§ 2. Царство Птолемеев.

Потомки Птолемея Лага удерживалп Египет в своих руках вплоть до римского завоевания (30 г. до н. э.). В основе управления эллинистического Египта, с одной стороны, лежали формы, унаследованные от древних времен: деспотическая власть царя, строгая централизация во всех областях жизни, раз­витой бюрократический аппарат.

Птолемеи рассматривали Египет как свое частное владение, как свое хозяйство (oikos), и, основываясь на правах верховного собст­венника, эта династия соответственным образом организовала все формы как хозяйственной, так и политической жизни. Верховным владельцем земли считался царь. Основная масса ее составляла его личные владения, образуя так называемые «царские земли», которые царь сдавал мелким арендаторам — «царским земледельцам». Осо­бенность аренды в эллинистическом Египте заключалась в том, что арендаторы не были свободны в своей хозяйственной деятельности и подвергались чрезвычайно строгой и мелочной регламентации в ведении хозяйства. Было точно установлено, какие культуры и в каком количестве следовало возделывать. Арендатор не имел права изменять установленных норм и за невыполнение их должен был платить большой штраф.

Арендаторы не имели своих средств производства и снабжались местными властями инвентарем, зерном, скотом. За все это они расплачивались натурой после сбора урожая и, кроме того, отда­вали часть урожая в виде ренты и разных налогов. Платежи до­стигали иногда половины всей продукции.

очень тяжелым из-за все растущих обложений, арендаторам стали запрещать покидать свои участки, так что аренда на царских землях постепенно стала принудительной и приблизилась к кре­постничеству.

Кроме «царских», были ещё «уступленные» земли. «Уступленная» земля могла быть всегда отобрана и также подвергалась боль­шим обложениям и контролю. Часть этих земель «жаловалась» царем храмам и крупным чиновникам, другую большую часть составляли клерухии, заселенные военными поселенцами, кото­рые, в свою очередь, сдавали ее от себя мелким арендаторам. Земли клерухов первоначально давались во временное пользова­ние, но постепенно они стали наследственными.

Все природные богатства — рудники, каменоломни, соляные копи — считались также достоянием царя, и такая же централи­зация, как в области землевладения, существовала и в промышлен­ности, главные отрасли которой составляли царскую мо­нополию.

К таким относится производство растительного масла и текстильная промышленность. Закупка сырья производилась по установленным государ­ством ценам и поручалась откупщикам. Всякая продажа его на сторону строго каралась. Скупленное сырье свозилось в государственные амбары, а затем на царские предприятия. В масляной промышленности, кроме царских производств, были еще храмовые. Но они могли работать лишь под при­смотром чиновников и только два месяца в году, на остальное время они запе­чатывались. Все масляные прессы регистрировались. Текстильная промыш­ленность была, в основном, организована так же, но в ней было несколько меньше ограничений, чем в масляной. Кроме того, в ней большее место зани­мали храмовые предприятия, особенно славившиеся производством дорогой ткани — виссона.

Так же, как промышленность, была монополизирована и торговля. Основная масса продукции поступала в руки откуп.- щиков и чиновников, которые и являлись организаторами царской торговли. В целях уничтожения конкуренции с привозными това­рами проводилась заградительная таможенная политика, затруд­нявшая наплыв иноземных товаров.

Значительное место в экономике эллинистического Египта занимала внешняя торговля. Из Египта вывозились в средиземно­морские страны хлеб, ткани, папирус, стекло. Основное место в египетском экспорте занимал хлеб. С начала III в. Египет стал крупнейшим хлебным рынком, так как основные поставщики хлеба восточного Средиземноморья, припонтийские и фракийские области, из-за вторжения сарматов и галлов потеряли свое преж­нее значение. Импорт состоял, главным образом, из предметов

роскоши, которые потреблялись высшими классами. Из Аравии везли ароматические вещества, золото и драгоценные камни, из Индии — слоновую кость, жемчуг, красящие вещества, специи, рис. Из Китая — шелковые ткани.

Сухопутная торговля Египта с Востоком шла через Аравию и южную Сирию; морская — по Красному морю. В связи с последним обстоятельством Птолемеи восстановили канал, прорытый фараоном Нехо, соединявший Нил с Красным морем. Транспортные корабли достигали больших размеров (грузо­подъемность до 300 тонн), а по количеству кораблей у Птолемеев был самый значительный торговый флот в то время. В сухопутной торговле транспор­тировка товаров производилась на вьючных животных, ослах и верблюдах, которые были введены в Египте Птолемеями.

Многие из городов разрослись до значительных размеров. На первом месте стояла Александрия, которая приобрела мировое зна­чение. Страбон в своей «Географии» дает описание Александрии. Это был большой город, построенный по плану двух греческих архитекторов — Динократа из Родоса и Сострата из Книда. Город был прорезан двумя магистралями и состоял из широких, прямых улиц (главная из них имела 6 км длины). Мостовые, водо­проводы, уличное освещение, парки, портики, театры, ипподромы, стадионы — все это характеризовало благоустроенную и богатую жизнь эллинистического города. Особым великолепием отлича­лась та его часть, где были расположены царские дворцы: она занимала около одной трети всего городского пространства. Каждый из царей строил для себя особый дворец, состязаясь в роскоши со своими предшественниками. Сады, зверинцы с ред­кими животными, роскошные бани, помещения для многочислен­ного придворного штата примыкали к дворцам, составляя слож­ное целое царской резиденции. Здесь же находились царские гробницы, в одной из которых покоилось тело Александра. В этой же части города находился музей и знаменитая библиотека. Але­ксандрийский музей был крупнейшим центром науки и искусства. Ученые получали жалованье и бесплатный стол от царя. В пор­тиках и тенистых аллеях, как это было обычно и в Афинах, они вели преподавание. В библиотеке хранились сотни тысяч руко­писей. Многочисленный штат имелся для их переписывания и изучения. Птолемеи любили проявлять свою просвещенность и покровительство культуре. В этой области существовала такая же централизация и контроль, как и в экономической жизни.

Экономическое значение Александрии больше всего проявлялось в ее двух замечательно оборудованных гаванях. Они были образованы расположен­

ным перед ними островом Фаросом. Особенной их достопримечательностью был маяк, построенный на скале острова. Он представлял собой громадную облицованную белым мрамором башню более 200 м высоты. Наверху ее по ночам зажигался костер, свет от которого при помощи металлических зеркал распространялся на 40 км. Это было дорого стоившее сооружение, обошед­шееся в 800 талантов и свидетельствовайшее о громадных богатствах Птоле­меев и об их морском могуществе.

Население Александрии отличалось большой пестротой. Там, кроме греко-македонян и египтян, составляя население целых районов, жили персы, сирийцы, арабы, евреи и другие народности. Это еще раз свидетельствует о международном характере этого города.

В социально-политической области наиболее характерно рез­кое различие между местным населением и пришлым гре­ко-македонским элементом. Страна (hora), населенная туземцами, противопоставлялась городу (polis), где основное место занимали греки, македонцы и другие пришлые народности. Царь был вер­ховным неограниченным правителем страны, полученной им по праву завоевания. Цари обожествлялись, как и в Древнем Египте, и по формам, в которые власть их облекалась, она была близка к древневосточной деспотии. Управление государством осуще­ствлялось при помощи чиновников, которые состояли преиму­щественно из македонян и греков. Главным помощником был диойкет, казначей-управитель, который держал в своих руках все нити финансового управления государством. Чиновники одарялись землями, пользовались всякими льготами и приви­легиями.

Опорой царя была армия, состоявшая из греко-македонских наемников. Птолемеи, чувствуя свою зависимость от них, стреми­лись создавать для воинов привилегированные условия. Покро­вительствовали Птолемеи и египетскому жречеству, которое пред­ставляло большую экономическую силу.

Основную массу населения составляли крестьяне-арендаторы. Обремененные бесконечными налогами и повинностями, связанные по рукам и ногам мелочной регламентацией их хозяйственной дея­тельности, они находились в полной зависимости от откупщиков, контролеров и всякого рода чиновников. Рабский труд исполь­зовался и в сельском хозяйстве, и в промышленности и продолжал оставаться основой экономической жизни. Но широко использо­вался также труд полусвободных производителей (вольноотпу­щенников и прикрепленных к производствам свободных рабочих). Это объясняется, прежде всего, кризисом рабского способа про­изводства. В связи с развитием техники и появлением более слож­

ных орудий производства рабский труд становился все менее и менее рентабельным.

Весь государственный аппарат эллинистического Египта тяже­лым бременем лежал на плечах трудящейся массы. Все построе­ние государственного управления сводилось к тому, чтобы выжать как можно больше средств из низов местного населения для укреп­ления господства греко-македонских завоевателей, жречества и знати, для неслыханно пышной жизни двора Птолемеев и их много­численных вельмож. Развитие техники и торговли, все блага культуры были тоже достоянием только высших слоев.

Внешняя политика Птолемеев сводилась к стремлению укрепить границы своей державы на восточном Средиземно­морье, прежде всего в бассейне Эгейского моря, а затем — к рас­пространению своей власти на Финикию и Сирию, в области, связанные морской и сухопутной торговлей с Востоком. Уже при первых Птолемеях Египту принадлежала Кирена, ряд островов на Эгейском море (Крит, Киклады, Кипр, Лесбос, Самос, Само- фракия), а также Финикия, Палестина, южная Сирия. Особенно широкой завоевательной политикой отличался Птолемей III Эвер- гет (246—221 гг.), обратившийся к завоеванию Передней Азии и захвативший Сарды и Вавилон.

В связи со своими претензиями на бассейн Эгейского моря и Сирию Птолемеи постоянно сталкивались с Антигонидами и Селевкидами. Особенно ожесточенную войну вел Птолемей I с сы­ном Антигона, Деметрием Полиоркетом. В 306 г. Деметрий напал на остров Кипр, где был сосредоточен египетский флот, и осадил город Саламин. Особенно напряженной была в 305 г. борьба Демет­рия с Родосом, который был связан с Египтом. Осада Деметрием главного города острова вошла в историю военного дела в связи с разнообразием осадной техники и масштабом военных соору­жений (гелеполу передвигали более 3 тыс. человек; около 30 тыс. мастеров участвовали в осаде, выполняя технические работы). Деметрий не успел довести борьбу до своей полной победы, так как ему пришлось отправиться в Грецию для защиты там своих прав. До конца III в. Птолемеи успешно отстаивали свои инте­ресы в Передней Азии. В 217 г. Птолемей IV разбил в Палестине при Рафии сирийского царя Антиоха III Великого.

Но в дальнейшем, уже во II в. до н. э., происходит ослабление Египта и потеря им первенствующего положения в эллинистиче­ском мире. Тонкий слой завоевателей-чужеземцев оказывался уже недостаточным для непрестанных войн Египта, и, кроме того, правителям приходилось постоянно бороться с растущим сопро­тивлением угнетенных низов. Отрицательные последствия внутрен­ней политики Птолемеев, построенной на порабощении и угнете­нии массы населения, ослабляли Египет. Острая классовая борьба, восстания, бегство крестьян и рабочих, не выдерживавших гнета,— все это дезорганизовывало жизнь в стране. Кроме того, династи­ческие распри Птолемеев, приводившие к кровавым расправам,

подрывали политические устои в государстве. Усиление социально- политической борьбы привело Египет к упадку.

История эллинистического Египта заканчивается в 30 г. до н. э., когда последняя царица из династии Птолемеев, Клеопатра, после поражения при Акции и занятия Александрии римлянами покончила жизнь самоубийством и Египет вошел в состав Рим­ского государства (см. стр. 658).