Древняя Греция

Определение термина. Хронологические рамки периода античности. Ла­тинское слово antiqusв переводе означает «древний». Термин «античность» применяется относительно только лишь к истории и культуре древних греков и римлян.

По своим сущностным критериям античность настолько отличается от исто­рии Древнего Востока, что её принято изучать отдельно.

Первые государства на территории древней Греции возникли ещё в III тыс. до н. э. Минойская цивилизация на острове Крит по социально-экономическим критериям мало чем отличалась от типично древневосточных государств и шла по тому же пути развития, который должен был закончиться полным бесправием народа, деспотией и замедленным развитием. Однако это общество окончатель­но было уничтожено ахейцами в XVI в. до н. э. В силу многих причин, с XI в. до н. э. история Эллады пошла своим особым путём, который и привёл её к уникаль­ному полисному устройству. Оно сложилось только у двух народов - эллинов и римлян - и ничего подобного не существовало больше нигде в древнем мире.

Традиционно считается, что античная история Греции начинается с XI в. до н. э., но необходимо отметить ещё три принципиально важные даты в рамках единой античной цивилизации: это 753 г. до н. э. - дата основания Рима.; 509 г. до н. э. - начало пути Рима в сторону античной демократии после изгнания царей

и свержения царской власти. Следующая важная дата - 146 г. до н. э., когда Гре­ция была окончательно покорена Римом, и началось слияние двух цивилизаций в единое целое. Период античности условно завершился в 476 г. н. э. падением Западной Римской Империи и началом средневековья. Отсюда и идёт объеди­няющее название «греко-римская античная цивилизация». Иногда её называют «античная средиземноморская цивилизация», поскольку она охватывала весь бассейн Средиземного моря и впитала в себя культурные достижения не только греков и римлян, но и многих других народов.

Но при этом не следует забывать, что долгое время Греция и Рим развивались обособленно, хотя и по похожему общему пути.

Античная Эллада. Полис, как основа античной демократии. Древнегрече­ское слово «poleis» имеет три значения: буквальный перевод - «город»; по фор­ме: город-государство; по сути: самоуправляющийся коллектив граждан. Тре­тье определение и есть самое главное, т. к. полис - это гражданский коллектив. Именно так понимали полис и сами эллины. Когда Фукидид писал, что «весь по­лис хотел..», то под этим словом подразумевался весь гражданский коллектив - и никак иначе. Афинский стратег Никий чётко сформулировал, что «полис - это, прежде всего, люди, а не стены города и не корабли».

Все особенности уникального античного пути в истории главной причиной имеют полис. Это была подлинная демократия - «народоправство», хотя - только для граждан.

Предпосылки появления полиса. После уничтожения Микенской цивилиза­ции (конец XII в. до н. э.) негативные последствия были колоссальными, а Греция оказалась отброшенной на много веков назад. Погибли города, дворцы, исчезла письменность, деградировало ремесло, и почти угасла торговля. Везде утвердил­ся родовой строй, находящийся уже на стадии своего разложения. Однако тогда же проявились и позитивные последствия гибели цивилизации, основанной на комплексе дворцового хозяйства и эксплуатации всего народа. Открылась сама возможность иного пути развития. И уже с XI в. до н. э. проявилось действие предпосылок, сделавших в будущем возможным появление полисного строя.

Дальнейшее развитие частной собственности и закрепление земли в поль­зование отдельных семей. Во время переселений и завоеваний обогатилась пре­жде всего племенная верхушка, что способствовало как усилению её власти, так и дальнейшему развитию частной собственности, разрушавшей родовую общи­ну. Земля как основное средство производства при этом оставалась в собствен­ности рода. Каждый сородич получал участок земли для прокормления своей семьи - отмирал принцип коллективной работы и коллективного же распределе­ния полученных продуктов труда.

Дольше всего пережитки родового строя продержались в собственности на землю. Исходя из принципа родового равенства, каждую весну участки земли делили по жребию, который назывался «клер». Название перешло и на сами участки земли, полученные по жеребьёвке. Аристократы за особые заслуги пе­ред общиной в управлении и военном деле получали вне жребия специально для них выделяемые участки - «темены». Темен отличался от клера тем, что был

в несколько раз больше и находился на самых лучших землях. Но его, как и клер, нельзя было передавать по наследству.

Поэтому аристократы провели через Народные Собрания закон, по которо­му жеребьёвка земли каждый год отменялась, а уже полученные участки земли закреплялись в пользовании каждой отдельной семьи с правом передачи их по наследству. Эта, на первый взгляд, казалось бы, нехитрая «техническая деталь», на самом деле имела очень важные последствия: она предопределила абсолютное экономическое господство верхушки общества.

Рядовые общинники, разделяя свой клер на двух-трёх сыновей, оставляли им такие небольшие участки, с которых просто невозможно было прокормить семью. Большие темены вождей и старейшин даже при разделе обеспечивали богатство их сыновей. Кроме того, при обнищании подавляющего большинства населения росла его экономическая зависимость от богатых, которые за долги отбирали клеры обедневших сородичей. Происходила, с одной стороны, концен­трации земли в руках аристократов, с другой - обезземеливание или «малоземе­лье» общинников. Появилось и долговое рабство.

Период «Тёмных веков» (XI-IX вв. до н. э.) завершился засильем аристокра­тов во всех сферах жизни. В политической - они управляли родом и племенем при чисто формальной роли Народных Собраний. В экономической сфере - только они были богатыми: для той эпохи «знатный» и «богатый» были синони­мами, кроме них никто другой не мог спасти крестьянина от голодной смерти, дав ему в долг несколько мешков зерна.

Возникла реальная перспектива возвращения Эллады на древневосточный путь развития, ведущий к установлению деспотии. Однако, в конце того же пери­ода Тёмных веков и в самом начале периода Архаики (VIII-VI вв. до н. э.) произо­шло ещё одно важное событие, которое и стало второй предпосылкой появления полиса.

Изгнание царей и свержение царской власти. Цари-басилевсы, управляв­шие племенами, считались первыми среди равных и вынуждены были считаться с растущей мощью аристократов. Неизбежные трения между царской властью, пытающейся усилиться, и амбициями всех остальных вельмож, не желавших уже никому подчиняться, привели к отмене царской власти как таковой.

Всесильная аристократия изгнала царей практически повсеместно в Греции. Уникальность явления заключается в том, что формой власти стали аристокра­тические республики - протополисы при отмене самого принципа монархии. Власть знати усилилась ещё больше. Но это стало ещё одним важным шагом в сторону будущей полисной демократии, поскольку аристократы после изгна­ния царей правили коллегиально. И с этого времени в общественном сознании эллинов чётко утвердилась мысль: любое единоличное правление дефективно по

самой своей сути, ибо при нём всё зависит от личных качеств правителя. Един­ственно разумное и справедливое правление может быть только коллегиальным.

И когда к концу периода Архаики свергли власть уже аристократов, един­ственной формой правления, к которой мог прийти победивший народ, стала демократия как коллегиальная власть граждан полиса.

Возрождение экономики и появление городов-протополисов. Развитие экономики уже в начале периода Архаики (VIII-VI вв. до н. э.) привело к возро­ждению городов. Они стали не только экономическими, но и оборонительными, управленческими, религиозными и культурными центрами округи. К тому же в ус­ловиях малоземелья они, особенно приморские города, играли чрезвычайно важ­ную роль для элементарного выживания бедноты - позволяя ей помимо земледе­лия заниматься и рыболовством, мореплаванием, ремеслом и, поначалу - мелкой торговлей.

Население протополиса - города-государства, предшествующего полису, - как аристократы, так и демос (народ) имели общие интересы: оборона и рас­ширение границ; удержание в повиновении растущего количества чужаков-пе­реселенцев из других мест, которые тоже претендовали на пользование родовой землёй, и контроль над рабами. Но вскоре выяснилось, что между аристократами и демосом противоречий больше, чем совместных целей. Притом эти противоре­чия были такого свойства, что затрагивали жизненно важные интересы подавля­ющего большинства населения.

Основным источником богатства была земля, пахотные и пастбищные участ­ки для разведения скота. А вся земля была в руках аристократов. Раньше обеднев­шие общинники попадали в долговое рабство, или вынуждены были арендовать землю на кабальных условиях, или шли в батраки. Теперь же появилась возмож­ность использовать другие способы не только для выживания, но и накопления богатств: рыболовство, мореходство, ремесло, торговля. Аристократы, заправ­лявшие в протополисе, сразу поняли, что с утратой экономического господства они потеряют и политическую власть. Поэтому они не только не способствовали развитию города и городской экономики, но, напротив, всячески препятствова­ли этому. Таким образом, сословие аристократов стало реальным тормозом все­му дальнейшему развитию Эллады. Оно оставалось сильным, влиятельным, но против них выступало не менее 90 % населения, поэтому они неизбежно должны были потерпеть поражение.

Четвёртая предпосылка - народ добился принятия письменных законов. Суд на основе устного обычного права был в руках аристократов, что привело к пол­ному юридическому бесправию рядовых общинников. Фактически отсутствова­ла правовая защита имущества, здоровья, чести и достоинства, свободы, даже жизни «простого человека». Поэтому народ требовал создания письменного за­конодательства, вводящего в жизнь основной принцип демократии - равенство всех пред законом. Аристократы вынуждены были уступить давлению демоса, и тем самым они потеряли юридическую власть.

Пятая предпосылка - экономический прогресс и обострение социальной борьбы. Начало периода Архаики ознаменовалось рядом важных технических открытий, изобретений и новшеств, ускоривших производительность труда и увеличивших как количество, так и качество произведённых продуктов труда. Однако другим последствием прогресса стало углубление социально-экономиче­ской дифференциации древнегреческого общества. Поэтому социальные проти­воречия обострились до предела, выливаясь в демократическое движение про­тив аристократов.

Шестая предпосылка - «железная революция», т. е. широкое внедрение желе­за в экономику и военное дело. Только в начале периода Архаики в Элладе повсе­местно стало широко применяться железо, окончательно вытеснив более доро­гую, но менее прочную бронзу.

Отдельно следует отметить огромную роль «Железной революции» в эконо­мике. Удешевление производства и обработки железа дало заметный толчок раз­витию экономики. Учитывая тяжёлые каменистые почвы Балканской Греции, ка­чественную вспашку мог обеспечить только плуг с железным лемехом. Это сразу же привело к улучшению обработки почвы и резкому повышению урожайности. На этом фоне в Элладе произошёл «демографический взрыв» - быстрый рост на­селения. В свою очередь он обострил до предела земельный вопрос и поставил на повестку дня проблему перераспределения земель, фактически оккупированных аристократами.

Произошло и важнейшее изменение в военном деле. Полный комплект обо­ронительного и наступательного оружия из железа стоил намного дешевле, чем в предыдущую эпоху оружие из бронзы. Несмотря на активное противодействие аристократии, в Элладе уже сложился так называемый «средний класс»: зажи­точные земледельцы, торгово-ремесленная верхушка, владельцы торговых ко­раблей и складских помещений, способные купить железное оружие. Поэтому теперь именно вышеуказанные слои стали основой военной силы протополиса, формируя строй гоплитов - тяжеловооружённых пехотинцев. В древности то место, которое человек занимал в военном строю и его значимость на войне во многом определяли его место в социальной структуре полиса. Теперь социальная значимость средних слоёв населения неизмеримо возросла, и они ещё активнее стали добиваться защиты своих прав и места в управлении городом.

Таким образом, аристократы последовательно утратили своё экономиче­ское исключительное господство, затем - контроль над судом, военное значение. В итоге они неизбежно должны были потерять и политическую власть.

Победа демоса. Период архаики имеет особую важность в истории Эллады, поскольку именно в нём началось формирование классического полиса. Демос выдвинул три требования, по которым и развернулась борьба: доступ к поли­тической власти, передел земли, отмена долгов и долгового рабства. Ни одно из этих требований не имело экстремистского или «экспроприаторского» характе­ра. Городская верхушка, состоящая из успешных торговцев, умелых ремесленни­ков и рачительных сельских хозяев знала, что нужно для развития города и как этого можно добиться. Демос не имел целью полное отстранение аристократов от власти или, тем более, её физическое уничтожение. Он хотел лишь участво­вать в управлении, однако неуступчивость аристократов придала борьбе более ожесточённый характер.

Не было радикальным и требование справедливого передела земли. Земля всё ещё считалась собственностью всего рода, многие сородичи утратили свои участки из-за долгов и не могли прокормить свои семьи, в то время, как аристо­краты купались в роскоши. Тем самым нарушался принцип родовой справедли­вости. Демос не требовал отобрать всю землю, лишь перераспределить её часть в пользу безземельных сородичей.

Наиболее острым являлся вопрос долгов и долгового рабства. Учитывая огромные проценты по долгу, к которым ещё прирастали и проценты на процен­ты - значительная часть самих долгов давно уже была выплачена кредиторам. Однако неизменно оказывалось, что сумма долга не уменьшается, а порой и уве­личивается. Если, например, бедняк взял в долг у аристократа 10 мешков зерна, и каждый год выплачивал ему по пять мешков, то через несколько лет, отдав 30 мешков, он оказывался должен выплатить ещё столько же. Фактически, сам долг с процентами давно уже был погашен, но человек оставался в должниках. И ча­сто это заканчивалось долговым рабством. Поэтому требование отмены долгов и долгового рабства тоже не имело никакого экстремистского оттенка.

Объективно в Элладе сложились все объективные предпосылки для резко­го изменения всей политической и экономической структуры общества. Ари­стократы уже не могли управлять по-старому, а демос категорически не желал жить по-старому. Добавился и важный субъективный фактор - появились силы, способные возглавить демократическое движение, придать ему организован­ный и целенаправленный характер. Речь идёт о городской верхушке. В сложных экономических условиях часть простолюдинов смогла достичь уровня средней зажиточности, благодаря своему трудолюбию, энергичности, бережливости и разумности. Они и стали основой будущего «среднего класса», кровно заинтере­сованного в демократии. Средний класс - наиболее последовательный сторонник демократии, поскольку для самого своего существования он нуждается в огра­ничении монопольной власти олигархов в политике и экономике, законности, честной конкуренции. С другой стороны, ему не нужны социальные потрясения и бунты, которые привлекают лишь наиболее обездоленную часть социума, ко­торой нечего терять. Поэтому городская верхушка выступала за политические мирные формы борьбы, избегая открытых конфликтов и кровопролития. Важ­нейшей позитивной чертой победы демократического движения в Элладе сле­дует считать преимущественно мирный характер установлениях новых обще­ственно-политических отношений. В отдельных городах, в основном в глубине полуострова, а не на побережье, происходили вооружённые столкновения, что было редкостью. Опираясь на Народное Собрание и выражая интересы и волю подавляющего большинства населения протополиса, лидеры движения шаг за шагом отвоёвывали уступки у аристократии.

Добавился и важный чисто психологический фактор: представителей этой новой политической силы с подачи англоязычных антиковедов в историографии принято называть «селфмейдмены», (англ. self made mans- «люди, которые сде­лали себя сами»). Поднявшиеся из низов общества только благодаря своим соб­ственным усилиям и способностям, они обладали обострённым чувством соб­ственного достоинства и самоуважения. Им было особенно тяжело терпеть над собой власть аристократов, чьё господство основывалось всего лишь на «праве рождения».

Новая городская верхушка, однако, ещё не обладала большим политическим опытом, поэтому произошла ещё одна довольно уникальная ситуация - часть аристократов примкнула к демократическому движению, и даже смогла возгла­вить его. Некоторые аристократы не смогли приспособиться к динамичным из­менениям в экономике, и разорялись. Они вынуждены были заняться ремеслом или торговлей. По образу жизни и экономическим интересам они смыкались с городской верхушкой, но превосходили её политическим опытом, образованием, умением красиво и убедительно говорить. В результате им удалось оттеснить от руководства движением выходцев из демоса. Тогда и родилось слово «демагог» - в буквальном переводе «тот, кто ведёт народ». Слово это не имело изначально ни­какого негативного оттенка, однако демагоги говорили так много и так красиво, обещали народу так много всего, в том числе и заведомо невыполнимого, что со временем оно приобрело отрицательное значение, в каком и вошло почти во все языки мира.

Примкнули к демократическому движению не только разорившиеся аристо­краты, но и часть наиболее дальновидных и предусмотрительных. Поднаторев­шие в политической борьбе, они прекрасно понимали один из её краеугольных принципов: если процесс нельзя остановить, его нужно возглавить! В конечном счёте, после отстранения аристократии от власти во главе победившего народа почти везде оказались отдельные яркие личности - аристократы по происхожде­нию. Так начался недолгий период Старшей Тирании VII-VI вв. до н. э., когда власть в протополисе оказалась в руках одного человека - тирана. Для Эллады сама такая власть была необычна и непривычна. Для неё даже не нашлось под­ходящего слова в древнегреческом языке, ибо «басилевс» явно не годился для обозначения такой власти. Эллины вынуждены были специально для неё поза­имствовать из восточных языков слово «тюраннос» - «правитель». И это слово тоже долго не имело никакого негативного подтекста, обозначая всего лишь еди­ноличную власть одного человека. Дорвавшиеся до власти честолюбивые тира­ны, однако, вскоре своим поведением наполнили это слово резко отрицательным значением.

Они стремились удержаться у власти, и пытались подавить любые попытки эту власть у них отнять. Однако объективно период Старшей Тирании (конец VII в. до н. э. - начало VI в. до н. э.) имеет прогрессивное значение. Тираны вы­нуждены были прислушиваться к пожеланиям народа, и они многое сделали для будущего торжества демократии. Они окончательно уничтожили остатки поли­тического и экономического могущества аристократии, изгнали и даже казнили наиболее одиозных аристократов, иногда конфисковали их земли и распределяли их в пользу безземельных сограждан. Тем самым они способствовали упрочению позиций средних слоёв, которые, в конечном счёте, и свергли власть тиранов, которые не имели социальной опоры в протополисах, поэтому отстранение их от власти прошло безболезненно.

Эта тирания была неизбежным и необходимым этапом становления демокра­тии. Более того, сейчас многие социологи считают, что без промежуточного пе­риода жёсткой диктатуры невозможен переход к подлинной демократии. Почти полтора века тирания искореняла не только аристократическое правление, но и соответствующий ему образ жизни и мышление, приучая народ к равенству пе­ред законами и равным возможностям в экономической сфере.

Становление классического полиса. Только в самом конце периода Архаики и появился настоящий полис как коллектив самоуправляющихся граждан после свержения Старшей Тирании. Окончательно он сложился уже в классический пе­риод (V - первая половина IV вв. до н. э.) истории Эллады.

После изгнания тиранов везде утвердилась республика. Однако природно-эко­номические и социальные условия в каждом отдельном полисе сильно повлияли на то, какой характер она имела. В тех полисах, где экономическое расслоение на­селения оставалось заметным, утвердилась власть олигархов. Олигархия - власть немногих, основанная на богатстве, клановом влиянии или корпоративных инте­ресах верхушки общества. Используя свои экономические возможности, богатые граждане потеснили в городском управлении малоимущие слои населения. Как правило, чаще всего это происходило в полисах, отдалённых от моря и менее раз­витых в экономическом отношении, и где земля продолжала оставаться одним из важнейших источников богатства.

В большинстве более развитых приморских полисах, где имущественное рас­слоение не было таким заметным, а ремесло, рыболовство, мореплавание, тор­говля, особенно дальняя морская торговля, давали дополнительные источники обогащения, менее связанные с землевладением, победила демократия. Упро­щённо можно сказать, что олигархия победила в тех городах, где основу эконо­мики составляло земледелие, а демократия - преимущественно в приморских го­родах, где, кроме землевладения, имелись другие возможности для обогащения.

Соответственно, демократические полисы создавали условия для экономи­ческого процветания всего гражданского коллектива, и там следовали принци­пу «Зажиточные граждане - богатое государство». В олигархических полисах целенаправленно проводилась политика удержания в бедности основной массы населения, чтобы оно не обрело экономической независимости и не смогло пре­тендовать на политическую власть. Это наглядно подтверждает тезис, что только экономически независимый человек может быть свободен политически. Главное различие между демократическими и олигархическими полисами: большая или меньшая роль народа в управлении полисом. Даже в олигархических полисах полностью оттеснить народ от управления не удалось, и роль Народных Собра­ний оставалась заметной.

Другое важное последствие появления двух типов полиса - это их взаимная политическая непримиримость, что и привело к стремлению сильнейших полисов насадить по всей Элладе именно свой - олигархический или демократический - принцип государственного устройства. Итогом стали военные столкновения и, в конечном счёте, Пелопоннесская война, закончившаяся кризисом полиса как основы существования Эллады и утратой политической независимости эллина­ми, подпавшими под власть Македонии.

Специфика полисного устройства. Несмотря на существенную разницу между олигархическим и демократическим типом полисного устройства, имелись многие общие черты: официально носителем власти считался коллектив граждан, а главным органом управления - Народное Собрание; прямая демократия - когда каждый гражданин непосредственно участвовал в управлении полисом; единство города и сельскохозяйственной округи («хора»), что правовое и политическое равенство возможностей и обязанностей горожан и жителей сельской округи.

Сельские жители не отчуждались от политической активности ещё и потому, что полис часто был очень небольшим государством: его общая площадь обычно не превышала 100-200 кв. км., а нередко - и того меньше. Вот некоторые цифры, ил­люстрирующие это положение. На территории Фокиды (1615 кв. км) размещалось 22 самостоятельных полиса, что даёт по 70-75 кв. км. на каждый из них. Остров Крит (общая площадь - 8 600 кв. км.) делили между собой более 50 полисов, зани­мающих в среднем по 150-155 кв. км. каждый.

Кроме того, общими чертами полисного устройства являлась также ежегод­ная перевыборность и сменяемость всех властей. Во многих полисах существо­вал запрет занимать два раза подряд одну и ту же должность и устанавливался обязательный временной перерыва вообще в занятии должностей одной и той же личностью. Отметим также, что все государственные должности являлись только коллегиальными и должны быть заняты несколькими гражданами одно­временно.

Ещё одной общей чертой выступала полная подотчётность и подконтроль­ность власти народу. В Народном Собрании любой гражданин мог потребовать отчёта у любого должностного лица о том, как оно заботится об интересах граж­дан. После отчёта любой гражданин мог потребовать поставить на голосование вопрос о немедленном отстранении человека от власти, если он ненадлежащим образом выполнял свои обязанности. И если большинство присутствовавших голосовало «за» это предложение, любой начальник мгновенно терял свою долж­ность. Вся законодательная власть принадлежала народу. Любой законопроект мог стать законом только после того, как за него проголосовали в Народном Со­брании. Это гарантировало от появления антинародных по своей сути законов.

Наконец, экономической основой полиса становилась античная форма собственности на землю, когда только гражданин имел право быть собствен­ником земли на территории полиса. Все остальные могли только арендовать её у граждан. Во многих полисах такое положение вещей было закреплено законом, и статус гражданина прямо зависел от наличия у человека земельной собствен­ности. Так, в беотийском государстве человек, о котором было известно, что он свыше четырёх лет зарабатывает на жизнь каким-либо ремеслом по причине отсутствия земли, по закону лишался гражданских прав. Итак, важнейшая от­личительная особенность нормального греческого города, воспринимаемая как нечто парадоксальное, заключалось в том, что основную массу его населения, его структурное ядро составляли люди, тесно связанные с землёй и живущие преи­мущественно за счёт доходов от сельского хозяйства. Наиболее состоятельные из этих людей, имевшие много земли и достаточное количество рабов для её обработки, большую часть года проводили в городе. Занимаясь государствен­ными делами, иногда торговлей, ростовщичеством или каким-то другим делом, приносящим быстрый доход, или же просто извлекая удовольствие из общения с другими такими же почтенными гражданами на дружеских попойках, агоре, в театре и других местах, где обычно скапливалось много народа. Но у них были и загородные усадьбы, куда они время от времени выезжали, чтобы понаблюдать за работой своих рабов и подёнщиков, и отдохнуть от утомительной городской жизни в тиши на лоне природы.

Полис - замкнутая на себя политическая организация. Только граждане имели все политические и экономические права, защищённые законом. Статус гражданина давал колоссальные преимущества, поэтому гражданство даровали крайне скупо и крайне редко. Гражданство от рождения имел человек, родив­шийся от брака между гражданином и гражданкой данного полиса. Если отец был неизвестен, ребёнок, родившийся вне брака, наследовал гражданский ста­тус своей матери. Браки между гражданами разных полисов лишали их детей гражданства в любом из этих двух полисов. Правда, позже появились «брачные договоры» между союзными и дружественными полисами, при наличии таких договоров ребёнок становился гражданином полиса своего отца. Переселенцы из других полисов - метеки («рядом живущие», сам термин подчёркивал их пол­ное бесправие) не имели никаких политических прав, были ограничены в правах экономических и должны были платить большие налоги. Рабы не имели никаких прав вообще.

Главными признаками классического античного рабства можно считать сле­дующие характеристики: значительная доля рабов, составляющих от 20 до 50 % от всего населения полиса, поэтому труд рабов играл очень важную роль в эко­номике; рабами могли стать только иноземцы. Законом запрещалось обращать в рабство гражданина полиса даже за долги. Рабы в древнегреческом обществе представляли единственный эксплуатируемый класс, стоили они относительно недорого.

Специфика гражданского статуса женщин заключалась в том, что они не име­ли никаких политических и даже экономических прав в полисе. Собственником всего имущества долго мог быть только мужчина. Гражданство женщины было важно, пожалуй, лишь для того, чтобы её дети могли обрести статус граждан по­лиса. Условием статуса гражданина являлось происхождение от супругов - граж­дан полиса, состоящих в законном браке.

Античная греческая демократия имела ограниченный и классовый характер. Всеми её благами могли пользоваться лишь мужчины-граждане, которые состав­ляли, в среднем, не более 20 % всего населения полиса.

Греческий полис на эллинистическом Востоке. После распада державы Александра Македонского (323 г. до н. э.) возникли эллинистические царства на территории Ближнего Востока. Греко-македоняне оказались в меньшинстве среди массы окружавших их местных народов. Поэтому они крайне нуждались в притоке переселенцев и колонистов из Эллады. Чтобы сделать процесс пересе­ления более привлекательным для эллинов, цари основывали новые города, давая им статус полисов. Иногда, в крайне редких случаях, такой статус присваивался даже местным городам после поселения в них большого количества эллинов.

Эллинистический полис не являлся самостоятельным независимым государ­ством, что, собственно, и является сутью любого полиса. Он всецело зависел от царской власти, но имел местное самоуправление, и некоторое количество льгот и привилегий, количество и качество которых зависело лишь от воли монарха, даровавшего их.