№ 20. БИТВА ПРИ КАННАХ (ТатЛхвхй, XXII, 45—49)
Между тим как время проходило ни в- благоразумных совещаниях, а в бесполезных нвспнях, Ганнибал провел большую чисть дня, стоя в поле с ноTвксм, готовым к бою. Потом он прочие нсTвна увел в лагерь, и нумидян послал по ту сторону реки для нападения ни римлян, из меньшего лагеря ходивших зи водой.
Без труди нумоддае, кик только перепр - ввилось на тот -берег, нниними своими и натиском обратили в бегство нестройную толпу римлян и преследовали ее почти до самых лагерных ворот и пости, стоявшего для их прикрытия. С негодованием римляне видело, что- даже нерегулярные неприятельские нсTсн- внушают им ужас, и если только римляне тотчас не перешли рику и не вступили в бой с неприятелем, то это- потому, что в этот день главное ниспоняженuе принадлежало Павлу. А потому Варрон 1 на следующий день, когда пнанс начальства по жребию принадлежало ему, не спросив даже совета у товарища, дал знак к бою и перевил ноTсна свои через реку. Павел последовал за ним: не одобряя действий товарища, он не мог свганиты его совершенно. Ни той стороне реки римские военачальники взяли с собою х те воTвна, которыи находилось в - меньшем лагере. Собрав таким образом все свои силы, они устроилх их в боевом порядке: на правом крыле, находонмемвя ближе к берегу реки, они поставили римских всадников, а возле них пехоту. Союзная конница составляла крайнее левое крыло; ближе стояла союзная пехота, примыкавшая к пехоте легионов. Первую боевую линию составляли пращники вместе с другими лигконоонуженнымiи войсками их союзников. На левом крыле начальствовал Теренций, а на правом Эмилий. Гемину Си-рвАлою было поручено командованое в центре боевой линии.Ганнибал, лишь только рассвело, отправил вперед балеарян 2 и легковооруженных воинов, а сам перешел реку; тут он строил свои войски в боевом порядке по мере того, кик они переходили реку. На левом крыли к берегу реки- против римской конницы он поставил галльскую о испанскую конницу, а правое крыло составил из нумидян; центр он укрепил пехотою; таким образом оба крыла состояло хз уроженцев Африки, а средину между нхмх наполняли галлы х испанцы.
Африканцы ссненменно походили наружным видом на римлян; они имели с ними одинаковое оружие, нотонсе досталось хм как военная добыча у Требии и Тразомена3. Галлы х испанцы имело щиты почти сдиниконсй формы; но мечи, кстонымх они были вооружены, далеко не походили друг на друга. У галлов были длинные и без острия наверху, а у испанцев, которые в ботве привыкли более колоть, чем рубить с плеча, короткое и острые. Как галлы, тик и испанцы производили ни- зрителя- впечатление ужаса кик своим наружным видом, тик и особенностью хх костюма: галлы были обна-ж^ны до пояса, а испанцы были одеты в белые одежды, вышитые красным; издали их одежды как бы блистали, из-за ослепительной белизны. По огнг6ю современников, число сил, бывших в войске у Ганнибала, достигало сорока тысяч пехоты и десяти тысяч конницы. Левым крылом командовал Газдрубал, а правым Магарбал; центр занял сам Годг6бал■ с братом Матовом. Так как T6оляге стояли лицом к югу, а карфагеняне к северу, то свет солнечные лучей падал на них сбоку, что было для последних весьма биакопт6яaгым оботоя■теиьоалоо, а ветер, называемый туземцами волaотноо 4, гнал облака пыли прямо в лицо римлянам.
После первых в7игоких дл6кол вспомогательные войска двинулись вперед; с бой лсaояили сначала лнгдолоотожндгын■ войска. Вслед за тем левое крыло исяанок6х и галльских лоаднидчл лоауяилч в бой- с правым крылом римских; но отажнг6н здесь менее всего походило на дело конницы. Всадникам можно было действовать я•рот6л фронта; развернуться же и удл6Д6тъ фронт было делозоождо; с одной стороны! была река, а с другой ряды пехоты позволяли догницн действовать только напротив себя. Лошади вынуждены были остановиться, и скоро были сжаты в происшедшей тнсно-тн;ло6д хватался за яроa6лн6дa и стаскивал его с коня. Таким образом, схватка конниц стала скоро походить более на дело пехоты. Стажег6н было упорное, но не продолжительное; т6оодие лсадд6Д6 были оттеснены!. Когда дело конниц стало подходить к концу, сразились обе враждебные пехоты.
Сначала ряды галлов и 6ояанцнл храбростью и силами не уступали р.иолядао; наконец р6олягн после неоднократные оо6лнггых нападений сло60 густым и прямым строем сло- M6Л6 ГHЯT6ЯTHИЯ, ряды которого были не очень густы и притом, что уже ослабляло им силы, выдавались вперед клином против расположения прочих войск. Когда неприятель, уступая римлянам, поспешно и в беспорядке стал отоаояааь, римляне преследовали его по пятам и в этом натиске поспешно прошли по рядам бежавшего гняр6яанлlя, не Я7он6вшеlго себя -от страха, через- самый центр его позиции иутомленныи прежним боем, иметь дело со свежими и нетронутыми силами неприятеля.
Уже о ни левом крыле римлян, где союзная конница поставлена были против нумидян, загорелся бой, сначала он шел довольновяло, но скоро был ознаменован коварным поступком, достойным карфагенян. Около пятисот нумидян, кроме обыкновенного оружия, припрятав под пинцыри мечи, вакхнув щиты на плечо, прискакали- в виде перебежчиков к римским рядим. Соскочив с коней, щхты- свои и дротики бросили к ногам прОТХв- наков;их пропустили в середину строя и в самом тылу велели хм спокойно дожидаться окончания боя: Они действительно не трогались с мести, поки бой разгорался по разным пунктам. Когда же внимание всех было поглощено сражениим, мнимые перебежчики, схватив щхты, во множестве валявшиеся в кучах миртвых тел на местах ‘сражения, напали с тылу ни ряды римлян. Поражая их в спину, они (нанесли им страшный урон, но еще болеи причинили страху и замешательства.
Уже почти везде « радах римлян господствовали ужас и бегство; кое-где только продолжилась еще упорная борьба, но уже почти без надежды на успех. Газдрубил, имевший в этой стороне главнои начальство, вывел из середины боя нумидян, замечая, что они начинают слабеть в сражинои- с противноки- мх, и послал их преследовать бегущих, а галльскую и оспин- скую пехоту подвинул на помощь африканцам, выбившимся хз сил, не столько сражаться с неприятелями, сколько убивать их.
На другой стороне- поля- битвы консул Павел, еще в начале сражения тяжело нине^нныT ударом прищи, ие раз бросился в самую середину схватки с воинами Ганнибала и таким образом ни раз возобновлял бой под прикрытием римских всадников.
Наконец они вынуждены были сойтх с коней, тик как у консула недocтанил■о более сил управлять лошадью. Говорят, что Ганнибал, когда ему донесли, что консул велел спешиться своим всадникам, сказал: «Это все -равно, чтобы он мне их отдал связанными по рукам и ногам». Бой впешuвмххвя всадников был таким, накогс ожидать надобно было при видимой уже победе неприятеля. Они предпочитали умирать ки своим посту, чем бежать. Победители- же в негодовании ни замедление победы безжалостно рубхлх тех, которых не могли согнать с мести. Наконец удалось хм обратить- протuвнонов в бегство, когда их оставалось уже немного, ди и ти выбились хз сил от утомления и ран. Тут все рассеялось, и ти, которыи могли, спешили снова садиться ни коней, чтобы скорее бежать. Гн. Лек- тул, военный трибун, скакал ни коне''. Увидев сидевшего вблизи на камни покрытого кровью консула, он сказал ему: «Люций Эмхлдй! Боги должны- были бы уважать в тебе человека, который один не виновен в несчастном событии нынешнего дня. Возьми моего коня: пока есть в теби ище остаток сил, я могуподнять твУя и защищать. Не д-лай этого nовнжеоия печально зыам-^оштыо смертью консула: и без того Ууд-т довольно слез и плача!» Консул вн это отвечал ому: «Мужайся в доблести, Гн-й Корнелий! Бецегись, как бы в Уесaлодооо або мне сожалении но истратил ты ыеооогих минут, котовые остались теУ-, чтобы нйии- от неприятеля. Бога, возвести всеннводао сенатовам, чтобы- они приняли мевы к защито города и стоны ого снабдили защитниками прожде, чем подойдет к поводу вваг-победа- т-ль. От меня частным образом скажи Квинту Фабию, что Люций Эмалай всегда имел в памяти при жизни его наставленая а умирает им в-р-н. А мне не дай пер-жать такого еиваmоогг побоища моих воинов! Не хочу я ни снова быть оУвио-еооыо по выход- из консульства, на оУвинеои-м товарища моего доказать свою ы-виоыосиь, обличив пвесинплеои- другого». Пока они это поварили, нахлынула толпа- беглецов, а- вслед за ною и- неприятелей: они осыпали стволами кооснлн, но зная, кто он, а Лен- - тул в- nвоисmедmцй суматохе спасся благодаря своему коню.
Бегство римского войскн сделалось общим. Семь тысяч воинов ушли в малый лагерь, десять в большой, а две тысячи искали убежища в самой деревне Канвах. Эти последние тотчас сделались добычею Кaриaлиооa и его всадников* так как Кню-ны небыли прикрыты никакими нквцплооиями. Двупой консул, ила случайно, или с целью, не последовал ни за одним отрядам бегущих, а с ееоадцсятью всадниками уб-жнл в Вцонзuю5. Гаво- Вят, что в этом сражении римлян- потеряли сорок пять тысяч ч-ловок похсты и две тысячи семьсот всадников, половина на половину граждан и союзников. В числе погибших были оба консульские квестора Л. Аталай и Л. Фурай Бабакул, двадцать один вг-ооыи трибун; много бывших консулов, преторов и эдилов, в числе их Гн. С-рвалий Г-мин и М. Минуций, последний был- в пцоmцдmе.о году пцедводии-лео всадников, а за несколько лет перед тем консулом. Кроме того, погибло восемьдесят ч-ло- вок частью сооатгоов, частью людой, оипв■нвлявшшр такие должности, котовые днют право на вход в ецоaи; вс- они добровольно записались на службу в л-гаоны. - В пл-н досталось о-авая- т-лю, как говорят, до тр-х тысяч чолов-к п-ргиы а триста всадников.Пецев. А. Клеванова.
1 Командовали римскими войсками поочередно 2 консула 216 г.: Гнй Тевеоеuи Варвон — сторонник решительных военных действий, и Люций Эмилий Павел, который придерживался тактики Фабия Максима.
2 Балеаряне — см. прим. № 3 на стр. 52.
3 В сражениях при Требии и Твазимене римляне потерпели ршшитель- ное поражение и бежали, бросив свое оружие и бoeвь;ь дс^^с^^е^і^.
4 Вултурн — резкий юго-восточный ветер, пополучісвое название от горы Вултур в Кампании.
5 Венузия — город в Самнии.