М.Б.Мейтарчиян ДРЕВНИЕ ЦИВИЛИЗАЦИИ ЕВРАЗИИ. ИСТОРИЯ И КУЛЬТУРА[XV]

Международная научная конференция, посвященная 75-летию Б.А.Литвинского (Москва, 1998 г.)

14-16 октября 1998 г. по инициативе Института востоковедения РАН, Го­сударственного музея искусства народов Востока (ГМВ), Российского центра стратегических и международных исследований в Москве прошла международ­ная научная конференция, посвященная 75-летию всемирно признанного уче­ного, академика АН Таджикистана, академика РАЕН, иностранного члена Ака­демии Национале дей Линчеи (Италия), члена-корреспондента Германского ар­хеологического Института, члена-корреспондента Итальянского Института Азии и Африки, члена редколлегии и редакционных советов журналов «ВДИ», «Восток» (Москва), Бюллетеня Института Азии (США), археологической энцик­лопедии (Италия), доктора исторических наук, профессора Б.А.Литвинского.

Открытие конференции и первое пленарное заседание состоялось в ГМВ, в котором открылась выставка «Из сокровищницы парфянских царей» к 80-ле- тию ГМВ и 50-летию находки ритонов на городище Старая Ниса, заслуга обна­ружения которых принадлежит крупнейшему востоковеду и нумизмату, супруге и верному соратнику Б.А.Литвинского д.и.н., проф. Е.А.Давидович. Б.А.Лит- винский также принимал самое активное участие в раскопках на городище Ста­рая Ниса.

К открытию конференции вышли из печати тезисы (Древние цивилизации Евразии. История и культура. Тез. докл. междунар. науч, конф., посвяш. 75-ле­тию действительного члена Академии Наук Таджикистана, д-ра ист. наук, проф. Б.А.Литвинского. Москва, 14-16 октября 1998 г. М., 1998. Отв. ред.

А.В.Седов. Тираж 100 экз.).

Открыл конференцию директор Института востоковедения РАН Р.Б.Ры- баков. В своей эмоциональной и глубокой речи он обрисовал Б.А.Литвинского как выдающегося ученого, организатора науки и как человека. По его словам, Б.А.Дитвинский занимает особое место в отечественной науке. Востоковед и археолог, историк религии и исследователь истории архитектуры и искусства, он внес фундаментальный вклад во многие отрасли гуманитарных знаний.

следовательский талант сочетается в нем с поразительной эрудицией, энникло- пе личностью.

«В свои 75 лет, — сказал о юбиляре Р.Б.Рыбаков, — он работает с такой отдачей, которая кажется невероятной. Ему обязано появление в Институте востоковедения РАН нового направления по изучению восточных стран ближ­него зарубежья, он же стоял у истоков и много лет возглавлял Отдел истории и культуры Древнего Востока в его современном виде. Авторитет Б.А.Литвин­ского покоится не только на его научных заслугах, но и на его личности, в кото­рой столь полно и ярко отразилось высокое нравственное начало, сплав безза­ветной преданности науке и ее идеалам со стремлением помогать всем, кто с ним соприкасается, — ученикам, коллегам, знакомым и незнакомым людям».

К.С.Айни (Академия наук Республики Таджикистан) поздравил юбиляра от имени Академии наук Республики Таджикистан и всего таджикского народа. Он сказал, что Б.А.Литвинский вместе со своей женой, крупнейшим востоковедом Е.А.Давидович, приехали в Душанбе по приглашению Б.Г.Гафурова в 1951 г., когда была образована республиканская Академия наук. Б.А.Литвинский создал в Институте истории им. А.Дониша сектор археологии и нумизматики — первое в Таджикистане археологическое учреждение. Одним словом, он основополож­ник археологической науки в Таджикистане. Он объездил с экспедициями весь Таджикистан, обогатил таджикскую культуру, углубил и расширил историческую науку. В 1958 г. вместе с коллегами он выпустил первый школьный учебник ис­тории Таджикистана. Несколько поколений таджиков знают свою историю из этого учебника и других трудов Б.А.Литвинского. Среди таджиков имя Б.А.Лит­винского пользуется огромным авторитетом. Академия наук Республики избрала его своим действительным членом, а руководство республики присвоило звание Заслуженного деятеля науки Таджикистана.

Среди выступавших на открытии выставки был заместитель директора Ин­ститута востоковедения РАН В. М.Алпатов. Он также очень высоко оценил на­учную деятельность Б.А.Литвинского, назвав его «классиком науки», охаракте­ризовал замечательный вклад в востоковедение и археологию Е.А.Давидович.

На пленарном заседании А.В.Седов (ИВ РАН) зачитал доклад директора Института истории, археологии и этнографии Республики Таджикистан Р.М.Ма- сова (Душанбе). Р.М.Масов в докладе «Выдающийся исследователь археологии Средней Азии» подчеркнул, что Б.А.Литвинский к своему юбилею пришел с научным стажем в 60 лет. Из них 20 лет (1951-1971) его неутомимого труда были отданы Таджикистану. По инициативе Б.А.Литвинского была организова­на Южно-Таджикистанская археологическая экспедиция, которую он возглавлял много лет, отдавая свои душевные и физические силы. Он отметил, что в сред­неазиатской археологии «нет другого специалиста, знающего так много об ар­хеологии, этнографии, филологии Средней Азии, который мог бы своими зна­ниями сравниться с Б.А.Литвинским. Недаром его называют „ходячей энцикло­педией" — он знает буквально все».

Р.М.Масов высоко оценил личные качества и талант Б.А.Литвинского как ученого, назвав его «патриархом таджикской археологии».

Б.Я.Ставиский (РГГУ, Москва) в докладе «Новые горизонты в изучении ис­тории, культуры и искусства народов Средней Азии» призвал «восстановить в правах „старое" — традиционное для классического российского востокове­дения вплоть до 30-х годов XX в. деление истории культуры и искусства сред­

неазиатских народов на древнюю (домусульманскую) и средневековую (ислам­скую) эпохи».

Б.И.Маршак (Гос. Эрмитаж, С.-Петербург) в докладе «К вопросу о истоках согдийской культуры» подчеркнул, что характер культуры Согда во многом оп­ределяли природные факторы. Между ландшафтными зонами существовало разделение труда. Рядом с крупными оазисами находились степи и предгорья, а за ними горы, и «третий, горный элемент обычно не учитывается в историче­ских реконструкциях». На основе археологических источников он попытался показать, что произошло с этими элементами в конце бронзового века.

B. С.Соловьев (Елецкий университет) в докладе «История и культура Бакт- рии-Тохаристана в свете исследований Южно-Таджикистанской археологиче­ской экспедиции» осветил работу Южно-Таджикистанской археологической экспедиции (ЮТАЭ), основанной в 1973 г.

И.М. Стеблин-Каменский (Вост. фак. СПбГУ) в докладе «Памирские языки и этнография в трудах Б.А.Литвинского» положительно оценил использование материалов памирских языков и этнографии в работах Б.А.Литвинского.

Г.А.Брыкина (ИА РАН, Москва) в докладе «Погребальные памятники Фер­ганы в I тысячелетии н.э.» выделила и охарактеризовала четыре типа погре­бальных сооружений, бытовавших в Фергане в I тысячелетии н.э.

A. Инверницци (Туринский университет, Италия) в докладе «Цитадель пар­фянской Нисы» предложил новую трактовку историко-архитектурного комплек­са Старой Нисы с учетом результатов новейших раскопок.

Т.КМкртычев (ГМВ, Москва) в докладе «К одному вопросу из истории ни- сийских ритонов» присоединился к мнению П.Бернара о том, что ритоны при­менялись «на пирах в качестве дорогой пиршественной посуды и служили ути­литарным целям». Это противоречит мнению М.Е.Массона и Г.А.Пугаченковой о том, что ритоны были помешены в царскую сокровищницу, и впоследствии грабители ободрали с них золотые и серебряные детали.

C. Я.Берзина (ГМВ, Москва) в докладе «Сасанидские анэпиграфные геммы в Средней Азии» подчеркнула, что появление сасанидских анэпиграфных гемм в Средней Азии «способствовало утверждению канонической зороастрийской иконографии» и укреплению ортодоксального зороастризма.

Ю.А.Рапопорт (ИЭА РАН, Москва) в докладе «Античный стеклянный ме­дальон, найденный в Хорезме» охарактеризовал медальон, найденный на горо­дище Топрак-кала. Он отнес его к «категории римских фалер — наградных зна­ков, вручавшихся солдатам от имени императора». Наиболее часто изображался в образе бородатого героя, победителя льва, римский император Луций Элий Марк Антоний Коммод, правивший в 180-192 гг.

B. Н.Пилипко (ИА РАН, Москва) в докладе «Парфянский костюм» подчерк­нул, что проблема парфянского костюма далека от окончательного решения, так как наиболее древний источник — ахеменидские рельефы — не находит согласия среди исследователей о том, какую делегацию следует считать пар­фянской.

В.ГШкода (Гос. Эрмитаж, С.-Петербург) в докладе «Генезис согдийской культовой архитектуры» проанализировал культовую архитектуру Согда, из­вестную по храмам Пенджикента V — первой четверти VID в., храму Еркургана III—VI вв. и храму Джартепе V—VIII вв. Он отметил, что в храмах Пенджикента «наряду с общей эллинистической схемой» обнаружены особенности, характер­ные для многих иранских построек. По его мнению, наиболее важным памятни­ком, помогающим решить множество вопросов истории культовой архитектуры региона, служит храм Окса, раскопанный И.Р.Пичикяном под руководством Б. А. Литвинского.

Б.И.Вайнберг (ИЭА РАН, Москва) в докладе «Хорезмийская эра» отметила, что С.П.Толстов выдвинул идею о тождестве хорезмийской эры с эрой Каниш- ки. Б.И.Вайнберг подвергла сомнению этот вывод, предположив, «что в Хорез­ме не позже I в. н.э. произошла религиозная реформа, распространились зороа- стрийские каноны и правила». Она считает, что «именно потому, что хорезмий­ская эра была религиозной, она осталась неизвестной ал-Бируни и по ней не велось летосчисление правления хорезмийских царей».

/І.Т.Яблонский (ИА РАН, Москва) в докладе «Оссуарные могильники хо­резмийских скотоводов» осветил археологические исследования, проведенные на территории Присарыкамышской дельты Амударьи, где со второй половины I тысячелетия до н.э. распространился погребальный обряд, характеризующийся захоронением предварительно очищенных человеческих костей.

Н./1. Членова (ИА РАН, Москва) в докладе «Олени, кони и копыта. О связях Монголии, Восточного Казахстана и Средней Азии в скифскую эпоху» сделала предположение, что высокопородные кони, олени с клювообразными мордами, изображенные на камнях, которые были врыты на жертвеннике, являлись священными животными воинов, прибывших в Монголию из Средней Азии в VI-IV вв.

М.Г.Мошкова (ИА РАН, Москва) в докладе «Об уздечных наборах поздних сарматов» отметила, что уздечные наборы, оружие и другие предметы экипи­ровки конного воина весьма важны для определения хронологии и социальной структуры и несут в себе информацию этнографического характера.

В.Б.Ковалевская (ИА РАН, Москва) в докладе «Раннесредневековые бусы Кавказа и торговые пути V-IX вв. (применение компьютерного картографиро­вания)» представила карты генеральных компонент, показывающих основные пути поступления бус на территорию Кавказа.

Л.Р.Кызласов (МГУ) в докладе «Неведомые храмы манихеев» охарактеризо­вал выявленную по раскопкам в Хакасии архитектуру манихейских храмов.

И.Л.Кызласов (ИА РАН, Москва) в докладе «Священная земля тюрков по руническим надписям» отметил, что в орхонских эпитафийных надписях VIII — первой половины IX в. отражены представления тюрок и уйгуров о земле до принятия ими мировых религий. Приведенный И.Л.Кызласовым материал гово­рит о том, что «в местном обществе греховность, по пришлой (манихейской) доктрине, отличающая земной мир, уживалась со священным трепетом перед темной землей, свойственным исконной вере».

Т.А.Габуев (ГМВ, Москва) в докладе «К вопросу о локализации пяти „ма­лых владений" Канпоя» подверг сомнению предложенное В.В.Бартольдом и С.П.Толстовым отождествление Юегань (Хосюнь) с Хорезмом.

Л С.Раевский (ИВ РАН, Москва) в докладе «О возможности новых подхо­дов к изучению звериного стиля скифской эпохи» предложил новый методоло­

гический полкод к изучению поэтики звериного стиля «методами, сходными с исследованиями поэтики вербальных художественных текстов». Их изучение необходимо проводить в неразрывной связи смысла и формы образов поэтики звериного стиля.

Б.Д.Кочнев (ИА АН Узбекистана, Самарканд) в докладе «Ибрахим б. Наср — создатель западного Караханидского каганата» подчеркнул важную роль монетных данных для воссоздания политической биографии Ибрахи­ма б. Насра.