9. Законодательство Ликуріа и Иессен- снія войны.

$ 66. Древніе простые нраві^ Дорійцевъ, вслѣдствіе пере­селенія и новыхъ отношеній этого племени, мало-по-малу измѣнились: воинственный духъ готовъ былъ уступить мѣсто слабодушію, взаимная ненависть между побѣдителями и по­бѣжденными нарушала мирное общежитіе, государства за­мутились безпорядкомъ.

14'

а) Государственное устройства. Верховная вдасть была въ рукахъ Дорійцевъ, которые, не занимаясь ни чѣмъ другимъ, только упражнялись въ искусствѣ владѣть оружіемъ, вели войны и вѣдали государственное управленіе. Въ народныхъ собраніяхъ избирали они сенаторовъ (геронтовъ) или совѣтъ старшинъ (герузію), которому предоставлялась власть правительственная и судебная, и пятерыхъ погодныхъ ЭФоровъ, которые сначала были только общиноначальниками и судьями по гражданскимъ дѣламъ, а послѣ того какъ имъ дана была верховно-судебная и блюстительная власть надъ нравами, общественнымъ воспитаніемъ и должностною дѣя­тельностью разныхъ вѣдомствъ и сановниковъ, не исключая геронтовъ, — присвоили себѣ все вліяніе въ государствѣ и требовали къ отвѣту даже самихъ царей.

природы, Илоты очень нетерпѣливо несли иго порабощенія; они всегда были готовы къ возстанію и борьбѣ противъ своихъ утѣснителей, всегда рады примкнуть къ ихъ врагамъ. Вотъ почему и дозволялось спартанской молодежи, для упражненія въ военной хитрости и сноровкѣ, при случаѣ умертвить Илота (чтд называлось крип тією, тайною расправой), дабы численный перевѣсъ рабовъ не сдѣлался какъ-нибудь опаснымъ для полноправныхъ гражданъ. ЭФоры ежегодно отряжали из­вѣстное число молодыхъ Спартанцевъ въ различныя части края, разрѣшая имъ, при осмотрѣ мѣстностей прикалывать на пути всѣхъ подозрительныхъ Илотовъ; въ особенныхъ случаяхъ самые смѣлые и предпріимчивые изъ нихъ просто падали жертвами тайнаго убійства [XVI].

$ 67. б)Бытъ. Чтобы Доріецъ могъ тѣлесными и духов­ными преимуществами отстаивать па самомъ дѣлѣ права, пріобрѣтаемыя имъ по рожденію, государство принимало на себя вполнѣ воспитаніе молодыхъ гражданъ. Слабыя или уродливыя дѣти подкидывались тотчасъ по появленіи на свѣтъ, а здоровыя удалялись изъ родительскаго дома и воспитыва­лись на общественный счетъ по минованіи имъ шестилѣтняго возраста. Это воспитаніе, соединенное съ строгою выдержкой, было особливо направлено къ закаленію тѣла въ трудѣ, къ развитію силъ и Физическаго здоровья; оттого важнѣйшую его

отрасль составляли гимнастика въ особаго рода заведеніяхъ— палестрахъ, и упражненія въ искусствѣ владѣть оружіемъ подъ открытымъ небомъ на суровыхъ скалахъ Таигета. И то и другое производилось подъ руководствомъ и наблюденіемъ наставниковъ или надзирателей. Въ то же время старались и о развитіи ума; извѣстно, что Спартанцы также славились хитростью и лукавствомъ, и полновѣсною краткостью (лако­низмомъ) своихъ рѣчей. Только сердце и воображеніе оста­влялись почти совершенно въ сторонѣ, вслѣдствіе чего ни наука, ни поэзія, за исключеніемъ одной лирики, не нахо­дили себѣ въ Спартѣ пи почета, ни дѣятелей. Самое искус­ство дорійское отличалось только силой и важною стройностью, а не такъ, какъ іонійское — граціей и красотой. Лирическая поэзія Дорійцевъ, соединенная съ пѣніемъ, музыкой и хороводствомъ, имѣла простой, степенный характеръ этого племени и преимущественно служила къ оживлейію патріо­тизма, воинственности, національныхъ сочувствій, къ водво­ренію въ душѣ гармоническаго строя и мужественныхъ помы­словъ. Поэтому она почти исключительно ограничивалась религіозными и военными пѣснями да стихотворными изрече­ніями (гномами).

ныхъ между собой свободнымъ выборомъ или добровольнымъ соглашеніемъ. Женщины столовали у себя дома, отроки и юноши — также особыми отдѣленіями. Черезъ это все муж­ское народонаселеніе какъ бы поставлено было подъ всегдаш­ній общественный надзоръ. Женщины занимали у Дорійцевъ болѣе свободное и возвышенное положеніе, чѣмъ въ осталь­ныхъ частяхъ Греціи, и отношеніе къ нимъ мужчинъ отзы­валось нѣкотораго рода рыцарствомъ. Невѣста умыкалась, то-есть уводилась изъ родительскаго дома тайкомъ. При та­комъ положеніи, спартанскія женщины столько же славились своею супружеской вѣрностью, гражданскими и семейными добродѣтелями, какъ и тѣлесною силою и красотою. Обще­ственныя трапезы были крайне просты и умѣренны, продо­вольственные припасы поставлялись для нихъ Илотами. Такъ- называемая «черная> кровяная похлебка и чара вина были ея главными составными частями.

жались какъ на праздникъ. Главная сила войска состояла въ тяжело вооруженной пѣхотѣ (гоплитахъ), раздѣленной на лохи и моры со многими другими подраздѣленіями, такъ хорошо соотвѣтствовавшими военнымъ потребностямъ, что подъ предводительствомъ множества опытныхъ начальниковъ, изъ которыхъ каждый велъ подчиненный ему большій или меньшій отрядъ, разнообразныя эволюціи и движенія произ­водились безъ малѣйшаго замѣшательства. Застольные това­рищи стояли вмѣстѣ и на ратномъ полѣ, готовые идти дружно на жизнь и на смерть. Спартанцы въ сомкнутыхъ рядахъ никогда не колебались и не отступали; они или одерживали побѣду, или падали на мѣстѣ; общее презрѣніе ожидало того, кто сробѣлъ.

$ 68. Когда законы эти были утверждены дельфійскимъ оракуломъ, который, какъ племенная святыня, всегда имѣлъ рѣшительное вліяніе на внутреннія дѣла Дорійцевъ — Ли­кургъ заставилъ Спартанцевъ присягнуть, что не измѣнятъ въ его уставахъ ничего, пока онъ не возвратится изъ пред­принимаемаго имъ путешествія. Послѣ этого онъ, какъ увѣ­ряютъ, отправился въ Критъ, и тамъ умеръ. Благодарное отечество соорудило въ честь великаго законодателя храмъ и установило ему поклоненіе какъ герою, поручивъ завѣды­ваніе этою святыней родовымъ потомкамъ Ликурга. Вскорѣ обнаружились плоды его законодательства. Въ короткое время это маленькое бѣдное государство достигло преоблада­нія (гегемоніи) не только надъ Пелопоннесомъ, но и надъ .всею Грецією, покоривъ себѣ напередъ сосѣднее и единопле­менное государство Мессенію, котораго плодоносные бере­говые и нагорные края процвѣли земледѣліемъ и торговлей среди продолжительнаго мира. Веденныя изъ-за этого Мес- сенскія войны прославлены сагою и поэзіей. Ближайшій поводъ къ нимъ подали частныя сшибки, вызванныя удаль­ствомъ и завоевательнымъ духомъ Спартанцевъ. И въ пер­вую же войну (743—724), Мессеняне принуждены были пла­тить имъ дань, послѣ паденія своей крѣпкой твердыни

Итомы и послѣ того, какъ ихъ герой Аристодемъ съ отчаянія закололся на могилѣ дочери, которую онъ напра­сно принесъ въ умилостивительную жертву богамъ, надѣясь спасти этимъ отечество. Мессеняне обязались отдавать Спар­танцамъ половину ежедневнаго сбора съ своихъ полей и, въ случаѣ кончины котораго либо изъ лаконскихъ царей иДи верховныхъ сановниковъ, оплакивать эту смерть какъ свое общественное горе. Одна древняя элегія говоритъ: «какъ ослы, обремененные тяжелою ношей, несли они подъ вели­кимъ страхомъ половину плодовъ земныхъ господамъ, а когда умретъ повелитель, тужили и плакали по немъ всѣ, и муж­чины, и женщины >. Однакожь многіе изъ нихъ выселились, предпочитая вольную жизнь на чужбинѣ домашнему порабо­щенію. Они основали Регіумъ въ Нижней Италіи въ то самое время, когда спартанскіе пар ее ній (незаконнорожден- ники) ^[XVII] заложили тамъ же Тарентъ (§59, 4). Во вторую войну (685—670) Мессеняне, возмущенные жестокостью и наглостью Спартанцевъ и подстрекаемые къ мести живу­щими въ сосѣднихъ странахъ выходцами изъ Мессеніи, одержали, благодаря геройскимъ подвигамъ храбраго и хитраго Аристомена, нѣкоторое превосходство надъ непріятелямъ, такъ что Спартанцы, упавъ духомъ, уже про­сили было мира. Изъ этого малодушнаго унынія вывелъ ихъ стихотворецъ Тир те й, родомъ изъ аттическаго мѣстечка А*идн£>, посланный, какъ увѣряютъ, Аѳинянами, въ насмѣ­шку, имъ на помощь. Онъ воспламенялъ своими внушеніями ослабѣвшее у Спартанцевъ чувство народной чести и воин­скую отвагу, напоминая имъ о достославныхъ предкахъ, и въ то же время своею политическою поэмой «Эвномія» (бла­гоустройство) водворялъ порядокъ и уваженіе къ древнедо­рійскимъ уставамъ и повиновеніе властямъ. Возбужденные его пѣснями, Спартанцы поднялись снова, и въ битвѣ у великаго рва, благодаря своему"мужеству и хитрости, нанесли врагамъ такое страшное пораженіе, что тѣ избѣгали

уже потомъ встрѣчи съ ними въ открытомъ полѣ и ограни­чивались только малою войной въ горахъ и обороною укрѣ­пленій. Аристоменъ былъ полоненъ Спартанцами и сброшенъ въ глубокую пропасть, но, по словамъ историческаго преда­нія, спасся при чудесной помощи лисицы и орла. Не смотра однакожь на богатырскіе подвиги славнаго героя, Спартанцы одержали окончательную побѣду послѣ паденія горной мес- сенской твердыни Эйры (Иры), которая дотолѣ считалась неприступною. Большая часть Мессенцевъ выселилась и осно­вала Месс а ну (Занклъ) въ Сициліи; Аристоменъ съ своею дружиною нашелъ себѣ убѣжище въ Аркадіи, а всѣ оста­вшіеся на родинѣ обречены были печальному жребію Ило­товъ. Съ тѣхъ поръ между господами и подвластными существовала смертельная вражда, которая еще много разъ обнаруживалась мятежами, усобицами и переселеніями, но отъ которой иго рабства тяжеле и тяжеле давило угнетен­ныхъ. И Аркад ян е, также долго старавшіеся защищаться отъ Спартанцевъ, были наконецъ покорены и вынуждены признавать господство Спарты (около 600). Тегейцы, отва­жнѣйшіе изъ Аркадянъ, получили съ тѣхъ поръ почетное мѣсто на крайнемъ лѣвомъ крылѣ дорійскаго боеваго строя. — Аргосъ, столица древнихъ ахейскихъ властителей и наслѣ­діе старшаго колѣна Гераклидовъ, однажды временно овла­дѣлъ гегемоніей въ Пелопоннесѣ при храбромъ и предпріим­чивомъ царѣ, завователѣ Эгины и Коринѳа, Фидонѣ I (768— 740), а теперь и онъ долженъ былъ уступить свое право первенства младшей линіи, послѣ того какъ героизмъ Спар­танца Оѳріада отнялъ у Аргивцевъ давно оспориваемую область Кинурію съ городомъ Ѳиреей ^[XVIII] (550) и послѣ

тяжкаго пораженія, нанесеннаго имъ при Тир ин тѣ спартан­скимъ царемъ Клеоменомъ (524). Завидуя славѣ едино­племеннаго сосѣда, Аргивцы устранялись съ тѣхъ поръ отъ всѣхъ тѣхъ предпріятій, въ которыхъ Спарта выступила главнымъ вождемъ, а Спарта довольствовалась уже и тѣмъ, что успѣла унизить гордость своего старшаго родича. Благо­даря этому первенству, Спартанцы предводительствовали теперь въ каждой общей войнѣ, опредѣляли число ратныхъ силъ, которое должна была выставлять къ пелопоннесскому союзному войску каждая держава, и имѣли въ союзномъ со­вѣтѣ постоянное предсѣдательство.