Эмпедокл и Анаксагор

Греческие мыслители V в. до н. э., занимавшиеся * кон­кретными вопросами науки «о природе», находились под большим воздействием учения Парменида о бытии. Одна­ко они не могли просто принять это учение, так как это привело бы их к признанию иллюзорности того мира, ко­торый был основным объектом их изучения.

53

этих отношений обусловливает многообразие вещей окру­жающего нас мира. Тем самым решаются проблема мно­жественности вещей, а· также проблемы их рождения (гибели), изменения и движения. Сделанный этими мыс­лителями шаг был чреват последствиями капитальной важности: с одной стороны, он привел к идее материаль­ных элементов, из которых построены все вещи, а с дру­гой — стимулировал формулировку принципа, позднее получившего наименование принципа сохранения материи.

Выдающимися представителями этого направления в греческой науке были Эмпедокл, Анаксагор и основатель атомистики Левкипп. Сначала мы рассмотрим по отдель­ности учения Эмпедокла и Анаксагора, что же касается Левкиппа, то его взгляды будут изложены в следующем разделе вместе со взглядами его великого ученика Демо­крита, так как их размежевание представляется практи­чески неосуществимым.

Эмпедокл из Агригента (Сицилия) жил предположи­тельно в 490—430 гг. до н. э. Он был яркой и многосто­ронней личностью, сочетавшей в себе аспекты философа, поэта, ученого-естествоиспытателя, врача, политического деятеля и религиозного проповедника.

В основе физического учения Эмпедокла лежит кон­цепция четырех элементов — огня, воздуха (который у него именуется эфиром), воды и земли; он называет их «корнями всех вещей». Эти «корни» у Эмпедокла вечны, неизменны и не могут ни возникать из чего-либо другого, ни переходить друг в друга. Все прочие вещи получаются в результате соединения этих элементов в определенных количественных пропорциях; в некоторых случаях Эмпе­докл указывает эти пропорции, найденные им, по-видимо­му, на основе умозрительных спекуляций, с учетом, одна­ко, чувственно воспринимаемых свойств соответствующих вещей. Кроме четырех элементов, Эмпедокл постулировал существование двух сил — Любви (Philia) и Вражды (Neikos), которые он мыслил пространственно протяжен­ными; из них первая соединяет (перемешивает) разно­родные элементы, вторая же разделяет их; попеременным преобладанием этих сил обусловлен циклический ход ми­рового процесса, В период господства Любви все четыре

M

элемента смешаны самым совершенным образом, образуя огромный однородный шар — пребывающий в покое Сфэ- pσc (Sphairos). При этом Вражда оказывается вытеснен­ной за пределы Сфэроса и занимает периферийные обла­сти мира. В дальнейшем Вражда проникает в Сфэрос, разделяя элементы и оттесняя Любовь к центру мира. В силу того) что огонь скапливается по преимуществу в одной половине мира, а воздух (эфир) — в другой, про­исходит нарушение равновесия, приводящее к вращению мира — сначала медленному, но постепенно ускоряюще­муся; этим вращением объясняется, в частности, смена дня и ночи. В период господства Вражды и полного разъ­единения элементов, располагающихся концентрическими слоями друг над другом, вращение приобретает макси­мальную скорость; оно начинает замедляться по мере того, как зажатая в центре мира Любовь начинает брать верх и снова смешивает разъединенные элементы.

Детали причудливой космогонии Эмпедокла остаются во многом неясными, и изложенную нами схему следует ' рассматривать лишь как наиболее вероятную ее реконст­рукцию. Существуют, однако, и другие реконструкции — среди них мы упомянем предложенную французским исследователем Болдаком, в которой вообще отрицается наличие у Эмпедокла цикличности мирового процесса в описанной нами форме.

Идея бесконечного пространства у Эмпедокла еще от­сутствует. Источники сообщают, что Эмпедокл приписы­вал миру (космосу) не строго шарообразную, но яйцевид- Зю форму. Оболочка космоса состоит из отвердевшего ира. Звезды имеют огненную природу: неподвижные звезды прикреплены к небесному своду, планеты же сво­бодно парят в пространстве. Солнце, подобно огромному зеркалу, отражает свет, испускаемый огненной полусфе­рой космоса. Луна находится на одной трети расстояния от Земли до небесного свода; она образовалась от сгуще­ния облачной земной атмосферы и имеет плоскую форму, получая свой свет от Солнца. Солнечные затмения про­исходят, когда Луна загораживает от нас, полностью или частично, солнечный диск. Неясно, какой представлял себе Эмпедокл форму Земли. Воды морей, по его мнению, первоначально находились в глубинах Земли; в результа- . те космического круговращения они были выжаты из нее, как из губки. В одном месте Эмпедокл называет море «потом Земли».

55

Большой интерес представляет развитая Эмпедоклом теория происхождения растений и животных, в которой многие находят предвосхищение дарвиновской идеи есте­ственного отбора. А именно, живые существа могут воз­никать лишь в промежуточные стадии перехода от гос­подства Любви к господству Вражды, или наоборот. В первом случае сначала образуются синтетические «цельноприродные» формы, которые затем распадаются на противоположные по полу существа. Во втором слу­чае имеет место обратный процесс: во влажном, теплом иле возникают отдельные члены и органы, которые бес­порядочно носятся в пространстве и, случайным образом соединившись друг с другом, образуют самые разнообраз­ные, большей частью уродливые существа; лишь немно­гие из них оказываются жизнеспособными и выживают.

Будучи врачом и, по преданию, основателем сицилий­ской школы медиков, Эмпедокл большое внимание уделял вопросам анатомии и физиологии. В основу своих пред­ставлений о строении организма он кладет учение о че­тырех элементах, объясняя различия свойств органиче­ских тканей пропорциями, в которых элементы входят в состав этих тканей. Любопытные соображения Эмпедокл высказывает по поводу наследственности, различия полов и развития зародыша. Унаследованные свойства детены­ша определяются соотношением отцовского и материнско­го семени, из которого образовался зародыш. Пол зароды­ша зависит от тепла матки, в которой он развивается: более теплая матка приводит к образованию особей муж­ского пола, более холодная — женского. Мужской заро­дыш формируется быстрее, чем женский, а правая сторо­на быстрее, чем левая. Механизм дыхания объясняется Эмпедоклом приливом и отливом крови по отношению к поверхности тела; этот механизм иллюстрировался им опытами с клепсидрой (водяными часами). Причина сна — охлаждение крови; смерть наступает, когда тепло полностью уходит из организма.

Детально разработанная теория ощущений основыва­лась у Эмпедокла на принципе «подобное познается по­добным». Так, например, он считал, что внутренность глаза состоит из всех четырех элементов, причем каждый из них заполняет особые, для него предназначенные поры; при встрече данного элемента с соответствующему ему истечениями от внешнего объекта возникает зритель­ное ощущение. Объясняя слуховые ощущения, Эмпедокл

опирался на полученные им данные о строении уха (в ча­стности, ему приписывалось открытие ушного лабиринта). Приятные ощущения Эмпедокл объяснял действием по­добного на подобное, неприятные — встречей противопо­ложных агентов.

В видимом противоречии с естественнонаучными воз­зрениями Эмпедокла находится его поэма «Очищения» («Katharmob), в которой он развивает религиозно-этиче­ское учение, носящее на себе явные следы пифагорейской доктрины; это учение основано на идеях бессмертия души, метапсихоза и нравственного очищения.

Эмпедокл сумел предугадать ряд важнейших идей позднейшего естествознания. Т. Гомперц подчеркивал три таких идеи — те, которые впоследствии легли в осно­ву химической науки: «гипотеза множественности и при­том ограниченной множественности основных элементов; идея соединений, в которую вступают между собой эти элементы; наконец, признание многочисленных количест­венных различий или изменчивости пропорций в этих соединениях».

Анаксагор из Клазомен (500—428 гг. до н. э.) был прямым продолжателем мыслителей милетской школы, влияние которой (особенно Анаксимена) явно ощущается в его космологических концепциях. В то же время он испытал воздействие Парменида и, возможно, ранней атомистики. Уже в зрелом возрасте Анаксагор переехал в Афины, где прожил около 30 лет. Достижения ионий­ской науки он перенес на аттическую почву, явившись, таким образом, основоположником афинской философ­ской школы. В конце жизни Анаксагор подвергся судеб­ному преследованию зэ распространение взглядов, проти­воречивших общепринятой религии, и вынужден был бежать из Афин. Умер он в Йампсаке (на берегу Гелле­спонта).

В основе физического учения Анаксагора лежит пред­ставление о «существующих вещах» (eonta chremata), ко­торые не могут ни возникать, ни уничтожаться и из со-

67

единения которых образуются все чувственно восприни­маемые объекты окружающего нас мира. В число таких «вещей» он включал бесчисленное множество качественно определенных веществ (к каковым относились ткани жи­вотных и растительных организмов, металлы, однородные минералы), позднее обозначенных Аристотелем термином «гомеомерии» (т. е. «подобочастные»), а также несколько пар «противоположностей» (тоже позднейший термин) — теплого и холодного, светлого и темного, сухого и влаж­ного, разреженного и глотного.

Оригинальной чертой анаксагоровской теории материи был принцип «все во всем» или «во всем есть часть все­го», означавший, что в любой вещи — как бы мала она ни была — содержатся все гомеомерии и все противопо­ложности; воспринимаемые же нами свойства данной вещи определяются теми ее компонентами, которые в ней преобладают. Прямым следствием этого принципа было признание беспредельной делимости вещества. Роль про­тивоположностей в системе Анаксагора и их соотношение с гомеомериями принадлежит к числу наиболее запутан­ных проблем ранней греческой науки. Наиболее вероят­ным представляется предположение, что в результате преобладания тех или иных противоположностей образу­ются эфир, воздух и прочие «стихии», которые у Анак­сагора отнюдь не имели элементарного характера.

Отказавшись от идеи цикличности мирового процесса, которая была характерна для учений Анаксимандра (а мо­жет быть, и Анаксимена), Гераклита и Эмпедокла, Анак­сагор развил эволюционную космогонию, согласно кото­рой космос рождается однажды из некоего первичного состояния,, а затем необратимо развивается в одном на­правлении. Первичное состояние (panta homoy — «все вместе») характеризуется смешением всех «вещей», когда мир представлял собой качественно неопределенную не­подвижную массу. Под действием активного агента, кото- ?ый у Анаксагора именуется «нусом», т. е. Разумом noys —ум, разум), в каком-то участке первичной смеси внезапно возникает мощное круговращательное движение (perichδresis), которое затем распространяется вширь и захватывает все новые массы первичной смеси. Быстрое вращение обусловливает разделение этих масс на состав­ляющие их компоненты, в первую очередь — на эфир (огонь) и воздух, которые занимают соответственно пе­риферийную и внутреннюю области космического вихря.

В каждой из этих стихий содержатся всевозможные «се­мена», т. е. ничтожно малые частицы разнообразных ве­ществ, отличающиеся друг от друга формами, цветами, вкусами и запахами. В дальнейшем из воздуха выделяют­ся более плотные и темные компоненты — облака, вода, земля, камни. Согласно принципу «подобное стремится к подобному», происходит соединение сходных семян, образующих массы, воспринимаемые нашими органами чувств как однородные вещества. Этот принцип, вместе с разделяющим действием космического круговращения, оказывается достаточным для образования космоса. При этом не нужно упускать из виду, что весь ход космообра­зования и, следовательно, организация космоса в целом были как бы «запрограммированы» первичным толчком, осуществляемым Разумом. Если бы подобный толчок произошел где-то в другом месте первичной смеси, то и там возник бы мир, во всех отношениях подобный на­шему. Вопрос о том, действительно ли возникают многие миры или же процесс космообразования осуществляется один-единственный раз, остается, строго говоря, откры­тым. Правда, античные источники причисляли Анаксаго­ра к сторонникам второй альтернативы.

Космическое круговращение, по мысли Анаксагора, никогда не остановится, но оно будет все больше за­медляться по мере вовлечения в него все новых и новых масс окружающей смеси и по мере происходящего при этом расширения космоса. В настоящее время это круго­вращение воспринимается нами в форме суточного враг щения небесного свода. Земля, образовавшаяся из наибо­лее плотных и тяжелых веществ, замедлялась быстрее и в настоящее время пребывает неподвижной (или почти неподвижной?) в центре космоса. Она имеет плоскую форму и не падает вниз, будучи поддерживаемая находя­щимся под ней воздухом. Небесные светила были оторва­ны от земного диска силой вращающегося эфира и затем раскалились под его действием. Солнце — огромная пылаю­щая глыба величиной с Пелопоннес. Звезды — раска­ленные камни, которые иногда низвергаются вниз; имен­но таким образом Анаксагор объяснил поразившее греков падение большого метеорита в устье реки Эгоспотамы (468/67 г. до н. э.). Луна имеет более холодную приро­ду; на ней имеются возвышенности и впадины и, возмож­но, она обитаема. Анаксагору принадлежит заслуга пра­вильного объяснения не только солнечных, но и лунных

затмений. Он сформулировал также ряд гипотез для объ­яснения многих других астрономических и метеорологи­ческих явлений, к каковым относятся кометы и Млеч­ный Путь, «повороты» Солнца и Луны, наклон небесной оси, молния, гром, дождь, снег, град, радуга и т. д. Не­смотря на наивность большинства этих гипотез, они отра­жают характерное для Анаксагора (и, добавим, весьма прогрессивное для того времени) стремление объяснить все явления с помощью причин одного и того же рода. Никаких граней между Небом и Землей, между космоло­гией и метеорологией Анаксагор не проводил. Его космос имел единую природу; это был земной космос, в нем не было ничего божественного и сверхъестественного. Имен­но в этом смысле надо понимать слова Маркса, что «Анаксагор... первый физически объяснил небо и таким образом — в другом смысле, чем Сократ — приблизил его к земле...».

К числу прочих особенностей физики Анаксагора надо еще отнести: релятивизм большого и малого, отрицание пустоты (о чем пишет Аристотель в «Физике»), идея бесконечно малых величин (по сути дела близкая к идее бесконечно малых величин в математике Нового време­ни — с той лишь разницей, что у Анаксагора речь идет не о математических, а о физических величинах) и, на-, конец, попытки качественно сформулировать некото­рые закономерности механики («скорость порождает силу»). Все эти особенности придают учению Анакса­гора своеобразие, выделяющее его среди других учений досократиков.

Биологии Анаксагор уделял меньше внимания, чем Эмпедокл, однако отдельные его идеи представляют инте­рес. Так, он учил, что живые существа развились из за­родышей, образовавшихся во влажной среде в результате соединения семян, увлеченных каплями дождя, с се­менами, находившимися в земле. Растения принципиаль­но не отличаются от животных: они способны ощущать, печалиться и радоваться. Человек — самое разумное из всех животных потому, что он имеет руки. Ощущения возникают вследствие действия подобного на неподобное: контрастностью этого действия определяется интенсив­ность ощущения; в силу этого ощущения всегда относи­тельны и не могут сами по себе быть источником истин­ного знания. Но и без пих знание невозможно, «ибо яв­ления суть зрение невидимого». Эти высказывания

Анаксагора подготавливали почву для теории познания Демокрита.

Имеются сведения, что Анаксагор занимался и мате­матикой, в частности проблемой квадратуры круга и тео­рией перспективы. Однако детальной информации о его достижениях в этой области у нас нет.

Основное сочинение Анаксагора было написано про* зой. В первой его части формулировались общие принци­пы и излагалась космогоническая концепция; в последую­щих частях рассматривались конкретные естественно­научные вопросы. В конце V — начале IV вв. до н. э. знакомство с этим сочйнением считалось обязательным . для всякого образованного афинянина. До нас дошло око­ло двадцати фрагментов, относящихся в подавляющем большинстве к первой части сочинения.