Контакты Греции и Востока в классическую эпоху.
5.1 Греко-персидские войны 500-449 гг. до н.э.
В 499 г. до н.э. началось восстание находившихся под персидским владычеством ионийских греческих городов, расположенных на западном побережье Малой Азии.
В 498 г. до н.э. восставшие захватили и сожгли столицу персидской сатрапииСарды, однако в течение года мятеж был подавлен.В качестве ответной меры в 492 г. до н.э. царь Персидской империи Дарий Iпослал свою армию и флот черезГеллеспонтв Грецию. У подножия горыАфонфлот потерпел крушение, и сухопутное войско было вынуждено вернуться. В 490 г. до н.э. Дарий отправил в Эгейское море новый флот. Персы приплыли к Эретрии и после шестидневной осады захватили город. Тогда 10 тыс. тяжеловооруженных афинских пехотинцев заняли узкую долину, выходившую наМарафонскуюравнину недалеко от побережья. Пехота и кавалерия персов, насчитывавшая около 30 тыс. человек, высадились на берег. Когда их стрелы стали поражать греков, главнокомандующий греков Мильтиад приказал своим воинам начать атаку бегом, чтобы как можно меньше оставаться под градом стрел. Персы, не готовые к рукопашному бою, понеся тяжелые потери, отступили к своим кораблям и возвратились в Азию, где начали строительство флота.
Когда Дарий умер, его сын и преемникКсеркссобрал сухопутную армию примерно в 100 тыс. человек и флот из 1000 кораблей. Летом 480 г. до н.э. Ксеркс со своим огромным войском вторгся в Фессалию. На этот раз Афины и Спарта выступили вместе. Персидские воины тысячами гибли уФермопил,узкого прохода между горной цепью и морем, до тех пор, пока предатель-грек не указал им тайной тропы через горы. Спартанский царьЛеонид, отпустив большую часть своих союзников-греков, до самой смерти сражался во главе 300 спартанцев и нескольких сотен фессалийцев.
Тем временем персы вступили в Афины и сожгли город.Фемистокли спартанский полководец Эврибиадразместили флот в заливе соседнего с Афинами острова Саламин.
Хитростью, как бы уклоняясь от сражения, они заманили персов в узкий пролив, где и уничтожили персидский флот. Ксерксу пришлось удалиться в Азию, однако он оставил в Центральной Греции армию в 80 тыс. человек. На следующий год (в конце августа 479 г. до н.э.) эти силы были уничтожены объединенным греческим войском в ЮжнойБеотии, уПлатей. Тогда же союзный греческий флот разгромил противника у мысаМикалена побережье Малой Азии, а остатки персидских войск были разбиты там же на суше. В последующие два десятилетия из-под власти персов была освобождена большая часть греческого населения Малой Азии.5.2. Понятие «варвар» в греческой культуре.
5.2.1. Эволюция греческой концепции варварства.
Великая греческая колонизациявпервые обнаруживает примеры явной конфронтации греков и негреков и порождает осознание эллинами своей этнической идентичности через противопоставление себя негрекам - варварам.
Поскольку большая часть известной грекам Азии находилась в это время под властью персидского царстваАхеменидов, греки часто использовали термин «Азия» для обозначения Персидской державы. Многие греческие авторы рассматривали всю мировую историю сквозь призму «исторического противостояния» Европы и Азии, начавшегося еще со временТроянской войны, а может быть, и ранее.
В классической Греции слово «варвар» имело двойной смысл: оно обозначало негреков сначала лингвистически, затем также - этнически и географически; с другой стороны, это понятие относилось равным образом к культурной анти-модели, которая предполагает деспотизм и рабство, чрезмерную роскошь, жестокость и грубость.
Г реко-персидские войныспособствовали формированию панэллинской идентичности греков и привели к появлению определения «варвары» в значении «другие». Именно тогда термины «персы» и «варвары» начинают употребляться в паре. Хотя этническая идентичность эллинов существовала и в
архаический период, однако поляризацию грека и варвара породили только Греко-персидские войны, после которых возникает еще идея потомственного врага.
В период классической Греции персы в восприятии греков ассоциировались с варварами, понятия врага - перса и варвара были тесно взаимосвязаны.Важным элементом греческой «концепции» варварства стало впоследствии осознание идеи своего собственного превосходства над варварами, нашедшее выражение, в частности, в идеологии панэллинизма. В центре эллинскойэтнофилософиистоит сама эллинская идея, где эллины представлены как элитный этнос, а все остальные варварские народы составляют своего рода "этническую массу". Греки не знали национальной или расовой исключительности в современном смысле слова, но они делили весь мир на зону цивилизации и зону варварства. Греки называли всех неэллинов, говорящих на чужом языке, варварами. Последним, как считалось, был свойственен низкий культурный уровень, на чем и основывалось представление о естественном господстве греков над варварами.
Таким образом, первоначально термин варвар не содержал в себе никакого уничижительного значения. Однако постепенно, особенно со времени греко-персидских войн, этот термин стал приобретать специфический характер. Для греков V-IV вв. до н.э. варвар - это человек, не только не говорящий по- гречески, но и существующий в иных, нежели привычные для греков, формах политической и социальной организации общества. И племена, жившие в условиях первобытнообщинного строя, и народы, подчиненные монархической власти, - варвары. Важный показатель варварства видели и в отличающемся от греческого характере культуры и быта.
5.2.2. Концепция варварства в трудах греческих мыслителей.
Греко-варварская поляризация находила отражение в греческой философии, литературе и искусстве. В VIII-VI вв. до н.э. в греческой литературе термин «варвар» применялся для характеристики речи чужеземца - негрека. Он присутствует в тексте «Илиады»Гомерапо отношению ккарийцам, причем «варвар» не означало для автора ничего более чем говор на непонятном грекам языке, и поэтому не может восприниматься как показатель негативного отношения Гомера к негрекам - варварам.
Первым греческим автором, применившим термин «варвары» непосредственно по отношению к персам, был великий драматургЭсхил. В исторической драме «Персы» он воспроизводит стереотипный образ персов и Персии, впоследствии закрепившийся в общественном сознании и идеологии греков. При этом Эсхил не считал, что различия эллинов и варваров существовали извечно, а представлял их результатом определенного развития. Он сравнивал персидскую деспотию и греческую свободу, противопоставлял персидское «рабство» и «свободу» греков. При этом «богатство» персов и «бедность» греков у него еще не являются факторами, способствовавшими формированию в сознании греков противопоставления персидского и греческого образа жизни, поляризации эллинов и варваров-персов. В трагедиях афинского драматурга трудно обнаружить даже следы явного презрения к врагу греков - Персии, которыми пестрят произведения греческих авторов следующего столетия.
Первым историком, который подчеркивал историко-культурное разнообразие, былГеродот, знавший Европу, Азию и Африку, благодаря чему в сфере его внимания оказались и греки, и персы, и другие народы. Геродот посещал Персию и Египет и оставил впечатляющие описания их культуры и жизни. В основе его «Истории» лежит описание масштабного конфликта между Европой и Азией, в ней повествуется о целом периоде греко-персидских войн с несомненным акцентом на враждебности эллинов и варваров-персов. Персидские войны он рассматривал как борьбу между Западом и Востоком и как сохранение древних свобод от массового порабощения азиатским правителем. «Отец истории» уже достаточно широко пользуется термином «варвары». Геродот, как и афинский драматург Эсхил, полагает, что поляризация эллинов и варваров не существовала извечно. Вслед за Эсхилом он видит различия при сравнении военных качеств эллинов и варваров и отмечает социальный фактор: противопоставляет варварам/персам - рабам - свободных эллинов. Непосредственное сравнение с эллинами оказывается не в пользу персов, но Геродот не выражает каких-либо антивосточных чувств; он никогда не идет так далеко, как более поздние авторы в поляризации греков и «других».
Определение варваров-персов встречается и в трудахФукидида.
Большее значение для историка имеет этнический фактор, обусловивший поляризацию эллинов и варваров. Он особо выделяет азиатских варваров, хотя нигде специально и не оговаривает их отличие от варваров европейских. Аристофанследует уже вполне определившейся для V в. до н.э. традиции употребления термина «варвары»: с одной стороны, это чужеземцы - негреки, а с другой стороны, персы - враги Греции. Особое место в формировании некоего обобщенного образа варвара принадлежитЕврипиду, в драмах которого варвары характеризуются исключительно с негативных позиций, а противопоставление варваров и эллинов выражается в утверждении идеи превосходства греков над варварами и даже впервые в призыве повелевать ими.«Скульпторами» образа варвара в IV в. до н.э. былиКсенофонтиИсократ,Платони Аристотель. В греческой литературе того столетия можно обнаружить достаточно целостный образ варвара- перса, отдельные элементы которого получат дальнейшее развитие в рамках доктрины панэллинизма. Наряду с традиционными представлениями о варварах-персах (деспотизм, богатство и т.д.) появляются суждения, которые защищают греческое превосходство над варваром и создают базу для развития идей завоевания Востока. Аристотель признавал рабов необходимой составной частью государства и оправдывал рабство главенством греков над негреками. Согласно его идеям, варвары по самой своей природе ниже греков. Поскольку они являются «рабами царя» Персии, то Аристотель приравнял их непосредственно рабам-варварам у греков.Плутархв своем трактате «Об удаче и доблести Александра», рассказывая о советах Аристотеля Александру Македонскому, писал, что «Аристотель ему наказывал эллинами управлять, как наставник, а варварами - как деспот, о первых заботиться, как о друзьях и родственниках, а со вторыми вести себя, не как с людьми, а как со зверями».
Историк античной философии Диоген Лаэртский развивает идеи панэллинизма, уже в самом начале своей книги указывая, что нельзя «приписывать варварам открытия эллинов: ведь не только философы, но и весь род людей берет начало отэллинов».
Идеи панэллинизма достигают своего логического завершения у Платона. Он считает, что начертанный им в диалоге "Государство" проект наилучшей организации общества может быть осуществим только у греков. Для народов, окружающих Элладу, он не применим в силу полной их неспособности к устройству общественного порядка, основанного на началах разума. Таков «варварский» мир в истинном смысле этого слова, обозначающем все негреческие народы независимо от степени их цивилизации и политического развития. Различие между эллинами и варварами настолько существенно, что даже нормы ведения войны будут иными - в зависимости от того, ведется ли война между греческими племенами и государствами или между греками и варварами. В первом случае должны соблюдаться принципы человеколюбия, продажа пленных в рабство не допускается; во втором - война ведется со всей беспощадностью, а побежденные обращаются в рабство. В первом случае для вооруженной борьбы подходит термин «домашний спор», во втором - «война». Следовательно, заключает Платон, когда эллины сражаются с варварами, мы назовем их воюющими и врагами по природе, и такую вражду следует именовать войной; когда же эллины делают что-либо подобное против эллинов, мы скажем, что по природе они - друзья, только в этом случае Эллада больна и находится в разладе, что следует называть «домашним спором». Именно победы в войнах с варварами принесли Элладе славу и «сделали эллинов лучшими». «Домашний» же спор обычно позорит тех, кто принимает в нем участие. Оба эти тезиса будут потом неоднократно повторяться в афинской риторике последующего периода и иметь большой успех, особенно в эпоху македонского и римского владычества на Балканах.
В «Менексене» Платон достаточно ясно выражает этот природный элитизм на примере жителей Афин, недвусмысленно намекая на чужеземное и даже восточное происхождение основателей других греческих городов, хотя и принимает во внимание, что все они потомки Зевса, как и положено быть героям.
Фактически в античнойэтнофилософииидет противостояние (если не «борьба») двух идей - идеи о равенстве людей и идеи об их природном неравенстве. Обе идеи лежат в плоскости соотношения разных культурных уровней - эллинов (равных по культуре своего образования) и варваров
(необразованных и потому нижестоящих). При всех внешних различиях греков объединяла единая основная мысль. Суть ее лучше всего сформулировал выдающийся афинский оратор и политический деятель Исократ: «Перенесем богатства Азии в Европу, а бедствия Эллады - в Азию».
6.