РАЗВИТИЕ ТОРГОВЛИ
Экономика Кореи по-прежнему основывалась на замкнутом натуральном хозяйстве. В начальный период правления династии Ли, особенно в XV веке, ввиду установления особенно строгого контроля, внутренняя и внешняя торговля была неразвита.
В столице Сеуле было несколько постоянных больших и маленьких торговых фирм во главе с «большой шестеркой» (юкичжон), но в провинциях их вовсе не было.Существовавшие с XV века местные рынки (хян- си) получили довольно большое развитие в XVI веке в провинциях Чолладо, Кёнсандо, Чхунчхондо.
По отношению к этим рынкам (хянси, чанси) правящие круги династии Ли осуществляли, как правило, политику запретов и ограничений. Они руководствовались соображением, что если дать возможность свободно развиваться этим рынкам, то это увеличит число людей, которые забросив основное занятие (сельское хозяйство), будут гоняться за «презренной корыстью» («сабон чхукмальчжа»), что вызвало бы потрясения в социальной и экономической жизни страны.
Вопреки этой политике правящих кругов, как ре
зультат экономического развития с каждым днем росло число местных рынков, приобретавших все большее значение. Была отменена политика запрета местных рынков (хянси) и был установлен специальный налог, которым облагались эти рынки. Обычно эти рынки функционировали раз в пять дней, причем в базарный день сюда стекались не только жители близлежащих местностей, но и отдаленных (за 80— 90 ли). Здесь происходил обмен продуктами, скотом,
Чайник в виде черепахи. Фарфор. XVI в.
овощами, тканями, древесным углем, керамическими изделиями и сельскохозяйственным инвентарем. На рынке появились и товары из более отдаленных районов, доставляемые странствующими купцами (побу- санами), которые обходили эти рынки. Кроме того, на больших рынках действовали купцы-оптовики (кэк- чжу), занимавшиеся комиссионной торговлей, посредники (коган) и ростовщики, осуществлявшие кредитные операции.
Одним из знаменательных явлений, которые имели место в начале XVII века в экономике Кореи, нужно считать оживление внешней торговли, и прежде всего с Цинским государством.
Торговля с Цинским государством велась не только через посольства, которыми обменялись обе стороны, но и через ярмарки (хо- сичжан), которые периодически открывались во многих местах вдоль корейско-китайской границы.Если говорить о туманганском районе, то и после того, как впервые в 1628 году в город Хверён из Нин- гуты (совр. Нинъань) и Улы (совр. Гирин) прибыли маньчжурские купцы с официальным разрешением палаты финансов Цинского государства и закупили крупный рогатый скот и соль, здесь ежегодно устраивалась ярмарка. Она получила название «хверёнская открытая ярмарка* (хверён кэси), которая открывалась иногда один раз, иногда два раза в год. На этой ярмарке, как и на других пограничных рынках (хо- сичжан), осуществлялась оптовая государственная торговля, причем в обмен на получаемые меха корейская сторона обязана была поставлять Маньчжурии 114 голов скота, 2600 штук лопат, 55 чугунных котлов и 850 сок соли.
Такого рода торговля с самого начала была убыточной для корейской стороны. По настойчивому требованию маньчжуров в Кёнвоне открылся регулярно действующий рынок, получивший название кёнвон кэси, где корейская сторона поставляла маньчжурам 50 голов скота, 48 лопат и 55 чугунных котлов.
С XV века в качестве натуральных денег употребляется и хлопчатобумажная ткань (чонпхо — один кусок грубой хлопчатобумажной ткани длиной 35 чхок). Но с тех пор, как прибывшие во время Им- джинской войны 1592—1598 годов в Корею китайские войска и купцы начали употреблять серебряные деньги, деньги начинают распространяться в Корее. В послевоенное время сфера их обращения расширилась. В 1619 году был опубликован закон, разрешающий употреблять серебряные деньги для платежей. Начинается усиленная разработка серебряных рудников по всей стране в XVII веке. В этот период в обращении находилось большое количество серебряных монет.
После Отечественной войны 1592—1598 годов,
когда вошло в обычай употребление металлических денег, население (особенно купцы) убедилось в удобстве денег.
Так, уже в 1626 году было отлито металлических монет (чон) на 600 кван (кван по совр. мере = 3,75 кг), которые намеревались пустить, в обращение в следующем году из расчета, что одна монета эквивалентна стоимости одного сын риса, однако вторжение маньчжуров помешало осуществить это мероприятие.Впоследствии корейское правительство, отчеканив значительное количество китайских монет разрешило в провинции Кёнгидо брать у желающих десятую часть рисового налога (тэдонми) деньгами, а все подушные налоги с крепостных перевело на деньги, стремясь тем самым содействовать расширению денежного обращения. Однако из-за сильного противодействия ряда правительственных чиновников пустить в обращение эти металлические монеты не удалось.
Позднее, в 1651 году, по предложению Ким Юка были отлиты металлические монеты и пущены в обращение в северо-западных провинциях и в Сеуле. В связи с запретом употреблять в качестве денег хлопчатобумажные ткани эти монеты получили широкое распространение, но по истечении 5—6 лет из-за противодействия правительственных чиновников они были изъяты из обращения.
Однако по мере того, как товарное обращение увеличивалось, серебряные монеты находили все более широкое применение, одновременно в обращении появилось большое количество металлических монет, выпускаемых частными лицами. Уже в 1643 году в Кэсоне и его окрестностях широко использовались металлические деньги даже в торговле дровами, фруктами, овощами, не говоря уже о купле-продаже домов и земельных угодий. Такую же картину можно было наблюдать в соседних с Кёсоном районах Пхун- доке, Чандане, Канхва, Кёдоне, Енане и Пэчхоне.
Таким образом, сложились условия, когда отказ правительства чеканить монету не мог приостановить денежное обращение.