Б.В.Лунин Б.А.ЛИТВИНСКИЙ КАК ИСТОРИОГРАФ СРЕДНЕАЗИАТСКОГО ВОСТОКОВЕДЕНИЯ
В публикациях, освещающих жизнь и деятельность Бориса Анатольевича Литвинского, констатируется, что в его лице востоковедение Средней Азии обрело видного археолога, историка, этнографа.
Но столь же справедливо отметить, с полным на то основанием, заслуги Бориса Анатольевича как историографа, много и плодотворно трудившегося и на этом поприще. Его историографические (как и библиографические) штудии являют собой органическое ответвление всей его научно-исследовательской и популяризаторской деятельности.
Следует поэтому согласиться с мнением одного из биографов Б.А.Литвинского, который, говоря о его заслугах перед наукой, счел правильным выделить особо также его вклад в «историографию истории и археологии Средней и Центральной Азии». Тем более, что «будущие историографы... безусловно используют многие его и в том числе специальные работы историографического плана... В них подведены итоги археологических исследований Таджикистана и хорошо вскрыта динамика развития и расширения археологических работ»[2].
Отметим также, что время появления подобного рода публикаций Б.А.Литвинского приходилось на годы, когда историография как таковая и как специальная и существенная отрасль знаний еше не находилась в центре внимания исследователей, даже некоторое время и после осуждения и устранения губительного для нее господства культа личности. В сфере же археологии публикации историографического плана были вообще весьма редки, особенно применительно к Средней Азии, не выхода при этом, как правило, за рамки информационных обзоров литературы.
В этом аспекте историографические публикации Б.А.Литвинского являли собою, в их совокупности, приметный и неоспоримый шаг вперед.
В числе историографических публикаций Б.А.Литвинского такие его статьи, очерки, сводки, как «Археологическое изучение Таджикистана советской
наукой. Краткий очерк» (Душ., 1954), «Основные этапы изучения археологии Таджикистана советской наукой» (Душ., 1954), «К истории Закаспийского кружка любителей археологии и истории Востока.
Страница истории археол. изучения Средней Азии» (Душ., 1957), «Обзор источников и литературы (по истории таджикского народа)» (М., 1963), «Археологические открытия в Таджикистане за годы Советской власти и некоторые проблемы древней истории Средней Азии» (М., 1967), «Археология Таджикистана за годы Советской власти» (М., 1967), «Историография Таджикистана. 1917-1969» (М., 1970, в соавторстве), «Исследование кочевых народов Центральной Азии в дореволюционной русской и советской науке» (Улан-Батор, 1974), «Труды Альберта фон-Декока по древней культуре Восточного Туркестана» (М., 1981), «Проблематика истории и истории культуры Средней Азии в советской науке» (М., 1981 и 1982), «Проблемы истории и истории культуры древней Средней Азии в свете новейших работ советских ученых (1967-1977)» (М., 1977), также «Проблематика истории и истории культуры Средней Азии в советской науке» (1960-1981)»: [Окончание]//Информационный бюллетень МАИКЦА. М., 1982. Вып. 2, с. 8-21[3].В значительной мере историографический характер носят и такие публикации Б.А.Литвинского, как «К истории добычи полезных ископаемых на Челекене» (Душ., 1949) и «К истории добычи олова в Узбекистане» (Таш., 1950) и др.
В своей совокупности все эти публикации образуют живую и яркую, не только фактическую, но и аналитически обобщающую системную летопись исследований.
Однако отнюдь не только этим характеризуется диапазон историографических интересов и исканий Б.А.Литвинского. По сути дела, для всех его работ в сфере археологии, истории, этнографии и других показательно наличие в них предваряющих или сопутствующих основному тексту историографических экскурсов как таковых. Это помогает читателю глубже и шире уяснить процесс накопления знаний по соответствующим научным проблемам, степень их изученности и задачи дальнейшего исследования.
Примечательно и то, что печатавшиеся Б.А.Литвинским обстоятельные рецензии на различные научные издания также не лишены компонентов историографического характера, что усиливает их научную значимость.
Активная роль принадлежала ему и в осуществлении широко задуманного и подготовленного к печати коллективного четырехтомного труда «Восточный Туркестан в древности и раннем средневековье. Очерки истории и культуры». Ему же принадлежала в связи с этим историографическая справка о процессе накопления соответствующих знаний по данной проблеме[4].
Увидела свет капитальная и пока остающаяся единственной по полноте и богатству содержания работа Б.А.Литвинского (в соавторстве с более молодым по возрасту местным автором Н.М.Акрамовым), посвященная подробному и всестороннему рассмотрению жизни и деятельности выдающегося русского
востоковеда А.А.Семенова, опубликованная в серии «Русские востоковеды и путешественники»[5].
Следует подчеркнуть при этом, что основные вехи жизненного пути А.А.Семенова рассматриваются авторами на широком историческом фоне. Это во многом придает книге еше и характер историографического обозрения общих судеб туркестановедения первой половины XX в. В сокращенном виде, рассчитанном на массового читателя, эта работа Б.А.Дитвинского и Н.М.Акрамова была издана также и на таджикском языке (Душ., 1974).
В дополнение к сказанному следует констатировать, что общепризнанная научная и общая эрудиция Б.А.Дитвинского по проблеме истории Средней Азии в сочетании с его широчайшей осведомленностью по отечественной и зарубежной литературе исторического и историографического характера с течением времени закономерно обусловили также и выход в свет под его редакцией ряда крупных исследований соратников и учеников по работе и общему кругу интересов.
Здесь особо надо отметить умение самого Б.А.Дитвинского зорко примечать в среде ученых-востоковедов (в том числе в среде молодого поколения) тех, кто проявлял живейшее и непреходящее тяготение именно к историографической тематике. С учетом степени их теоретической и практической подготовленности Б.А.Дитвинский с неизменной готовностью оказывал им действенную помощь своими консультациями и советами.
Более того, в ряде случаев он способствовал своим авторитетом включению осуществлявшихся ими работ в издательские планы.Столь же естественно, что во многих случаях руководство востоковедных учреждений со своей стороны рекомендовало именно Б.А.Дитвинского в качестве ответственного редактора подготавливавшихся к печати работ как зрелых, так и начинающих свой жизненный путь ученых.
Здесь можно указать на выходившие в свет книги историографического профиля с грифом «Ответственный редактор Б.А.Дитвинский». То были, к примеру, книги: М.М.Дьяконова «У истоков древней культуры Таджикистана» (Сталинабад, 1956), Н.Негматова «Усрушана в древности и раннем средневековье» (Сталинабад, 1957), Э.В.Сайко «Глазури керамики Средней Азии VIII- XII вв.» (Душ., 1963), В.А.Ранова и С.А.Несмеянова «Палеолит и стратиграфия антропогена Средней Азии» (Душ., 1973), И.В.Пьянкова «Древний Самарканд (Мараканды) в известиях античных авторов. Собрание отрывков и комментарии» (Душ., 1972), И.В.Пьянкова «Средняя Азия в известиях античного историка Ктесия» (Душ., 1975), А.К.Писарчик «Народная архитектура Самарканда ХІХ-ХХвв.» (Душ., 1974), М.А.Бубновой «Добыча полезных ископаемых в Средней Азии в XVI-XIXbb.»(М., 1975) и другие, включая и ряд сборников и статей известных авторов.
Увидела свет вышедшая под редакцией Б.А.Дитвинского книга молодого исследователя Н.М.Акрамова о научном наследии академика В.В.Бартольда[6].
После публикации первого по времени обстоятельного и любовно написанного очерка о Бартольде, принадлежащего перу его ученика проф. И.И.Ум-
някова[7], и до издания новейшего по времени труда пишущего эти строки[8] труд Н.М.Акрамова являлся наиболее крупным и обобщающим исследованием жизни и деятельности акад. В.В.Бартольда. Да и сейчас он отнюдь не утратил своего научного значения, содержа немало полезных сведений и деталей, дополняющих труды других авторов по этой теме.
Под редакцией Б.А.Литвинского и с его предисловием вышла в свет и книга X.
и Н.Акрамовых, остающаяся и поныне самым подробным историографическим очерком о жизни и деятельности крупнейшего историка-этнографа Средней Азии М.С.Андреева[9].Функции ответственного редактора выполнил Б.А.Литвинский и по другой книге Н.М.Акрамова — о научных заслугах Б.Л.Громбчевского[10].
Под редакцией Б.А.Литвинского была издана высокополезная и пока единственная в своем роде книга Н.Н.Назировой[11][12]. В ней впервые с такой полнотой освещается история создания и деятельность Русского Комитета для изучения Средней и Восточной Азии (1903-1923), державшего в поле своего зрения исследования исторического, лингвистического и этнографического плана.
Обращает при этом на себя внимание использование Н.Н.Назировой и другими молодыми исследователями не только широчайшего круга литературы вопроса, но прежде всего архивных и других источников, в чем также несомненно сказывается требовательное отношение и к этой стороне дела Б.А.Литвинского — редактора, советчика и наставника.
Большая работа была осуществлена Б.А.Литвинским и в качестве ответственного редактора обширной монографии Б.Г.Гафурова «Таджики. Древнейшая, древняя и средневековая история», выдержавшей несколько изданий (М., 1972, 1989).
Сам автор в числе других «помогавших ему советами, замечаниями, дополнениями» приносил благодарность «и, конечно, редактору этой книги Б.А.Лит- винскому» .
Как историограф и биограф Б.А.Литвинский воздал должное заслугам известного среднеазиатского этнографа Антонины Константиновны Писарчик, опубликовав очерк о ней и список ее печатных работ[13].
Вместе с акад. АН Таджикистана Б.И.Искандаровым Б.А.Литвинский был редактором капитального двухтомника «Библиографический указатель литературы по истории Таджикистана»[14]. Сюда примыкают и редактировавшиеся Б.А.Литвинским фундаментальные библиографические указатели, такие, как «Материальная культура Таджикистана» (Душ. Вып. 1, 1968; вып. 2, 1971).
Становление и развитие историографических исследований (в том числе и в Средней Азии) уже имеют свою историю.
Она восходит к первым, единичным попыткам отдельных авторов XIX — начала XX в. критически, но объективно и ретроспективно рассматривать и оценивать работы историографического (обзорного и сводного) характера. При этом само время отчетливо показало, что историографические исследования прежде всего властно требуют свободы аналитической мысли, отсутствия запретных тем и имен, глубокой эрудиции, сопоставления различных взглядов, мнений, концепций ученых, определения задач и путей к наиболее полному и правильному освещению проблем науки.В этом аспекте не приходится доказывать, насколько мертвящим и негативным для историографии было господство административно-командной системы времен культа личности, предельной заидеологизированности и политизации исторических знаний. Все же и в это время уже начинало обозначаться неодолимое возрастание историографических интересов в среде ученых, хотя и в пределах существовавших реальных возможностей.
В наши дни историографические исследования все более входят в плоть и кровь исторической науки, становятся ее неотъемлемой частью. Это находит свое отражение в возрастании публикаций историографического характера по различным отраслям гуманитарных (да и естественноисторических) знаний.
В свете этого остается несомненным, что раньше или позже, но безусловно должно наступить время крупных (коллективных и индивидуальных) историографических исследований сводного, обобщающего характера. Это большая и назревшая задача.