3.2.2. Г рядущая энергоэкологическая революция
Предпосылки для преодоления энергоэкологического кризиса создаются на основе кластера эпохальных и базисных инноваций, составляющих содержание очередной глобальной технологической и неразрывно связанной с ней энергоэкологической революции, которая завершится становлением ноосферного энергоэкологического способа производства и потребления, энергосберегающего образа жизни в масштабах глобальной цивилизации.
Предпосылки энергоэкологической революции созревают в период энергоэкологического кризиса, в первые два десятилетия XXI в., одновременно с предпосылками глобальной технологической революции, зарождения и становления шестого технологического уклада (первого этапа постиндустриального технологического способа производства, гуманистичес- ки-ноосферной постиндустриальной мировой цивилизации). Каковы эти предпосылки?
1. Создание научной базы грядущего переворота. В новой научной парадигме, которая идет на смену индустриальной парадигме, среди ведущих направлений научного знания и научного поиска — вопросы экологии, проблемы формирования ноосферы и альтернативной энергетики, экологически чистого транспорта.
Отвечая на новые вызовы XXI в., ученые концентрируют внимание на проблемах:
• обеспечения рациональной коэволюции природы и общества;
• формирования альтернативных источников энергии шестого технологического уклада — солнечной энергии, водорода и топливных элементов, этанола и других видов биотоплива;
• создания автономных установок на альтернативных энергоисточниках;
• разработки экологически чистых видов транспорта;
• развития безотходных технологий;
• предвидения природных катастроф и неблагоприятных изменений климата с использованием глобальных данных, экомониторинга и т.д.
2. Центр тяжести инноваций и инвестиций перемещается в энергосектор. Для удовлетворения растущих потребностей мирового сообщества в энергии при сокращении темпов роста этих потребностей и для перехода к энергосберегающему потреблению (производственному и личному) потребуется огромный объем инвестиций (исчисляемый триллионами долларов) и ориентация их на базисные инновации по освоению альтернативных источников энергии, энергосберегающих и безотходных технологий, охране и обустройстве окружающей среды.
Поскольку общий объем ВВП и фонда накопления ограничен, а темп роста ВВП в кризисной ситуации имеет общую тенденцию к падению, резкое увеличение инвестиций на инновационное обновление энергосектора может быть достигнуто за счет относительного сокращения инвестиций в потребительский сектор и его инфраструктуру (в частности, сокращение инвестиций в чрезмерно раздувшуюся торговлю и сеть посреднических организаций с постепенным расширением электронной торговли), а также за счет уменьшения инвестиций в гонку вооружений. По данным Стокгольмского института исследования проблем мира, военные расходы в целом по миру после периода сокращения на четверть в 1990-1995 гг. вновь начали расти опережающими темпами, достигнув в 2006 г. 6% годового прироста и $2 трлн (это больше, чем в разгар «холодной войны»), в том числе в США — $528 млрд. Военнотехническая сфера, разработка и инновационное освоение новых поколений вооружений опять лидируют в технологической революции. Переход к ноосферному энергоэкологическому способу производства потребует перелома этой тенденции, перераспределения инвестиций в пользу энергосектора и экологии.3. Наблюдается перемещение бизнеса в энергосектор, в оживление и развитие альтернативных источников энергии и энергосберегающих технологий. Крупнейшие ТНК тратят растущую долю своих прибылей и сверхприбылей (энергоренты) на разработку и освоение новых поколе-
ний средств транспорта на экологически чистых источниках энергии (водород с топливными элементами, этанолом и др.), автономных энергоустановок, нанотехнологий и других энергосберегающих технологий. К этому подталкивает и стремительный рост цен на ископаемое топливо, который делает альтернативные энергоисточники более конкурентоспособными и повышает верхнюю границу эффективности энергосберегающих технологий. В эту сферу устремляется инновационный средний и малый бизнес. Такой перелив капитала приближает и ускоряет освоение достижений энергоэкологической революции XXI в.
4. Проблемы энергоэкологической революции, вопросы освоения и распространения альтернативных источников энергии и энергосберегающих технологий оказываются в центре внимания государств и мирового сообщества.
В США приняты долгосрочные программы в области водородной энергетики и нанотехнологий. В Европейском Союзе принята долгосрочная платформа в области водородной энергетики и топливных элементов на период до 2050 г. Программы по альтернативной энергетике приняты в Японии, Индии, Китае. Бразилия активно поддерживает замену ископаемого топлива этанолом. На Всемирном саммите по устойчивому развитию (Йоханнесбург, 2002) вопросы развития альтернативной энергетики и реализации Киотского протокола по мерам сокращения загрязнения атмосферы парниковыми газами заняли центральное место. На саммитах «Группы 8» в России (2006) и Германии (2007) были приняты принципиальные документы по вопросам энергетической безопасности и сокращения выбросов парниковых газов. Европейский Союз принял программу уменьшения выбросов СО2 и других парниковых газов к 2020 г. На саммите «Группы 8» в Италии (июль 2009 г.) была поставлена амбициозная задача снизить выбросы СО2 в атмосферу на 20% в целом по планете к 2030 г. Это потребует огромных вложений в перспективу структуры глобального энергосектора.Правительства, международные организации, ООН все более отчетливо понимают угрозы и последствия развертывающегося глобального энергоэкологического кризиса. Однако до
сих пор не разработаны глобальная антикризисная программа и долгосрочная стратегия партнерства цивилизаций в использовании в планетарных масштабах достижений грядущей энергоэкологической революции.
5. Глобальное гражданское общество встревожено последствиями энергоэкологического кризиса и готово поддержать антикризисную программу. Об этом свидетельствует активизация движения «зеленых», мощные манифестации «антиглобалистов» («альтерглобалистов»), поддержка деятелями культуры и общественным мнением подготовленного в США под руководством экс-вице-президента страны А. Гора фильма об опасности экокатастрофы, нарастающий поток выступлений в средствах массовой информации по этой проблеме. Однако глобальное гражданское общество еще не имеет ясной, научно обоснованной перспективы и программы действий по предотвращению экокатастрофы на основе освоения базисных инноваций энергоэкологической революции.
Перечисленные предпосылки этой революции быстро накапливаются и дают синергетический эффект. Можно ожидать, что уже в 1930-е гг. энергоэкологическая революция охватит авангардные страны, а в 1940-1950-е гг. станет общепланетной эпохальной инновацией, радикально изменит способ производства и потребления, лицо глобального энергосектора.
Каковы ожидаемые последствия энергоэкологической революции XXI в. (рис. 3.3.)?
Во-первых, диверсификация источников энергопотребления. Будет преодолено доминирование нефтегазового топлива. Вряд ли ему на смену придет преобладание какого- либо одного энергоисточника, будь то атомная, термоядерная, водородная, ветровая энергия и т.п. На службу обществу будет поставлена широкая гамма энергоресурсов — как доставшихся от прошлых укладов, но технологически трансформированных (твердое, жидкое, газообразное ископаемое топливо, традиционные возобновляемые источники — гидроэнергия, энергия солнца, ветра), так и принципиально новых источников шестого уклада (водород, биотопливо и т.п.). В разных регионах, для разных групп потребителей структура энергопотребления будет различной, но ориентированной на конечный
Рисунок 3.3.
Направления и результаты энергоэкологической революции
результат — удовлетворение потребностей общества в энергии с возможно меньшими затратами и с сокращением ущерба для окружающей среды.
Во-вторых, экологизация (ноосферизация) энергосектора во всех его звеньях. Добиться полной его экологической чистоты и безотходности невозможно, но свести к оправданному минимуму объем выбросов в окружающую среду вредных отходов возможно и необходимо. Это должно стать одним из главных критериев при выборе альтернативных источников энергии. Однако речь идет не только о выбросах, но и о полноте извлечения из недр ископаемого топлива, комплексности его переработки и безотходности использования. Сейчас в России до двух третей нефти остается в недрах, коэффициент нефтеотдачи падает, растут потери при транспортировке, устаревшие технологии не обеспечивают мирового уровня глубины переработки.
Это расточительное использование национального богатства, ограбление будущих поколений (ради того чтобы централизовать нефтяную ренту у государства и монополистов и направить ее в зарубежные банки). Такая практика вступает в противоречие с главным принципом устойчивого развития человечества — обеспечивать баланс интересов настоящего и будущего поколений.В-третьих, деконцентрация, автономизация и демонополизация энергосектора. В XX в. преобладала тенденция концентрации производства в добыче, переработке, транспорте и потреблении энергии как основа монополизации и базы извлечения монопольной энергоренты за счет завышения цен. Строились все более крупные шахты, нефтегазодобывающие и нефтеперерабатывающие комплексы, крупнейшие тепловые и гидроэлектростанции, страны опутывались сетью трубопроводов, линий энергопередач, теплотрасс, росли транспортные издержки и потери. Возникли национальные и транснациональные супермонополии, которые диктовали и диктуют свою волю правительствам и законодателям, мало считаясь с интересами потребителей.
Новая технологическая революция, шестой технологический уклад меняют эти тенденции. Более эффективными становятся малые и средние автономные установки, занимающиеся
производством (когенерацией) и потреблением электрической и тепловой энергии в необходимом объеме и с минимальными расходами и потерями при транспортировке.
Конечно, здесь будет соблюдаться принцип диверсификации, разнообразия. Для крупных потребителей сохранятся мощные гидростанции, тепловые и атомные станции. Однако для отдаленных малых и средних потребителей более эффективными будут автономные когенерационные установки, работающие на водороде, возобновляемых или местных источниках энергии.
В-четвертых, рост экономичности всех звеньев энергосектора. Конечно, в период освоения принципиально новых источников энергии потребуются крупные затраты и инвестиции в основной капитал с высоким инновационным риском, не сразу дающие отдачу. Однако в итоге всех трансформаций должна существенно сократиться доля общественного труда и других ресурсов, направляемых на удовлетворение потребностей производства и населения в энергии. В этом — экономическое оправдание энергоэкологической революции, важнейший критерий отбора альтернативных источников энергии и приоритетных инновационно-инвестиционных проектов.