<<
>>

§ 2. Надписи и данные языка

Пребывание этрусков в Кампании подтверждается многочис­ленными эпиграфическими памятниками на этрусском языке. Среди них первое место занимает глиняная таблица, открытая в 1899 г.

в некрополе древней Капуи. Это один из самых боль­ших текстов на этрусском языке, интерпретировать который пытался ряд исследователей. Интерес к этому памятнику не ослабевает, о чем свидетельствуют исследования и «переводы»,

продолжающие появляться на страницах ≪Studi Etruschb.[59]От­носясь с должным скептицизмом к возможности перевести такой текст при современном уровне знания этрусского языка, мы признаем достижение следующих результатов. Исследователи единодушно считают, что надпись эта содержит ритуальные (жертвенные) предписания. Нет оснований сомневаться в пра­вильности основного положения, хотя «переводы» отдельных формул, повторяем, не могут считаться надежными и нельзя вместе с Кортсеном быть убежденным в том, что ритуал отно­сится к заупокойному культу и что данная надпись представ­ляет собой извлечение из ахеронтических книг, которые этруски привезли с собой в Кампанию. Нельзя считать вероятным, что капуанский ритуал, содержащий многочисленные имена богов, построен календарно.[60]Наличные в строках 14,23,24 и 27 формы tur. zai, fur. zaes, tur. zae, несмотря на предположение Феттера,[61]вряд ли могут быть истолкованы как племенное название этру­сков.[62] Последние, как известно, называли себя rasna. Слову же Iurza недавний «переводчик» Штольтенберг придал значение «фимиам».[63] Приходится также отвергнуть предложенное Фет­тером чтение Safuniiiac (в строке 24), которому он придавал значение «самниты» или «область самнитов», так как оно не­надежно: у Кортсепа — а. с. aniiac, у Штольтенберга — ur(a, причем начертание niiiac отделено и отнесено к следующему предложению.

Штольтенберг сделал попытку установить в данном памят­нике названия должностей, преимущественно жреческих, и со­циальные термины.

Это существенно обогатило бы наши сведе­ния о крупнейшем колониальном центре этрусков в Кампании. Но его толкования представляются нам произвольными. Они противоречат толкованиям предшествующих исследователей. Единственно достоверно то, что слово cipen, встречающееся дважды (строки 8 и 28), значит «жрец».[64]

Заслуживает также быть отмеченным толкование Паллоти- но, согласно которому организация жречества в Капуе, как вообще у этрусков, сохраняла родовой характер: Iautun icni seril turza (строка 22) будто бы значит, что gens Ignia обязан совершать приношение, именуемое turza.6δ

Из ряда имен этрусских божеств особо отметим uni - - Юнона (строка 13), поскольку археологически установлено на­личие там храма богини.

Хотя сведения о содержании капуанской таблицы весьма шатки, но памятник этот ценен уже тем, что относится к началу V в., т. е. ко времени этрусского владычества, и носит офици­альный характер.

Имеется около семидесяти надписей на сосудах, которые были обнаружены в районах Капуи, Нолы и некоторых других центров.06 Надписи эти отчасти этрусские, отчасти они образцы этрускизирующегося оскского языка. [65][66][67]Сосуды, на которых они помещены, - преимущественно грубая черная посуда местной) производства, сатрапа Suppcllex римлян. Ее трудно датировать. Эти эпиграфические тексты неоспоримо доказывают, что Кам­пания была зоной двуязычия. Надписи относятся к периоду: по­следние десятилетия VI — конец IV вв. По языку, эпиграфиче­ским признакам они принадлежат к архаической фазе и ближе всего стоят к соответствующим надписям южной Этрурии. Из этих памятников 13 могут быть датированы либо концом VI, либо первой половиной V в., т. е. относятся ко времени этрус­ского владычества;[68]10 сосудов относятся либо ко второй поло­вине V, либо к IV в.,[69] остальные точно датировать нельзя. На­личие поздних надписей позволяет сделать тот важный вывод, что этрусский элемент оказался устойчивым и после падения этрусского владычества.

Точно так же отсутствие надписей более ранних, чем конец VI в., имеет значение для определения времени появления этрусков в Кампании.

Ниже мы приводим ряд надписей, сопровождая их необхо­димым для нашей задачи комментарием. Исключены тексты.

которые не поддаются сколько-нибудь правдоподобному истол­кованию или ничего этрусского не содержат.

Капуя. Древнейшей, видимо, из до сих пор открытых надпи­сей является надпись на патере, покрытой черной краской:

каре mukaftesa kapes sli

СП, III, 409 = Weege, № 48.

Буффа (Buffa1 1195) расположил слова иначе:

kapes. sli каре mukaftesa.

По Bere (Weege, стр. 37), надпись относится к 520—500 п\ У нее есть параллели в Суэссуле, обнаруженные на двух сосу­дах конца V в. Гентилиций cape встречается в ряде мест Этру­рии: cape — в Перузии, сарпа — в Арреции, Клузии, Перузин. Этот гентилиций известен затем в латинизированных формах (см.: Schulze, стр. 145). Перед нами, несомненно, один из частных случаев широкого распространения сходных гентили- циев, из которого, однако, нельзя делать заключения о наличии родственных связей между всеми представителями этих омони­мичных фамилий. Но в данном случае имеет место поразитель­ное совпадение капуанской надписи с двумя надписями из Вульци. Разные половины этой надписи находятся там на двух сосудах второй половины VI в. На чернофигурной амфоре с изображениями гарпий читаем: каре Hiukaftesa (Weege, стр. 23) и на патере: kapes sli (там же). Возможно, что капуан- ская надпись дает соединение имен тех же двух лиц. Мы счи­таем допустимым предположение Эргона (Heurgon, стр. 152), что эти два лица, находившиеся сначала в Вульци, затем пере­селились в Капую и gens Capia получил широкое распростране­ние в Кампании. Эргон предполагал, что этот род принял уча­стие в основании Капуи и дал ей свое имя. На этих смелых предположениях Эргона мы остановимся позднее. Ясно, что здесь мы имеем случай полного ономастического сходства между метрополией и колонией. Напомним еще, что Вульци был одним из центров, игравших видную роль в колонизатор­ских предприятиях mukaftesa — патронимический родительный падеж.

mi culiχnavura [70] venelus

Weege, № 69 = Buffa, 1022[71] = TLE, 3.

Две такие совершенно тождественные надписи (graffiti) были сделаны на двух греческих сосудах начала V в. Один най­ден недалеко от Капуи (в Le Curti) и хранится в Неаполе. Надпись на нем была впервые опубликована Конвеем

(R. S. Conway. The Italic Dialects, τ. II, № 9. Cambridge, 1897, cτp. 525). Фрагмент другого, краснофигурного аттического сосуда найден в Капуе и хранится в Лейпциге. Эта надпись была впервые опубликована Румпфом (A. Rumpf. Iscrizioni etrusche su vasi del museo di Lipsia. SE, т. II, 1928, стр. 404 и сл.). Румпф указывает, что в данном тексте седьмая от конца буква определенно v, а не d (в оскском начертании R). Обе эти надписи поэтому относят к категории южноэтрусских, которые Хербиг противопоставляет этрусско-кампанским.[72]

Феттер (стр. 176) culiχnavura толкует как название сосуда. Что касается имени владельца veπel, то это весьма распростра­ненный этрусский praenomen. Румпф (A. Rumpf1ук. соч., стр. 405) указывает, что существует этрусской работы кольцеобраз­ный аскос, происходящий из Цере, с надписью, которая также начинается словами mi venelusi (дательный падеж от venel). Памятник относят к началу VI в. до н. э. Имя venel имело широкое распространение также и в Кампании и было затем заимствовано лицами оскского или самнитского происхождения. Таковы лица, упомянутые в следующей надписи, где наличии формы Veneliis и venilei. Отсюда — латинизированный гентили- ций Venclius, venilius (см.: Schulze, стр. 379, 415, 462). Не­сколько недавно найденных надписей дают praenomen venel. На вновь открытых в Орвието каменных блоках — mi venelus es... (см.: М. Bizzari. La necropoli di Crocefisso del Tufo in Orvicto. SE, т. XXX, 1962, стр. 136), [mi ven]elus piai. ..,mi ven[elus.. . (там же, стр. 137 и сл.) и mi venelus papanas (там же, стр. 143). Надпись из Цере дает venel (см.: L. Cavagnaro Vanovi. Rivista di epigrafia etrusca.

SE, т. XXX, 1962, стр. 297).

vinuχs veπeliis peracis estam tetet venilei viniciiu на бронзовом стамносе местного производства, датируемом кон­цом VI—серединой V вв. Язык — этрускизирующийся оскский (Феттер — стр. 172 — считает этот текст древнейшей оскской надписью). Памятник хранится в Эрмитаже. Текст надписи даем по новейшему изданию.[73]

Пизани (V. Pisani. Le Iingue dellTtalia aπtica oltre il lati­no. Torino, 1953, стр. 72) переводит: Vinucus Venelius Peracius (?) istam dedit Venilii Vinicio. Этрускизмами являются: tetet вместо deded, vinuχs вместо vinucs. В этой надписи упоминает­ся лицо, которое носит уже известное нам этрусское имя (в зна­чении патронимика или родового имени?), но с оскским падеж­ным окончанием. Имя этого лица vinuχs также получило оск­ское оформление, хотя и оно имеет этрусское происхождение (о venu см.: Schulze, стр. 69). Что касается имени второго лица в дательном падеже, то и у этого имени есть аналогия

в надписи из Орвието: mi venelus Vinucenas (CIE, 5021). C дру­гой стороны, эта надпись, бесспорно, свидетельствует о проник­новении в Капую оскского (самнитского?) элемента, а также о том, что этот элемент уже подвергся этрусскому влиянию. Возможно, что Эргон прав, считая лиц, упомянутых в надписи, самнитами, которые носят этрусские имена потому, что если не они, то кто-то из старшего поколения стал клиентом соответ­ствующей этрусской фамилии (см.: Heurgon, стр. 103 и сл.). Возможно, что правильно и его толкование, согласно которому veπeliis и viniciis — гентилиции, имеющие патронимический характер. Если это так, то, возможно, первое лицо является сы­ном второго, но подобная ономастическая система этрусской уже не является.

mi venelus numclanies

СП, 1,518 = Weege, № 52 = TLE1 10.

Здесь вновь встречаем praenomen venel, частый в Этрурии (Buonamici. Ер. etr., стр. 261). Феттер вслед за Шульце принимает numclanies за одно слово и толкует как гентилиций, который, кажется, неизвестен среди этрусских надписей (V е t- t е г, стр.

73 и сл.; Schulze, стр. 199, прим. 5).

сире veliesa

СП, I, 520 = Weege, № 41 = TLE1 7

на сосуде, покрытом черной краской. Cupe — название сосуда греческого происхождения (см.: Herbig, стр. 132, и Vetter, стр. 167. О гентилиции — Schulze, стр. 99).

Iimurce sta pruχum

СП, 2754a =Weege, № 35 = TLE, 5

на сосуде буккеро местного производства;

mi venerus Iimrcesa itun Iimurce stan tinas

ClI, I, 517 (иначе Weege, .Vs 47 и TLE, 6)

па сосуде, окрашенном в черный цвет. Обе надписи относят к V веку, pruχum и itun — названия сосудов, заимствованные из греческого; venerus толкуют как форму от личного имени venel, которое уже встречалось выше; Iimurce, Iimrcesa (Weege, № 47 —Iimrcena)—формы именительного и родительного па­дежей родового имени, которое сближают с Iemrecna, Iemrec- nas, Iemrcnei (CIE, 4029—4031) из Перузии. Вторую надпись толкуют: «Венела Лимурка сосуд; Лимурк посвящает его Ти- нии». Однако вряд ли можно считать точно установленным зна­чение stan, в первой надписи sta. (О sta см.: Herbig, стр. 132, и Vetter, стр. 171). Если правильно сближение Ii- murce с латинизированным гентилицием Limbricii, который

2 H Н. Залесский

17

встречается в надписях Капуи, Неаполя и Сицилии, то этрус­ского происхождения род Лимурков продолжал существовать и в римское время (см.: М. Pallottino. Il plurale etrusco. SE, т. V, 1931, стр 245, и cp.: Heurgon, стр. 104 и сл.).

tinas

СП, I, 517

на сосуде IV века, tinas и tins толкуют как формы родительного падежа (см.: М. Pallottino. Il plurale etrusco, стр. 246;. Надпись свидетельствует о длительном бытовании этрусского культа Тинии при самнитском владычестве (См. об этой надпи­си: Е. Fiesel. Tinia, Tin. P—W RE, т. VI А 2, 1937, стлб. 1390 )

maiflna sta mi

СП, 1, 520 Weege, К» 42 — TLE, 9 на патере, которая была найдена в части некрополя, богатой краснофигурными сосудами. Надпись датируют около 475 г Если правильно сближение maiflna с этниконом Maefulanus—• «из Мефулы» (т. е. из сабинской области или района Беневен- та, где имеются такие географические названия), то эта надпись на этрусском языке была сделана ранним выходцем из обла­стей, заселенных сабсллами (см.: Heurgon, стр. IOl и сл ). Однако Феттер (Vetter, стр. 173) видит в maiflna этрускизиро- ванный гентилиций.

mi mamerce asklaie

СП, 2753 = Weege1№ 53 = TLE, 4 на сосуде буккеро. Надпись, быть может, содержит упоминание лица, происходящего из Аскула в Пицене (см.: Е. Lattes, ук. соч., стр. 6; Heurgon, стр. 101). Но надпись эта более позд­него времени.

tutc

СП, I, 511

на сосуде, окрашенном в черный цвет; видимо, означает этрус­ское родовое имя, к которому ряд параллелей можно найти в Этрурии, в том числе tute tutes (CIE, 5288, 5309, 5310 и 5318) из Вульци, и в Клузии — θutte (CIE, 2337).

mamurce carχuanie

СП, арр. 933 = Weege1№ 43, Hiamurkes arχvaπies

Buffa, 1029

на сосуде, окрашенном в черный цвет. Переводят: Marcus Gor- gonius. Praenomen италийского происхождения, но нет основа­ний видеть в нем уже след самнитского влияния, так как это личное имя не имеет никаких существенных отличий от тех, которые встречаются в Этрурии (mamarce, mamerce рядом

c marce). Шульце (Schulze, стр. 141) приводит примеры из Тарквиний, Вульци, Вольсиний. Наличие в надписи из Нолы (Weege, № 12) формы имени mamerces Феттер (Vetter, стр. 173) считает доказательством, что кампанские этруски про­исходили из разных областей Этрурии. Родовое же имя, ана­логичное капуанскому carχuanie, встречается в районах Вола- терр, Клузия и Перузии (Schulze, стр. 171: carcπa, carcunia).

mi maerce prziaθes

СП, 2754 = Weege, № 38

на патере буккеро в погребении, датируемом около 300 г. Шуль­це (Schulze, стр. 90, прим. 5) сближает prziaθes с гентили- цием Prosii, но аналогия сомнительна. Это несомненно этрус­ское погребение свидетельствует о бытовании этрусков в Капуе при самнитах. В том же погребении найден был апулийского производства сосуд с надписью Oun или nuθ (Weege1№ 36) - начертанием, встречающимся на этрусских изделиях (значение ею неизвестно).

vhel. mks. minutπisiies

Wecge, № 34,

minumi si ies∕vhelmus

Vetter, стр.'171 = CII, арр. 934

на кантаре, покрытом черной краской. Считают, что гентилиций италийского происхождения (Vetter, стр. 171), и сближают с numasioi на знаменитой фибуле из Пренесте Vll в. Однако аналогичные гентилиции наличии и в Этрурии: numusies (CIE, 423)—в Аррецпи, numesia (5191)—в Вольсиниях, Humsf (2501) — в Клузии и (3678 и сл.) в Перузии, numsini (453) — в Кортоне и др. Имеются латинизированные формы (см.. Schulze, стр. 164). В оскском соответствует Niumsis (Schulze, стр. 198). Феттер указывает (Vetter, стр. 171) и на этрусские параллели прозвища: felmni, felmnial (CIE, 35, 42, 52, 114, 115, также, быть может, 128 и 156 в Волатеррах). Феттер при этом отмечает, что написание vh вместо f в памятниках Кампании, в том числе в большой капуанской надписи, не наблюдается, откуда он делает вывод, что этрубские колонисты были различного происхождения.

velχaies

СП, арр. 935 = Weege, № 50 на патере, покрытой черной краской. Это родовое имя встре­чается еще в надписи Weege, № 75 неизвестного происхожде­ния: velχaie pustminas mi. В Этрурии: aule velχaie lar⅛al (CIE, 4718) из Клузия, velχae (3106) и velχeis (4325) из Перузии и другие весьма многочисленные параллели.

Ряд данных, относящихся к нашей теме, содержат надписи на оскском языке.

Возможно, что сокращение sp. в надписи sp. kaluvieis скры­вает известный этрусский praenomen spuris (см.: Heurgon, стр. 106, прим. 2). По Эргону, ряд гентилициев, встречающихся в оскских надписях Капуи, этрусского происхождения. Надписи эти имеются в таблице, помещенной на стр. 107 ук. сочинения. Родовое имя трех братьев, носящих оскские имена, — taπtrr- naium происходит от этрусского tantrπa (см.: Heurgon, cιp. 111, и Schulze, стр. 241); anniiei соответствует латинско­му Annii (так и Buonamici. Ер. Etr., стр. 258) и этрус­ским гентилициям ane, ania, annie из Клузия (CIE, 726—729, 1329—1335, 4185—4187); kaisillieis— латинскому Caesilius и этрусским ceisi, kaisies из Перузии и Вульци (Schulze, стр. 135); heleviis— латинскому Helvius из Клузия, этрусско­му Iielvereal из Перузии (Schulze, стр. 162). Loesius (Loi- sius) —латинизированная форма имени, сближаемого с этрус­ским Iuesrfa из Перузии (Schulze, стр. 184); pettieis соот­ветствует этрусскому реОпа, частому в Клузии и Перузии (Schulze, стр. 205); smintiis — этрусскому sminθinal из Перу­зии (Schulze, стр. 473). Другие случаи параллелизма не столь убедительны. Вывод, к которому приходит Эргон в ре­зультате исследования гентилициев капуанцев самнитской эпо­хи, таков: из 27 известных гентилициев 11 восходят к этрусским корням, 10 происхождения «оскского» и 6 неизвестного.

Можно предложить два объяснения происхождению этих этрускизованных гентилициев.[74] Первое: самниты, в качестве клиентов вошедшие в этрусские роды, сохранили и после своей победы гентилицни. Второе: носители этих гентилициев — по­томки уцелевших этрусских родов; приспособились к новым условиям и принимали даже оскские личные имена (три брата 'Гантернии, упомянутые выше, носили оскские имена: upils, vibis и pakis[75]). Оба случая представляются одинаково правдо­подобными. Они наблюдаются всюду, где можно проследить сосуществование разных племенных элементов.

Нола. Надписи, помещенные у Weege под №№ 1, 2 и 3, дают этрусский алфавит. № 1 дает начертания букв, соответствующие начертаниям большой капуанской надписи. № 3 содержит знак к и является самым древним (см.: Vetter, стр. 163 и сл.). Памятники эти, поскольку они находятся на сосудах местного производства, несомненно, свидетельствуют о наличии в Кам­пании этрусских мастеров, работавших для населения, знавшего этрусскую речь, и могут иметь значение для решения особых проблем о времени и путях проникновения этрусков в Кампа­нию. Патрони,[76]поскольку алфавит сосуда с надписью λp° 3 является архаическим и отличным от алфавита собственно

Этрурии,[77] видит в нем одно из доказательств в пользу своей теории проникновения этрусков в Кампанию с моря, в раннее время и независимо от проникновения другой части этрусков в собственно Этрурию. Сольяно [78]видит в происхождении оск­ского алфавита от этрусского одно из доказательств древности этрусского владычества в Кампании (оскские надписи не древ­нее конца V в. до н. э.[79]).

chaives Haviis р

СП, I, 512=Weege, № 4

на патере, окрашенной в черный цвет. Имена италийские, окон­чания этрусские (Vetter, стр. 164).

herine

СИ, 2770- Weege, Λ⅞ 10

на аналогичном сосуде. Феттер (Vetter, стр. 165) считает имя оскским, но с этрусским окончанием. Однако этот гентили- ций весьма распространен в Этрурии, особенно в Клузии (См.: CIE, 1580 и слл.), herini — также в Мантуе (СП, арр. 8а).

Существуют латинизированные формы этого гентилиция (cp.: D. Devoto. Rapporti onomastici etrusco-italici. SE, т. III, 1929, стр. 276 и сл.).

mamerces Eiusinies

СП, 2773 = Weege, № 12

на аналогичном сосуде. Даем чтение, принятое Феттером (Vetter, стр. 166). Он считает оба имени оскскими. Однако husni (CIE, 1244), husinias (1489), husinei (2317) есть в Клу­зии (см.: Schulze, стр. 171).

venelus Sitrinas

СП, 2782 = Weege, № 17

на патере.

Феттер (Vetter, стр. 166) считает оба имени этрусскими. Однако подобный гентилиций, видимо, не засвидетельствован в Этрурии.

cupes Cilrpunies mi

СП, I, 519 = Weege, № 18= TLE, 19 также на патере. Феттер (Vetter, стр. 167) предлагает чле­нить так: сире scarpynies. В Этрурии имеются Scarpnati (CIE, 4086) из Перузии, carpπate (CIE, 2051, 4810), carpnati (1961 и сл., 2329), carpnti (1966) из Клузия. Существуют латинизиро­ванные формы (см.: Schulze, стр. 146 и 226).

mi aitilnia

СП, 2774 = Weege, № 22

также на патере. Шульце (Schulze, стр. 206) считает надпись этрусской, но аналогичного гентилиция в Этрурии нет,-

nipe veliies

СП, 2775 = Weege1№ 23 =TLE1 18 на позднем арибале. nipe — форма непонятная, veliies следует сопоставить с рядом этрусских гентилициев, где, помимо про­стых форм velie, vele, veils, velia из Клузия и Перузии, имеют­ся формы осложненные, а также латинизированные (см.: S с h и J z е, стр. 99).

Г1о-видимому, из Нолы происходит надпись на ныне утра­ченном памятнике, упоминаемом в рукописи 1552 г. из Сиены. Текст, который Рибеццо считает полным (F. Ribezzo. Piccolo testo etrusco inedito con probabile accenno al culto campano- etrusco di Ulisse о Ndvo;. «Rivista Indo-greco-italica», anno XlII (1929), вып. I—II, cτp. 146 и слл. Цит. no pen. Buonamici в SE1т. IV, 1930, стр. 404 и сл.), таков: nuvlaius nanus Iut sacr- nis arsva Sacnitleniai aineri ctzvi ciana alster santivis aHnaes. Рибеццо дает «перевод», видя в этом тексте посвящение нолан- цами святилища Нанам. Однако почему этрусские обитатели данного города называют себя самнитским этниконом (см. ниже)? Какого времени эта утраченная таблица?

В публикации Лежена (М. Lejeune. Inscriptions etrusques de la collection Troehner. SE, τ. XXlI, 1953, стр. 131 и слл.) приводятся надписи на сосудах, происходящих из Нолы, но без точных данных об обстоятельствах находки этих памятников.

ataπa

этрусское graffiti на черной чаше ноланского производства. Atanius — имя, известное в Путеолах и других местах (см.: Schulze, стр. 347 и сл.).

chive

на черной чашечке ноланского производства. Это cheve — ла­тинское Cheius.

В могильнике Нолы на двух сосудах были обнаружены надписи на греческом языке (см.: IG, XlV1 881). Кроме выра­жения κstpαι

<< | >>
Источник: H. Н. ЗАЛЕССКИЙ. К ИСТОРИИ ЭТРУССКОЙ КОЛОНИЗАЦИИ ИТАЛИИ в VII-IV вв. до н.э.. ЭТРУСКИ В КАМПАНИИ ЭТРУСКИ. ГРЕКИ И КАРФАГЕН в V и IV вв. до н. э. ИЗДАТЕЛЬСТВО ЛЕНИНГРАДСКОГО УНИВЕРСИТЕТА - 1965. 1965

Еще по теме § 2. Надписи и данные языка: