§ 65. СОФИЯ ПАЛЕОЛОГ
В 1472 году состоялся брак Ивана III с византийской царевной Софией Палеолог[152]. Брак этот имел большое политическое значение. Брак с Софией Палеолог делал московского князя наследником византийских императоров.
София была дочерью последнего деспота Мистры (см. выше) Фомы Палеолога и племянницей византийского императора Константина XI, погибшего при взятии Константинополя турками. При занятии турками Мореи в 1460 году Фома бежал в Рим к папе. После смерти Фомы папа остался опекуном его детей (двух мальчиков — Андрея и Мануила — и одной дочери Зои-Софии).Дети воспитывались в духе Флорентийской унии. Мысль о браке Зои-Софии с московским князем зародилась в римских кругах, по всей вероятности, в связи с надеждами осуществления унии в Москве[153] и с мечтаниями о помощи Москвы в деле изгнания турок из Константинополя[154]. Великий князь согласился на брак, и папа отправил Софию в Москву в сопровождении своего легата Антония. София выехала из Рима 24 июня 1472 года, пересекла к северу всю Европу, из Любека на корабле приплыла к Ревелю, оттуда путь ее лежал на Юрьев (Дерпт) и Псков. Общее смущение на Руси вызвал папский легат Антоний, перед которым везли в санях латинское распятие. Великий князь созвал по этому поводу на совет духовенство и бояр. Митрополит Филипп
сказал: «Буде ты в благоверной Москве позволишь нести латинский крыж перед латинским бискупом, то он виидет в единые врата, а я, отец твой, другими изыду вон из града». Латинское распятие велено было спрятать.
Царевна София въехала в Москву 12 ноября 1472 года, Иван III немедля обвенчался с ней и после того решительно отклонил все домогательства папского легата о признании Флорентийской унии, хотя всячески одарил и обласкал легата (пробывшего в Москве до января 1473 года и имевшего прение о вере с митрополитом Филиппом). Брак с Софией Палеолог многое изменил в московском великокняжеском быту. Введены были изменения в дворцовом церемониале. На печати московского великого князя появился византийский двуглавый орел. Вместе с Софией прибыло много греков и итальянцев, которые остались в Москве. Греки и «фрязи» приезжали в Москву и после того. Среди них были архитекторы, художники, всякие мастера (в числе других — архитектор Аристотель Фиораванти, строитель Успенского собора и Грановитой палаты в Москве).