 80-ми гг. II в. н. э.

...Властям, Совету и народу Херсонесцев желает здравство­вать... что вы ревностно заботились о делах, касающихся римлян, ...часть [или отчасти] и вас... давать средства... вас... Император

Марк Аврелий Коммод Антонин священный... властям Совету и народу Херсонесцев желает здравствовать... брать... на счет госу­дарства [или публично]...

Надпись о взимании подати в Херсонесе (IPE I². № 404)

Пер. В. В. Латышева. Датируется концом II в. н. э.

Надпись состоит из шести документов, три из которых на­писаны по-гречески, два — по-латыни, один смешанный. Первый документ сильно фрагментирован, и является письмом намест­ника Нижней Мезии херсонесцам, написанным в ответ на жало­бу (перевод не приводится). Далее говорится об ответе императора и приказе наместника, который следует выста­вить публично, чтобы всем были ясны распоряжения. Документ II — декрет или письмо херсонесцев к наместнику провинции; документ III — письмо наместника к херсонесцам; документ IV — письмо наместника к Атилию Примиану, трибуну легиона, командующему херсонесской вексилляцией; документ V — пись­мо наместника, возможно, к Валерию Максиму, центуриону век- силляции; документ VI — письмо наместника к Атилию Примиану и Валерию Максиму.

"Переписка" свидетельствует о произволе гарнизонного на­чальства и грубом нарушении предписаний императора и наме­стника по финансовым вопросам, что заставило магистратов Херсонеса обратиться с жалобой к наместнику Нижней Мезии. Документы существенно дополняют сообщения римских авто­ров о тяжелом налоговом гнете на территории империи, в том числе и на далекой периферии. Новые и небывалые налоги, в том числе и на проституток, были введены, как свидетельствует Светоний, еще Калигулой. Данная же надпись по мнению В. В. Латышева должна быть отнесена ко времени Септимия Севера (193—211 гг. н. э.)

II. [Раньше мы, херсонесцы], доверяя [царским рескриптам], записям консуляров и судебным решениям трибунов касатель­но... проституционной подати, считали себя вправе иметь полную уверенность, принимая во внимание соображения, что все ка­сающееся наших гражданских прав утвердил [божественный... рескрипт?] царствующих (т. е. римских императоров) и обезопа­сило решение произведших суд с тем, чтобы наши права ни в чем

[не нарушались к общему вреду?] Когда же нынешние наши гар­низонные начали нарушать столь прочные установления, [не только] совершая некоторые неправедные и насильственные по­ступки в том, что им воспрещается, но и [осмелившись] через [прошение] заявить тебе (т. е. наместнику Нижней Мезии) [свое несправедливое] требование, мы сделали тебе, благодетелю [на­шему донесение, прося подтвердить] нам прочность дарованных и присужденных [нам прав]...

Отсрочку же донесения на обижающих нас никакую [невоз­можно было сделать ради того, чтобы] твоим человеколюбием были остановлены с самого начала [стремящиеся] к новшествам. [А для того, чтобы легче было] производство расследования по этому делу изначала и..., мы предъявили тебе наше прошение к царям и предпослали [копию?] полезного нам рескрипта, записи [консуляров и решение] трибуна, поскольку дело получило от даровавших [царей] такое направление, будучи передано трибу­ну, получившему приказ постановить о нем судебное решение.

[Ввиду сего мы надеемся, что ты], став нашим покровителем, охранишь установленное с такой... и осмотрительностью, дабы [оно имело силу] в местах, подлежащих этой подати, и благорас­судительно примешь [представляемое тебе] прошение, необхо­димее которого нет ничего для людей, понимающих [пользу] благоразумной жизни и стремящихся сохранить благоприличие [нравов].

III. То, что я [наместник] послал Атилию Примиану (римско­му военному трибуну в Херсонесе) [касательно проституцион- ной] подати, я приказал поместить ниже, заботясь о том, чтобы ни вы (херсонесцы) не были удручаемы вопреки узаконениям, [ни служащие] не преступали предписанного предела.

IV. [Копия письма]. В чем заключаются обязанности солдат, состоящих в херсонесской вексилляции, относительно проститу- ционной подати, [покажет тебе прилагаемая] копия решения Ар- рия Алкивиада, тогдашнего трибуна, командовавшего той же вексилляцией, [чтобы солдаты не совершали ничего вопреки] как воззрению его, так и явно определенной части, [относящейся] к суду. И поскольку не может казаться, чтобы тот же Алкивиад на будущее время по собственной воле принял [намерение] повы­сить размер подати, так как он свое решение [в судебной форме...

уже] раньше произнес, предложил и во все годы вносил подать в казначейство в установленном размере, то [нет] сомнения, [что такой] размер [подати необходимо] сохранять и удерживать со­гласно дисциплине. Позаботься о том, чтобы копия его решения, написанная разборчивым почерком, была выставлена возле..., где она могла бы правильно читаться с ровного места.

V. [Копия письма]. Что я написал Атилию Примиану трибу­ну... [о записке] сослуживцев, которую тот же трибун [прислал мне] касательно (проституционной) подати, [я приложил здесь и приказываю тебе во всем действовать] согласно форме решения, высказанного тогдашним трибуном Аррием Алкивиадом, [дабы они не осмеливались] ничего совершать вопреки дисциплине или с нарушением прав или обидою местных жителей.

VI. [Копия письма]. Что я написал в ответ на декрет херсонес- цев с [жалобою на солдат], я приказал приложить здесь и вновь напоминаю — смотрите, чтобы они под предлогом [...не увели­чивали размера подати], уже раньше принятого и утвержденного в ущерб вашему авторитету, не беспокоили [граждан] и не пыта­лись вводить какие-либо новшества. [Поставлено] при архонтах с Марком Аврелием Василидианом Александром во главе.

[Послами были Тит] Флавий Аристон и Валерий Герман.

БОСПОР

Дион Кассий. Римская история. XLII.45-47

Пер. В. В. Латышева

XLII.45. [Фарнак] был сын Митридата и владел Боспором Киммерийским, как сказано выше; задумав возратить себе все отцовское царство, он поднял восстание во время самого междо­усобия Цезаря и Помпея, так как римляне были тогда заняты соб­ственными делами...

46. (3) Возгордившись победой [над римским полководцем Г. Домицием Кальвином], Фарнак присоединил другие области в Понте, после упорного сопротивления взял и разграбил Амис, перебил в нем всех взрослых и поспешил в Вифинию и Азию с теми же надеждами, как его отец. (4) Но, получив в это время из­вестие о возмущении Асандра, которого он оставил правителем

на Боспоре, не продолжал своего наступательного движения. Именно Асандр, как только получил известие, что Фарнак ушел от него далеко вперед, и понял, что если ему даже удасться в данное время скрыть свои замыслы, то все-таки впоследствии дело не окончится благополучно, восстал против него, имея в ви­ду угодить римлянам и получить от них власть на Боспоре.

47. (1) Услышав об этом, Фарнак двинулся против него, но напрасно: получив известие, что Цезарь находится уже в пути и спешит в Армению, он возвратился и встретился с ним при Зеле... (5) В тот же день, прямо с дороги, Цезарь сразился с Фарнаком. На некоторое время он был приведен в замешательство конницей и косами, но затем одолел с помощью тяжелой пехоты^[1947]. Фарнак бежал к морю и затем хотел силой пробиться в Боспор, но Асандр задержал его и убил.

48. (3) [Цезарь] снова подчинил все области, которые Фарнак отрезал у римлян и их союзников, и все возвратил прежним вла­дельцам, кроме некоторой части Армении, которую подарил Ариобарзану.

(4) Он вознаградил свободой амисенцев, дал Митридату Пер- гамскому тетрархию в Галатии с именем царя и позволил ему воевать с Асандром, чтобы, победив его, отнять у него и Боспор за то, что он оказался изменником другу...

Дион Кассий. Римская история. LIV.24.4^[1948]

Пер. В. Н. Парфенова

LIV.24. (4) В Боспоре Киммерийском произошел государст­венный переворот. Ибо некий Скрибоний^[1949], утверждая, что он

внук Митридата, получивший от Августа царскую власть после смерти Асандра, женился на его супруге, именуемой Динамией, которой муж передал власть и которая действительно была доче­рью Фарнака и внучкой Митридата, и таким вот образом заполу­чил Боспор. (5) Узнав об об этом, Агриппа послал против него Полемона, царствовавшего над пограничной с Каппадокией ча­стью Понта. Но тот уже не застал Скрибония в живых (ибо бос- порцы, узнав о таком намерении, до этого убили его). Когда же они выступили против Полемона, боясь, чтобы ему не была дана царская власть над ними, он дал им сражение (6) и победил их. Однако он не принудил их к подчинению, пока Агриппа не при­был в Синопу, чтобы тоже идти на них войной. Тогда они сложи­ли оружие и сдались Полемону. А та женщина, Динамия, вышла за него замуж — несомненно потому, что так решил Август.

Иосиф Флавий. Иудейские древности. XVI.2.2

Пер. В. Н. Парфенова

Речь идет о пребывании Марка Агриппы, соправителя Авгу­ста, в восточных провинциях Римской державы и его взаимоот­ношениях с Геродом (Иродом) Иудейским. Текст позволяет усомниться в справедливости общепринятого мнения о том, что в 14 г. до н. э. Агриппа ограничился пребыванием в Синопе.

XVI.2. (2) Царь [Герод]... весной отправился к нему [Агрип­пе], зная, что тот предпринимал военную экспедицию на Боспор. ...И действительно, в этом походе Герод все время был с ним, яв­ляясь его соратником в боевых делах, советником при необходи­мости, приятным товарищем на отдыхе. Когда у них завершились дела на Понте, ради которых был послан Агриппа, они решили морем не возвращаться...

Посвятительная надпись дочери царя Скилура (ВДИ. 1987. № 1)

Датируется между 140 и 111 гг. до н. э. Пер. Ю. Г. Виноградова

Найденная в Керчи надпись дает уникальное свидетельство о существовании практики династийных браков между членами царствующих династий Боспора и Малой Скифии.

За царя трижды Перисада^[1950], сына царя [Боспора] Перисада, Сенамотис, жена Гераклида и дочь Скилура, посвятила этот жертвенный стол Дитагойе^[1951].

Посвятительная надпись Панталеонта (КБН. № 30)

Найдена в Керчи. Датируется между 47 и 17 г. до н. э.

Пер. Т. Н. Книпович и В. Ф. Гайдукевича

В царствование великого царя царей Асандра, друга римлян, спасителя, и царицы Динамии наварх Панталеонт [посвятил] По­сейдону Сосинею и Афродите Навархиде.

Почетные надписи царицы Динамии

Пер. В. В. Латышева.

(КБН. № 38)

Найдена в Керчи. Посл. четв. I в. до н. э.

Императора, Цезаря, бога, сына бога, Августа [его статую], своего спасителя и благодетеля, [поставила] царица Динамия, друг римлян.

(КБН. № 978)

Найдена в Фанагории. Посл. четв. I в. до н. э.

Ливию, супругу Августа [ее изображение] царица Динамия, друг римлян, свою благодетельницу [поставила].

(КБН. № 1046)

Найдена в Гермонассе. Посл. четв. I в. до н. э.

Императора, цезаря, сына бога, Августа [его изображение], всей земли и всего моря правителя, своего спасителя и благоде­теля [поставила] царица Динамия, друг римлян.

Почетная надпись Пифодориды (ВДИ. 1989. № 1)

После 14 г. до н. э. Найдена в Гермонассе. Пер. А. И. Болтуновой.

Пифодорида известна по другим источникам как жена, а за­тем вдова Полемона I (14—8 гг. до н. э.) Это первая на терри­тории Боспорского царства надпись с ее именем. Настораживает отсутствие у Пифодориды, в отличии от при­веденных выше надписей Динамии, царского титула. Скорее все­го, надпись относится ко времени непосредственно после гибели Полемона в 8 г. до н. э. и позволяет предположить, что позднее Август предпочел передать Боспорское царство кому-то друго­му, оставив за Пифодоридой Понт и Колхиду (см.: Страбон. География. XI.2.18; XII.3.29).

Пифодорида Ливию [ее изображение] свою благодетельницу [поставила].

Письмо царя Аспурга (СА. 1965. № 2)

Найдено в Горгиппии. 16 г. н. э. Пер. Т. В. Блаватской

Царь Аспург, друг римлян, Панталеонту и Феангелу^[1952]желает здравствовать. Будучи благосклонно расположен к городу гор- гиппеян и желая воздать им по справедливости, поскольку они проявили себя во многих делах благорасположенными ко мне, особенно когда соблюли себя в полной безмятежности во время путешествия моего к императору Августу^[1953], я определяю сооб­разно данным мною распоряжениям, что на будущее время пра­вила родственного наследования останутся у них неизменяемыми согласно наследственному закону Евпатора. Итак, оплатив опуб­ликованное, сделайте это постановление для всех известным со­

образно нашему решению. Будьте здоровы. 312 года, месяца Даисия 20 дня^[1954].

Дион Кассий. Римская история. LX.28.7

Пер. В . В . Латышева

Митридат, царь [Боспора]^[1955], замыслив изменить политику, стал готовиться к войне с римлянами. Так как мать его была про­тив этого и, не успев в своей попытке уговорить его, хотела бе­жать, то он, с целью скрыть свои намерения, сам продолжая приготовления к войне, отправил своего брата Котия послом к Клавдию с поручением передать ему дружественные заверения. Котий, злоупотребив оказанным ему как послу доверием, донес обо всем и стал царем [Боспора] вместо Митридата.

Корнелий Тацит. Анналы. XII.15-21

Пер. В . И. Модестова

XII.15. (1) Когда Митридат Боспорский, после потери своих владений блуждавший по разным местам, узнал, что римский полководец Дидий^[1956]с главными своими силами удалился, а в но­вом царстве остались молодой и неопытный Котис и немногие когорты под начальством римского всадника Юлия Аквилы, то, презирая того и другого, стал подстрекать окрестные племена и привлекать к себе перебежчиков; наконец, собрав войско, он из­гоняет царя дандариев и захватывает его царство.

(2) Когда это стало известно, и нападение Митридата на Бос- пор ожидалось с часу на час, то Аквила и Котис, не надеясь на собственные силы, потому что царь сираков Зорсин возобновил враждебные к ним отношения, также стали искать помощи извне и с этой целью отправили послов к Эвнону, стоявшему во главе племени аорсов. Нетрудно было склонить его к союзу, указывая на римское могущество в противоположность мятежнику Мит­

ридату. Итак, было условлено, что Эвнон будет действовать кон­ницей, а римляне возьмут на себя осаду городов.

16. (1) Затем они выступают правильным строем, фронт и тыл которого занимают аорсы, центр — римские когорты и боспора- ны, вооруженные по-нашему. Они прогнали неприятеля и всту­пили в дандарийский город Созу, покинутый Митридатом по причине ненадежного настроения его жителей; решено было за­нять его и оставить гарнизон. (2) Отсюда идут далее на сираков и, перейдя реку Панду, окружают город Успу, расположенный на возвышенности и укрепленный стенами и рвами; впрочем, стены его, построенные не из камня, а из плетней и прутьев с насыпан­ной между ними землей, предоставляли слабую защиту против нападений. Осаждающие, выведя выше стен башни, бросаемыми с них факелами и копьями приводили в смятение осаждаемых, и если бы ночь не прекратила сражения, то взятие города было бы начато и завершено в один день.

17. (1) На следующий день осажденные прислали посольство с просьбой пощадить свободных граждан, предлагая за это 10 000 рабов. Победители отвергли это предложение, потому что изби­вать сдавшихся считали бесчеловечным, а конвоировать такую массу людей — трудным. Поэтому решили, чтобы они лучше па­ли по праву войны, и солдатам, взобравшимся уже по лестницам, был подан сигнал к резне.

(2) Избиением успийцев был внушен страх остальным, кото­рые уже ни в чем не видели безопасности, коль скоро сила ору­жия, укрепления, заграждения или возвышенные местности, реки и города не останавливают победителей.

Зорсин долго думал о том, следует ли заботиться о Митридате в его крайнем положении или о родном царстве; наконец, когда одержала верх польза его племени, он дал заложников и пал ниц перед изображением Кесаря к великой славе римского войска, которое, одержав бескровную победу, как стало известно, нахо­дилось на расстоянии трех дней пути от реки Танаиса.

(3) Но при возвращении счастье нам изменило: некоторые из судов (войска возвращались морем) были отнесены к берегам тавров и захвачены варварами, причем были убиты начальник когорты и большинство людей вспомогательного отряда.

18. (1) Митридат... обратился к Эвнону, который не питал к нему личной ненависти и был силен недавно заключенной с нами дружбой. (2) Итак, надев платье и приняв вид, наиболее подхо­дившие к его положению, он входит во дворец Эвнона и, припав к его коленям, говорит: "Митридат, которого римляне столько лет ищут на суше и на море, является к тебе добровольно. Посту­пай, как тебе угодно, с потомком великого Ахемена; это одно, чего не отняли у меня враги".

19. (1) Эвнон, тронутый его знаменитостью, превратностями судьбы и полной достоинства просьбой, поднимает его с колен и хвалит за то, что именно народ аорсов и его, Эвнона, руку избрал он для испрошения себе милости. Тут же отправляет он к Кесарю послов с письмом, в котором писал, (2) что прежде всего сходст­во положений порождает дружбу императоров римского народа с царями великих племен, а с Клавдием его соединяет общность победы. (3) Лучший же конец войны тот, когда она завершается прощением; так, ничто не отнято у побежденного Зорсина; для Митридата, провинившегося сильнее, он не просит ни власти, ни царства, а только, чтобы его не вели в триумфальном шествии и не предали смертной казни.

20. (1) Клавдий, хотя вообще снисходительный к знатным чу­жестранцам, задумался над вопросом, правильнее ли принять Митридата как пленного с условием прощения, или требовать его выдачи оружием. В пользу второго решения склоняла его горечь оскорблений и жажда мести; но с другой стороны, являлись со­ображения, что войну пришлось вести в местностях бездорож­ных, на море без гаваней; к тому же цари там воинственны, народы кочевые, почва бесплодна; не велика будет слава в случае победы, но велик позор в случае неудачи. Поэтому лучше взять предложенное и спасти изгнанника...

(2) По этим соображениям Клавдий написал Эвнону, что хотя Митридат заслужил самое тяжкое наказание и у него [Клавдия] нет недостатка в силах, чтобы привести это наказание в исполне­ние, но предками заповедано, что с каким упорством следует действовать против врагов, с такой же милостью относиться к молящим о пощаде...

21. (1) После этого Митридат был выдан и привезен в Рим прокуратором Понта Юнием Килоном...

Почетная надпись царя Котиса I (КБН. № 41)

Найдена в Керчи. Пер. В. В. Латышева. Датируется 58 г. н. э.

Императора Нерона [его статую], сына Клавдия, цезаря, авгу­ста, консула в третий раз, в пятый раз облеченного трибунской властью, отца отечества, своего спасителя и благодетеля, царь Котис, сын Аспурга, друг цезаря и друг римлян, благочестивый, пожизненный первосвященник августов, посвятил.

Почетная надпись из Гермонассы (КБН. № 1047)

Пер. В. В. Латышева. Датируется 71 г. н. э.

Императора Веспасиана [его изображение], цезаря, августа, верховного первосвященника, императора в шестой раз, отца отечества, консула в третий раз, избранного в консулы в четвер­тый раз, господина всего Боспора... в благочестивое царствова­ние потомка царей Тиберия Юлия Рескупорида, сына Юлия Котиса и царицы Эвники [?], друга цезаря и друга римлян, благо­честивого, пожизненного первосвященника августов и благоде­теля отечества.

Надпись о победе над скифами (КБН. № 33)

Найдена в Керчи. 123 г. н. э. Пер. В . В . Латышева

За победу над скифами, одержанную царем царей Тиберием Юлием Котием^[1957], другом Кесаря и другом римлян, благодетелем отечества, Трифон сын Аполлония, наварх, посвятил в 420 году и в месяце Даисии 27-го числа.

Плиний Младший. Письма к Траяну

Пер. И. П. Цветкова

63. ...Государь, твой вольноотпущенник Ликорм письменно просил меня в случае, если прибудет какое-нибудь посольство с Боспора, отправляющееся в Рим, задержать его до его приезда. Пока еще никакое посольство не являлось, по крайней мере в тот город, где я нахожусь, но прибыл табелларий Савромата^[1958], кото­рого я, воспользовавшись оказией, которую мне доставил случай, счел за лучшее отправить с табелларием, который предварил

прибытием Ликорма, для того, чтобы ты мог одновременно из писем Ликорма и царя узнать то, что, быть может, нужно тебе одновременно знать.

64. ...Царь Савромат написал мне, что есть нечто, что ты дол­жен как можно скорее знать. Поэтому я, для ускорения поездки табеллария, которого он послал к тебе с письмом, снабдил его сви­детельством.

67. ...Так как посол царя Савромата по своей воле остановился на два дня в Никее, где он меня нашел, то я не счел нужным, го­сударь, задерживать его долее, во-первых, потому, что еще неиз­вестно было, когда прибудет твой вольноотпущенник Ликорм, а, во-вторых, потому что сам я по своим должностным обязанно­стям отправлялся в противоположный край провинции.

Я счел нужным довести об этом до твоего сведения, так как недавно писал тебе о просьбе Ликорма, в случае если явится ка­кое посольство с Боспора, задержать его до приезда. Задерживать его долее я не видел никакой основательной причины, в особен­ности потому, что письма Ликорма, которые, как я заметил раньше, не хотел задерживать, по-видимому должны придти не­сколькими днями раньше этого посла.

Постановление граждан Синопы в честь царя Савромата I (IPE II. № 40)

Пер. В. В. Латышева

Латинская надпись на мраморной колонне конца I — начала II вв. н. э.

Царя Тиберия Юлия Савромата, друга императора и римского народа, превосходнейшего, поставила в соответствии с декретом декурионов Колония Юлия Счастливая Синопа.

Отпускная раба (манумиссия) (КБН. № 1021)

Найдена на Таманском п-ве. Пер. А. И. Доватура. Датируется 105 г. н. э.

В царствование царя Тиберия Юлия Савромата, друга цезаря и друга римлян, благочестивого, в году 402, месяца Апеллея, 1-го числа, Гликария, жена Аполлония, посвящает Филодеспота, сво­его вскормленника, Зевсу и Гере Килидов с согласия моих на­следников, Дада, старшего сына, Месоя, Тавриска и Аполлония.

Почетная надпись Эвбия (КБН. № 48)

Из Керчи. Датируется 20—30-ми гг. II в. н. э. Пер. В. В. Латышева.

В добрый час. Императора [его изображение] владыку вселен­ной, Адриана, благодетеля города боспорцев, поставил Эвбий, сын Эвбия.

Юлий Капитолин. Антонин Пий

Пер. С. П. Кондратьева

9. (8) Разобрав спорное дело между Реметалком и Евпато- ром^[1959], он [Антонин] отослал первого в Боспор на царство. (9) Ольвийцам он послал на помощь войска в Понт против тавро- скифов и, победив последних, заставил их дать заложников оль- вийцам.

Почетная надпись царя Реметалка (КБН. № 47)

Найдена в Керчи. Пер. В. В. Латышева. Датируется 133 г. н. э.

Императора, цезаря, сына бога Траяна Адриана, августа [его статую], благодетеля всего Боспора и своего утвердителя, Тибе­рий Юлий, царь Реметалк, друг цезаря и друг римлян, благочес­тивый, в знак благодарности за включение его в число друзей поставил... [старанием] попечителя... Юлия Флавиана... в 430 го­ду и месяца Апеллея...

Почетная надпись царя Савромата II (КБН. № 52)

Найдена в Керчи. Пер. В. В. Латышева. Датируется 201 г. н. э.

Императора, цезаря М. Аврелия Антонина (Каракалла), авгу­ста [его статую], своего собственного благодетеля и благодетеля своего царства, я, Тиберий Юлий, царь Савромат, друг цезаря и друг римлян, благочестивый, поставил в 498 году.

Надпись фиаса навклеров времени царя Савромата II (КБН. № 1134)

Кон. II — нач. III в. н. э. Найдена в Горгиппии. Пер. Т. Н. Книпович.

В добрый час. В царствование царя Тиберия Юлия Савромата, друга цезаря и друга римлян, благочестивого... года... месяца

Даисия. Богу Посейдону при царе Савромате, сыне великого царя Реметалка, фиас навклеров воздвиг статуи и восстановил от ос­нования храм, за что царь почтил бога и фиас, даровав освобож­дение от пошлины для 1000 артаб [зерна]. Фиаситы во главе со жрецом Афенодором, сыном Селевка, наместником царской ре­зиденции, и синагогом Мойродором сыном Неокла, наместником Горгиппии, и фронтистами Коссусом, сыном Атта, сыном Коссу- са, и Фарнаком сыном Нумения, казначеем священных сумм. Фиаситы: Панталеонт, сын Фарнака, стратег; Мойродор, сын Фарнака, стратег; Мойродор, сын Атамаза, стратег; Хрестион, сын Папа; Макарий, сын Афенодора, ведающий отдачей пошлин на откуп...

Зосим. Новая история. I.31-33

Пер. В. В. Латышева

Бораны^[1960]попытались даже переправиться в Азию и легко уст­роили это при посредстве жителей Боспора, скорее из страха, чем из расположения давших им суда и показавших путь при пере­праве. Пока у них были цари, получавшие власть по праву насле­дования от отца к сыну, то вследствии дружбы с римлянами, правильно организованных торговых сношений и ежегодно по­сылаемых им императорами даров они постоянно удерживали скифов, желавших переправиться в Азию. Когда же по исчезно­вении царского рода во главе правления стали недостойные и по­терянные люди, то, боясь за себя, они предоставили скифам проход через Боспор в Азию, переправив их на собственных су­дах, которые они взяли обратно, и возвратились домой. Когда скифы стали опустошать все, что было на пути, жители побере­жья Понта удалились в глубь страны и в лучшие укрепления, а варвары прежде всего напали на Питиунт, окруженный огромной стеной и имевший весьма удобную гавань... Суккесиан, стоявший во главе местного гарнизона, выступил с бывшими там силами и прогнал варваров...

Но когда Валериан^[1961]отозвал Суккесиана... скифы снова взяли у боспорян суда и переправились в Азию. Удержав суда и не по­зволив боспорянам, как прежде, возвратиться на них домой, они пристали близ Фасиса... Сделав безуспешную попытку взять свя­тилище, они пошли прямо на Питиунт. Без малейшего затрудне­ния взяв это укрепление и вырезав бывший в нем гарнизон, они двинулись дальше. Раздобыв большое количество судов и вос­пользовавшись для плавания пленными, умевшими грести, они при тихой погоде, простоявшей почти все лето, подступили с мо­ря к Трапезунту, большому и многолюдному городу, имевшему, кроме местных воинов, десять тысяч других. Начав осаду, они даже во сне не надеялись взять силой город, обнесенный двумя стенами, но, узнав, что воины преданы лени и пьянству, не всхо­дят даже на стену и не упускают ни одного случая понежиться и попировать, они приставили к стене в доступном месте заранее приготовленные для этого бревна и, небольшими кучками взо­бравшись по ним ночью, взяли город; одни из солдат, поражен­ные внезапным и неожиданным нападением, бежали из города через другие ворота, а другие были перебиты неприятелями. Взяв город таким способом^[1962], варвары овладели бесчисленным множе­ством сокровищ и пленных; ибо почти все окрестные жители со­брались в этот город, как в безопасное убежище. Истребив храмы и жилища и вообще все, что служило к украшению или увеличе­нию города, а затем опустошив и всю его область, варвары воз­вратились на родину с огромным количеством кораблей.

Строительная надпись Аврелия Валерия Сога (КБН. № 64) Найдена в Керчи. Пер. А. И. Доватура. Датируется 306 г. н. э.

Богу всевышнему внемлющему, по обету Аврелий Валерий Сог, сын Олимпа, наместник Феодосии, известный августам, почтенный Диоклетианом и Максимианом, он же прозванный в епархии^[1963]Олимпианом, долго находившийся в отсутствии и ос­тававшийся на чужбине 16 лет и много бед испытавший, по обету выстроил от основания молельню в 603 году.

XV.