ОБРАЗОВАНИЕ МОГОЛЬСКОЙ ИМПЕРИИ

Основателем этой новой державы в Северной Ин­дии был тимурид (потомок Тимура, иначе Тамерлана) Захируддин Мухаммад Бабур (1525—1530), бывший правитель Ферганы, изгнанный из Средней Азии уз­беками, пришедшими из Сибири.

В 1518 и 1524 г. Бабур совершил нападения на Пенджаб, а в декабре 1525 г. вторгся в Индию еще раз во главе сильного войска, состоящего из воинов, при­бывших из Средней Азии, а также афганцев и хакха- ров. Используя перенятое у монголов искусство вне­запной конной атаки и умение располагать войска за укрытием из связанных вместе повозок, Бабур на Панипатском поле в 1526 г. разбил наголову армию правителя Дели Ибрахим-шаха Лоди. Через год в битве при Сикри он победил раджпутов Раны Санги, опытного полководца, правителя Читора, стремивше­гося объединить под своей властью все раджпутские области. Эти две победы закрепили господство Бабу­ра в. Северной Индии. В дальнейшем он овладел фактически всей долиной Ганга.

Часть афганских отрядов вернулась домой, нагру­женная добычей. Воинам, оставшимся в Индии, Ба­бур раздал земли в служебное пожалование, полу­чившие позднее название джагир. Всеми хозяйствен­ными делами’новых владельцев ведали управляю­щие — большей частью индусы, знавшие обычаи страны и размер податей, которые должны платить крестьяне.

Бабур правил Индией пять лет. Он был очень образованным, наблюдательным человеком, поэтом, тонко понимающим искусство. Оставшиеся после его

смерти мемуары «Бабур-наме» написаны простым, доступным языком. В мемуарах Бабур изображает внешность, одежды, вкусы и привычки каждого пер­сонажа и описывает страны, их климат, пейзаж, хо­зяйство, произведения искусства и ремесла.

Въезд Бабура во дворец султана Ибрагима в Агре. Миниатюра могольской школы из «Записок» Бабура. XVI в.

ПЕРИОД ФЕОДАЛЬНЫХ УСОБИЦ

_А Перед смертью Бабур разделил свои владения между сыновьями, оставив основную территорию в Индии старшему — Хумаюну, и приказав остальным, получившим Пенджаб, Кабул и Кандагар, ему подчи­няться.

Хумаюн предпринял попытку расширить свои вла­дения путем завоевания Гуджарата, части Раджпута- ны и Бихара. Ему не удалось закрепить первоначаль­ный успех ввиду внутренних распрей. Его братья, стремясь отделиться от-него, попытались захватить Дели. Главным противником Хумаюна выступил гла­ва афганских феодалов Бихара и Бенгалии Шер-хан Сур. В битве с ним Хумаюн был разбит и бежал в Синд. Там он женился на 14-летней дочери местного мусульманского начальника, и в 1542 г. у него ро­дился сын Акбар. Вскоре Хумаюну пришлось бежать в Иран из-за постоянных преследований братьев. Оставленного при бегстве Акбара взял на воспитание брат Хумаюна Камран, правивший в Кабуле. і

С 1540 по 1545 г. в Дели правил Шер-хан, приняв­ший титул Шер-шаха. Своей первоначальной задачей он считал обуздание феодалов, особенно афганцев Бихара и Бенгалии, на которых он опирался ранее при захвате власти. Стремясь раздвинуть границы своего государства, Шер-шах пытался подчинить себе раджпутские княжества, пробиваясь к торговым рай­онам западного побережья Индии. Однако при осаде одной из раджпунских крепостей Каланджара он по­гиб в 1545 г. от рикошетом отскочившего ядра собст­венной пушки.

Среди афганских землевладельцев вновь разгоре­лась борьба за престол. После смерти правившего младшего сына Шер-шаха, туркмен Байрам-хан, на­ставник 13-летнего престолонаследника Акбара, по­спешил возвести его на трон, оставшись при нем регентом.

Владения Моголов в это время не простирались дальше двуречья Ганга — Джамны.

и провозгласил себя правителем под именем раджи Викрамадитья. В решающем сражении с Моголами на Панипатском поле в 1556 г. Хему удалось смять фла­ги более многочисленной армии Акбара, но случайной стрелой он был ранен в глаз и упал со слона. Не видя больше своего полководца, его воины разбежались, и Акбар выиграл битву. Тут же на поле боя он, на­ставляемый Байрам-ханом, стал раздавать своим вое­начальникам земельные пожалования и почетные ти­тулы.

В течение почти полувекового правления Акбара (1556—1605) в Северной Индии укрепилась власть Моголов. Своей столицей Акбар сделал Агру на реке Джамне.

ЗЕМЛЕВЛАДЕНИЕ

В Могольской империи существовали две формы государственной собственности на землю — халисэ и джагир.

Все завоеванные земли первоначально попадали в государственный фонд — халисэ (арабское — «чи­стая, свободная»). Налог с таких земель собирался специальными правительственными чиновниками и пересылался в финансовое ведомство. В дальнейшем эти земли составили только незначительную часть земельного фонда страны — не более 1,7 % всей обра­батываемой земли.

Джагир — условное пожалование. Получавший его обязывался содержать соответствующие величине джагира отряды войск, из которых и состоял основ­ной костяк армии правителя. Земля, отданная в джа­гир, продолжала считаться государственной собст­венностью. Размер, способ и форма взимания позе­мельного налога определялась не самым джагирда­ром, а приписывались государством. Владения джа- гирдара обычно не передавались по наследству и после смерти владельца отходили в казну. У джа- гирдара могли отобрать одно владение и предоста­вить ему взамен другое, причем в другой части стра­ны. При Акбаре для борьбы с сепаратизмом такие перемещения были довольно часты. Поэтому джагир-

дар владел одной и той же землей в среднем не более 10 лет.

Вместе с тем джагирные владения отличались и не­которыми особенностями частной собственности, по­скольку на государственную службу (т. е. на содер­жание отрядов) крупные джагирдары тратили только около ¹ /з собираемого ими поземельного налога, а мелкие — меньше половины. К тому же еще при Акба­ре покорившимся раджам часто жаловали в джагир их же прежние владения, и обычно такой джагир переходил по наследству. Распространился даже тер­мин «наследственный джагир». Обычно джагир был владением крупным, охватывавшим иногда несколько десятков тысяч гектаров.

Сцена охоты на аллигатора. Миниатюра Могольской школы. XVI в.

В 50-х — 60-х годах XVI в., когда Могольская империя охватывала еще сравнительно небольшую территорию, земель для раздачи в джагиры не хвата­ло. Поэтому владения джагирдаров теперь имели зна­чительно меньшие размеры и давали меньше доходов, чем было официально зафиксировано в пожаловании. Когда Акбар распространил свою власть на значи­тельную часть Индии, увеличилось количество джа­гирдаров и размеры их владений.

В Могольской империи существовала также ча­стная земельная собственность феодалов-заминда- ров. Заминдары (местные князья ипреводители пле­мен) были обязаны уплачивать центральной власти

определенную ежегодную дань и по требованию госу­даря выступать в поход со своим ополчением. За- миндары могли передавать свои земли (заминдарст- ва) по наследству с согласия падишаха. Они сами устанавливали ренту-налог в пределах своего замин- дарства.

Заминдарства находились главным образом на окраинах или в труднодоступных для могольской кон­ницы холмистых местах, в основном в Раджпутане, Ориссе, Бенгалии и Кабуле. Заминдары иногда вели собственное барское хозяйство и применяли в неболь­ших размерах труд крестьян в виде барщины. Боль­шинство заминдаров принадлежало к коренному на­селению Индии и исповедовало индуизм.

Суюргал в Могольской Индии, называвшийся так­же мульк (мильк), вакф или инам, был частной зе­мельной собственностью.

Суюргал обычно был небольшим владением, пере­дававшимся по наследству, и на его владельца не возлагалось никаких обязанностей, кроме вознесения молитв за правителя. Суюргальные владения состав­ляли лишь около 3 % по отношению к государствен­ным землям.

Экономическая слабость мусульманских религи­озных организаций определялась главным образом тем, что ислам исповедовало меньше ¹ /₄ населения страны. Что же касается земель, ранее принадлежав­ших индусским храмам, то они были отняты у храмов еще при делийских султанах. Лишь во владениях заминдаров сохранялись более или менее крупные массивы индуисских храмовых земель.

Земледелие на значительной части территории Ин­дии было тесно связано с орошением. Забота о под­держании системы ирригации являлась функцией го- ^сУдарственной власти. Именно поэтому феодальные Раздоры, отвлекавшие внимание от этой задачи, нано­сили такой огромный вред экономике страны.

СЕЛЬСКАЯ ОБЩИНА

Население, вошедшее в состав Могольской импе­рии, принадлежало к многочисленным племенам и на­родам, говорило на разных языках, находилось на разных уровнях общественного развития и было раз­делено кастовыми перегородками и религиозными воззрениями. Однако большинство жило в узком мир­ке сельской общины.

Крестьяне уплачивали ренту государству в виде налога с земли. Правительство было заинтересовано в бесперебойном поступлении этой ренты-налога* Но в хозяйственную деятельность крестьян ни государ­ство, ни феодалы не вмешивались. Долей государства была объявлена ¹ /з урожая. В основном такой налог воспринимался как «справедливый», но порой кресть­яне не могли его уплатить. Тогда налог собирали с помощью войск. В хрониках упоминается о селени­ях «непокорных разбойников», где крестьяне, укрыв­шись за стенами, защищались от акбаровских воинов.

Обработка земли была государственной повинно­стью, и сборщику налогов предписывалось строго следить за тем, чтобы засевалась вся пригодная площадь. Для упорядочения сбора налога Акбар ввел в центре своего государства обмер всех пахотных земель, причем не веревкой, которую можно произ­вольно сжимать и растягивать, а бамбуковым шестом.

В подавляющем большинстве общин пахотные поля были поделены между общинниками, хотя кое- где еще и встречалась коллективная обработка полей. Выгоны и пустоши находились в коллективном владе­нии и пользовании всей общины и не подлежали обло­жению налогом.

По способу раздела обрабатываемой земли суще­ствовали два главных типа общин. Первый способ — деление по едокам, по плугам и т. п. Это в основном характерно для северной части Индии и Бенгалии. Второй способ раздела земли — в зависимости от ро­довой близости общинника к реальному или вообра­жаемому предку — основателю деревни. Это было широко распространено в Раджпутане и Гуджарате.

Бенгальский владетель.

Миниатюра Могольской школы.

XVII в.

Каждая доля должна была содержать равные ча­сти плохой и хорошей, орошаемой и неорошаемой, удобной и неудобной земли.

Среди общинников наблюдались деления по касто­вым, религиозным и некоторым другим признакам, от которых зависели размеры их налоговых платежей.

Ремесленники обслуживали потребности крестьян, и община коллективно содержала 8—12 таких ремес­ленников. Крестьянин должен был обычно лишь при­носить материал, но за выполненную для него работу расплачивалась община. Ремесленникам выделялась доля после жатвы или уборки урожая. Почетной счи- талась профессия кузнеца и некоторых других ремес­ленников. А такие ремесленники, как, например, ко­жевники, принадлежали к «неприкасаемым». Они вы­нуждены были селиться в особой части деревни, пользоваться водой из особых колодцев.

В общину входили также и бесправные, т. е. «при­шлые». Им предоставляли для обработки самые не­удобные земли, и они, помимо обычных налогов, дол­жны были еще платить общине, ее должностным ли­цам, различные натуральные или денежные сборы и выполнять для них разные работы.

Все права и обязанности передавались по наслед­ству от отца к сыновьям. Это строгое наследование функций обусловило малую изменчивость общины, которая крепко привязывала крестьян и сельских ре­месленников к земле. Согласно этой традиции только в своей общине, там, где поколениями жили и работа­ли его предки, крестьянин и ремесленник имели право на место в жизни. За пределами своей общины они становились бесправными, «пришлыми».

Староста и писец, с одной стороны, были предста­вителями общины, а с другой — состояли на государ­ственной службе. За сбор налогов при полной их уплате с деревни старосте полагался необлагаемый участок в размере ’/«о всех тягловых земель данной общины.

Тяжким бременем для крестьян оказался осуще­ствлявшийся Акбаром в центральных областях госу­дарства перевод натурального налога в денежный. Индийский крестьянин для получения денег вынуж­ден был теперь сам или при посредстве общинного старосты чаще обращаться к рынку для продажи

своих продуктов, и попадал в зависимость от купца и ростовщика. Хотя Акбар и отменил многие мелкие налоги, но феодалы продолжали их взыскивать.

Кроме уплаты налога крестьянство вынуждено бы­ло еще временами работать бесплатно на государство, главным образом на строительстве крепостей и горо­дов. Эта повинность называлась бегар. Особенно тя­желой она была, если неподалеку возводилось крепо­стное укрепление. Тогда Акбар приписывал к этому строительству все окрестные деревни.

ТОРГОВЛЯ И РОСТОВЩИЧЕСТВО

Завоевав Гуджарат и Бенгалию, Могольская им­перия получила выход к морю. Однако сразу же натолкнулась на противодействие португальцев. Их разрешение требовалось даже для проезда паломни­ков морем в Мекку. Все попытки Моголов выбить португальцев из Диу и Дамана, укрепленных портов в Гуджарате, окончились неудачей. Моголам при­шлось примириться и с существованием португаль­ских портов в Бенгалии — Сангаона и Хугли. Самым крупным могольским портом был Сурат в Гуджарате, заменивший Камбей, вход в который закрывали пор­тугальские крепости, расположенные по обоим бере­гам Камбейского залива. Моголы владели нескольки­ми торговыми кораблями, но своего флота у них не было.

Перевозить на далекие расстояния в трудньґх Условиях морской и караванной торговли имело смысл лишь портативные и дорогие товары. Такими товарами в индийском вывозе были пряности, ткани и индиго, а в импорте — главным образом предметы Роскоши. Индийские ткани ценились на всем Востоке ^и служили в районах Индийского океана и Южных морей как бы своего рода эквивалентом. За этими тканями и пряностями в Индию приезжали купцы из Других стран, доставляя иноземные товары прямо *к порогу» Индии. Обладая значительными денежны­ми средствами, джагирдары порой сами участвовали ^в торговых операциях, вкладывая свои средства в Экспортную торговлю.

Внешняя торговля Индии была очень значитель­ной. Из Индии шли морские пути в Китай, Малайю, Иран, Африку, Аравию и Европу. Караванные пути шли из Индии через Кабул в Иран и Среднюю Азию, а через Кашмир — в Китай.

Внутренняя торговля играла также большую роль. Из всех провинций Могольской империи, а особенно из Бенгалии, привозили в столицу государства Агру большое количество продовольствия для двора и ар­мии правителей. Оживленные ярмарки часто устраи­вались также у индусских и мусульманских мест па­ломничества, где было большое скопление людей. Внутреннюю торговлю вели как отдельные крупные купцы, снаряжавшие речные суда и караваны, так и мелкие лотошники, ходившие из деревни в деревню.

Благодаря внутренней торговле расширялись эко­номические. связи между отдельными районами, со­здавая экономическую базу для существования огромной империи, составленной из народностей, го­ворящих на разных языках, и разделенных кастовы­ми и религиозными перегородками.

В центре государства не было таких богатых куп­цов, как на побережье, однако здесь процветало рос­товщичество. Ростовщики ссужали деньгами воена­чальников, придворных и крестьян, с которых в цент­ре страны строже спрашивали денежный налог. В деревне при Акбаре ссужали деньги, взимая про­центы из расчета ¹ /₄₀ рупии в день (свыше 900 % годовых), что указывает на слабое развитие денеж­ных отношений на селе.

Акбар принял некоторые меры для развития тор­говли: внутренние пошлины у застав и на речных переправах были снижены до 1,5 % и во всем обшир­ном Могольском государстве были введены единые меры и денежные единицы.

ГОРОД И РЕМЕСЛО. РАЗВИТИЕ ТОВАРНО-ДЕНЕЖНЫХ ОТНОШЕНИЙ

Самыми многолюдными в Индии являлись города, которые представляли собой ставки правителей. Основным населением такого города-ставки были об­

служивающие лица: военные контингенты, свита, управители, слуги, ремесленники. Когда правитель уезжал в другое место, город сразу терял свое значе­ние и приходил в упадок. Такую судьбу имел, напри­мер, город Фатхпур-Сикри.

Еще в 1569 г. Акбар отдал приказ построить новый город в Сикри, примерно в 20 км от Агры, где Бабур победил Рану Сангу. По приказу падишаха за не­сколько лет придворные выстроили себе на пустын­ном месте дворы-павильоны. Возник красивый город из красного песчаника, ставший столицей Акбара и названный Фатхпур-Сикри (Сикри — город победы). На месте кельи шейха Салима Чишти, предсказавше­го Акбару рождение сына, было построено здание. Много позднее его сделали из белого мрамора, и оно стало прообразом последующих беломраморных дворцов и мавзолеев Моголов. Когда город разросся, оказалось, что в нем не хватает воды. Поэтому в 80-х годах двор Акбара покинул Фатхпур-Сикри, который и в настоящее время незаселен и является памятни­ком архитектуры.

Город, который возникал в месте паломничества, обычно был тесно связан с торговлей и ремеслом. В таких городах процветало производство предметов культа, а также торговля предметами первой необхо­димости для большого количетсва паломников, сте­кавшихся туда в дни религиозных празднеств. Зани­мавшиеся нищенством члены духовных орденов (фа­киры и дервиши), торговцы и паломники наводняли улицы; Такого рода городом был Бенарес.

Портовые города населяли в основном купцы и мо­ряки. Почти в каждом приморском городе процветала какая-нибудь специальная отрасль ремесла. Одним из знаменитых портов Могольской империи был, на­пример, Сурат.

Некоторые города были центрами ремесленных производств. Так в Агре было много строительных Рабочих разных специальностей, в Гуджарате — ма­стеров-инкрустаторов, в Бенгалии — судостроителей. Кроме того, были распространены и другие занятия ^сРеди населения: добывали железо и цветные метал­лы» строительный камень, соль, селитру, делали бу- ^^агУ, ювелирные изделия, выжимали растительное Ыасло, изготовляли снасти и т. п.

Лучшие изделия индийских ремесленников издав­на ценились за искусство и тщательность отделки. Вместе с тем индийские мастера работали весьма медленно, т. к. орудия их ремесла были несложны и большей частью делались самими ремесленниками. Однако известно также, что для продажи изготовляли самую сложную часть ткацкого станка — бёрдо, через которое продевались нити основы.

Торгово-ремесленные центры возникали, как пра­вило, вокруг жилища крупного землевладельца, свет­ского или духовного и зависели от него. Поэтому ремесленные предместья и улицы города носили имя владельца, на которого работали ремесленники.

Мавзолей Шер-хана в Сасараме. 1540 г.

Ремесленники, объединенные в касты, зависели от властей, назначавших главу касты и маклера (дала- ла), который продавал ремесленные изделия на рын­ке. В касте не было деления на мастеров, подмастерь­ев и учеников. Не было приема в ученичество. Никто из посторонних не мог заниматься данным ремеслом. Способы и примитивные орудия труда были освяще­ны вековыми традициями и не могли быть изменены.

Еще в большей зависимости находились ремеслен­ники, работавшие в государственных мастерских, где изготовлялось снаряжение для армии, а также изде­лия для правителя, которые он мог раздавать своим приближенным.

Система авансов и скупки товаров являлась наибо­лее распространенной формой взаимоотношений ре­месленника с купцом. Купцы заранее выдавали ре­месленнику деньги на пропитание или на покупку сырья, а ремесленник был обязан отдать свой продукт именно этому купцу и за более низкую цену. На запад­ном побережье Индии основные виды ремесла и тор-

Ворота форта Дели. Первая половина XVII в.

говли были обложены налогом, сдававшимся на от­куп, причем откупщик соответствующего налога имел также монопольное право на производство этого вида товара (например хлопчатобумажных тканей, бетеля, неочищенного риса, изделий из слоновой кости и т. д.). По-видимому, никто не мог продать данный вид товара, не получив письменного разрешения откуп­щика, которым являлся обычно богатый индийский купец или глава ремесленников данной производст­венной касты.

Экономические связи между разными районами Индии все более укреплялись. Об этом свидетель­ствуют массовые перевозки товаров по реке Ганг, которая являлась основной водной транспортной ар­терией. Вверх по реке из Бенгалии везли рис, пшени­цу, сахар, хлопчатобумажные и шелковые ткани до­рогих сортов, а также голубую краску индиго. В Бен­галию — вниз по реке — отправляли соль, добытую в Раджпутане, знаменитые кашмирские шали из тон­чайшей шерсти, лошадей, оружие, кольчуги и щиты, изготовленные искусными ремесленниками Лахора и Дели.

Гуджарат поддерживал экономические сношения с соседними областями Индии. Сюда привозились пшеница и рис из Махараштры, Мальвы и Раджпута- ны; вывозились в обмен ремесленные изделия. Гуджа­рат находился в исключительно выгодном положении на скрещении путей морской и сухопутной торговли.

Для XVI в. характерен процесс образования мест­ных областных рынков. Разрыв цен на пшеницу в раз­ных областях Северной Индии был невелик, что сви­детельствует о формировании общеиндийского рынка.

НАРОДНЫЕ ДВИЖЕНИЯ

В XVI в. известны три крупных народных дви­жения: движения бхакти, махдистов и роушанитов. Все эти движения имели религиозную краску. Они длились ряд десятилетий, охватывая значительные слои населения и постепенно перерастая из проповеди сектантства в вооруженную борьбу с Могольским го­

сударством за идеалы «справедливости». Но все же эти движения были в значительной мере разнозненны- ми и локальными.

Сектантские вероучения, объединенные общим на­званием «бхакти» («преданность богу»), проповедова­лись в течение нескольких веков и получили значи­тельное распространение. Все течение бхакти, незави­симо от различия между ними, провозглашали четыре основных принципа: религиозное объединение всех индийцев (т. е. индусов и мусульман), равенство их перед Богом, борьбу против кастового неравества и принцип личной, а не сословно-кастовой оценки человека, при которой праведный человек низшей касты мог быть признан лучше и выше неправедного брахмана (т. е. члена высшей касты).

Учением, относившимся к позднему бхакти, был сикхизм, основателем которого был гуру (руководи­тель) Нанак (1469—1539). При Акбаре сикхи были просто пенджабской сектой, торгово-ремесленной по своему составу. При четвертом гуру сикхов, Рамдасе (1574—1581) сикхи стали владеть землей около Ам­ритсара, построили там храм и выкопали священный пруд. Рамдас через своих агентов регулярно собирал пожалования, а следующий гуру — Арджан (1581— 1606) превратил эти добровольные даяния в подо­мный налог, взимавшийся со всего населения, прожи­вавшего на принадлежащей сикхам территории. Ак­бар благосклонно относился к сикхам и беседовал, согласно сикхским преданиям, с гуру Рамдасом.

В Раджпутане бхакт Даду(1544—1603) странство­вал по княжествам и призывал к смирению, кротости и любви. Даду, по преданиям, тоже вызывали на беседу к Акбару. Однако Акбар, по-видимому, не знал о Тулси Дасе, чья огромная поэма «Рамаяна» (1575) стала известна всему населению, говорящему на хинди. Тулси Дас выступал против кастовых раз­личий и угнетения, критиковал лживость окружающе­го его мира. По его мнению, выход из положения был лишь в мистическом единении с Богом в образе Рамы.

В начале XVI в. в центре Делийского султаната, в городе Биана началось движение махдистов. Мах- Дистское движение, к которому примкнул шейх Муба- Рак, и которое оказало влияние на идеи Абу-л-Фазла, ^3аРодилось среди мусульманских городских торгово-

Воин на слоне.

Индийская миниатюра. XVI в.

ремесленных кругов. В XV в. в Гуджарате известный своей ученостью Мир Сайид Мухаммад (1443— 1505) объявил себя махди (т. е. мессией). Он призы­вал вернуться к демократическим принципам раннего ислама, к восстановлению имущественного равенства среди мусульман. В махдийской общине Гуджарата этот последний принцип строго соблюдался. Доходы каждого поступали в общий фонд и распределялись

поровну. Свои надежды махдисты возлагали на воца­рение справедливого правителя, который, следуя за­ветам раннего ислама, введет в жизнь принципы равен­ства в пределах мусульманской общины. Вооружен­ные махдисты ввели свои порядки в городе Биана и его округе, устраняя, по словам хрониста, беззако­ние. Если можно, то уговорами, «а если им не подчи­нялись, то силой». Они имели общую кассу, куда сдавали */ю всех своих доходов и распространяли свое учение, завербовав много сторонников, даже в Раджпутане.

Власти жестоко подавили движение махдистов, расправившись с руководителями: шейх Алаи был казнен, Абдулла Наязи был избит палками до смерти. Вспыхивавшие время от времени в Пенджабе и дру­гих районах местные локальные народные волнения зачастую проходили под флагом махдизма.

Весьма опасный для Могольской империи харак­тер приняло выступление роушанитов, приверженца­ми которых был ряд афганских племен, в первую очередь юсуфзаи. Основателем движения роушани­тов был Баязид Ансари (1524—1585). Он выступал как противник афганской знати и противник гнета Могольской империи. Укрепившись в Тереке, роуша- ниты завладели выгодной стратегической позицией и грозили еще более ослабить политическое подчине­ние Кабула падишаху Индостана и прервать кара­ванные связи Индии со Средней Азией и Ираном. Акбар, а затем и его преемник Джахангир посылали крупные карательные экспедиции против роушани­тов. Борьба шла с переменным успехом, но в конце концов Джахангиру удалось разгромить афганцев- роушанитов.

ОСНОВЫ ПОЛИТИКИ АКБАРА

Военной опорой Акбара были сравнительно немно- ^г°численные отряды пришедших с Бабуром и Хумаю- Чом завоевателей-мусульман, чуждых по религии и Языку основной массе индийского населения. Акбару Удалось тем не менее значительно расширить опору ^Св°ей власти. Он привлек на свою сторону всех круп­

ных землевладельцев Индии — как мусульман, так и индусов, а также торгово-ростовщические элементы из индусов, сикхов и джайнов. Могольская империя защищала интересы верхушки землевладельцев, обес­печивая их вооруженной силой для подавления кре­стьянских восстаний. На усмирение крестьянских волнений посылались не только карательные отряды, но и правительственные войска Моголов.

Страница из рукописи Абд-ул Хакка Дехлеви «Жизнеописания индийских шейхов», написанной в 1590 г.

Список начала XVII в.

Об Акбаре было сказано, что он был «сильным и решительным завоевателем. Перед ним, как перед солнцем, бледнеет скромная звезда лорда Дальхузи». Акбар имел склонность к завоеваниям и рассматрива­ется как правитель одной из самых крупных империй в истории. «Правитель,— говорил Акбар,— всегда должен стремиться к завоеванию, иначе его соседи поднимут против него оружие».

Возвращение утерянных могольских владений в Индостане было начато еще в период регентства Бай- рам-хана, когда один за другим были вновь завоеваны Гвалиор, Аджмир и Джаунпур. Это способствовало постепенной консолидации владений Акбара вокруг Дели и Агры.

В 1560—1561 гг. было завершено завоевание Ма­львы. Адхам-хану с помощью Пир Мухаммеда Шива- ни удалось разгромить около Сарангпура Баз Баха­дура, который принял титул султана. После отозва­ния Адхам-хана, эта не полностью завоеванная область была вверена Пир Мухаммеду.

В 1562 г. раджа Амбера (Джайпура) Бихари Мал сдался Акбару без боя. Ему было поручено командо­вать 5 тысячами воинов, а его сын Бхагван Дас и внук Ман Сингх были приняты в могольскую армию. Как Бхагван Дас, так и Ман Сингх играли ведущую роль в расширении и укреплении Могольской империи, а их тесная связь с правящей династией способствова­ла возвышению незаметного княжества Амбер, кото­рое заняло теперь господствующее положение в Радж- путане.

Знаменита военная кампания Акбара — осада и захват Читора. Она началась в октябре 1567 г. и дли­лась 4 месяца. Акбар проявил большое терпение и ис­кусство, руководя осадой Читора. Три приема были примерены во время этой осады — длинный и глубо­кий подкоп (сабат), передвижные щиты для прикры­тия землекопов (тура), высокое сооружение, которое возвышалось над стенами (сиба).

Хотя Мевар так и не покорился Акбару, он все же оьіл верховным властителем в Раджпутане, большин­ство вождей и правителей которого стали мансабдара- ^Ми (военачальниками) Могольской империи.

После падения Каланджара в 1569 г. Акбар полу- «л возможность расширить империю не только на

восток, но и на запад. Он обратился к Гуджарату, которые его отец сначала завоевал, а затем потерял. Присоединение Гуджарата к империи в 1573 г. было окончательным. Гуджарат не только увеличил ресур­сы империи, его завоевание обеспечило также сво­бодный выход к морю и установлению связей с евро­пейскими купцами.

Следующей победой Акбара было завоевание Бен­галии в 1574—1576 гг.

Кабулом правил брат Акбара Хаким. Он номи­нально зависел от верховного правителя Индостана, но в действительности был независим. Один из исто­риков сообщает: «Акбар смотрел на своего брата как орел на комара*. Акбар сам руководил походом на Кабул в 1581 г. Он вошел в этот город в августе 1581 г. При его приближении Хаким бежал в горы. Хакиму было позволено управлять Кабулом, но в 1585 г. он умер, и его владения были поглощены импе­рией.

Кашмир был присоединен в 1686 г. , Синд — в 1590 или 1591 г., Белуджистан — в 1595 г. Упрочив свое положение на северо-западе, Акбар решил за­няться завоеванием Декана.

Только юг полуострова, где правили султаны Ах- меднагара, Биджапура, Бидара, Голконды и ряд мел­ких индусских князей остался за пределами Моголь- ского государства.

РЕФОРМЫ АКБАРА

После присоединения Гуджарата Акбар отказался на некоторое время от дальнейших крупных завоева­тельных походов и приступил к освоению уже поко­ренных территорий. Он провел ряд внутренних ре­форм, целью которых была централизация государ­ственной власти, укрепление могущества империи и развитие торговли.

Акбар обладал талантом организатора и исключи­тельной способностью входить во все обстоятельства дела. Встав во главе огромного государства, он ре­шил, что настало время упорядочить всю систему управления. Центром всей структуры управления был

правитель—монарх. В понимании Акбара монарх— это человек, которому не к лицу праздность. Он дол­жен напряженно работать.

Акбар обычно проводил ежедневно три приема. Первый — открытый дворцовый прием. Второй — по­священный обсуждению текущих дел. На третьем — ночью или вечером — обсуждались религиозные дела и государственная политика. Все эти собрания играли важную роль в общем управлении страной. Один день отводился для судебного разбирательства. Монарху представлялись все важные дела, относящиеся к на­значениям, доходам, джагирам, мансабам, государ­ственным пожалованиям, платежным документам, прошениям князей, наместников и прошением част- них лиц, которые те представляли через сановников. Установленный распорядок дня соблюдался даже тогда, когда монарх был в походе.

Акбар имел четырех министров: дивана, ведавшего налогами и финансами; мир бахши — являвшегося главой военного ведомства; мир самана—главного чиновника, ведавшего мастерскими и складами; садр- ус-судура, являвшегося главой духовного и судебно­го управлений. Помимо этих министров большую роль в центральном управлении играли также два других чиновника. Они занимали должности даро- га-и-гусал-хана и ара-и-мукаррар. Первый из них был личным секретарем падишаха, второй просматривал его указы и представлял ему их вторично для одобре­ния. Среди других чиновников более низкого ранга следует упомянуть дарога-и-дакчоуки и мир-и-арз. Первый ведал разведывательным управлением, а вто­рой — поступавшими прошениями.

Бюрократический аппарат был построен по воен­ному образцу. Высшие чиновники были разделены на 33 ранга, начиная от « мане а бд а ров (военачальников) Десяти» и кончая «мансабдарами-десятитысячника­ми». Высшие ранги были закреплены за тремя сы­новьями Акбара.

Акбар пытался ликвидировать систему джагиров, предполагая оплачивать своих военачальников день­гами, а сбор поземельного налога в казну поручить правительственным чиновникам при условии внесе­ния ими крупного денежного залога. Однако здесь **кбар натолкнулся на решительное сопротивление

землевладельцев, которые не собирались поступаться своими землями и доходами. С другой стороны, новые откупщики из чиновников так начали грабить кресть­ян, что в короткое время довели многие округа до полного разорения. По истечении трех лет Акбару пришлось вернуться к системе джагиров.

ПОЗЕМЕЛЬНО-ПОДАТНАЯ РЕФОРМА

В первые годы правления Акбара был проведен ряд экспериментов в области налоговой системы. По­сле налоговых реформ в 1582 г. в Могольской держа­ве существовали три основные системы взимания на­логов:

1) галлэбахш, или раздел урожая. По этой системе государство отбирало часть урожая каждой культу­ры. Эта система была распространена в Нижнем Син­де, на части территории Кабула и в Кашмире;

2) забти, или система регулирования. Она была распространена от Мультана до Бихара и на значи­тельной части Раджпутаны, Мальвы и. Гуджарата. Сущность этой системы заключалась в установлении фиксированных ставок денежных платежей с каждой единицы площади, засеянной той или иной культурой. Каждый год необходимо было измерять и регистриро­вать посевные площади. Исчисление размера налога производилось на основе таблицы налоговых ставок, называемой дастур, и данных о возделываемых куль­турах. Налогом облагалась только та земля, которая действительно обрабатывалась. Налог взимался с каждого крестьянского двора. При Акбаре налог со­ответствовал ¹ /з урожая. Установление этого размера в каждый сезон было трудоемким и дорогостоящим делом, и часть этих издержек должен был нести кре­стьянин. Но преимущество этой системы заключалось в том, что не существовало передачи отдельным ли­цам права на сбор налога в свою пользу, раздачи сбора налога на откуп, а также установления налого­обложения больших территорий на основании только предварительной оценки. В налоговой системе Акба­ра не могло быть и речи о ренте как сумме, уплачивае­мой за одно лишь право вдадения землей. Налог

собирался не со всего земельного владения, а только с обрабатываемой площади;

3) насак или оценка. Система насак не предполага­ла общей кадастрации земель и сбора сведений об урожае в каждом сельскохозяйственном году.

Акбар перевел в 1574—1575 гг. в центральной части страны натуральные подати в денежные, при­няв за основу среднюю цену на земледельческие про­дукты в разных районах страны за 10 лет. Реформа эта была возможно только на основе роста товарно- денежных отношений.

Для получения денежных средств на уплату нало­га крестьянин должен был сразу по уборке урожая выставить свою продукцию на рынок, что вело к сни­жению цен. Наличие низких цен на продовольствие вынудило Акбара четыре раза — в 1585 г., в 1586 г., в 1588 г. и в 1590 г. снижать ставки земельных пода­тей в среднем на 10—25 % как на казенных землях, так и на землях феодалов, т. к. крестьяне были не в состоянии выручить.за свои продукты сумму, доста­точную для уплаты налога. Немаловажным следстви­ем перевода поземельного налога в денежную форму стала необходимость для крестьян прибегать к помо­щи ростовщиков.

X

РЕЛИГИОЗНАЯ РЕФОРМА

В очень ранний период своего правления (1562— 1564) Акбар, действуя самостоятельно и с большой смелостью, провел ряд важных реформ. Эти реформы Дают нам ясно^ представление о политике, которую он был намерен проводить в отношении индусов.

Он отменил налоги на индусских паломников, за­претил обращение военнопленных в рабство и отме­нил джизию. Налоги с паломников достигали милли­онов рупий, следовательно отмена этих налогов и джи- ^Зии была в финансовом отношении большой жертвой.

Принципом Акбара была веротерпимость (солх-и- ^кУл), но помимо религиозных соображений его отно­шение к индусам определялось здравым политиче­ским инстинктом. Его индусские родственники со ^т°роны жен заняли очень высокое положение среди

могольской знати и к ним относились с почтением, как к родственникам правящей династии.

Поощрялось изучение индуизма, разрешалось сво­бодно воздвигать индуисские храмы, проводить инду- исские религиозные празднества, и индуисское насе­ление не обременялось никакими особыми налогами, которые были бы знаком его приниженного положе­ния в обществе. Таким образом, Акбару удалось обес­печить себе поддержку индусов и значительно уси­лить могольскую власть в Индии.

В то же время он «приложил огромные усилия для того, чтобы освободить индийский ислам от его араб­ских черт и приспособить его к нуждам Индии, подоб­но тому, как персы использовали шиизм для того, чтобы придать исламу свой национальный дух». При Акбаре началось великое религиозное и культурное движение для приспособления ислама к традициям Индии.

В Фатхпур-Сикри Акбар построил молитвенный дом (ибадат-ханэ), где избранные представители раз­личных школ религиозной мысли — мусульмане, ин­дусы, джайны, христиане — участвовали в религиоз­ных диспутах. Эти диспуты, по-видимому, убедили Акбара в том, что «свет есть во всех формах поклоне­ния Богу, и каждая форма в большей или меньшей мере имеет теневые стороны».

Решив бросить вызов чрезмерному влиянию уле­мов, Акбар в сентябре 1579 г. издал Указ о непогре­шимости, который давал ему высшую власть при ре­шении всех вопросов, касавшихся ислама. Когда Ак­бар издал этот Указ, им руководило желание ни с кем не делить преданности своих подданных-мусульман,, а не желание взять на себя духовное руководство. Он стремился создать новую религиозную организацию.

Акбар выработал свою собственную эклектичес­кую религию, названную дин-и-илахи, и в 1582— 1605 гг. он являлся ее пророком. Эта религия была охарактеризована как монотеистический парсийский индуизм. Это был мусульманский орден суфиев, су­ществовавший в рамках ислама, основывавшийся на индивидуальных убеждениях его приверженцев и от­крытый только для людей, достигших определенных ступеней духовного развития.