ОТ АВТОРА

Эта книга — итог многолетних трудов. Работа над ней совпала с вы­ходом в свет необходимых обобщающих исследований по этнографии, лингвистике и с переломной эпохой в археологии Центральной и Восточ­ной Европы.

Автор счастлив, что не остался сторонним наблюдателем в час ис­пытания для отечественной археологии и принял участие в раскоп­ках памятников неолита-бронзы на всем пространстве евразийских сте­пей от Енисея до Прута, от Средней Азии, Кавказа, Крыма до Верх­ней Волги, руководя в течение четверти века новостроечными экспеди­циями и отрядами. Находки и открытия превзошли все ожидания. Мно­гие из них легли в основу концепции автора о позднеиндоевропейской прародине.

Целый пласт древнеямных памятников, выявленный в Северном Попру- тье в 1974 году и самые ранние из них, являющиеся древнейши­ми памятниками древнеямной культуры Евразии, позволили переориен­тировать древнеямные миграции, перенести эйкумену индоиранцев из Волго-Уралья в Прикарпатье и Подунавье.

Раскопки многослойных курганов на Нижнем Днепре в 1973 году по­могли установить границу между двумя зонами древнеямной культур­но-исторической области. На Северском Донце в 1975 году были откры­ты подкурганные погребения культуры. Средний Стог II, сформировав­шей памятники восточной зоны древнеямной KHO. В низовьях Волги, в Калмыкии в 1985 году были обнаружены бескурганные погребения с древнеямным обрядом и скипетрами в виде стилизованной головы ло­шади, фиксирующие первое проникновение носителей древнеямной культуры в степи Евразии, отражающие процесс колонизации степей индоиранским населением.

На Нижнем Дону (1958—1963 гг.) автором был открыт ставший знаме­нитым многослойный неолитический памятник — поселение Ракушеч­ный Яр, у ст. Раздорская, древнейший памятник с производящим типом хозяйства, связывающийся с культурой Kepein — археологическим эк­вивалентом «северокавказцев».

Северный Кавказ, исследованный нами от моря и до моря, в степях и предгорьях, в 1972, 1976—1981 гг., стал кладезем для индоевропейско­го культурознания. В Прикубанье была открыта новая культура с по­возками, сходная и отличная от древнеямной, послужившая для обос­нования новых гипотез о происхождении и направлениях распростра­нения колесного транспорта и представляющая археологический экви­валент индоариев в Восточной Европе. Новосвободпенская керамика в кубано-днепровских погребениях с повозками и повозки в древнеям-

пых погребениях позволили говорить об ареальных контактах хеттов и индоариев на Кавказе и о чресполосном существовании древних иран­цев и индоариев на Кавказе. Находки майкопской керамики неизвест­ных ранее форм позволили подкрепить концепцию семитской атрибу­ции майкопской культуры, а определенные контакты майкопской куль­туры с культурами индоевропейской атрибуции позволили разработать семито-индоевропейский узел индоевропейской проблемы.

Исследование куро-аракской культуры в Осетии (картвельская атри­буция которой поддерживается нами), выделение кубано-терской куль­туры Центрального Предкавказья, происходящей из культуры шаро­видных амфор, первой производной от праиндоевропейской культуры воронковидных кубков (Николаева, 1980, 1987), а также обнаружение синкретичных комплексов с традициями двух культур позволили сде­лать вывод о длительных контактах картвелов с одной из групп древ- неевропейцев.

Эти открытия, без которых было бы невозможно наше обращение к индоевропейской проблеме, осуществились благодаря участию большо­го коллектива сотрудников, работавших с нами годами, в многомесяч­ных экспедициях, мужественно разделявших все лишения и невзгоды экспедиционной жизни.

Это безвременно ушедшие из жизни друзья, с которыми исследовали памятники Хакассии и Тувы, а под руководством Татьяны Дмитриевны Белановской,— Ракушечный Яр — археологи Александр Николаевич Румянцев, Виктор Петрович Третьяков. Это археологи — Константин Иванович Красильников (1975, 1977, 1978), Николай Иванович Тара­сенко (1975, 1977—1979), Ольга Викторовна Плугатаренко (1975, 1978—1981), Иван Иванович Марченко (1977—1980), Григорий Алек­сеевич Николаев (1973—1980, 1984, 1985), Михаил Михайлович Пота­пов (1978—1981, 1984—1985), полевой исследователь Евгений Вален­тинович Кочуров (1976—1980, 1984, 1985), художники — Лидия Ана­тольевна Дударева (1977—1980), Валентин Петрович Саяпин (1976, 1979). Много радости принесло мне общение с Александром Сафроно­вым, находившимся со мной во всех экспедициях с 1978 года и при­нимавшим активное участие в раскопках с 1984 года в моздокских сте­пях, калмыцкой полупустыне, в лесах Верхнего Поволжья.

C благодарностью вспоминаю замечательного ученого, профессора и проректора Северо-Осетинского университета, Николая Васильевича Сиукаева, чья помощь и поддержка сделали реальностью самые боль­шие курганные экспедиции на Северном Кавказе 1978—1981 гг. И как памятник этому плодотворному сотрудничеству остались Археологичес­кий музей СОТУ, сериал археологических сборников и первая отече­ственная монография по индоевропейской прародине.

Чту память своего учителя, профессора Михаила Илларионовича Арта­монова, создавшего на кафедре археологии Ленинградского универси­тета атмосферу дерзновенного поиска, всегда поддерживающего сме­лые научные начинания.

Каждый археологический факт и аргумент концепции в этой книге оттачивался и выверялся в страстных спорах с моим придирчивым оп­понентом, женой, коллегой, соавтором многих работ и участником всех экспедиций, начиная с 1963 года, Надеждой Алексеевной Николаевой, взявшей на себя тяжелый груз по техническому оформлению и иллю­стрированию книги, за что я ей, как всегда, глубоко признателен.