О СВЯЗЯХ СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ПРИЧЕРНОМОРЬЯ И НИЖНЕГО ДУНАЯ C ВОСТОКОМ В КИММЕРИЙСКУЮ ЭПОХУ
Н. Л. Членова
(СССР)
Из всего комплекса вопросов, составляющих эту проблему, в данной статье рассматриваются лишь два: о кинжалах киммерийского (или кабардино-пятигорского) типа и каменных изваяниях.
Вопросы эти оказались взаимосвязанными благодаря тому, что такое изваяние стояло на кургане у с. Бслоградец Провадийского района (СВ Болгария), исследованном Г. Тончевой, а инвентарь этого кургана включал кинжал киммерийского типа1. По инвентарю этот курган сближается с группой восточноевропейских памятникЪв (Симферопольское погребение в Крыму[153][154], Аксайское погребение на Дону[155], Носачевский курган, Высокая могила и Cy- ворово на Украине[156], группа камснномостско-бсрезовских и близких им памятников на Северном Кавказе[157][158],) Акозинскин, Второй Полянский и Старший Ахмыловский могильники на Средней Волге® и ряд поселений и случайных находок), которые принято теперь связывать с киммерийцами[159][160][161].
Кинжалы киммерийского типа — один из самых характерных компонентов этих комплексов. Их отличительные черты — перекрестье прямое или в виде лопастей и грибовидное или брусковидное навершье. Наиболее поздние из них изготовлены из железа, ручка их лишена орнамента, а по типу перекрестья они делятся на три группы: А) — с перекрестьем в виде широких лопастей или двойной секиры (рис. I, 2, 7, рис. IV, /7, 19);В) —с перекрестьем в виде узких лопастей (рис. IV, 20)и С) — с длинным прямым узким перекрестьем (рис. І, 13,рис. IV, 15, 16).По сечению ручки каждая из этих групп делится на 2 подгруппы: с плоской ручкой и с округлой в сечении ручкой. Позднейшие экземпляры группы А представелны в Высокой Могиле Запорожской области Украинской CCP (рис. I, /)* и в кургане, частично разрушенном бульдозером, у с. Березки Ново-Аненского р-на Молдавской CCP (рис.
I, 2)[162][163][164][165]. Их дата — VII в. до н. э. — определяется инвентарем погребений Высокой могилы (рис. II), в первую очередь, бронзовыми наконечниками стрел с ромбовидным и подтрсугольным пером (рис. II, /), ближайшие аналогии находящими в Малой цимбалке”, а также застежками из алебастра и кости (рис. II, 3, 12а), находящими многочисленные аналогии (могильник Мебельная фабрика в Кисловодске на Кавказе, погребение 5м; в погребении II (34) того же могильника найдены наконечники стрел типа Малой Цимбалки и Высокой могилы18, Уйгарак Сыр-Дарье, курган 21, табл. 3, 2;та же дата; Ближние Елбаны VII на Алтае, VII—VI вв. до н. э.; Райков улус в Минусинской котловине, VII—VIbb. до н. э.; Аржан в Туве, VII в. до н. э.[166][167][168][169]. Навершье кинжала из Высо-
Рис. 1. Киммерийские кинжалы и их восточные параллели
/ — Высокая могила, погребение 2: Ia— Минусинский край. ГЭ, 5531—251; Ib-Ужур. курган 7. раскопки Н. Л. Членовой, 1955. ГИМ; 2 — Березки (I. 2) по фото А. И. Тсроножкнна); 3— Даль- верзнн. По Μ. Е. Массону; 4-е.Катунскос. БМ: 5— Горный Алтай, точнее неизвестно· ГАМ. 6—Томск. Лагерный сад. TKM; 7 - Уйгарак. курган 21. раскопки О. А. Вншнсі,ской. ГИМ: по рис. Н. Л. Членовой; в - Мебельная фабрика, могила 14. По В. Б. Виноградову; 9 — Кескем . Пориє, В. И. Козенковой; И- Ахнылово. погребение 67. раскопки А. X. Халикова. 1962; /2 — Там же, погребение 36; 13— Лейбниц. DoL-Marton. /4 — Биляр. По рис. А. X. Халикова, /5 — район Змсиногорска. МАЭ. 833-540; 16 — Мебельная фабрика; /7 — Там же. По В. Б. Виноградову; 18 — с. Навки б. Пензенской губ. По ЗРАО. T. XII, вып. 1—2. Спб., 1901.
/ — Украина; !а. Ъ — Минусинская котловина. Средняя Снбнрь; 2 — Молдавия; 3. 7 — Средняя Азия; 4. 5, 15 — Алтай; 6 — Среднее Прнобье: 8-10. 16. 17 — Северный Кавказ; 11, 12.
14 — Средняя Волга: 13 — Штирия; 18 — Пензенская область. I. 2. 7 — железо. 3—6. 15, 1а. а — бронза, остальное — бронза и железо.
Рис. II. Комплексы киммерийских погребений Высокий могилы
/ — /2 — погребение 5; /2а—/7 — погребение 2.
/, 2, 5, 10—13 — по В. И. Бидзнли н Э. В. Я копей ко; остальное — по фото н рисункам А. И. Тереножкин».
/. Л, 9. 12 — бронза; 2. /2 — кость; 3— алебастр; или VlI в. до н. э.[182]. Наконец, еще более ранние стадии (которые для простоты в данной работе можно объединить в одну и считать исходной) — это бронзовые кинжалы с ручкой, как бы надетой на клинок (рис. IV, 2,Кобан) или действительно надетой на клинок, с черенком и прикрепленной к этому черенку с помощью отверстий в ручке и гвоздей (Микены, рис. IV, 3). Позднемикенский меч по форме ручки и коротким закругленным шипам- перекрестью ближе стоит к рассматриваемым здесь киммерийским кинжалам (отверстия в ручке, утратив функциональное значение на киммерийских кинжалах, превращаются в кольчатый орнамент, а отверстия в ши- пах-перекрестье, с помощью которых на микенском мече ручка соединена с клинком, также пережиточно сохраняются на многих киммерийских кинжалах — см. рис. 1,8;(рис. IV, 5, 10, 14).Дата позднемикенских и Эгейских мечей — вторая половина XV в. до и. э.[183] Кинжал из Кобана (рис. IV, 2)по форме к исходным составным прототипам, представленным кинжалом из Египта[184](рис. IV, /); узкие, заостренные концы ручки Па кинжалах типа рис. IV, I, впоследствии трансформировались в шипы, как на микенском мече.[185] Дата самого кинжала из Кобана может быть достаточно поздней[186][187], это пережиточный архаический тип. В Сибири формы кинжалов, где ручка имитирует надетую на клинок, представлены группой I карасукских кинжалов из Минусинской котловины (дата их определяется XI—VIII вв. до н. э.), а формы с постепенно вырабатывающимся перекрестьем „шипами44—
группой Ii карасукских кинжалов (рис.
IV, 4; VIII—VI вв. до н. э.)35. Таким образом, исходные формы киммерийских кинжалов находятся на Ближнем Востоке и в Средиземноморье, где восходят к составным (ручка и клинок изготовлены отдельно и из разных материалов) II тысячелетия до н. э. и более ранним. Северокавказские киммерийские кинжалы несомненно восходят к ним, что доказывается и вариантами их формы, и тем, что большинство их биметаллические, с кольчатым орнаментом на ручке и пережиточными отверстиями на перекрестье. Сибирские карасукские бронзовые кинжалы — восточная ветвь переднеазиатских кинжалов, промежуточным звеном были кинжалы Северного Ирана®[188]. Рассматривать карасукские кинжалы группы II, рис. IV, 4(безразлично, происходят ли они из Сибири или Восточной Европы, где их найдено пять)[189] в качестве предков киммерийских кинжалов, как считает Л. И. Тереножкин[190][191], нельзя, как потому, что у карасукских кинжалов отсутствуют только что перечисленные признаки киммерийских кинжалов, связывающие их со •средизсмноморско-персднсазиатскими, так и потому, что*"линии развитая карасукских кинжалов нам хорошо известны, и все они дают формы, достаточно отличные в деталях от киммерийских. Так, характерной особенностью карасукских кинжалов является короткое перекрестье, и эта особенность сохраняется вплоть до VII—VI вв.до н. э.38 Только одна из трех позднейших форм киммерийских кинжалов (группа Л) имеет параллели на востоке, вплоть до Сыр-Дарьи и Среднего Приобья, причем очень близкие абсолютные размеры и пропорции исключают возможность независимого появления этой формы в столь отдаленных друг от друга районах. Распространялась ли эта форма с запада на восток или наоборот, или, наконец, из какого-то района (например, Средней Азии), на запад и на восток, — пока установить нельзя, но несомненно, что само ее существование является доказательством самых тесных контактов.На пространстве к западу от Урала районом, из которого распространились киммерийские кинжалы, несомненно был Северный Кавказ, как об этом писали уже А.
А. Иессеи, Е. И. Крупнов, А. X. Халиков и автор данной статьи, В. Подборский и В. И. Козенкова[192]. Доказательством служит и то, что на Северном Кавказе сосредоточена основная масса этих кинжалов в (около 30 экз.), тогда как в других районах их значительно меньше (16 в Среднем Повольже, 5 на Украине, 1 в Молдавии,19 в Средней Европе), и то, что на Кавказе они представлены самыми разнообразными типами, в том числе и такими, которые ближе всего стоят к ближневосточно-средиземноморским прототипам, и географическим положением Кавказа, расположенного ближе всех других названных территорий к Ближнему Востоку. На запад кинжалы распространялись, видимо, вдоль северного побережьяЧерного моря, а дальше — по Дунаю и его притокам, как об этом писал уже В. Подборский41. Три новых кинжала — из Одесской области (Суво- рово), Молдавии (Березки, рис. I, 2)и Северо-Восточной Болгарии (Белоградец, рис. IV, 20)подтверждают этот путь. Мнение А. И. Тереножкина, что родина киммерийских кинжалов—Северное Причерноморье, подкрепленное единственным аргументом — что Северное Причерноморье занимает срединное положение в области распространения этих кинжалов42 — не убедите.'! ЬНО.
Датировка киммерийских кинжалов позволяет перейти к другому объекту статьи — каменным изваяниям, изображающим воина с оружием. По мере накопления материала выяснилось, что все они являлись надгробными памятниками. В свое время автор данной статьи связал западную группу этих изваяний скифской эпохи, традиционно называемую „каменными бабами*4 (Причерноморье; сюда же была отнесена Ананьинская плита) с восточной, традиционно называемой „оленними камнями** (Забайкалье, Монголия, Тува, Алтай); между ними наблюдался большой территориальный разрыв43. За последние годы оленние камни были обнаружены далеко на западе: на Южном Урале (Гумарово Оренбургской области, рис. VI, √)4jи в Прикубанье (Зубовский хутор и Усть-Лабинская)45.
К изваяниям типа оленних камней следует отнести еще два: из Ольвии (рис. VI, 1)и из Белоградца (рис. VI, 2).Общее количество каменных изваяний уже довольно значительно; на основании 30 отличительных признаков их можно разбить на 2 большие группы, независимо от их географического положения. Первая группа (изваяния скифского типа) включает отчетливые изображения человеческой фигуры, с головой (обычно изображены черты лица и часто — усы), руками, поясом и оружием, гривной на шее и часто — с ритоном (рис. V, табл. 2, 1—23). Лицевая сторона изображения всегда наносится на широкую грань плиты или столба. Вторая группа—изваяния типа оленних камней, также изображающие человеческую фигуру, но всегда гораздо схематичнее: голова скульптурно не выделяется, а лишь отделена от туловища ожерельем, руки не изображаются, на месте лица часто помещены 2 или 3 косые черточки, на месте ушей — часто серьги, в верхней части головы иногда схематически изображен головной убор или лента — диадема; изображается пояс с подвешенным к нему оружием; лицевая сторона изображения обычно наносится на узкую грань столба46.Первая группа изображений, как эго видно по табл. 2, может быть подразделена еще на 3 или 4 подгуппы. В подгруппу 1 первой группы входят изваяния с № 1 по № 5 или по № 6 верхней части таблицы 217 с наиболь-
41 V. Pod b о г Sk у. Op. cit. с. 218. Obr. 64 (13). 219-220.
42 А. И. Тереножкин. Киммерийцы и Кавказ, с. 37.
43 Н. Л. Членова. Об оленних камнях Монголии и Сибири. — В: Монгольский археологический сборник. M., 1962.
44 С. Λ. Попо в. Археологические находки на территории Оренбургской области. АЭБ, т. II, Уфа. 1964. с. 261. Рис. I, 7. 8. с. 2b4.
46 Д. Г. C а в и н он. О культурной принадлежности северокавказских камней- обелисков. Доклад на Конференции по проблемам скифо-сарматской археологии. M.. 1967. — Сб. Современная советская археология (в печати).
16Все свободное пространство многих оленних камней заполняется изображениями оленей и других животных; наряду с ними есть и камин без животных. В настоящей статье рассматриваются только они.
47 Mecra находок изваяний перечислены на табл. 2; в тексте они для краткости не называются. При составлении таблицы за основу взята таблица в статье Н. Г. Ела- •Ь Studla Thraclca1 1
81
шим количеством деталей (II—14 деталей), в том числе усы, лопатки, плеть, панцирь, секира, оселок и головной убор. Некоторые из них датированы на основании изображенных на них акинаков, горитов, шлема и других изображений (изваяние № I—V в. до н. э. по Н. Г. Елагиной; Jxg 2 —
V иди V—IV вв. до н. э. по О. К. T а X т а ю и П. H. UI у л ь ц у; № 4 —
V в. до н. э. по А. Д. А л е к с а н д p е с к у. Следующая группа — изваяния с № 7 по № 17 или с № 9 по № 17 — представляет гораздо меньшее число деталей (9—11 деталей); перечисленные выше, такие как усы, панцири и пр. — отсутствуют; обычно изображаются гривна, ритон и лук или горит (как и в предыдущей группе), иногда секира. По форме кинжалов-акинаков изваяния № 8 и II датируются VI—V вв. до н. э. (II. Н. Шульц) и так же должно, очевидно, датироваться изваяние № 15.
Наконец , на последней группе изваяний (с № 18 по № 23) представлено еще меньше деталей (не более 6, но иногда и 4—5). Это,так сказать, необходимый минимум признаков изваяния скифского типа, обязательное ядро признаков, присутствующее во всех группах (признаки№7—12: руки, голова, лицо, кинжал-акинак, пояс, лицевая сторона изваяния — широкая грань). По форме акинаков датируются изваяния № 18 и 19 (VI в. до и. э. по Π. Н. Шульцу) и изваяние № 21 (VI в. до н. э. по В. И. Марковину и P. М. Мунчаеву).
Таким образом, приведенные для датировки выделенных подгрупп опорные даты создают впечатление, что для более ранних изваяний характерен небольшой набор изображаемых деталей, а в течение V и вплоть до IV до н. э. этот набор постепенно расширяется. Правда, этот вывод нуждается в некоторых существенных оговорках. Во-первых, в подгруппу 2 попало несколько обломанных изваяний (например, № 11 и 17). Сохранись они полностью, набор деталей у них, возможно, был бы обширнее. Во-вторых, подгруппу 3 с минимальным набором деталей составляют почти исключи- чительно изваяния, найденные за пределами собственно скифской территории: из Добруджи (№ 19, 20) и из Дагестана (№№ 21—23), только одно из них происходит из Грушевки близ Херсона (№ 18). Так что небольшой набор деталей может в данном случае объясняться нс только хронологическим, но и географическим пложением этих изваяний. Но в целом вы-
гиной Скифские антропоморфные стелы Николаевского музея. CA. 1959, № 2. с. 195, но добавлен еще ряд признаков. Использованы публикации: В. Н. Ястребов. Каменная баба. Древности. Tp. MAO, т. XI. 1886. с. 87: T. Passek et В. А. Latynine. Sur Ia question des nkameπnie baby-, ESA, IV. 1929; А. А. Миллер. Новый источник к изучению связи Скифии с Кавказом. ИРАИМК, IV, 1925; А. И. M е- люкова. Каменная фигура скифа-воина. КСИИМК, XLVHI, 1952; П. H. III у л ь ц. Скифские изваяния Причерноморья. — В: Сб. Античное общестно. M.. 1967; он же. Кубанские изваяния скифского времени. CA, 1973, № 4; О. К. Тахтай. Скіфська статуя з с. Ольховчик Донецької області. Археологія. T. XVII, Київ, 1964; В. Й. M а р к о в и к , P. M. M у и ч а е в. Каменные изваяния из Чечено-Ингушетии. CA, 1964. № 1; А. В. Збруева. История населения Прикамья в анань- ннскую эпоху. МИА. 30, 1952; А. О. Alexandrescu. DouA statui fraco-scitice din Dobro⅛ea. SCIV, IX. № 2, 1952; G. TonCeva. Два надгробных монументальных памятника фракийским вождям. Tliracia. 1, Serdicae. 1972, I. Barnea. Idol feminin sau „kamennaia baba,*? — SCIV, XIII, № 1, 1962; H. Appelgren-Kivalo. Alt- Altaische Kunstdenkmaler. Helsinki, 1931; Μ. X. M айна и — оол. Тува в скифское время. M., 1970; А. X. Халиков. Стелы. . ., CA. 1963, № 3; И. А. Ватманов и А. Ч. К у и а а. Памятники древнетюркской письменности Тувы. вып. П. Кызыл, 1963; С. A. Il о п о в. Ук. соч.; Д. Г. C а в и н о в. Ук. соч., В. В. В о л к о в. Доклад на археологической сессии 1972 г. в Москве.
Рис. VI. Изваяния типа сленних камней
1 — Ольвия, Нижнее Побужье, Украина:? — Белоградец, Северо-восточная Болгария. По Г. ТончевоЛ; 3 — Днногетия-Гарвэн. Добруджа. no I. Barnea; 4 — Гумарово, Оренбургская область. Южное Приуралье. По С. А. Попову; 5 — Уюк-Тарлаг. Тува. По И. А. Батманову, А. Ч. Куна и H. Apoelgrcn — Kivalo; 6 — Сосновка, Тува. По Μ. X. Маннайс- олу; 7 — Ново-Мордово. Татарская АССР. Среднее Повольже.
Λ 7 — по обмерным рисункам Н. Л. Членовой. 1967 и 1970: а) лицевая грань; Ь, с) боковые грани;