Эски-Кермен

Среди живописных ущелий и скал, напоминающих декорации фильмов про Дикий Запад, у подножия Эски-Кермена располо­жилось частное фермерское хозяйство. В долине видны пасущи­еся лошади, пасека, сельхозтехника.

Заплатив положенный сбор и открыв деревянные ворота, напо­минающие о корралях и ранчо, вы вступаете на территорию запо­ведника. Колея в густой траве петляет между огромными камнями, постепенно уводя вверх. 30-40 минут езды, и на одной из террас колея пропадает. Все, машинам ждать здесь, а мы ищем тропу. Тро­пинка узка и неприметна, она вьется среди кустов, круто взбегает на бугор, заставляя нас хвататься руками за ветки, и немного рас­ширяется на каменистом плато.

Мы видим следы древней дороги с очень глубокими узкими колеями. Значит, подъезд все-таки ранее был и выше, к самым пе­щерам. Просто внизу все заросло лесом. Глубокая колея вырублена в камне, это интересный элемент обороны — запорная систе­ма. При мирной жизни в колее лежат доски и повозка свободно проезжает по дороге. В случае нашествия доски убираются — и дороги нет. Колесо обязательно съедет в колею, есть уклон. Коле­са заклинивает в сужающейся книзу колее, да еще повозка садится «на брюхо» из-за большой глубины колеи. Кто знает, сколько еще таких хитростей имелось в арсенале древних?

Название «пещерный город» неудачно, оно не отражает сути. Мы привыкли считать городом искусственно созданную челове­ком среду, отгородившую и укрывшую человека от природы. Город, урбанизация и ряд других терминов из этой же серии являются противопоставлением дикой нетронутой человеком природе.

Здесь же, в Эски-Кермене, стены жилищ являются неотъемле­мым продолжением природы.

Помещения в скале разместились свободно, живописно. Нет строгости и четкости, во всем человек следовал естественному по­ложению вещей. Если современный город можно сравнить с пче­линым ульем, то Эски-Кермену подходит аналогия с пчелиными сотами в дупле старого дуба или в расселине дикого камня, когда порядок слегка налагается на беспорядок и асимметрию.

Галереи опоясывают сложной формы скалу, следуя ее изгибам и перепадам высот. Помещения, вырубленные в одной скале, могут образовать два, три и даже четыре этажа с «окнами» — с видом на пропасть.

Все строилось вручную — киркой, молотком, зубилом. Ничего особенного не было, все вручную выбито по этажам руками — тук- тук-тук... Но проектировали помещения заранее, вписывали их в естественный изгиб скалы, использовали обрывы, расщелины.

В окрестностях Эски-Кермена бродить по лесу просто так, без проводника, невозможно. Если с тропинки в лес ступил — смотри под ноги внимательно: можно легко улететь под землю. Именно улететь, это не метафора! Под тонким слоем земли может оказаться тонкий слой известняка, который служит потолком большого зала. Влетев сверху в такой зал, можно не задерживаясь вылететь в окно, выходящее на отвесный обрыв. Везде полузасыпанные, полуобру­шенные ходы. Известковая гора вся прорыта.

Название «пещерный город» этим местам дали путешественники в XIX в. Но на самом деле все, что мы видим сегодня, — это под­земная часть несохранившихся огромных наземных сооружений. Все пещеры были скрыты поясом наземных сооружений. То, что мы воспринимаем как пещеры, — это все были подвалы, задние части домов, пристроенные к скале, подземные ходы сложных оборонительных сооружений. Стояла на скале башня, а в нижнем этаже башни были ходы вглубь скалы, под скалу шли вырубленные помещения, был еще ярус под скалой — казематы, из которых вели выходы на обрывы в виде бойниц. Со временем все разрушилось, а пещеры как бы вылезли наружу и теперь представляют собой визитную карточку этих мест.

Когда-то считалось, что в таких пещерах жили люди. Сегодня историки утверждают: если и жили, то монахи-отшельники, кото­рые специально усложняли себе жизнь по идейным соображениям. Действительно, есть помещения, похожие на кельи монастыря. Очень интересны маленькие пещерные храмики с костницами под полом, куда складывали кости умерших. Есть могилы обыкновен­ные, а есть могилы как бы двухэтажные: сверху обычная могила,

Название «пещерный город» этим местам дали путешественники в XIX в. Но на самом деле все, что мы видим сегодня, — это подземная часть несохранившихся огромных наземных сооружений. Все пещеры были скрыты поясом наземных сооружений. То, что мы воспринимаем как пещеры, — это все были подвалы, задние части домов, пристроенные к скале, подземные ходы сложных оборонительных сооружений.

Стояла на скале башня, а в нижнем этаже башни были ходы вглубь скалы, под скалу шли вырубленные помещения, был еще ярус под скалой — казематы, из которых вели выходы на обрывы в виде бойниц. Со временем все разрушилось, а пещеры как бы вылезли наружу и теперь представляют собой визитную карточку этих мест.

8006

вырубленная в скале с подтесом под крышку, а под ней огромная яма колоколом — костница. Полежало тело усопшего в верхней мо­гиле, истлело, тогда его из верхней могилы сбрасывали в костницу. Эта форма захоронения близка к греческой. По всему Горному Крыму хорошо видны оба типа таких сооружений.

Древняя керамика

Эски-Кермена

Древняя дорога поднимается зигзагами наверх, ползет как змея. Везде стояли оборонительные стены. На всем пути снизу вверх дорога находилась под фронтальным обстрелом защит­ников сверху. Очень продуманная система въезда в крепость: враги вынуждены были нарезать зигзаги, и все это время в них пускали стрелы, на них сбрасывали камни, лили расплавлен­ную смолу.

Кто жил здесь? Грекоязычное православное средневековое на­селение Горного Крыма. Каких кровей — сложно сказать. Чисто

греческого населения здесь не было. Чистые греки — это может быть в первом, от силы во втором поколении люди, которые сюда пришли с побережья, а потом тут начиналось смешение племен и народов такое, что о чистоте расы никакой речи быть не может. Здесь селили целенаправленно федератов, племена на договоре. В ранний период их могли называть таврами, скифами, готами —

хотя это название все равно было условным. Здесь жили предста­вители этих народов, сильно изменившиеся под воздействием греческой цивилизации.

Есть исследования на тему господствовавшей тогда в Горном Крыму системы управления. Крепости и поселения при них были структурными подразделениями, подчинявшимися Херсонесу. Считается, что они назывались фемы. В Эски-Кермене был ви­зантийский форпост, крепостной гарнизон с соответствующим вооружением: камнеметными машинами, луками, стрелами, с за­пасами греческого огня и китайской смолы. Природная крепость, природный бастион. Скала использована под боевую башню с минимальными затратами. Выбрана ее верхняя часть в середине, сделаны бойницы по кругу. Сделаны в скале помещения, казематы с окнами на обрыв. Зона обстрела — великолепная. Тут даже свер­ху ничего строить не надо — полностью все готово для обороны. Вот площадка — это основание под боевую башню. Вот подрубы под нижние помещения. В скале еще один ярус вырублен цели­ком в камне. Здесь, конечно, все по-другому было, не так дико, как сейчас. Все цивилизованно, постройки из камня. Все было офор­млено деревом, камнем, замазано глиной. Был очень колоритный средневековый стратегически важный город. Город имел очень плотную застройку.

Численность населения можно оценить примерно в 10 тыс.

В VIII-XI вв. в Горном Крыму был своеобразный демографи­ческий взрыв. Практически в любом месте в лесу можно найти керамику того времени. Масса поселений, могильников — жизнь сплошным ковром покрывает горы.

Своеобразно стесанная скала, масса мелких пещер — здесь был вход в крепость. Хотя первые путешественники назвали это место Рыночной площадью. Судя по остаткам, по следам вырубки в камне, здесь стояли две башни. Это классический въезд в крепость. Были и ворота, можно увидеть выразительные остатки запорной систе­мы. Пазы от брусьев, следы рамы со створками, все как положено. Все заклинивалось, задвигалось. Еще в середине XIX в. путешест­венники сообщали, что была каменная арка над этим входом.

Первое помещение, в которое мы вошли, археологи определили как церковь. Сбоку была маленькая келья отшельника. В центре зала прекрасно сохранились небольшая апсида, скамьи, лежанки, ниша. Традиционно вырубленная в полу могила. Борозды для того, чтобы отводить воду, слив для воды. Здесь на камнях по-гречески написано «Иисус Христос Ника». Таких маленьких, совсем крошеч­ных пещерных часовен много, их десятки, может быть, даже сотни. Часовенки были поквартальные, как и в Херсонесе.

Чуть дальше — второй пещерный храм. Христианским духом была пронизана вся эта гора насквозь. Немного дальше был глав­ный собор, очень красивая трехапсидная базилика. Очень круп­ное было сооружение, фундаментальное. Но было очень много

В Эски-Кермене был византийский форпост, крепостной гарнизон с соответствующим вооружением: камнеметными машинами, луками, стрелами, с запасами греческого огня и китайской смолы. Природная крепость, природный бастион.

802 6

Эски-Кермен. Подземный храм

Иоанн Дамаскин, духовный вдохновитель противостояния иконоборчеству

и необычных пещерных храмов нестандартной архитектуры. Мас­са вариаций, множество всевозможных отклонений от пропорций и канонических форм.

Сохранилась одна из самых ранних построек местного населения с четко выраженной апсидой и крыльями. Пещерный храм VI в. Чет­ко видны склепы для захоронений и отдельно — часть, где прохо­дили службы, где молились люди. Хорошо видно: могилы заужены к ногам. Под крышкой пазы в обход вокруг головы, чтобы вода не затекала. Могилы устроены даже в скамьях: закрывались крышкой, перекрытие и вот — скамья. В Крыму еще со времен античности долго сохранялась традиция коллективных многоярусных захоро­нений, когда усопших родственников буквально друг на друга накладывали штабелями, потом штабель отодвигали в сторону, для новых умерших место готовили.

Самый большой пещерный храм Эски-Кермена называется Су­дилищем. Ранее считалось, что в центре стоит каменное кресло, в котором сидел судья. На самом деле здесь никого не судили, это был просто большой пещерный храм, который строился в несколь­ко этапов. Видна одна часть, вторая, третья — храм явно создавался не за один раз. Купол, апсида, очень хорошо видны следы алтарной преграды. Алтарь стоит в центре зала, а никакое не кресло судьи, хотя здесь очень любят фотографироваться туристы.

От самой древней части церковь со временем в обе стороны расширялась. В период иконоборчества в Крым бежали почитате­ли икон, уходили в леса, в горы. Как раз по времени эти события совпадают с датировкой пещерных храмов.

По стенам помещения устроены лавки, лежанки, стол — все из камня. Из центральной комнаты ход ведет в кладовку, где в камне же сделаны зернохранилища. Тут же неподалеку устраивались и захоронения в каменных нишах. Дальше можно попасть на очень интересный объект. В ряд идут несколько помещений, здесь могилы. Последнее помещение — аккуратное, с маленькой алтар­ной частью. Такое все маленькое, условное: каменная лежаночка, скромное место для сна, место для сидения, маленький каменный столик, место, где, видимо, лампадки стояли. Возможно, это была келья для одного из отшельников. Здесь есть все для уединения, для того, чтобы молиться.

Как это все похоже на Грецию! Вспоминается Патмос, пеще­ра Апокалипсиса, место уединения апостола Иоанна Богослова. Вспоминается Кипр, келья Неофита Затворника.

Выглянув из «окна» пещерного «пентхауза» на вершине горы, по­нимаешь, что мало кто в современном мире может себе позволить роскошь ежедневно наслаждаться таким чудесным видом из окна! Чистота воздуха такая, что все вокруг видно на 15-20 км, не менее! Мы это оценили на глазок по верхушке горы, которую огибали при подъезде к заповеднику. Сверху великолепно просматривается подъездная дорога. Один зигзаг, другой, третий, четвертый, и вот уже дорога заходит в южные ворота.

В одном из залов устроен алтарь. Видно, что стену украшала резьба. Мы посидели рядом, помолчали, попытались представить, каково это было — собираться и молиться здесь. Самая высокая точка на белой скале, окруженной зеленым морем лесов, близость

То, что мы видим сегодня и называем пещерным городом Эски-Кермен, — это лишь остатки вырубленных в скалах подземных помещений, келий, хранилищ, над которыми сверху когда-то существовали многочисленные постройки

Выглянув из «окна» пещерного «пентхауза» на вершине горы, понимаешь, что мало кто в современном мире может себе позволить роскошь ежедневно наслаждаться таким чудесным видом из окна! Чистота воздуха такая, что все вокруг видно на 15-20 км, не менее! Мы это оценили на глазок по верхушке горы, которую огибали при подъезде к заповеднику. Сверху великолепно просматривается подъездная дорога. Один зигзаг, другой, третий, четвертый, и вот уже дорога заходит в южные ворота.

80^ 6

Эски-Кермен. Помещение над обрывом. Из проемов открывается прекрасный вид на долины у подножия гор

Вспоминаются письменные свидетельства того, что после присоединения Крыма Русская Православная Церковь рассматривала возможность создания здесь целой сети монастырей наподобие Афона. Это было бы возрождением ранее существовавшей христианской микро­цивилизации на территории Крыма. Для отшельников и пустынников места самые подходящие: мягкий климат, обилие орехов, ягод, плодов, грибов, диких съедобных растений.

к голубому небу, прозрачность воздуха. Звуки службы, хора, молитв должны были разноситься далеко-далеко.

Вспоминаются письменные свидетельства того, что после при­соединения Крыма Русская Православная Церковь рассматривала возможность создания здесь целой сети монастырей наподобие Афона. Это было бы возрождением ранее существовавшей хрис­тианской микроцивилизации на территории Крыма. Для отшель­ников и пустынников места самые подходящие: мягкий климат, обилие орехов, ягод, плодов, грибов, диких съедобных растений.

Храмов здесь много, и все же некоторые привлекают, притяги­вают как-то особенно.

Крошечный храм, здесь была церковь Успения. Чем она знаме­нита? На позднем этапе, когда уже Эски-Кермен не существовал, это место продолжало жить. Здесь сохранились остатки фресковой росписи очень высокого класса, росписи со сценой Успения. Мес­тами можно разглядеть лики, хорошо различима надпись на гречес­ком языке. Видны остатки нижней части сцены Успения, еще про­сматриваются куски покрывала внизу с орнаментальными мотивами. Сам храм достаточно ранний, но роспись датируется XIV в. Сохра­нилась алтарная часть, основное изображение — Иисус Христос. На потолке фрески сохранились лучше: видны лики, элементы одеж­ды, крылья. Сложная была сцена, очень насыщенная. Очень боль­шая купель, могилы, сохранился весь антураж пещерного храма, хорошо видны ниши с орнаментом.

Только представьте — пал под ударами турок Константинополь, пал Мангуп. А здесь, в Горном Крыму, тайком собирались уцелевшие после нападений люди и молились за павших героев.

Разнообразие пещер бесконечно, у нас не хватает фантазии, чтобы зрительно уследить за мыслью древних строителей. Пожа­луйста, классический подвал со спусковым люком, с входом, про­хладный и хороший. Наверняка какой-то дом стоял сверху. Видны подрубки под стены, под лестницы.

Археологи показали, что нижняя часть домов города была ка­менной, верхняя — деревянной, покрытие — черепичная крыша. Вполне цивильный вид — окна, двери, стекло оконное. Все сильно разрушено. Хорошо видно, как это происходило. Сначала появ­лялись трещины в скале, потом все обваливалось, прямо на полу лежат упавшие блоки.

Геологические процессы в Крыму не прекращаются до сих пор, иногда в горах все валится. Это не какая-то отдаленная геологичес­кая эпоха, это уже после того, как крепость была построена. Вот последняя, правая скала, стоящая отдельно. На нее нельзя попасть. Дело в том, что огромный кусок, который соединял скалу с основ­ным массивом, откололся и лежит внизу. Гигантский обломок упал вниз уже после того, как крепость была заброшена, скорее всего во время какого-то землетрясения. На скале видны пещеры, археологи просто мечтают туда попасть, но так и не попали...

Остановившись у каменных ступеней, круто уходивших вглубь горы, мы услышали историю падения Эски-Кермена под натиском монголо-татарских завоевателей. В темноте ступени спускались на 70 м вглубь, к колодцу, который уходил еще глубже.

Существует легенда об осадном колодце. Наверху источников нет, воду собирали во всякие каменные цистерны, резервуары, бассейны, просто в сосуды. Когда город обложили монголо-татары, местные жители очень скоро оказались без воды. Внизу, под скалой, у самого подножия был источник. И от полной безысходности жители начали рубить скалу, надеясь его перехватить, поймать сверху. День и ночь они рубили камень. Сто ступеней, пять маршей с поворотом под прямым углом, потом вниз до подножия скалы. В конце ступеньки спускаются в расселину. Воды сейчас там нет, она высохла, но влажность осталась. Не дай Бог туда улететь, сту­пени узкие, тоннель отвесный, очень скользкий, вниз трещина идет. Наконец защитники крепости вышли на источник. Какое-то время осажденные брали из него воду, но завоеватели услышали, разведали, пробили встречную штольню и перехватили источник воды. После этого якобы крепость и сдалась.

Так это было или не так, трудно сказать. Со стороны подножия снизу действительно есть пробой, то есть сейчас есть сквозной проход сверху донизу. Можно спуститься к подножию горы через этот отвесный коридор. Эксперты утверждают, что этот колодец невозможно вырубить за время осады. Судя по сложности кон­струкции, его нужно было копать несколько лет. Он, видимо, пред­назначался на случай каких-то исключительных событий.

Мы заглянули в темноту: действительно, только самые отчаян­ные могут решиться на спуск. А уж таскать оттуда по крутым ступе­ням сосуды с водой — не дай Бог. Чтобы с вершины горы рубились к подножию — это единственный случай, не имеющий аналогов!

Дорога к колодцу

Осадный колодец

На вершине горы когда-то стояли стены большого поселения. В 1950-е гг. здесь вела раскопки экспедиция из Бахчисарая. Они еще застали нормальные стены двухэтажных домов с балконами, с черепичными крышами. Все, как в старом Бахчисарае. Везде был

Природа наступает на раскопки и уничтожает их сильными пальцами корней, которые пронизывают кладку, расщепляют каменные блоки, обрушивают стены. По словам археологов, единственный способ защитить найденные остатки города — это снова засыпать их толстым слоем грунта, если нет средств и возможностей законсервировать другим способом, накрыть сводом. Раскопали, проанализировали, сфотографировали, описали, выполнили обмеры — и надо засыпать. Укрыть от туристов, от неблагоприятного воздействия окружающей среды.

слой пожарища. Рухнувшие черепичные крыши, гвозди, орудия труда. Под завалами были найдены скелеты людей. В одном под­вальчике обнаружили три костяка — вся семья: мужчина, женщина и ребенок. Видимо, прятались в подвале, так вот и нашли их там, заваленных камнями.

Одна из исторических версий, что это результат нашествия орды хана Ногая в 1299 г.

Современный исследователь Александр Ильич Айбабин связы­вает это с более ранними событиями, относящимися к концу XII в. Тоже восточные кочевые племена. Сегодня кто их разберет? Они все сюда лезли друг за другом.

Одна из интереснейших попыток исследования древнего горо­да была предпринята в 1930-е гг. Совместная немецко-советская археологическая экспедиция на горном массиве провела аэро­фотосъемку. На снимках отлично видна планировка поселения. Трудно представить сейчас масштабы работ, ведь они весь лес на горе срезали, полностью. В той довоенной экспедиции немецкие ученые активно искали древние следы предков германцев. В тече-

ние года они аккуратно, методично и тщательно пытались найти город готов. Хотя, возможно, эта аэрофотосъемка проводилась не только как археологическая разведка, но и как военная в интересах будущего рейха.

Сегодня вершина заросла лесом. Природа наступает на раскоп­ки и уничтожает их сильными пальцами корней, которые прони­зывают кладку, расщепляют каменные блоки, обрушивают стены. По словам археологов, единственный способ защитить найденные остатки города — это снова засыпать их толстым слоем грунта,

если нет средств и возможностей законсервировать другим спо­собом, накрыть сводом. Раскопали, проанализировали, сфотогра­фировали, описали, выполнили обмеры — и надо засыпать. Укрыть от туристов, от неблагоприятного воздействия окружающей среды.

Юрий Петрович Зайцев — известный археолог, призванный усилить научный состав экспеди­ции на крымском этапе, — показал фундамент и остатки стен древнего христианского храма на вершине горы. Классическая визан­тийская культовая постройка: глав­ный алтарь, два боковых, еще вид­ны остатки колонн. Как это принято в христианских храмах, здесь же были устроены могилы. Храм до­статочно ранний, IX в. постройки.

Реконструкция базилики

Эски-Кермена

Функционировал он много сотен лет, не раз перестраивался, ремонтировался и по­гиб, как и вся крепость, то ли в XII, то ли в XIII в.

Было раскопано христианское кладбище, примыкавшее к хра­му, маленькая кладбищенская часовня. И оказалось, что под цер­ковными сооружениями находится городской квартал IX в. Там есть кладки, дома, керамика. Такая многослойность характерна для этого археологического памятника. Самой интересной на­ходкой оказалась красивая бронзовая византийская подвеска с изображением архангела Михаила. Таких подвесок известно несколько штук — позолоченная бронза, с петелькой, в плоском рельефе выполнено изображение архангела. Редкая вещь для это­го времени. Она хранится в Херсонесе.

Основную базилику раскопали в 1930 г. Прошло не так уж мно­го времени, а стен уже нет. А в земле они пробыли много веков и прекрасно сохранились, по ним изучали мастерство кладки и архитектурные особенности строения.

Раскопы, раскопы, раскопы... В лесу на вершине горы рабо­тал известный крымский археолог Николай Иванович Репников. Остатки когда-то очень красивых стен, снаружи облицованных великолепно подогнанным камнем, сейчас уже поникли, осыпа­лись. А когда-то все прямо как зеркало было. Типичная усадьба: прямоугольный дом с несколькими помещениями, подвалы. Верх­ние этажи были жилые, нижние — хозяйственные. И вот в подвалах подкопы — пещерки, подвальчики. Где-то стена стоит на крыше подвала. Виден вход, лесенка вниз, там еще один подвал, тут еще один засыпанный...

Вся гора была покрыта сплошь такими домами. Имеет ли смысл копать, если потом мы не можем все раскопанное сохранить? Что делать? В раскопанном, раскрытом виде они не простоят долго... С одной стороны, раскопали, узнали, изучили — это хорошо. С другой стороны, без охраны, без реставрации все это достаточно быстро превращается в руины.

Эски-Кермен. Комплексы помещений объединяют два этажа. В нижней части, как правило, устраивали хранилища

Образок ангела из Эски-Кермена

Апсида храма «Донаторов»

В Эски-Кермене много удивительного и важного для понимания истории, археологические находки составляют гордость наших ученых. Они важны и для истории православной церкви. Пещер­ный храм с фреской, известной под названием «Три всадника», вырубленные в известняке алтари, каменная резьба с христианской символикой — все это ждет обобщения и осмысления.

Сегодня у историков, искусствоведов в ходу термин «греко­скифская культура», историкам известны государства смешанного греко-скифского типа, но термин «греко-скифская цивилизация» не может быть применим по ряду признаков. Это переходная стадия, которая завершилась созданием восточнославянской ци­вилизации.

В лесу встретилось уж совсем неожиданное — платформа от рельсов и вагонеток! Здесь копали в промышленных масштабах, были проложены рельсы, поставлены вагонетки и устроен наклон. Возили вполне цивильным способом, сбрасывали в отвал. Ныне такое ведение раскопок может привидеться разве что в кошмарном сне. Памятник печальной методики прошлых лет...

В Херсонесе были вагонетки, в Ольвии были. Причем это все — на­следие царского времени. Сейчас никто себе такого позволить не может.

Покидая Эски-Кермен, мы долго говорили о необходимос­ти сохранения археологических памятников нашей истории. Взять, к примеру, как копают австрийцы, Венский археологи­ческий институт. Над целым кварталом, прежде чем копать, они сделали гигантский стеклянный павильон с подводкой электри­чества, воды, тепла. Это для туристов, чтобы могли наблюдать. И люди как в обезьянник ходят смотреть. Археологи в древних помещениях за столами сидят в комнатных тапочках, работают на ноутбуках, тут же чистят что-то. Везде электрический свет. Другой пример — терракотовая армия в Китае, там огромный павильон в несколько футбольных полей. Или Помпеи — чистота, в два этажа постройки с фресками, с колоннами. Они первый квартал раскопали в 1950-1960-е гг., сейчас там уже деревья рас­тут. Теперь следующий квартал они взялись копать.

Если прикинуть чисто теоретически размеры археологического богатства, например, Крита и Крыма, то при всем их отличии спе­циалисты все же поставили бы их в один ряд. Если сравнить Крым археологический и Турцию — в Турции гораздо богаче архитекту­ра, несомненно. Античная, греческая, римская, византийская. Но что касается археологических находок, то Турция гораздо в боль­шей степени пострадала от археологических мародеров. В Крыму же, несмотря на то, что здесь сейчас творится, археологи находят такие вещи, каких в Турции никто никогда не видел.

Просто акценты могут быть разные. Там архитектурный акцент, здесь — культурно-материальный. Везде нужен свой индивидуальный подход. Например, в Неаполе Скифском ничего нет, но место — вы­игрышное, Симферополь. Великолепный археологический парк мог бы получиться, если на основании археологии воссоздать все заново.

Дорога, поднимающаяся из долины, переходит в центральную улицу древнего города

Для того чтобы в Эски-Кермен направить поток туристов на археологические объекты, надо спилить лес, по карте аэрофото­съемок раскопать город, подъемники на гору сделать, инфраструк­туру всю выстроить. Потенциал посещаемости Горного Крыма гигантский. Даже те малые крохи, которые есть, и то производят серьезное впечатление.

В связи с обсуждением возможностей будущего цивилизаци­онного туризма вспоминается поездка на Святую землю в 2005 г. В мертвой, безжизненной пустыне на берегу Мертвого моря пост­роен археологический парк «Крепость Масада». Музей принимает потоки туристов, прекрасная автостоянка со всей инфраструкту­рой, хоть и вдали от цивилизации. Из музея, от развалин казарм римского легиона фуникулер поднимает туристов высоко в непри­ступную крепость на вершине горы. Вот пример археологического памятника, удачно включенного в хозяйственный оборот, в турис­тическую инфраструктуру.

А в Херсонесе сегодня при использовании античного наследия возникли проблемы. Понятно, есть археологический заповедник, есть музей, есть некая охраняемая территория, есть служба, кото­рая занимается наведением порядка, реставрацией, консервацией памятников. Но вот монастырь, который существовал там в XIX в., заявляет свои права на территорию, требует отдать помещения. Конфликт, в котором каждый прав по-своему. Естественно, архео­логи свои права отстаивают, потому что в зданиях находятся экс­позиция, фонды, рабочие помещения. Трудноразрешимый вопрос! А в Эски-Кермене конфликтов такого рода не предвидится.

Посмотреть, как складывается ситуация с древними памятни­ками и раскопками в Хорезме. Здесь нельзя проводить аналогий, ситуация иная. Средняя Азия, она вся сырцово-глиняная. Это не

Для того чтобы в Эски-Кермен направить поток туристов на археологические объекты, надо спилить лес, по карте аэрофотосъемок раскопать город, подъемники на гору сделать, инфраструктуру всю выстроить. Потенциал посещаемости Горного Крыма гигантский. Даже те малые крохи, которые есть, и то производят серьезное впечатление.

каменная архитектура. Там абсолютно другие принципы консер­вации, реставрации, сохранности. И потом там нет водных путей.

Мы сражались за эту землю, мы умирали за нее, мы берегли ее. Мы гостеприимно распахивали двери и давали приют другим народам, вливавшимся в наше братство. Степняки и горцы, лесовики и поморы. Скуластые и курносые, темноволосые и русые, высокие и приземистые, кареглазые, зеленоглазые, голубоглазые, черноглазые... Мы братья по крови и по духу, и никому не дано разделить нас, препарируя генный код, выделяя в цепочках вторичные признаки.

Эски-Кермен. Внутренние помещения. Вдоль стен — лавки и лежанки, вырубленные с скале. Круглое углубление посередине — место для очага. В дальнем углу — лаз в нижнее помещение, где хранили зерно

Весь Крым прозрачен, удобен для туризма. К нему удобный под­ход с моря, можно приехать по суше с любой стороны. Это отлич­ные условия для развития туристических маршрутов. Сухопутное путешествие — это и жилье отдельное, и питание отдельное, транс­порт и дороги — все отдельное. А в морских путешествиях — все в одном месте: погрузил, доставил, люди смотрят, живут, едят, пьют, наслаждаются, обсуждают. Поэтому здесь все более перспективно.

Эски-Кермен — один из лидеров по съемкам художественных фильмов. Тут «Детство Бэмби» снимали, «Подземелье ведьм», доб­рый десяток иных фильмов.

Издано много неплохих книг, например интересная моногра­фия Юрия Мироновича Горычева «Пещерная церковь Таврики». Там все хорошо разобрано, систематизировано, выстроена хро­нология. В Горном Крыму много подобных объектов, даже ближе к Севастополю есть пещерный монастырь в Инкермане. Внешне он напоминает Эски-Кермен, устроен по тому же принципу, но по сути — это другой памятник. Эски-Кермен — город, большой укрепленный населенный пункт, с большим количеством домов. А Инкерман — монастырь. У них совершенно разные функции.

За разговорами мы как-то незаметно успели спуститься с кру­тизны, найти наших водителей, загрузиться в машины. И только здесь, расслабившись, почувствовали усталость.

Выезжая из долины, водители очень удачно притормозили у чистейшего родничка. Голубоватого оттенка вода, отфильтро­ванная известковыми горными породами, холодна настолько, что зубы ломит. Умылись — словно живой воды испили.

Спасибо тебе, горная страна!

6.7.3.