7.2.1. Перспективы геополитической динамики

Конец ХХ — начало ХХI вв. — переломный период в геопо­литической динамике цивилизаций и развитии модели миро­устройства. Завершается 500-летний геополитический цикл четвертого поколения локальных цивилизаций, характеризо­вавшийся гегемонией Запада, колониальными и мировыми войнами, гонкой вооружений, поставившей мир на грань са­моуничтожения.

В последние два десятилетия произошло два крутых пе­релома в траектории динамики глобальной геополитической архитектуры и мироустройства.

Первый перелом произошел в конце 1980-х — начале 1990-х гг. Послевоенная биполярная модель мироустройства, заложенная правительствами трех держав антигитлеровской коалиции в Ялте и Потсдаме и обеспечивавшая сравнительно мирное развитие, несмотря на напряжение и разгоравшую-

ся «холодную войну» (которая имела шансы перерасти в ядер­ную), локальные военные конфликты с прямым или косвенным участием двух сверхдержав, сумела продержаться почти пол­века. Ее скелетом был биполярный мир, доминирование двух сверхдержав. Это была своеобразная система геополитическо­го равновесия, которая существовала на основе сдержек и про­тивовесов, страха взаимного уничтожения в огне термоядер­ной войны, последствия которой превышали все мыслимое человеческим разумом и воображением. На рубеже 1990-х гг. одна из башен биполярного мироустройства рухнула — не по­тому что СССР потерпел поражение в «холодной войне» (это миф), а потому что в результате прекращения «холодной вой­ны» растворился образ врага, железным обручем стягивавший различные страны и отодвигавший на задний план противо­речия между ними.

Эти противоречия и недальновидные действия политиков, не сумевших адаптироваться к новому миру, привели к рас­паду мировой системы социализма, великой сверхдержавы, полутысячелетней евразийской цивилизации и Советского Союза — одной из опорных башен биполярного мироустройс­тва.

С таким трудом поддерживаемое архитектурное сооруже­ние биполярного мироустройства, основанное на противо­борстве двух сверхдержав и гарантии взаимного уничтожения в случае их термоядерного столкновения, рухнуло. В этом ха­осе перемен вырисовывались три варианта мироустройства XXI в. нового долгосрочного геополитического цикла:

• однополярный мир при глобальном доминировании и диктате оставшейся сверхдержавы — США; формиро­вание на месте мировых империй нового геополитичес­кого института — глобальной империи;

• возврат к биполярному миру, в котором место СССР за­няла бы другая сверхдержава; в перспективе наиболее вероятный кандидат — Китай, быстро набирающий эко­номическую, геополитическую и военную мощь, но при­нцип мироустройства остался бы прежним: противосто­яние и противоборство двух полюсов и равновесие из-за угрозы взаимного уничтожения;

• формирование принципиально новой модели мироус­тройства, адекватной приходящей на смену индустри­альному обществу гуманистически-ноосферной постин­дустриальной цивилизации — модели многополярного мира, фундамент которого — стратегическое партнерс­тво локальных цивилизаций пятого поколения в ответ на вызовы и угрозы XXI в.

Исследование истории цивилизаций показывает, что одно­полярного мироустройства никогда не было в прошлом и не мо­жет быть в будущем. С начала возникновения локальных ци­вилизаций более пяти тысячелетий назад всегда сохранялось разнообразие цивилизаций и многополярность мира, хотя с каждым новым поколением цивилизации, их состав и лидеры менялись. Полтора десятилетия попыток сформировать одно­полярный мир при гегемонии США, безусловно, провалились, и это сейчас общепризнано.

В этих условиях все более очевидной становится необходи­мость, можно сказать, неизбежность многополярного мироуст­ройства на основе партнерства цивилизаций.

Вырисовываются два сценария геополитической динами­ки в первой половине ХХI в.

Оптимистический характер имеет инновационно-про­рывной сценарий. Его суть состоит в том, что государственные и политические деятели, внемля голосу интеллектуалов, деяте­лей науки, культуры, религий, осознают смертельную опасность противостояния, конфликтов и столкновений цивилизаций в разобщенном мире и объединят свои усилия для формиро­вания многополярного мироустройства, основанного на парт­нерстве цивилизаций. Глобальные кризисы начала ХХГ в. ста­ли импульсом для формирования этой тенденции, что прояви­лось в деятельности мировых лидеров на саммитах «Группы 8», «Группы 20», на сессиях Генеральной Ассамблеи ООН.

Однако нужно понимать, что такой перелом сложившейся траектории геополитической динамики будет нелегким и дли­тельным, потребует преодоления силы инерции, сопротивле­ния заинтересованных в обострении ситуации милитарист­ских сил, военно-промышленного комплекса, пожинающих плоды ненависти и вражды агрессивных деятелей разных ци­вилизаций, политических сил и конфессий.

Какие шаги потребуются для реализации инновационно­прорывного сценария геополитической динамики?

Во-первых, на основе развития теории геополитической динамики и взаимодействия цивилизаций и долгосрочно­го прогноза цикличной динамики цивилизаций потребуется разработать и всесторонне обсудить в научном сообществе и мировым гражданском обществе и одобрить на уровне ООН и ЮНЕСКО, а затем на Всемирном саммите по устойчивому развитию РИО-20 в 2012 г. Концепцию стратегического парт­нерства цивилизаций.

Концепция должна охватить все основные сферы взаи­модействия и партнерства цивилизаций (геополитическую, энергоэкологическую, инновационно-технологическую, фи­нансово-экономическую, демографическую, социокультур­ную) и предусматривать формирование институтов и меха­низмов стратегического партнерства, своего рода «дорожную карту» его формирования и развития, вероятно, на период до 2050 г.

Во-вторых, реализация указанной стратегии потребует разработки и последовательного осуществления системы гло­бальных и национальных программ на всех направлениях пар­тнерства. Эти программы и проекты могут быть рассчитаны на 15-20 лет и в конечном счете обеспечивать удовлетвори­тельное решение узловых глобальных проблем в приемлемые сроки на основе объединения усилий государств и цивилиза­ций, преодоления кластера глобальных кризисов и сближения уровней технологического и социально-экономического раз­вития стран и цивилизаций, преодоления острых диспропор­ций.

В-третьих, должны быть выработаны институты парт­нерства цивилизаций. Вряд ли есть смысл строить их заново

вместо ООН и сложившейся в послевоенный период системы международных организаций.

Более надежный и эффективный (хотя и нелегкий) путь — глубокая трансформация сложившейся системы взаимо­действия государств и цивилизаций и прежде всего ООН с ее сетью организаций. Магистральная идея такой трансформа­ции — путь к созданию (примерно к середине века, а может быть, и раньше) Всемирной конфедерации государств и циви­лизаций. Примером может служить объединение государств западноевропейской, а теперь и восточноевропейской циви­лизации в Европейский Союз. Это эксперимент отработки механизма партнерства и формирования межгосударствен­ного и надгосударственного партнерского объединения — с передачей ему части суверенных функций, с созданием ор­ганов законодательной, исполнительной и судебной власти, с общей финансово-денежной системой, центральным бан­ком, снятием пограничных ограничений, но с сохранением части суверенных прав за входящими в ее состав государс­твами.

Другой институт глобального партнерства — формиро­вание глобального права, выходящего за рамки столетиями действующих норм международного публичного и междуна­родного частного права и строящегося на их фундаменте, но применительно к условиям интегрирующегося глобального мегаобщества.

Основы глобального публичного права, регулирующе­го область геополитических отношений, записаны в Уставе ООН, Всеобщей декларации прав человека и ряде других до­кументов ООН.

Нельзя исключать и иной, пессимистический, инерцион­ный сценарий геополитической динамики, если останутся в силе ныне преобладающие тенденции международных отно­шений и противоречий. В таком случае состояние неустойчи­вого равновесия, хаоса и локальных конфликтов цивилизаций и государств в тех или иных формах сохранится на десятиле­тия. Обострятся межцивилизационные противоречия в борь­бе за источники энергии и сырья (крупный узел таких проти­воречий — резервы Арктики, а затем Антарктиды). Возрастет разрыв в уровне технологического и экономического развития между авангардными и отстающими цивилизациями и страна­ми. Мир все равно будет многополярным, но основанным не на диалоге и партнерстве цивилизаций (модель многополярного мироустройства может быть разной), а на противоборстве цен­тров геополитической силы. Завершится распад евразийской цивилизации и начнется ее раздел на сферы экономического и политического влияния между соседними более могущес­твенными цивилизациями. Африканская цивилизация все больше будет уподобляться «пороховой бочке» глобальной ци­вилизации. Положение России будет сведено к уровню регио­нальной державы.

Однако и инерционный сценарий не означает, что чело­вечество до середины или конца XXI в. останется в состоянии хаоса уходящей с исторической сцены индустриальной циви­лизации. Переход к постиндустриальному обществу и интег­ральному многополярному мироустройству, основанному на партнерстве цивилизаций, все равно совершится, но в более позднее время и с гораздо более высокими издержками, поте­рями, более высокой ценой, не исключая глобальной катастро­фы в той или иной форме.

Историческая миссия ученых, политиков, негосударствен­ных деятелей, всего глобального гражданского общества — сделать все возможное, чтобы избежать инерционного сцена­рия, приблизить и, возможно, более полно реализовать инно­вационно-прорывной сценарий геополитической динамики цивилизаций.