§ 53. ДМИТРИЙ ДОНСКОЙ И КУЛИКОВО ПОЛЕ
Московский князь Иван Иванович Красный умер в один год с Бердибеком (1359). Московский стол перешел к малолетнему сыну Ивана, Дмитрию. Пользуясь малолетством нового московского князя, суздальский князь Дмитрий Константинович выпросил себе в Орде ярлык на великое княжение.
У Дмитрия был, однако, зрелый руководитель — митрополит Алексей. Московские бояре также не склонны были к умалению Москвы. Пользуясь междоусобиями в Орде, бояре сумели выхлопотать своему князю ярлык на великое княжение на место суздальского князя. В Орде ханы менялись часто. Сын Бердибека Кульпа властвовал всего несколько месяцев. И его, и сыновей его[101] убил их родственник Нау- рус[102]. Наурус вскоре был убит заяицким князем Хидырем. К этому Хидырю и повезли московские бояре Дмитрия — добывать ему ярлык на великое княжение. Но в это времяв Орде начались снова смуты. Хидыря убил его сын Темир- Ходжа. Темир-Ходжа, однако, царствовал всего шесть дней. На седьмой день поднял мятеж темник Мамай, выставивший нового кандидата в ханы — Абдаллу. Орда распалась, появилось одновременно несколько ханов, в Сарае удалось утвердиться Мюриду (брату Хидыря).
Когда началось междоусобие в Орде, русские князья, бывшие там, бросились на Русь. Московские бояре со своим князем Дмитрием Ивановичем успели проскочить благополучно. В скором времени, когда междоусобие в Орде несколько улеглось (1362), московские бояре вновь поехали в Сарай к Мюриду и сумели получить для своего князя ярлык на великое княжение. Однако авторитет Орды был уже невысок. Суздальский князь Дмитрий Константинович пытался отстаивать свои права силой, но московская рать одержала верх. Дмитрий Константинович съехал с великого княжения к себе в Суздаль. Вслед за тем в 1363 году Дмитрий Иванович получил новый ярлык на великое княжение от хана — соперника Абдаллы[103].
Ослабление Золотой Орды было немедленно использовано литовским великим князем Ольгердом.
В 1361 году Ольгерд занял Киев и посадил в нем своего сына Владимира[104]. Из Киева Ольгерд двинулся дальше на юг, разбил монгольский отряд на Синей Воде (Днепровско-Бугский лиман) и занял Подолье (куда посадил княжить своих племянников Кориадовичей). Литовско-Русское государство достигло,таким образом, Черного моря[105]. Орда была слишком слаба, чтобы помешать продвижению Ольгерда. Орде становилось уже трудно держать в подчинении Северо-Восточную Русь. Вместо того чтобы оберегать русские улусы от Литвы, в Орде готовы были теперь на соглашение с Литвой, чтобы раздавить ненадежную Москву. Политическое положение Московского княжества сделалось чрезвычайно трудным и опасным. Лишь величайшим напряжением энергии возмужавший князь Дмитрий Иванович мог спасти Московское государство. В 1368 году Ольгерд рискнул предпринять молниеносный набег на Москву. Ольгерду удалось захватить и разбить сторожевой полк московского князя, но Москва успела приготовиться к защите, и Ольгерду взять ее не удалось. Два года после этого Ольгерд занимался подчинением чернигово-северских земель, а против Москвы действовал главным образом через Тверь и Рязань.
В 1370 году тверской князь Михаил Александрович, по предварительному уговору с Ольгердом, поехал в Орду и добыл от Мамая ярлык на великое княжение[106]. Мамай отправил с Михаилом своего посла, чтобы посадить Михаила на великое княжение. Но Дмитрий перехватил пути заставами и едва не взял в плен Михаила. Михаилу пришлось бежать в Литву. Чтобы поддержать его, Ольгерд пошел вновь на Москву, но не решился напасть на великокняжескую рать; Ольгерд и Михаил заключили перемирие с Дмитрием Ивановичем. После того Михаил опять ездил в Орду и добыл подтверждение своего ярлыка. Дмитрий не уступил, перекупил татарского посла на свою сторону, а затем сам отправился в Орду, задарил Мамая, хана, ханш и всех князей ордынских и снова получил ярлык на великое княжение.
Кроме того, он заплатил в Орде 10 тысяч рублей, которые там задолжал тверской княжич Иван, и увез этого княжича в Москву.
В том же (1371) году Дмитрий разбил рязанцев, выступивших против Москвы. Дмитрий обезопасил себя от Орды и Рязани, но оставались еще Тверь и Литва. Ольгерд двинулся еще раз на Москву с большим войском, вышел на Оку (к северу от Тулы), но потерпел поражение у Любут- ска и вынужден был заключить новое перемирие с Москвою, причем отказался от всякой помощи тверскому князю (июль 1372). Так рушились широкие планы Ольгерда. В 1375 году Михаил Тверской, после новой попытки борьбы с московским князем, смирился и в мирном «докончанье» отказался от сношений с Литвой и Сараем, минуя Москву.Ольгерд умер в 1377 году, и со смертью его наступило на некоторое время ослабление Литовского государства. Старшие Гедиминовичи не пожелали служить сыну Ольгерда от второго брака, Ягайле. Двое Ольгердовичей, Андрей и Дмитрий, перешли на сторону Москвы. Другой Дмитрий (Кори- бут) Ольгердович (князь новгород-северский) также был враждебен Ягайле. Враждовал с Ягайлой и дядя его Кейстут (равно как и сын Кейстута, Витовт). Все эти обстоятельства уменьшали литовскую опасность и позволяли Дмитрию обратить главное внимание на Орду. Подготовлялся открытый разрыв Москвы с Ордою. Несколько лет шла уже борьба Руси с татарами, но сначала не с самим Мамаем, а с теми ханами, которые откололись от Золотой Орды после «великой замятни» (Булат-Темиром, сидевшим в Камско- Болгарской земле, Арапшею — в Мордовской земле)[107]. Мамай попытался привести Русь к прежнему подчинению. В 1378
году татары сожгли Нижний[108]. В том же году Мамай отправил сильное татарское войско против великого князя московского, но Дмитрий разбил это войско на реке Воже (в Рязанской земле). Тогда Мамай решил двинуть на Дмитрия все силы Золотой Орды. Несмотря на ослабление Орды, силы эти были еще грозны. Помимо того, Мамай заключил соглашение с литовским великим князем Ягайлою и с рязанским князем Ольгом[109].
Мало кто на Руси верил в возможность победы Дмитрия, и потому многие старались уклониться от участия в войне, как сделал тверской князь.
Несмотря на это, Дмитрию все же удалось собрать значительные силы. Войска Дмитрия были проникнуты религиозно-национальным энтузиазмом. Сильный духовным обаянием и авторитетом старчества, Троицкий игумен Сергий[110] благословил Дмитрия на брань[111].Дмитрий назначил сбор полкам в Коломне к 15 августа. Из Коломны Дмитрий немедленно повел свою рать через Рязанское княжество на Дон, чтобы не дать возможности литовскому князю Ягайле соединиться с Мамаем[112]. В ночь на 8 сентября русские полки перешли Дон и рано утром построились при устье реки Непрядвы. Кровопролитная битва на Куликовом поле кончилась разгромом татар
ской рати. Мамай бежал с остатками своего войска. Ягайла, стоявший всего за несколько переходов от Куликова поля, поспешно повернул обратно в Литву.
Куликовская битва имела громадное моральное значение, однако победа была куплена страшно дорогой ценой. Цвет московской рати погиб в бою. Куликовская битва, высоко подняв моральное значение московского князя, надломила его материальные силы.