2.1.2. Кластер эпохальных инноваций

Развивая идеи Й. Шумпетера о роли инноваций в револю­ционных преобразованиях технологий и экономики [25] и идеи Г. Менша [26], мы распространяем инновационный подход

на все элементы структуры цивилизаций, взаимосвязанных в процессе трансформаций общества.

Промышленная революция конца XVIII — начала XIX в. со­провождалась кластером безопасных инноваций, положивших начало машинным системам и фабричному производству, гос­подству капиталистических товарно-денежных и финансово­кредитных отношений, буржуазно-демографической системе, превосходству и господству западной цивилизации, ускорен­номуразвитию науки и образования, секуляризации западных обществ. Все эти радикальные преобразования распространя­лись в мире на основе нескольких волн базисных инноваций XIX-XX вв. путем смены преобладающих технологических и экономических укладов, геополитических и социокультур­ных трансформаций.

Однако потенциал кластера эпохальных инноваций индус­триального общества постепенно исчерпывался, пришло вре­мя для возникновения нового кластера эпохальных иннова­ций, закладывающих основы постиндустриального общества. Это предвидели П.А. Сорокин [28], Д. Белл [29] и Э. Тоффлер [30] еще в 1960-е — начале 1980-х гг. В частности, Тоффлер писал в 1980 г.: «Новая цивилизация зарождается в наших жизнях, и те, кто не способен понять ее, пытаются ее подавить. Эта новая цивилизация несет новые семейные отношения; иные способы работать, любить и жить; новую экономику; новые негативные конфликты и сверх всего этого — изменения со­знания... Начало этой новой цивилизации — единственной и обладающей наибольшей взрывчатой силой — факт време­ни, в котором мы живем» [24.

Кластер эпохальных инноваций XXI в. охватывает и глубо­ко трансформирует структуру общества («пирамиду цивилиза­ции»), обеспечивая:

• становление ноосферно-гуманистической постин­дустриальной мировой цивилизации, формирование более дифференцированного и двигающегося к парт­

нерству поколения цивилизаций, начало третьего исто­рического суперцикла в динамике глобальной цивилиза­ции;

• демографическую динамику, что находит выраже­ние в падении темпов роста населения, появлении во все увеличивающемся количестве стран тенденции к депопуляции и постарению населения, в приоритете социальных процессов воспроизводства человеческого потенциала;

• переход к ноосферному энергоэкологическому и агроэкологическому способам производства и потребления, к сокращению выбросов в окружаю­щую среду, гармонизации коэволюции общества и при­роды;

• становление постиндустриального технологичес­кого способа производства, его гуманизацию и эколо­гизацию, нарастание экономической, социальной и эко­логической эффективности шестого технологического уклада новых поколений техники;

• утверждение многоукладного, социального и экологичес­ки ориентированного экономического способа произ­водства, способного преодолеть чрезмерную экономи­ческую поляризацию цивилизаций, стран, социальных слоев;

• формирование многополярного мироустройства, геополитического строя, основанного на принципе диа­лога и партнерства цивилизаций, создание эффектив­ных институтов глобального гражданского общества;

• становление интегрального социокультурного строя, общества, основанного на знаниях, на постин­дустриальной научной парадигме, становление инно­вационной системы образования и возрождение высо­кой культуры, распространение гуманистически-но- осферной системы этических ценностей, повышение роли религии в укреплении устоев семьи и нравствен­ности.

Все эти эпохальные инновации неразрывно взаимосвяза­ны и протекают в одну историческую эпоху. Их первое принци-

пиальное отличие от эпохальных инноваций периода промыш­ленной революции состоит в том, что они включают группу цивилизационных трансформаций. Второе отличие — то, что эпохальные инновации пронизывают всю структуру общества (все элементы генотипа глобальной цивилизации) и что исход­ным пунктом трансформации служат социокультурная сфера, новый уровень познания мира, система цивилизационных ценностей.