Типы первобытной периферии и ее контактов с цивилизациями

По крайней мере до второй половины I тысячелетия н. э. на которую приходилось возникновение большинства феодальных го­сударств, первобытная периферия по своим размерам намного превосходила очаги древних цивилизаций.

почти полностью принадлежал к ней Новейший Свет, где под сомнением остаются только Гавайские острова. Ко времени ев­ропейской колонизации классовое общество здесь интенсивно складывалось, но вполне сложилось оно все же после контакта с европейцами.

Такое широкое и длительное сохранение значительной частью человечества первобытнообщинного строя после перехода другой части на ступень цивилизации было обусловлено неравномерностью всемирно-исторического процесса.

Но чем была вызвана эта неравномерность в данном случае?

По-видимому, прежде всего самим затяжным процессом освое­ния окраин ойкумены. Племена, оставшиеся на исторической пра­родине человечества в центральной части Старого Света, и племена, заселившие Америку, Океанию, Австралию, оказались в неравном положении. В то время как первые развивались относительно нор­мальными темпами, вторым пришлось потратить века на само рассе­ление и приспособление к новой природной среде. В худшем поло­жении оказались также те племена Старого Света, которые были от­теснены в неблагоприятные природные условия: в тропические джунгли, в пустыни и полупустыни, в Арктику и Субарктику, в об­ласти, непригодные для земледелия, лишенные подходящих для одомашнения видов животных, не имеющие легкодоступных иско­паемых богатств.

Однако постепенно расширение ареала классовых обществ пове­ло к поэтапному ослаблению этой изоляции. Цивилизации и их пер­вобытная периферия вошли в соприкосновение, обусловившее воз­никновение различных типов периферии и различных видов контак­тов, а также во многом в принципе различающиеся на сменявших друг друга ступенях мировой истории.

В зависимости от расположения первобытной периферии по от­ношению к цивилизации появились периферия ближняя и дальняя. Первая была представлена теми, которые непосредственно граничи­ли с цивилизациями; вторая — теми, что контактировали с цивили­зациями через посредство ближней периферии. Первая развивалась быстрее, вторая медленнее; в результате появились первобыт­ная периферия развитая и отсталая. Расположением СПО по от­ношению к классовому обществу определялась также первобытная

периферия внешняя (находившаяся за пределами ареала цивилиза­ции) и внутренняя (сохранявшаяся в границах этого ареала). Но бы­вало и так, что ближняя периферия военной силой подчиняла себе соседние классовые общества: в этом случае возникала вторичная первобытная периферия, существовавшая до тех пор, пока завоева­тели под воздействием завоеванных сами не трансформировались в классовое общество. Подобная ситуация возникала в истории не так уж редко — как последствие всех без исключения «варварских» за­воеваний.

Контакты между цивилизациями и СПО различаются прежде всего по способу их реализации. Это контакты непосредственные и опосредованные, односторонние и двусторонние, мирные и воен­ные. Непосредственные контакты устанавливались с ближней пери­ферией, опосредованные — через нее с дальней периферией. Одно­сторонние контакты предполагали воздействия, двусторонние, или взаимные, — взаимодействия.

По функциональной роли контакты чаще всего делят на имевшие место в хозяйственной, социальной, потестарно-политической и ду­ховно-идеологической сферах. Так же классифицируются и те куль­турные заимствования, которые делались обществом-реципиентом у общества-донора. Установлено, что заимствования легче делались тогда, когда культурный разрыв между донором и реципиентом не был слишком большим. Иначе говоря, заимствования, как правило, делались тогда, когда общества-реципиенты были к ним подготов­лены своим собственным спонтанным развитием. Так, хотя на се­вере Австралии обнаружена импортная керамика, датируемая уже

началом I тысячелетия н. э., аборигены не усвоили ее производства и к приходу европейцев остались на уровне простого присваиваю­щего хозяйства. Все же в определенных функциональных сферах контактов могли делаться и малоподготовленные заимствования. Это объяснялось тем, что обычно они были не системными и даже не субсистемными, а выборочными, т. е. заимствовалась не целост­ная система культуры или ее крупный блок, а только отдельный эле­мент: использовались орудия труда, принимался обычай, усваивался фольклорный мотив и т.

Самыми легкими и широкими, по-видимому, были хозяйст­венные контакты. Через них шло общественное разделение труда и в некоторых случаях даже создавались новые хозяйственно-культурные типы или подтипы. Так было, например, в Юго-Западной Азии I ты­сячелетия до н. э. где нужды караванной торговли стимулировали распространение в среде стоявших на пороге классообразования бе­дуинских племен хозяйственно-культурного подтипа кочевых вер- блюдоводов. Через хозяйственные контакты распространялись все важнейшие технические и технологические достижения, заимство­вавшиеся одними обществами у других: керамическое производство и металлургия, колесный и парусный транспорт и т. п. Хозяйствен­ные контакты с цивилизациями по большей части способствовали экономическому развитию СПО. Так, археологически показано, что племена бассейна Эгейского моря, будучи втянуты в сферу влияния древнейших ближневосточных цивилизаций в качестве поставщиков сырья для бронзолитейного производства, затем сами развили метал­лургию бронзы и, в свою очередь, сделали поставщиками сырья пле­мена Центральной Европы. Однако из этого правила могли иметься и исключения. Например, в средневековом Судане усиленный вывоз золота и рабов повел к консервации застойных форм хозяйственной деятельности. У народов Сибири пушная торговля с югом ускорила проникновение в экономику товарных отношений, но это не сопро­вождалось подъемом производительных сил.

В противоположность этому, контакты в социальной сфере и свя­занные с ними воздействия были затруднены невозможностью пря­мого социального копирования. Например, греки и римляне во­влекли в работорговлю большинство племен своей ближней пер­вобытной периферии, но у тех самих развивалось не античное, производственное, а лишь домашнее рабство. В то же время косвен­но, в виде тех изменений в общественном строе, к которым приво­дило воздействие со стороны обществ-доноров, контакты в этой сфере часто были очень действенны, причем особенно тогда, когда они были сопряжены с миграциями или войнами.

сыграли заметную роль в установлении кастового строя, например, там, где он возникал при соприкосновении разных по уровню разви­тия этнических общностей (наиболее характерный пример — древ­няя Индия). Немалое значение они могли иметь, скажем, и для раз­вития военно-племенной деятельности или военной иерархии при длительной военной конфронтации цивилизаций и СПО, как это было у древних кельтов, германцев, славян, арабов. Уже приведен­ный пример с кастовым строем показывает, что воздействие в со­циальной сфере не всегда способствовало прогрессивному разви­тию СПО.

Сходный характер имели контакты и заимствования в потестар- но-политической сфере, где также исключалось прямое копирова­ние нововведений. Китайские императоры в знак своей милости по­сылали вождям дружественных племен один из символов принадлеж­ности к чиновничьему сосло­вию — церемониальный зонт, но получившие его отнюдь не становились чиновниками. Все же союзнические отношения, обычно сопровождающиеся об­меном посольствами и подар­ками и нередко «династиче­скими» браками, играли свою роль в вовлечении СПО в сфе­ру притяжения и влияния ци­вилизаций.

В силу относительной ав­тономности надстройки, и особенно ее верхних слоев, намного большие возможнос­ти открывались в области ду­ховно-идеологических кон­тактов и их последствий. Это хорошо видно на примере ми­фологии и религии. Известно, что изображение египетской солнечной ладьи, это отраже­ние мифа о круговороте Солн­ца, обнаружено на скалах За­кавказья, Южной Швеции, Карелии и многих сибирских рек вплоть до Амура, что сви-

Сопоставление изображений солнечной ладьи (по А.А. Формозову): 1 — Египет, Денлерский храм; 2 — наскаль­ные изображения в Швеции; 3 — Кобыстан; 4 — Смолянка пол Усть-Каменогорском

детельствуето миграции мифологического мотива на огромных про­странствах Евразии. В Средние века такие мировое религии, как христианство, ислам, буддизм индуизм, распространялись на ближнюю и дальнюю первобытную периферию цивилизаций и даже оказывали свое влияние на общественный и семейный быт. Напри­мер, с проникновением ислама к туарегам Сахары у них возникло своего рода сословие служителей этого культа. В то же время многие заимствования в духовно-идеологической сфере передавались соци­альной верхушке наиболее развитых СПО, главным образом, путем элитарных контактов: вкусы, моды, роскошные образцы прикладно­го искусства, иногда письменность. В целом воздействия в этой сфе­ре способствовали культурному развитию СПО, хотя не обходилось без исключений. Может быть, самое яркое из них — распростране­ние под влиянием греческих колонистов пьянства среди жителей Боспора.