§1. Социально-экономическое развитие

Послевоенные годы начались с победы над фашизмом, с веры, что все са­мое трудное осталось за порогом невиданной в мировой истории по масштабам разрушений войны и с пафоса восстановления.

Стремясь доказать мировому сообществу, что только первое в мире со­циалистическое государство, несмотря ни на что, в первую очередь думает о благе человека, И.В. Сталин дал указание отменить карточную систему снаб­жения населения, провести денежную реформу и снизить цены на различные товары. Условия проведения денежной реформы 1947 г. (обмен денег прово­дился с 16 декабря по 22 декабря, а в отдельных районах до 29 декабря) обу­словили фактическую конфискацию наличных денег у населения, которые обменивались по курсу 10 к 1. Выиграли лишь те граждане, которые держали деньги на сберкнижках, так как здесь вклады обменивались дифференциро­ванно. Причем суммы до трех тысяч рублей меняли 1 к 1, от трех до десяти тысяч рублей - 3 к 2, свыше десяти тысяч рублей - 2 к 1. Считалось, что это удар по спекулятивным элементам, а трудящиеся в результате реформы даже выиграют. На самом деле денежная реформа 1947 г. весьма чувствительно ударила по наиболее квалифицированным и энергичным труженикам - рабочим высоких разрядов, технической интеллигенции, а также по тем, кто был занят в тяжелых и вредных производствах (там были повышенные став­ки) и в сельском хозяйстве.

которые в основном и были представлены наличностью. И наоборот, есть ряд свидетельств, говорящих о том, что многие работники партийных, совет­ских, хозяйственных и правоохранительных органов в центре и на местах, узнав накануне об условиях проведения реформы, успели молниеносно ото­варить значительные суммы наличных денег, перевели их на сберкнижки, разделили крупные вклады в сберкассе на несколько мелких, чтобы обеспе­чить обмен по льготному курсу, и т.д.

Широко рекламируемая кампания отмены карточной системы и пониже­ния цен на самом деле на повышение уровня жизни народа практически не по­влияла. Цены в госторговле по мере восстановления хозяйства и роста произ­водства товаров действительно снижались. Если их уровень в четвертом квар­тале 1947 г., когда были отменены карточки, принять за сто, то на 1 марта 1949 г. их индекс составлял 71%, на 1 апреля 1954 г. - 43%. Но при этом они были более чем на треть выше довоенного уровня. Следует отметить, что от снижения цен выигрывали в большей степени люди с высокими по тем вре­менам заработками. Зарплата же в те годы была практически заморожена.

Рыночные цены в ту пору бывали порой ниже государственных. Од­нако не следует забывать: в то время продавец на рынке, колхозник, пред­ставлял большинство народа, так что низкие цены означали низкий доход этого большинства. Сами недоедали, а на рынок везли - вот откуда было рыночное изобилие. Крестьян у нас в то время было около 70 млн из 170 млн населения страны. Они паспортов не имели и покидать деревни «самоволь­но» не могли - за такое отправляли за решетку. Из оставшихся 100 млн по крайней мере 20 млн было пенсионеров. Пенсия в то время составляла от трех до семи рублей в месяц (в пересчете на деньги 1961 г.) - на эти деньги можно было купить разве что несколько банок консервов. Из оставшихся 80 млн человек не менее 12 млн (точной статистики и сегодня не имеется) со­ставляли заключенные, более 8 млн - ссыльные и вольные поселенцы.

сячных зарплат, а меньше, ибо их принуждали в обязательном порядке под­писываться на государственные займы.

В 1947 г. значительную часть территории страны охватил голод. Он возник после сильной засухи 1946 г., охватившей основные сельскохозяй­ственные житницы европейской части СССР. После войны натуральные и денежные доходы с колхозов и колхозников в пользу государства возросли неимоверно. Новые поборы привели к гибели сотен тысяч крестьян и к окон­чательному обнищанию миллионов. Чтобы избежать уплаты налогов, а они взимались не в виде общей суммы, а с каждой единицы сельскохозяйствен­ной культуры или домашнего скота и птицы, колхозники вынуждены были свертывать многостороннее хозяйство и оставлять производство только той его части, налог на которую был меньше или без чего семье грозила бы го­лодная смерть. Наряду с этим от колхозов требовали в виде натуральных поставок продукты, которые они не производили. Решая эту проблему, они были вынуждены приобретать эти продукты по рыночной цене и сдавать их государству бесплатно. Работа на земле превращалась в безрадостный и ма­лодоходный принудительный труд.

Дальнейшее развитие народного хозяйства страны упиралось в пороч­ность самой системы административно-командного социализма. Все даже незначительные вопросы развития экономики решались в центре, а ини­циатива местных хозяйственных органов была ограничена до предела. Пла­ны и необходимые материальные фонды для их выполнения также спуска­лись сверху. Абсурдность централизованного управления приводила к то­му, что коммуникации между поставщиками, производителями и смежни­ками растягивались на тысячи километров. Бесхозяйственность и неразбе­риха порождали простои на производстве, штурмовщину и вели к огром­ным материальным потерям. Немыслимо вырос центральный бюрократи­ческий аппарат. Взяточничество стало обычной формой деловых отноше­ний, ложь - образом жизни.

После войны многократно производились внутриведомственные ре­

формы, менялись характер и функции планирующих органов, но существен­ных изменений эти меры в руководство экономической жизнью страны не внесли. На первой сессии Верховного Совета СССР (март 1946 г.) Совет Народных Комиссаров был преобразован в Совет Министров СССР, а Советы Народных Комиссаров союзных и автономных республик были преобразова­ны в Советы Министров данных национальных образований. Этим актом как бы особенно подчеркивалась возросшая роль государства, увы, давно не зависящего от воли собственного народа.