9. Духовная жизнь греков: религия, искусства и науки.

Главными источниками для озна­комления с духовной жизнью, в ча­стности, с религией древних гре­ков,являются творения двух поэтов: Гомера (приблизительно VIII век до Р.Х.) и Гесиода (около 700 г.

как у людей. По понятиям древних греков, Боги не непорочные, нрав­ственно возвышенные, всесовер- шенные существа, а лишь сущест­ва, наделенные страстями в значи­тельно большей степени, чем люди. Но они свободны от всех человече­ских скорбей и печалей, привольно живущие, пользующиеся в неисся­каемом избытке юношеских сил чувственными наслаждениями и питающиеся только нектаром и ам­брозией.

Жилищем бессмертным богам служила гора Олимп. Немаловаж­ный по своему значению намек на понятие о. единобожии следует ис­кать в выдающемся положении Зев­са. Он — высшее божество, отец бо­гов и людей, тучегонитель, громо­вержец, эгидодержатель (эгида — щит, сделанный богом Гефестом). Гера — жена и сестра Зевса, ревни-

196

Аполлон

вая и своенравная. Она покровите­льствует браку. Главным местом поклонения Гере был Аргос. Ей по­священы павлин и ворон.

Гефест — бог огня; кузница его была на Этне, ему помогали одно­глазые циклопы. Любимейшею до­черью Зевса была Афина-Паллада; она вышла в полном вооружении из головы Зевса. Афина — богиня мудрости, ясности и прозорливости как на войне, так и в мире; она так­же покровительствовала женским ремеслам. Главным местом ее почи­тания были Афины. Афине была посвящена сова. Благороднейший сын Зевса Аполлон был богом солн­ца и света, его прозвище Феб озна­чает «светозарный».

Артемида (Диана)

197

Афина Паллада (с античной мраморной статуи)

па — лирическая поэзия, Мельпо­мена — трагедия, Эрата — любов­ная поэзия и пантомима, Поли­гимния — хвалебные песни, Та­лия — комедия, Терпсихора — тан­цы, Клио — история, Урания — астрономия. Они жили на горе Пар­нас, откуда берет начало Касталь­ский источник, вода которого дает дар пророчества.

Сестра Аполлона Артемида была богиней охоты и живой природы. Она была символом девственной чистоты и целомудрия.

Богом войны был Арес. У Гомера он называется истребителем наро­дов, сокрушителем стен.

Афродита — богиня любви, все­гда сияет блеском красоты. Ей по­священы мирт, голубь и воробей. Главным местом почитания Афро­диты был остров Кипр, поэтому ее называют Кипридой. Свиту ее со­ставляли хариты — богини прелес­ти и миловидности.

Вестником богов был Гермес, снабженный золотым жезлом вест­ника и крылатыми сандалиями. В то же время он был богом, взаим­ных отношений между людьми, бо­гом-покровителем торговцев и вся­кого рода занятий, в которых сред­ством достижения цели служили ловкость, хитрость и лукавство. Он также сопровождает души умерших в подземное царство. Он имел про­звище «Аргусоубийца», так как по приказанию Зевса убил Аргуса, че­ловека необычайной силы, имевше­го сто глаз и приставленного Герой стеречь прекрасную Ио.

Богиней домашнего очага и по­кровительницей всякого государст­венного сообщества почиталась Ге- стия.

Главным богом морей, всех ис­точников и вод был брат Зевса — Посейдон, колебатель земли, с тре­

зубцем в руках; а многочисленную свиту его составляли тритоны и не­реиды — мужские и женские на­смешливые водяные духи.

Из подземных богов самым выда­ющимся был Плутон со своей су­пругой Персефоной. Он был богом царства теней Аида, вход в которое стерег трехголовый пес Цербер. Перевозчик Харон перевозил души умерших через реку Ахерон в Аид. Здесь души пьют из реки Леты заб-

199

Арей (Марс)

вение земного бытия и после этого превращаются в бесплотные тени. Судьями мертвых были Минос, Ра- дамант и Эак. По их приговору ду­ши отправлялись в Элизиум — оби­тель блаженства, или в Тартар — место мучений. Например, в Тарта­ре Сизиф должен был в наказание катить в гору камень, который каж­дый раз с громовым шумом скаты­вался с вершины, и Сизиф вновь бесконечно поднимал его. Данаиды должны были наполнять бездонную бочку. Тантал стоял по горло в во­де и не мог достать ее, чтобы на­питься, видел перед собой привле­кательные плоды и не мог их со­рвать, так как ветер каждый раз отодвигал от него ветку с плодами.

Деметра была олицетворением матери-земли. Она была богиней земледелия и плодородия. Для ее поклонения в Элевсине были уч­реждены мистерии, в таинствах ко­торых скрывался глубокий смысл: правильное умирание и возрожде­ние растительного мира служило прообразом бессмертия души, пото­му что каждая человеческая жизнь, хотя и делается добычей смерти, но только для того, чтобы еще могу­щественнее и прекраснее выйти из царства тьмы.

Афродита (Венера)

Гермес (Меркурий)

Богом веселья и вина был Дио­нис, которого также называли Вак­хом. Ему была посвящена вино­градная лоза. За Дионисом посто­янно следует множество горных и лесных духов, имеющих наполо­вину человеческий, наполовину звериный облик: козлоногие и рога­тые сатиры, силены; менады и вак­ханки — неистовые женщины, слу­жившие воплощением необузданно­го веселья, которое было вызвано вином и музыкой.

Посейдон (Нептун)

льными знаками Диониса были плющ, козел и жезл, увитый вино­градом, с сосновой шишкой на кон­це. Из культа Диониса с его хорами и чередовавшимися с ними песнями возникли впоследствии трагедия и комедия.

Олицетворением нравственных идей служили: Фемида, богиня пра­восудия с весами и пальмовой ветвью; Немезида — мстительница за людскую заносчивость; Эринии с факелами и змеиными волосами, преследующие преступника, как дикого зверя, даже в подземном ми­ре и олицетворяющие собой угры­зения совести; Ата — богиня, оли­цетворяющая мгновенное помутне­ние рассудка, приносящее человеку несчастье; Мойры — богини судь­бы: первая из них Клото прядет нить жизни, вторая Лахесис тянет

Плутон

Шествие Вакха (с античного барельефа)

ее в разные стороны и тем опреде­ляет участь человека, а третья Ат­ропос перерезает жизненную нить.

Греческий язык, отражавший в своей гибкости, правильности, яс-

Деметра (Церера)

ности, глубине и благозвучности отличительную особенность духа эллинского народа, был вторым главным элементом, благодаря ко­торому эллины сознавали свое единство, он состоял из четырех главных диалектов: ионийского, ат­тического, дорийского и эолий­ского.

Наличие разных диалектов не мешало характеру общности языка, так как все они были знакомы каж­дому греку и служили для выраже­ния различных родов поэзии. На­пример, ионийско-эолийский диа­лект был основой эпоса, а дорий­ский — хорового пения.

Древнейшие известия о возник­новении греческой образованности и литературы начинаются с имен баснословных Орфея, Лина и Му- сея.

Греческая поэзия возникла тогда,

Гомер (с античного бюста. Рим)

когда эллинам после завершения переселений и умиротворения внут­ренних смут удалось достигнуть прочных форм существования, а от­дельные племена, благодаря пре­красному климату и счастливому положению страны, способствовав­шим развитию торговли, благосо­стоянию и развитию искусств, воз­высились до более свободного и бла­гоустроенного образа жизни.

Такое счастливое стечение обсто­ятельств в особенности выпало на долю Ионийских колоний на побе­режье Малой Азии, и в них впер­вые расцвел гений, который стал образцом для всех времен в облас­ти эпической поэзии. Это был Го­мер. Место его рождения неизвест­но, и впоследствии семь городов оспаривали друг у друга славу име­новаться его родиной. Выше было упомянуто, что знаменитый поход на Трою и возвращение героев от­туда составляют содержание знаме­нитых творений этого поэта «Илиа­ды» и «Одиссеи». Мы уже приводи­ли некоторые отрывки из этих тво­рений, чтобы дать живое и всесто­роннее представление об эллин­ском духе. Известно, что первым принес эти поэмы в Элладу Ликург. Писистрат же поручил целому об­ществу ученых собрать и привести в порядок отдельные разрозненные части этих поэм, и именно в этом виде с тех пор читались и заучива­лись в школах наизусть песни Го­мера.

Песни Гомера были образцовыми творениями, ни одно эпическое про­изведение, написанное после Гоме­ра, не достигало его высоты. После Гомера появились так называемые киклические поэты, создававшие большие или меньшие циклы пе-

Геродот

сен, описывающих события Троян­ской войны.

Потом появились первые истори­ческие повествования, начало кото­рых было также в Ионии. Самыми древними историческими писателя­ми, которых называли логографа­ми, были Кадм из Милета, Диони­сий, Гекатей и Гелланик. Отцом ис­тории считается Геродот (484— 425 г. до Р. X.), на которого мы не раз ссылались. Он был родом из го­рода Галикарнаса в Карий, свою историю он написал на ионийском диалекте.

Первым исторически достоверно установленным поэтом был Гесиод, родившийся около 700 г. до Р. X От него до нас дошло два произве­дения: «Теогония» и «Труды и дни». Первое повествует о сотворе­нии мира из хаоса и излагает гене­алогию богов. Во втором поэт изла­гает разные правила житейской мудрости, дает советы по ведению домашнего хозяйства и особенное внимание уделяет описанию сель­скохозяйственных работ.

Вот два образца из его поэзии, которые характеризуют и направ­ление самого поэта, и его время:

«Выше всех тот, кто находит мудрый совет и его принимает,

Ибо совет тот ему же в грядущем будет полезен.

Благоразумен и тот, кто охотно слушает более мудрых.

Но безрассудно .глухой к учению мудрых срамит человека

И обращает его в бесполезное бремя земли».

«Друга на пир своего приглашай, но врага — ни за что.

Прежде ж того пригласи, кто живет по соседству с тобой;

В горе домашнем неопоясапный сосед поспешит,

Тогда как твой кровный друг еще опояшется прежде.

Честный сосед будет столько ж полезен, насколько злой вреден.

Тот должен считаться счастливым, у кого есть честный сосед.

Если нет злого соседа, то даже быка не лишишься.

Если сосед твой честно отмерит, то отмерь ему тою же мерой,

А если ты можешь, то воздай ему еще большим,

Ибо найдешь его легче, когда в нем будешь нуждаться».

Примерно в это же самое время процветали и так называемые «семь греческих мудрецов», к которым принадлежали: Солон, Фалес из Милета, Хил он из Спарты, Биант из Приены, Питтак с острова Лес­бос, Периандр Коринфский и Клео- бул. Им принадлежат знаменитые изречения, не утратившие силы и в наше время: «Укажи дорогу за­блудшему» и «Никогда не делай че­рез меру» (Солон); -«Прощение

Гесиод

лучше мщения» и «Не попрекай никого бедою, ибо сам в нее попасть можешь» (Питтак); «На пути от юности к старости запасись мудростью» (Биант); «Не будь за­носчив в счастье и малодушен в не­счастье» (Клеобул); «Дело мастера боится» (Периандр); «Держи язык за зубами» (Хилон); «Счастлив тот, кто здоров, богат и образован» (Фа­лес).

Упомянем и знаменитого басно­писца Эзопа, жившего в VI веке до Р. X. и происходившего из Фри­гии или Фракии. Сама история его жизни представляется нам басно­словною: он был маленького роста, горбат и настолько беден, что вы­нужден был продаться в рабство. Басни его, составленные первона­чально в прозе, сохранились далеко не в первоначальном своем виде. Существующий и в настоящее вре­мя сборник басен Эзопа был состав­лен поэтом II века нашей эры Баб- рием, который их собрал и об­работал.

Нежный и спокойный дух созер­

цания вселенной, проявившийся у вышеназванных поэтов, достиг свое­го наибольшего развития у поэтов лирических, принадлежавших, в ос­новном, к эолийскому или дорий­скому племенам.

Архилох с острова Пароса (сере­дина VII века до Р. X) прославился силою и живостью своих стихотво­рений, в которых он впервые упо­требил ямбы. Рассказывают, что в одном сражении Архилох трусли­во бросил щит на поле боя и бежал. По этой причине некий Ликамб, обещавший ему руку своей дочери, отказал ему в ней. За этот отказ поэт отомстил такими язвительны­ми стихами, что Ликамб и его дочь решили повеситься. Своими острыми нападками на знатнейших граждан Архилох возбудил к себе неприязнь и был изгнан с родного

205

Ясон

острова. Но вскоре после того, как Архилох в состязании с лирически­ми поэтами на Олимпийских играх заслужил гимном в честь Геркулеса всеобщую похвалу, родной город принял изгнанника со славою и ли­кованием.

Алкей, (около 610 г.) происходил из города Митилены на острове Лесбос, главного местопребывания эолийцев. Он писал любовную ли­рику и особенно ценился за песни против тиранов.

Остров Лесбос был также роди­ной пламенной Сапфо (родилась около 650 г. до Р. X.), стихотворе­ния которой, выражавшие страст­ную любовь, пользовались в древ­ности большой славой. Жизнь и смерть Сапфо окутаны легендарны­ми рассказами. Существует преда­ние о том, что она, воспылав пла­менной любовью к одному юноше и будучи им отвергнута, бросилась в море со скалы.

Уроженцем Лесбоса был и Тер- пандр. Про него рассказывают, что он водворил согласие между спар­танцами, погруженными в граждан­скую войну и междоусобные рас­при, и имел большое влияние на развитие музыки в Лакедемоне.

В Спарте же прославился своими хоровыми песнями и Алкман, уро­женец лидийского города Сарды, писавший на дорийском диалекте.

О Тйртее и замечательном воз­действии его стихотворений на во­инственный дух спартанцев было рассказано выше, когда шла речь о Пелопоннесской войне.

В Афинах, в доме Писистрата, жил поэт Анакреон. Стихотворения его исполнены чувства веселости, он воспевал вино, любовь и моло­дых девушек, жалуясь на свою ста­рость. Подобным же содержанием, преисполненным жалобами на не-

Анакреон прочность жизненных наслажде­ний, отличаются элегии Мимнерма из Колофона. Следует упомянуть еще Ивика из Регия (556—468 г. до Р. X.), писавшего гимны для хо­рового исполнения, и Симонида с острова Кеос, создававшего песни в честь победителей спортивных со­стязаний.

В это же время зародилось дра­матическое искусство. Из обрядо­вых игр на праздниках в честь бога Диониса возникла греческая траге­дия. Творцом ее считается совре­менник Солона Феспид. Его произ­ведения до нас не дошли. Сохрани­лись трагедии его последователя Эсхила (525—456 г.), который ввел второго актере ^и сделал действие драмы более динамичным.

Так разнообразно проявлялся ху­дожественный гений греков.

Все больше начинает развиваться философия. Уже было упомянуто о семи мудрецах, которые отмечали первые наблюдения созерцательно­го разума, особенно в отношении

Фалес Милетский

(с античного бюста)

явлений нравственной и политиче­ской жизни. Первые философы ПО­ЯВИЛИСЬ у ионийских племен.

Таким философом был знамени­тый Фалес Милетский (624—546 г. до Р. X.), который прославился сво­ими астрономическими и математи­ческими познаниями. Боги для него не существовали, и он признавал божественною сущностью во все­ленной только безличное жизнен­ное начало (души мира). Его по­следователями были Анаксимандр и Анаксимен, Диоген из Аполло­нии, Ферекид из Сиры и Гераклит Эфесский. Другим глубоким мыс­лителем был Ксенофан из Колофо­на, для философии которого харак­терно враждебное отношение к тра­диционной греческой религии. Изг­нанный из своего отечества, он жил и учил в городе Элее, в Сицилии, и в особенности в Нижней Италии, усеянной греческими колониями.

Эти колонии были по большей части дорийского происхождения: Тарент, Сиракузы, Агригент, Мес- сана и прочие; основаны они были _в VIII—VII в. до Р. X. Кротон и Си- барис были основаны ахейцами; Катана, Леонтина и Гимера — ионийцами с острова Эвбеи. Все эти колонии были издавна богаты, могущественны и принимали учас­тие в духовной жизни греческого народа. Здесь жило много последо­вателей и сторонников Ксенофана. Нижняя Италия была также место­пребыванием пифагорийцев. Осно­ватель пифагорейской школы — та­кой необыкновенный человек, что заслуживает более подробного рас­сказа о себе.

Пифагор (540—500 г. до Р. X) происходил с острова Самоса, глав­ного местопребывания ионийцев. Он отличался необыкновенными физи­ческими и умственными способно­стями. На восемнадцатом году он одержал победу на Олимпийских играх. Уже на Самосе он зани­мался математикой, геометрией и музыкой и, должно быть, был по­священ Ферекидом в натуральную философию. Для дальнейшего свое­го образования Пифагор совершил несколько путешествий, о которых сохранилось много вымышленных рассказов. Достоверно, что, кроме Элей и Крита, он посетил и Египет. Своеобразное государственное уст­ройство и мудрость Египта в это время привлекали к себе все выда­ющиеся умы Греции, а цари его на­чали активно общаться с греками (как, например, Амасис с Поликра- том, властителем Самоса). Многие из последующих установлений Пи­фагора носят на себе следы влия­ния египетских жрецов.

У Пифагора родилась мысль об­разовать союз людей, тесно связан­

ных между собой общим учением и образованием и стремящихся к одной общей цели — к управле­нию государством на основе науки. Быть может, он имел в виду осуще­ствление идеала, выраженного впо­следствии Платоном в следующем изречении: «Те государства будут счастливейшими, в которых правя­щие философствуют или философы управляют».

Возвратившись из путешествия, Пифагор убедился, что отечество его, остров Самос, который на­ходился под властью тирана Поли- крата, мало пригодно для его цели. Он покинул Самос и избрал полем своей деятельности греческие коло­нии в Нижней Италии. В первый раз Пифагор выступил публично в Кротоне. Его телесная красота, бросавшаяся в глаза, заимствован­ная, вероятно, у египетских жрецов льняная одежда, добродетель, со­храненная воздержанием от всего чувственного, увлекательная плав­ность красноречия собрали вокруг него множество слушателей и до­ставили ему уважение. Благодаря этим обстоятельствам, Пифагор получил возможность осуществить идею о своем союзе.

Первые последователи Пифаго­ра, принятые после предваритель­ного испытания в этот союз, соста­вили тесное общество. Их жизнь была подчинена определенным пра­вилам и постановлениям, направ­ленным на то, чтобы сделать тело здоровым, а дух воздержаным. Для этого предписывалась особая диета (им, в частности, были запрещены бобы и мясо), и они были обязаны часто заниматься музыкой, как ис­точником всякой гармонии, законы и содержание которой были откры­ты впервые Пифагором. Отдавая ежедневно отчет в своих деяниях и поступках, они должны были точ­но соблюдать предписания своего нравственного образования.

Кроме того, они должны были за­ниматься науками, в особенности математикой. Математика обязана Пифагору замечательными откры­тиями, например, названной его именем теоремой; открытие этой тео­ремы доставило Пифагору такую радость, что он принес в благодар­ность богам гекатомбу — жертву из ста быков. Помимо математики, пи­фагорейцы занимались нравствен­ными и политическими исследова­ниями.

При посвящении в цели своего союза и в передаче познаний со­блюдались различные степени. При­нимаемые в союз подвергались ис­пытанию: они должны были в те­чение первого года молчать и бес­прекословно исполнять определен­ные обряды и предписания образа жизни. После продолжительного и всестороннего испытания вновь при­нимаемый посвящался в высшие степени. Пройдя все степени, мож­но было стать полноправным участ­ником общественной жизни союза и принимать участие в управлении Кротоном наравне с самим Пифаго­ром, который, хотя и не занимал никакой определенной должности, но имел большое влияние в обще­ственной жизни этого города. Пи­фагорейцы и за пределами Кротона сохраняли связь друг с другом. Рас­сказывают, что один пифагореец умер на чужбине, не имея возмож­ности оплатить расходы на свое со­держание. Перед смертью он напи­сал несколько иероглифов на доске и просил своего домохозяина вы­ставить ее на большой дороге. Мно­го времени спустя одному из едино­мышленников покойного случилось приехать в эту местность; он уви­

дел знак и заплатил хозяину. Сам Пифагор пользовался в своем сою­зе таким уважением, что одно уве­рение: «он сказал это» считалось неоспоримым доказательством спра­ведливости сказанного.

Союз пифагорейцев, отличитель­ными качествами которого были единство и согласие, в своей перво­начальной форме существовал не­долго. В скором времени он возбу­дил против себя недовольство ча­стью со стороны тех, кому было отказано в приеме, частью со сто­роны народа, который видел в нем тесно сплачивающуюся аристокра­тию.

Есть сведения о том, что в кро­тонском сенате заседало триста пи­фагорейцев. Наконец, скрытое со­противление превратилось в явное восстание против этих пифагорей­ских братских союзов; многие из членов союзов погибли.

Пифагор, по одним известиям, сам лишил себя жизни; по другим, он отправился в Метапонт, на побе­режье Тарентского залива, где и умер в глубокой старости. Но и по­сле его смерти пифагорейцы про­должали свое существование. Они образовали философскую школу и преимущественными предметами своих занятий избрали нравствен­но-политические учения и матема­тику. Таким пифагорейцем был, например, философ Архит Тарент- ский, который прославился в своем отечестве и как полководец, и как государственный деятель.