Индия на пути реформ и модернизации во второй половине XX в.

Для более детального и полного исследования политики экономических реформ и модернизации в современной Индии необходимо дать краткую ха­рактеристику предшествующему периоду. Прежде всего отметим, что основ­ным направлением экономического развития страны в первые четыре деся­тилетия независимости явилась индустриализация, в осуществлении кото­рой ведущая роль принадлежала государству.

Индийская буржуазия имела опыт предпринимательства и работы в ры­ночных условиях. Для нее конкуренция иностранных товаров, в первую оче­редь английских, была старой реальной преградой собственному развитию.

Национальная буржуазия объективно поддерживала стремление к защите внутреннего рынка в своих интересах, используя новые политические усло­вия, открывшиеся после достижения независимости.

Государство закономерно приняло на себя выполнение ряда важнейших функций в экономике, что совпадало с общемировой тенденцией середины XX ст. В соответствии с идеологией правящей тогда партии Индийский на­циональный конгресс (ИНК) государство несло ответственность за моби­лизацию ресурсов ключевых отраслей промышленности, укрепление инфра­структуры в целях улучшения общих условий хозяйствования.

На ранних этапах формирования собственной социально-экономичес­кой политики Индия, подобно многим развивающимся странам, отдала дань идеям социализма («обществу социалистического образца»). Под влиянием советского опыта планирования и индустриализации она приняла модель экономического развития с использованием нормативных распределите­льных механизмов, построенную не только на усилении роли государства, но и на расширении его собственности, что привело к значительному росту госсектора.

Колоссальный внутренний рынок Индии порождал иллюзию возмож­ности развития страны в определенной изоляции от мирового хозяйства.

Интересно, что в тот период Индия занимала одно из первых мест в ми­ре по уровню тарифной защиты. Даже во времена быстрого роста мировой торговли и относительно свободного доступа индийских товаров в развитые страны (1950—1973 годы) среднегодовые темпы экспорта Индии не превы­шали 2,5 %. Доля Индии в мировой торговле упала с 2 % в 1950 г. до 0,6 в 1970 г. и оставалась на этом уровне почти без изменений до середины 90-х годов ¹.

Государственный протекционизм внутреннего рынка, настороженное отношение к иностранному частному капиталу, унаследованное от коло­ниального периода, были типичны для Индии. По этому поводу в одном из отчетов Резервного банка Индии (РБИ) отмечалось, что в свое время: «Эко­номика была защищена от иностранной конкуренции как в производстве, так и в торговле» ^[357][358]. Это был период, когда Индия проводила политику госу­дарственного контроля над ключевыми отраслями промышленности Пла­нирование (в 2002 году начался 10-й пятилетний план) стало частью этой политики, заметно усиливающей влияние государства на экономику в це­лом. В рамках пятилетних планов реализовывалось взаимодействие государ­ства и частного сектора, в том числе сохранение мелких форм производства

с массовым использованием традиционного ручного труда, что позволило снижать критически опасное нарастание безработицы и обеспечивать стра­ну относительно дешевыми местными потребительскими товарами.

В Индии произошло разделение сфер влияния между государством и частным сектором в промышленности, закрепленное заявлениями о прави­тельственной политике в 1948 и 1956 гг.

Анализируя этот этап, важно отметить сбалансированное отношение правительства к привлечению иностранного капитала, который подвергался определенному регулированию, но не дискриминировался. Для Индии с вы­сокой степенью зависимости от импорта иностранного оборудования, неко­торых видов сырья, особенно энергоресурсов, необходимых для строите­льства тяжелой промышленности, поступления зарубежных инвестиций бы­ли чрезвычайно важны.

Еще одним фактором, облегчившим проведение такой политики, была традиционная экспортная специализация по ограниченной группе товаров, которые не имели сильных конкурентов на мировом рынке в 50—60-е гг. (чай, кожи, хлопчатобумажные ткани, изделия из них и прочее). Более того, правительство опиралось на достаточно сильную финансовую систему, что выгодно отличало Индию от других развивающихся стран. С 1875 г. в Индии существовала крупнейшая и старейшая в Азии Бомбейская биржа, через ко­торую проходило до 60 % всех биржевых операций. Через РБИ осуществля­лось кредитное регулирование и контроль кредитной политики коммерчес­ких банков. Позиция государства в финансовом секторе была усилена на­ционализацией в 1969 г. 14 крупнейших частных банков, что, однако, не оз­начало ликвидации частных банков — как местных, так и иностранных.

В 1950-е — 70-е гг. в Индии была создана основа национальной про­мышленности за счет соединения усилий государства (целенаправленная политика протекционизма, налоговые и кредитные льготы предпринимате­лям, улучшение среды развития и строительство в госсекторе качественно новых для ее промышленной структуры предприятий) и частного сектора, сумевшего расширить свои позиции в промышленности.

Однако необходимо учитывать, что эти достижения не отменяли нега­тивных моментов, присущих индустриальной базе, которая создавалась в ус­ловиях защищенного внутреннего рынка. Экспортный потенциал Индии оставался неиспользованным прежде всего из-за низкого качества продук­ции, ее недостаточного научно-технического компонента. Предприятия гос­сектора отличал более высокий уровень технологии и квалификации рабо­чей силы, но в то же время там присутствовали избыточная занятость и за-

вишенная себестоимость продукции. Одним из следствий такой ситуации стала необходимость постоянной бюджетной поддержки госсектора.

В течение длительного времени Индия придерживалась тактики опреде­ленной закрытости вплоть до элементов автаркии. Обширный госсектор, практика тщательного государственного лицензирования в промышленнос­ти, слабость конкурентных начал из-за ограничений импорта, особенно потребительских товаров, существенно снижали качество и возможности модификации национальной продукции. Хотя в пятилетних планах разви­тия неизменно повторялась задача увеличения экспорта, его постепенный рост наметился только в 1980-е годы. Многие индийские экономисты и по­литики характеризуют период до начала реформ 1991 г. как «эру пренебре­жения экспортом».

Выдающийся индийский экономист, лауреат Нобелевской премии в об­ласти экономики А. Сен отмечал в связи с этим: «Промышленная политика государства в Индии справедливо осуждается,...поскольку осложнила сво­боду трансакций. Это препятствие устраняется крайне медленно» *. В рабо­тах других исследователей неоднократно подчеркивалось, что свобода тор­говли и иностранные частные инвестиции оценивались как подчинение иностранному капиталу. Эти обстоятельства позволили специалистам сделать вывод о том, что экономика Индии в 1950—80-е гг. была одной из самых закрытых в мире.

Естественно, что в таких условиях модель развития национального ка­питализма в значительной мере субсидировалась государством и сопровож­далась мощной защитой внутреннего рынка.

Специалистам хорошо известно, что период протекционизма обязате­лен в ходе догоняющего развития, но в относительно короткие сроки он должен быть изменен на экспорториентированную стратегию, позволяю­щую повысить темпы роста. По выражению известного индийского эконо­миста Р. Кришны, страна длительное время развивалась среднегодовыми темпами, не превышавшими 3,5 %, которые он назвал «индийским темпом роста», не отвечавшим потребностям страны, особенно с учетом быстро уве­личивающегося населения.

Как справедливо писала американская исследовательница развиваю­щихся стран И. Айдельман, «страны, не сумевшие сменить фазу импортза- мещения в ходе индустриализации, продолжали оставаться в плену доро­гостоящей промышленности и бюрократии» ^[359][360]. Согласно расчетам россий­ских специалистов, доля индийских промышленных изделий в мировом эк­спорте в 1970—90 гг. лишь незначительно превышала 0,5 %, а доля машин и оборудования оставалась на уровне 0,10—0,12 % ^[361]. Кризис политики протек-

ционизма, нерешенность таких внутренних проблем, как массовая нищета, безработица, нарастающее недовольство представителей частного сектора вмешательством государства в экономику, а также усложнившиеся внешние факторы требовали изменения, модернизации экономической и социальной политики индийского правительства.

Реформы начала 90-х годов прошлого века в Индии были также отраже­нием общемировой тенденции отказа от приоритета государства в экономи­ке. Как отмечалось в исследовании, подготовленном ведущими зарубежны­ми специалистами по проблемам развивающихся стран, «лучшее, что может сделать правительство для стимулирования развития — это минимизировать свою экономическую роль»^[362].

Справедливости ради необходимо отметить, что за первые четыре деся­тилетия независимости в Индии ориентиры на самообеспечение, на преоб­ладание протекционизма позволили создать солидную инфраструктуру эко­номики, крупный промышленный потенциал, решить многие масштабные проблемы при участии как государственного, так и частного капитала. Однако, как отмечалось выше, протекционизм породил и немалые пробле­мы, в том числе связанные с недостаточно активным привлечением инвес­тиций и высоких технологий.

Спад индийской экономики в начале 90-х годов был вызван внутренни­ми и внешними причинами. В этот период Индия вплотную подошла к де­фолту из-за невозможности выполнить международные финансовые обяза­тельства, а текущий дефицит платежного баланса требовал новых внешних заимствований. За десять лет (1980—1990) внешний долг вырос более чем в 4 раза и составил 83,7 млрд долл. Косвенные налоги достигли 3/4 всех вну­тренних налоговых поступлений, и дальнейшее их повышение было полити­чески и социально опасным.

Увеличение государственных и социальных расходов, в первую очередь на оборону, субсидии и содержание разбухающего госаппарата, особенно во второй половине 80-х годов, привели к росту внутреннего долга. Убийство бывшего премьер-министра Р. Ганди в ходе избирательной компании 1991 г. подорвало доверие иностранных инвесторов, а попытки заморозить счета индийцев-нерезидентов привели к массовому вывозу валютных средств из страны.

Внешние условия начала 90-х годов также существенно ухудшили поло­жение страны. Война в Персидском заливе вызвала резкий рост цен на нефть, от импорта которой зависит энергетический баланс Индии. Прекратились ва­лютные поступления от индийцев, вынужденных срочно уехать из района конфликта. Распад СССР, потеря рынков стран бывшего социалистическо­го блока требовали новой ориентации внешней торговли, что было сложным заданием в условиях острой конкуренции на мировом рынке и ограничен­ности экспортного потенциала страны.

Помимо чисто экономических причин, исчезновение с политической карты мира социалистических стран оказало огромное и далеко идущее идеологическое воздействие на комплекс государств Юга, особенно азиат­ских, ускорив смену ими внутренних и внешних ориентиров. Некоторые ин­дийские экономисты считали, что крах политической системы в Восточной Европе и Советском Союзе подтолкнул Индию к глобализации. Безусловно, эти факторы сыграли определенную роль, однако реформы в основном сти­мулировались диспропорциями, накопившимися в национальной экономи­ке. В значительной степени они были начаты под давлением окрепшего част­ного предпринимательства. Начало реформ по времени совпало с усили­вающейся глобализацией, политикой открытости экономик (на которой настаивали страны Запада, использующие международные экономические организации). Предложенная и финансируемая Международным валютным фондом (МВФ), Всемирным банком, Азиатским банком развития и отдельны­ми странами, в том числе Японией программа стабилизации начала осуществ­ляться в Индии с июля 1991 г.

Суть политики модернизации заключалась в том, что в довольно сжатые сроки (10—15 лет) Индии необходимо было пройти путь от протекционизма и ключевой роли государства в экономике, к политике открытости мирово­му рынку и демократизации всего комплекса торгово-экономических и фи­нансовых отношений, причем осуществить эти преобразования на основе широкой социальной базы без ломки существующей социально-экономи­ческой системы, постепенно и поэтапно.

В ходе осуществления реформ, начатых в 1991 г., произошло заметное уменьшение финансового дефицита, после снижения обменного курса на 20 % рупия стала частично конвертируемой; импортные товары, за исключе­нием небольшого ассортимента, были освобождены от лицензирования; торговая либерализация дополнилась политикой более свободного инос­транного инвестирования, дерегулирванием промышленности, снятием го­сударственного контроля за ценами на ряд товаров первой необходимости. Реализация программы реформ позволила преодолеть острый кризис пла­тежного баланса, существенно выросли резервы иностранной валюты, уве­личились иностранные капиталовложения.

Первый год реформ был чрезвычайно сложным, инфляция выросла до 24 %, однако в последующие годы оставалась на уровне 10 и менее процен­тов; в сельском хозяйстве наблюдался небольшой рост, который составлял в среднем около 3,5 % ежегодно. На начальном этапе претворения в жизнь по­литики модернизации большую озабоченность вызвало резкое падение рос­та ВВП: в 1991/92 финансовом году он составил всего 0,9 %. Однако затем положение заметно улучшилось — ежегодный прирост ВВП вплоть до 1996/97 года был на уровне 7 % (в ценах 1980/81 года), а показатели роста промышленного производства колебались от 6 до 11,7 % ежегодно ^,.

В целом реакция индийского общества на либерализацию и политику модернизации была неоднозначной. В соответствии с провозглашенной стратегией развития государство брало на себя обязательство осуществлять

более эффективные мероприятия в социальной области: ликвидацию негра­мотности, улучшение начального образования, здравоохранения, обеспече­ние питьевой водой, жильем и более полной занятости населения. Предус­матривалось усилить роль государства в тех сферах, где помощью одних рыночных сил нельзя решить поставленные социальные и экономические задачи. Однако недостаточно высокий экономический рост, а также сохра­няющаяся безработица негативно сказались на реализации этой части прог­раммы.

Именно указанный аспект деятельности правительства подвергался наибо­льшей критике со стороны оппонентов. Они признавали, что правительству удалось преодолеть валютный кризис, увеличить резервы иностранной ва­люты, что экономика постепенно стала набирать темпы, выросло сельскохо­зяйственное производство. Однако этого оказалось недостаточно для реше­ния социальных проблем.

Критики реформ даже заявляли, что «просачивание» результатов ре­форм в бедные слои снизилось по сравнению с предыдущим периодом. Пот­ребление в деревне и городе в целом уменьшилось, в то время как среди бо­гатых оно возросло. Некоторые исследователи говорили о том, что происхо­дит усиление отчуждения бедных от ориентированной на экономический рост глобальной экономики ^[363]. Такого рода критика была довольно типичной для многих политиков и ученых — оппонентов экономических реформ, дея­телей, находящихся на разных флангах политической и общественной жиз­ни. Некоторые из них указывали на то, что сокращение расходов на прог­раммы в социальных секторах (здравоохранение, начальное образование, уход за детьми и пр.) негативно воспринимается населением. Высказывались даже предложения притормозить реформы с тем, чтобы определенные резу­льтаты могли почувствовать и слабые слои общества. Но правительство ока­залось не в состоянии принимать такого рода решения. На него оказали дав­ление силы, считающие, что Индия слишком медленно идет по пути ре­форм.

Было ясно, что в положении большинства населения не происходит замет­ных социально-економических изменений, а в стране нет общенационального согласия по вопросу о корректировке экономической стратегии. Все это привело к тому, что начавшая реформы партия — Индийский национальный конгресс — потерпела поражение на очередных выборах в мае 1995 г. Одна­ко общество не отказалось от поддержки реформ. Их необходимость по су­ществу никто и не оспаривал; разногласия возникали по вопросу о том, как их проводить и в чьих интересах. Пришедшее к власти в июне 1996 г. прави­тельство Объединенного фронта (ОФ) во главе Д. Гоудой, а затем и правите­льство ОФ, возглавляемое И.К. Гуджралом, продолжили курс экономичес­ких преобразований, при этом заметно был усилен акцент на их социальной направленности.

При подготовке документов к девятому пятилетнему плану (1997—2002 гт ) правительство предложило в качестве главной цели избрать «экономичес­кий рост и справедливость». Одновременно с крупными капиталовложения­

ми в социальную сферу и инфраструктуру были поставлены задачи: достичь ежегодного экономического роста в семь процентов и добиться всеобщей грамотности.

Исследуя основные направления, условия и сложности проведения поли­тики модернизации в Индии, необходимо иметь в виду, что она осуществля­лась в течение последнего десятилетия на фоне перехода от протекционизма к глобализации, и последняя вызвала в стране неоднозначную реакцию и противоположные оценки (что также затрудняло проведение в жизнь наме­ченной правительством программы действий).

В ходе дискуссии по вопросу о глобализации индийской экономики ее сторонники активно продвигали идею о том, что привлечение иностранного капитала через посредство транснациональных корпораций (ТНК) или их филиалов не означает экономического подчинения страны. При этом они ссылались на то, что доля прямых инвестиций в Индии очень мала в сравне­нии, например, с Бразилией, Мексикой и некоторыми другими государства­ми. Они также подчеркивали, что глобализация экономики приведет к полу­чению Индией передовых технологий, без которых невозможен научно-тех­нический прогресс.

К началу экономических реформ страна накопила значительный опыт сотрудничества с иностранными компаниями. Поэтому предприниматели настаивали на привлечении иностранного капитала на определенных усло­виях и в конкретные сферы экономики. Некоторые из них считали, что иностранные инвестиции следует использовать только в области высоких технологий, и предлагали определить список отраслей промышленности, где запрещается такое инвестирование.

Оппоненты широкой глобализации полагали, что политика масштабно­го участия ТНК в финансово-экономической жизни страны приведет снача­ла к увеличению доли их акций в индийских компаниях, а затем и к погло­щению последних иностранным капиталом, которое нанесет серьезный ущерб отечественному частному предпринимательству. Крупные промыш­ленники, объединившиеся в «Бомбейском клубе» и Всеиндийской организа­ции товаропроизводителей, считали, что полная открытость мировому рынку предоставит широкие возможности иностранному капиталу в ущерб местно­му, а рост иностранных инвестиций «откроет Эльдорадо» для иностранных компаний, поскольку существенная часть этих инвестиций, как правило, реализуется в финансовой сфере (что способствует спекулятивной торговле акциями, а не подъему реальной экономики).

Кроме того, инвестиции часто осуществлялись в форме «коротких» де­нег, которые можно быстро изъять, как только рынок подаст об этом сигнал. Указывалось и на то, что в Индии иностранные инвестиции направляются не в основные секторы экономики, такие как машиностроение, а идут на развитие отраслей, дающих быструю прибыль. Такое развитие способствует «элитарному росту», то есть увеличению производства товаров, отвечающих потребностям верхней части среднего класса и более богатых слоев, которых в Индии, по разным источникам, насчитывалось в конце 90-х гг. от 50 до 180 млн человек. В то же время производство «отворачивается» от нужд боль­шинства населения, что вело к ухудшению его положения, усилению иму­

щественного неравенства, поляризации в обществе и росту социальной не­стабильности.

Оппоненты глобализации выражали беспокойство и тем, что полная от­крытость международному рынку приведет к усилению давления иностран­ных товаров на индийский рынок. А это отрицательно повлияет на ситуа­цию в местной промышленности, особенно тех предприятий, которые не в состоянии противостоять иностранной конкуренции. В Индии стали раз­даваться призывы к проведению движения свадеши по образцу 30-х годов, которое под руководством М. К. Ганди было направлено на поощрение раз­вития местной промышленности и отказ от иностранных товаров. Те, кто защищал интересы мелкого производителя, требовали, чтобы иностранные инвестиции использовались для внедрения передовой технологии и ноу-хау в мелкое и среднее производство, а не вели к его подавлению.

Более непримиримые противники глобализации считали, что она яв­ляется инструментом подчинения развивающихся стран богатым государ­ствам не только в экономической, но и в духовной сфере. В частности, один из видных индийских политических обозревателей писал: «глобализация уг­рожает стать высшей и последней стадией империализма, более всеобъем­лющей и коллективной, чем когда бы то ни было в истории. Всеобъемлю­щей — потому, что она преследует своей целью не только установление эко­номического или политического господства над остальным миром, но и ма­нипулирование всей духовной деятельностью, которая может вступать в противоречие с ее жестким нажимом... Она, глобализация, рассчитана на то, что мир во всем должен действовать в соответствии с ее намерениями и пла­нами. Коллективной — потому, что это не будет господством одной страны над другими, как раньше Англии или Франции, а гегемонией всех западных стран во главе с США» ^[364].

Проблема открытости рынка и его защищенности особенно сложна в связи с тем, что богатые страны сами прибегают к политике протекциониз­ма. Более того, как известно, другая серьезная проблема заключается в том, что эти страны используют дешевый труд в третьем мире для получения сверхприбылей. Глобальная экономика позволяет транснациональным кор­порациям выбирать те сферы деятельности в развивающихся странах, в ко­торых можно снизить расходы на заработную плату, игнорируя нормы и стандарты, установленные на Западе. На руку ТНК играет и конкурентная борьба между странами третьего мира и бывшими социалистическими стра­нами за привлечение иностранных инвестиций.

Существуют и другие аспекты глобализации, связанные со способнос­тью развивающихся стран привлекать иностранный капитал. Одним из глав­ных факторов, действующих в пользу или против размещения иностранных инвестиций, являются затраты на сохранение окружающей среды. В отличие от демократических государств, авторитарные режимы в некоторых разви­вающихся странах располагали большими возможностями решать проблемы иностранных капиталовложений без должного учета экологических затрат. Они зачастую игнорировали мнение и даже сопротивление защитников ок­

ружающей среды при выборе места будущих промышленных объектов. Индия — одна из стран, где общественные организации в состоянии забло­кировать реализацию таких проектов, если они могут нанести ущерб окру­жающей природе и культурно-исторической среде. В этом смысле, как пи­сал один из обозревателей, у Китая и Индонезии есть преимущество перед Индией в привлечении иностранного капитала ’.

Хорошо представляя себе сложности и неоднозначность процесса гло­бализации, индийские политики и специалисты выступали за такую ин­тернационализацию экономики страны, которая означала бы не только большую открытость ее рынков, но и адекватный приток инвестиций и технологий. Однако в реальности этот вопрос решается весьма непросто. К сожалению, во многих развитых государствах налицо растущая тенденция укреплять свои таможенные барьеры, особенно против импорта из разви­вающихся стран; наблюдается и устойчивое падение мировых цен на их экспортные товары. По выражению бывшего президента Индии К. Р. На­раяна, «свободная торговля во многих аспектах является не свободной, а уп­равляемой торговлей» ^[365][366].

Некоторые индийские экономисты считают, что либерализация и глоба­лизация экономики привели к появлению новых сложных проблем. Дело в том, что свободный рынок не обязательно ведет к конкуренции и повышению эффективности. Нередко внутренний рынок эксплуатируется иностранны­ми инвесторами таким образом, что игнорируется конкурентоспособный экспорт. Значительное число местных предпринимателей уже уступило свои позиции на внутреннем рынке транснациональным корпорациям. Растет озабоченность, связанная с реальной проблемой защиты индийских компа­ний, угрозой деиндустриализации. Отсюда возникает необходимость сдер­живания негативных последствий деятельности иностранных компаний для экономики и сохранения основы местного бизнеса в руках индийцев.

В Индии хорошо понимают, что глобализация — естественный результат развития всей системы международных отношений и мирового хозяйства — стала насущной задачей дня. Однако она представляет собой противоречивый процесс, связанный как с риском, так и с новыми возможностями, которые неодинаковы в разных странах. В пользу более широкой глобализации эко­номики Индии говорит ее потребность в иностранном капитале, технологии и ноу-хау, поскольку в ходе предыдущего развития ее промышленность бы­ла мало инвестирована в области передовых технологий, что привело к еще большей зависимости от иностранных государств. Поэтому у Индии нет иного выбора, кроме привлечения капитала из-за рубежа. Сторонники тако­го подхода справедливо отмечали, что нельзя остановить ход истории, пос­тупательное экономическое и технологическое развитие и следует преодоле­вать узкий национализм.

Естественно, что реформы 90-х годов были ориентированы на то, чтобы проводимая либерализация и сокращение государственного вмешательства

в экономику способствовали увеличению иностранных инвестиций, необхо­димых для устойчивого развития. Для улучшения инвестиционного климата индийское правительство предприняло следующие шаги. В 35 важнейших отраслях экономики иностранные инвесторы автоматически получили пра­во на 51%-ое участие в акционерном капитале компаний.

Любой компании разрешалось привлекать иностранные инвестиции, если при этом не менялось соотношение долей иностранного и местного ка­питала. Специальное Бюро стимулирования иностранных инвестиций рас­сматривало более сложные варианты инвестирования, а РБИ автоматически одобрял соглашения по привлечению иностранных технологий в отрасли, входящие в специальный перечень (среди них — металлургия, электрообо­рудование, фармацевтика и другие). Следующими важными мерами явились разрешение свободного вывоза из зарубежных стран прибылей и инвести­ций, а также международные соглашения об избежании двойного налогооб­ложения, заключенные Индией с 45 странами.

По оценкам индийских экономистов, страна нуждалась в поступлении около 10 млрд долл, внешних частных инвестиций в год в первую очередь для расширения и модернизации отсталой инфраструктры. Однако реа­льные поступления за десять лет реформ (1991—2001) составили лишь 23,5 млрд долл.^[367], причем их объем ежегодно сокращался (тогда как приток частных инвестиций в другие развивающиеся страны, несмотря на финансо­вые кризисы, постепенно увеличивался).

Обычно основными причинами сдерживания притока инвестиций на­зывали коррупцию, излишние бюрократические формальности, а также не­совершенство судебного законодательства в Индии. Некоторые российские специалисты считали, что ссылки на коррупцию не объясняют незначительно­го притока средств, поскольку это явление в странах Юга носит повсеместный характер, а различия в масштабах внешних инвестиций очень велики. Скорее действует традиционная для Индии волокита, бесконечные бюрократи­ческие рогатки, а также такой специфический фактор, как неприязненное отношение индийского бизнеса к иностранному предпринимательству. К тому же часть высших государственных чиновников с плохо скрываемым неодобрением относилась к приватизации госпредприятий, вызывая у по­тенциальных инвесторов опасения попятных движений в экономической политике.

Вместе с тем, правительство Индии всячески пыталось сломать эти барье­ры, и с целью получения зарубежных наукоемких технологий, увеличения золотовалютных резервов страны способствовало привлечению в экономику иностранных инвестиций, в том числе капиталов от нерезидентов индий­ского происхождения (НИП). В конце 90-х гт. в связи с либерализацией ин­дийского банковского сектора были приняты меры, направленные на увели­чение притока в страну инвестиций НИП. Так, им было разрешено приоб­ретать акции частных коммерческих банков и транснациональных компа­ний (долю, не превышающую 40 % стоимости оплаченного капитала), НИП получили право покупать и продавать ценные бумаги, им было разрешено приобретать недвижимость в Индии без получения разрешения в РБИ, ко­торый также упростил процедуры работы с НИИ: принятие депозитов на счета индийских компаний, покупку и продажу акций НИП на фондовой бирже, передачу ценных бумаг в дар индийским организациям и т. д. Все эти мероприятия способствовали тому, что в первые годы XXI в. доля инвести­ций НИП в сумме накопленных инвестиций в экономику Индии составляла более 35 % *.

Большая часть инвестиций НИП направляется для финансирования частных проектов в штатах Западной Индии (Махараштра и Гуджарат), а также в Западной Бенгалии и Тамилнаде. В частности, в Махараштре в пос­ледние годы осуществляется проект развития ирригационных сооружений на сумму 10 млрд инд. рупий. Интересно, что общая численность индийской диаспоры в нач. XXI в. превышала 20 млн человек; большая ее часть прожи­вала в странах Восточной Африки (о. Маврикий и др., в странах ЮВА, Ближнего Востока (ОАЭ и др.), Западной Европы (в основном в Великобри­тании), а так же в США. Наибольшие инвестиции от НИП поступают из Маврикия, Таиланда, Индонезии, ОАЭ, что объясняется наличием в этих государствах значительной индийской обшины.

Интересно, что доля индийской диаспоры в населении Маврикия состав­ляет около 70 %. Маврикий является офшорной зоной, которую используют многие иностранные компании, заинтересованные в льготном налогообло­жении. Так, налог с доходов капитала для иностранных инвесторов, заре­гистрированных в стране, составлял 5 %. Что касается Индии, то по согла­шению с правительством Маврикия этот налог установлен на уровне 2—3 % (в зависимости от объема инвестиций) для инвесторов, желающих вклады­вать капитал через Маврикий в развитие индийской экономики.

Значительный приток прямых инвестиций из Маврикия в Индию на­чался в 1993 г. Доля инвестиций, поступающих через это островное государ­ство в Индию в 1994 г., составляла менее 2 % всех иностранных инвестиций, а к 2000 г. — 32 %. По объему инвестиций в Индию Маврикий занимает вто­рое место (после США), только в 1992—1998 гг. через Маврикий в Индию поступило около 180 млрд инд. рупий прямых портфельных инвестиций.

Прямые инвестиции из стран ЮВА составляют 3,4 % всех прямых зару­бежных инвестиций в индийскую экономику. Из стран АСЕАН наиболее тесное сотрудничество с Индией поддерживает Таиланд, где численность индийской диаспоры составляла 85 тыс. человек. Эта страна занимает 6-е место среди ведущих индийских инвесторов.

Приток иностранных инвестиций по линии НИП наблюдался из Индо­незии, где численность индийской диаспоры превысила 50 тыс. человек. При поддержке НИП успешно развивается двустороннее сотрудничество Индии со странами Ближнего Востока, особенно с ОАЭ. Индийская диаспо­ра в ОАЭ насчитывала около 1,2 млн человек (из общей численности насе­ления страны в 2,5 млн человек). В конце 90-х гг. ОАЭ занимали 6-е место в списке импортеров индийской продукции и 8-е среди стран-экспортеров в

Индию. Между двумя странами осуществляется обмен технологиями и «ноу-хау», расширяется сотрудничество деловых кругов.

Большая индийская диаспора проживает в США (особенно в Калифор­нии). При помощи НИП, работающих в США, в ряде индийских городов созданы технопарки, разрабатывающие проекты в электронике, занимаю­щиеся созданием компьютерных программ. Уже к концу XX века в крупней­шей компьютерной компании Майкрософт в «Селиконовой долине» более 30 % служащих составляли индийцы. Основным иностранным инвестором в Индию, безусловно, являются США. Чрезвычайно важным показателем яв­ляется и приход в индийскую экономику японских инвестиций.

Поступающие из зарубежных стран инвестиции обеспечили впечатляю­щий подъем таких экономических и научно-технических центров в Индии, как Бангалор и Хайдарабад, а в отдельных случаях и целых районов, напри­мер, расположенных недалеко от Дели. С целью более широкого привлече­ния прямых инвестиций для дальнейшей модернизации экономики в Индии будут также использоваться около 20 действующих и проектирующихся спе­циальных экономических зон (СЭЗ).